Глава 28

Автоматически отшатываюсь и поднимаю глаза. Передо мной огромная, раза в три больше меня пантера с лоснящейся шерстью. Сердце ёкает и подскакивает к самому горлу.

Пантера смотрит на меня, поднимает свои усы и тихонько подрыкивает. Слово “страшно” не до конца описывает моё состояние в этот момент. Хочется визжать, бежать и упасть в обморок одновременно.

Но я беру себя в руки и делаю глубокий вдох, не отпуская взгляда ярко-желтых глаз с тонкими вертикальными зрачками.

“Я. Не желаю. Тебе. Зла”, — медленно проговариваю я в своих мыслях, передавая их пантере.

“Ты. Не желаешь. Мне. Зла”, — внушаю я ей.

Главное — не суетиться. Я смогу.

Пантера потихоньку успокаивается, перестает рычать, и я протягиваю руку, чтобы дотронуться до морды. Пантера позволяет это делать, а когда мои пальцы касаются гладкой шерстки между глаз, она вообще смыкает веки.

Ох, драконий бог! Как же я испугалась! Что бы я делала без своих способностей?

Пантера сама чуть-чуть подается вперед, чтобы сделать контакт с моей ладонью больше и слегка подныривает под руку, как кошка, которая хочет, чтобы её погладили.

Я окончательно смелею и провожу рукой по голове пантеры так высоко, как достаю. Она довольно жмурится и, будто бы даже начинает мурлыкать. Губы сами растягиваются в улыбке: это так мило!

Теперь уже слышу другой рык: прямо по склону горы, не обращая внимания на то, что там нет никаких тропинок, ко мне идет Тирен. Он в несколько широких шагов оказывается рядом. Ноздри яростно раздуваются, глаза прищурены, все черты лица заострились.

И кого еще мне стоит бояться больше: этого чёрного огромного кошака или своего мужа?

— Что ты тут делаешь? — сверкая своими чёрными глазами, спрашивает он.

— Решила посмотреть окрестности, — пожимаю плечами и продолжаю гладить пантеру, которая теперь приоткрыла один глаз и внимательно наблюдает за нашим с Тиреном разговором.

— Я разве разрешал? — явно сдерживая гнев, продолжает мой муж.

— А мне уже и для этого разрешение нужно? Мне вроде бы запрещалось только в библиотеку твою заходить, — усмехаюсь я и уже начинаю почесывать пантеру двумя руками.

— Ейя, — рявкает Тирен, — иди ко мне.

Пантера с тоской смотрит на меня и отходит за спину Тирена. Так Ейя приручена? Когда и как мой муж успел подружиться с пантерой? Любопытно, но я подавляю в себе желание спросить. Неважно. Меня больше беспокоит то, как Тирен разговаривает с кошкой. Я свожу брови на переносице и буравлю взглядом своего мужа.

— Я смотрю, твое самое любимое дело — это командовать, — возмущаюсь я. — И мной, и бедной кисой…

— Тебе не кажется, что размеры “кисы” должны тебя пугать, а не вызывать желание погладить её?

— А тебе не кажется, что доброе слово и кошке приятно? — фыркаю я и, обогнув Тирена, сама подхожу к пантере, чтобы погладить.

— Куда ты решила уйти? — серьезно спрашивает муж. — И не надо тут мне рассказывать про прогуляться. На прогулки нож с собой не берут: он у тебя подкладку прорезал и теперь торчит.

Смотрю и понимаю, что он прав, а я растяпа. Но это не повод отказываться от идеи дать весточку отцу, а, значит, мне надо как-то получить шанс сделать это.

— Мне скучно тут, — тяжело вздыхаю я, делая несчастное выражение лица. — Если ты меня не вернешь в замок, то хотя бы давай в ближайший город слетаем? Какие-нибудь украшения себе присмотрю. А, может, повезёт, и там ярмарка будет.

Судя по выражению лица, Тирену эта идея не по душе. Но и чтобы я просто так шаталась по окрестностям, он тоже не хочет.

— Ярмарка идёт в городке неподалёку. Но она скоро закончится, время позднее. Так что иди…

— Может, мы успеем? — шагаю к Тирену и касаюсь его руки. — Когда будет ещё шанс? Пожалуйста.

Что-то во взгляде мужа меняется. Он прикрывает глаза, думая, сжимает челюсть ещё сильнее. Я уже думаю, что он мне откажет, но…

— Иди собирайся, — коротко бросает он мне. — И нож в этот раз оставь в домике. В городе я буду рядом.

Я последний раз провожу по мягкой шерстке пантеры, мысленно обещаю ей, что мы ещё встретимся, и она отвечает мне громким мурлыканьем.

Тирен бросает на нас раздражённый взгляд, когда я подмигиваю Ейе. Вот так, да! Радуюсь своей маленькой победе над ним. А вот нечего тут командовать и вредничать.

Но и слишком сильно злить Тирена не в моих интересах, а то ещё передумает! Поэтому я сбегаю к домику и переодеваю платье на более соответствующее выходу в город — из атласа и органзы. А сверху накидываю тонкий плащ с капюшоном.

— Ты готова? — Тирен встречает меня уже на кухне. — Тогда полетели, чтобы вернуться до заката.

Полёт оказывается недолгим: ближайший городишка ютится в ущелье рядом с горной речкой буквально за перевалом. Но, к моему удивлению, он достаточно крупный, намного крупнее деревни, куда мы летали с Тиреном лечить людей.

Сделав круг над городом, Тирен приземляется на окраине, так, чтобы ничего не разломать, а уже оттуда мы добираемся до главной площади мимо небольших уютных домиков и участочков с зарослями садовых деревьев.

На площади действительно ярмака. И хоть солнце уже спряталось за горами, и на город легли густые синие сумерки, тут все ещё многолюдно.

На противоположном конце площади виден помост, украшеный нарядными фонариками, на котором выступают акробаты с огненными палками, а вокруг торговцы зазывают в свои лавки, повозки скрипят колесами, горожане навеселе уже горланят песни.

Тирен сначала держит меня за руку, а потом властно притягивает за талию и держит крепко-крепко, всем своим видом показывая, что я его собственность и никуда он меня не отпустит.

Все вроде бы на первый взгляд спокойно, но тревога начинает зудеть где-то в груди. Как будто я добралась до самого края скалы и заношу ногу над пропастью.

Отбрасываю эти мысли. Просто волнуюсь, что у меня может не получиться, а другого шанса не будет. Ярмарки в ближайших городках не каждый день проходят.

Ищу глазами здание почты с голубями — это сейчас будет надёжнее, чем пробовать сообщить с помощью кристалла. Здание с гербом находится прямо недалеко от помоста. Прекрасно! Есть повод, чтобы подойти.

— Тирен, я хочу посмотреть на выступление поближе! — восклицаю я.

Возможно, слишком наигранно, слишком воодушевленно, на границе с истеричностью. Тирен замечает мою нервозность и хмурится, но не отказывает, и мы оказываемся именно там, где мне нужно.

Кусаю губы и никак не могу справиться с волнением.

— Возможно, нам всё же стоит прилететь сюда в более тихое время? — спрашивает муж.

О, нет! Нет-нет-нет!

— Все хорошо! Просто пока летели, я очень захотела пить, — вру напропалую я. — Видела в том лотке апельсиновый сок. Принесешь?

Тирен сжимает челюсти, прикидывает расстояние между нами и лотком, а потом кивает.

— Хорошо, — его пронизывающий взгляд будто видит все мои замыслы, муж словно читает мои мысли.

Но я-то знаю, что у него нет ментальной магии. Никакой.

Когда Тирен уходит, и нас на некоторое время друг от друга отрезает толпа, я кидаюсь к крыльцу станции, молясь, чтобы она работала. Мне везёт.

Служащий отдает мне бумажку для записки, ждёт, пока я быстро напишу пару строк, а потом, легко тронув голубя магией, отправляет его. Фух. Успела.

Разворачиваюсь, торопясь, спускаюсь по ступенькам и уже в самом конце лестницы пересекаюсь взглядом с Тиреном, который пристально смотрит на меня. От испуга сердце подскакивает в груди. Сколько он видел?