Глава XLIX. Ловушка

Проходит почти месяц с их отлета, но ни одной весточки за все это время мы так и не получаем. Места для спасенных давно подготовлены, и лаборатория выглядит слишком пустой. Словно затишье перед бурей.

Мы с Томом сидим в лаборатории, не зная, чем себя занять. Я протяжно вздыхаю, привлекая внимание парня.

— Как думаешь, у них все хорошо? — спрашивает он.

— Они опытные пираты и смогут выпутаться из любой ситуации, — пытаюсь успокоить его я, хотя сама не верю собственным словам.

Внезапно в коридоре раздаются ужасающие крики, мы с Томом срываемся с места и тут же мчимся на звук. Они приводят нас в лабораторию.

Стоит нам влететь в нее, как мы тут же застываем от шока. Вокруг толпятся с десяток раненых, все они отправились на ту операцию.

Я глазами пытаюсь найти знакомые фигуры, но их нет в этой толпе.

Внезапно за спиной раздается знакомый голос:

— Дорогу! В сторону! — командует Бенедикт.

Мы с Томом оборачиваемся и видим его вместе с Виенной, которые катят носилки с тяжело раненым.

Совладав с паникой, я подлетаю к ним.

— Что произошло? — дрожащим голосом спрашиваю я, осматривая тело на кушетке и тут же закрываю рот рукой.

Все тело Торвальда в мелких порезах, а на животе и груди зияют глубокие раны, из которых хлещет кровь. Бенедикт и Виенна стараются прижать их тканью, но она уже насквозь пропитана алым.

Его губы искусаны, а лицо перекошено от боли, но, кажется, у него больше не осталось сил на крики.

— Это была ловушка, — зло цедит Бенедикт, его лицо тоже устлано порезами, но сам он в порядке.

— Босс прикрывал наше отступление, а теперь сам на пороге смерти, — в ужасе бормочет Виенна, дрожащими руками меняя повязки.

— Нам пришлось изрядно помотаться по галактикам, чтобы сбить со следа преследователей, слишком много времени упущено, он долго не протянет, — добавляет Бенедикт.

Они пережили нечто ужасное, сейчас в них бушует множество чувств, мои руки тоже дрожат, но, думаю, сейчас только я способна сохранить хотя бы видимое спокойствие.

— Том, срочно зови лекарей, нам нужна операция! — командую я.

Парнишка, до этого стоящий на том же месте от шока, подскакивает на месте и бежит выполнять поручение.

— Давай я? — говорю чуть мягче, обращаясь к Виенее. — Ты пока посмотри, все ли в порядке с остальными, а особенно со спасенными.

— Нет спасенных, — обреченно бормочет девушка, но пускает меня к Торвальду.

Я тут же сменяю ее, а мои руки моментально покрываются кровью. Меня едва не воротит от такого зрелища, но я собираю остатки самообладания.

— Как это нет? — хмурюсь я, подхватывая их странное настроение.

— Наводка была ложью, не было никакой базы, лишь тщательно спланированная ловушка. Несколько наших погибло, а босс сильно пострадал, — сжимая кулаки, цедит Бенедикт.

В этот момент в комнату залетает несколько врачей, они тут же сменяют нас и забирают Торвальда в небольшую комнатку, быстро организовывая ее под операцию. Нас выгоняют оттуда, а нам остается лишь ждать под дверью.

— Кому могло понадобиться устраивать такую засаду? — бормочу себе под нос я.

— У босса немало врагов, а наши операции по спасению не могли вечно оставаться незамеченными, — протяжно вздыхает Виенна.

В моей голове всплывает фраза Торвальда, брошенная еще при нашем знакомстве: «Только со мной ты будешь в безопасности». Но, кажется, даже с ним я в неменьшей опасности.

Время тянется мучительно долго, заставляя прокручивать в голове самый страшный исход. Все сохраняют молчание, но лица говорят наши сами за себя. Лишь спустя несколько часов дверь открывается, и оттуда выходит доктор.

— Как он? — Тут же подлетает к нему Виенна.

— Раны были очень серьезными, мы сделали все, что было в наших силах. Эта ночь будет решающей, — отвечает мужчина в маске. — Сейчас ему нужен покой.

Его слова нисколько нас не успокаивают, но надежда все еще есть.

— Вы сильно устали, отдохните, я прослежу за ним, — первая прерываю молчание я.

Бенедикт хоть и хмурится, но соглашается со мной, а Виенна точно не в том состоянии, чтобы заботиться о ком-то, ее до сих пор трясет от пережитого.

— Позаботься о нем, и если что-то случится, тут же зови, — строго говорит мужчина и уводит девушку за собой.

Когда они скрываются из виду, я осторожно открываю дверь и вхожу в комнату. Вокруг витает запах спирта и крови, заставляя меня содрогнуться от ужаса.

Я медленно приближаюсь к его кровати и пододвигаю стул ближе. Его тело обмотано бинтами, а лицо выглядит таким бледным, будто из него высосали всю жизнь.

Касаясь его лица, я подмечаю, какой он холодный и уязвимый. Наверное, я должна испытывать другие эмоции, ведь человек, которого я ненавидела, при смерти, однако в моем сердце таится лишь беспокойство и страх.

Я осторожно заключал его руку в свою.

— Ты не можешь вот так умереть, ты ведь обещал мне рассказать всю правду, — шепчу я, а по моей щеке катится первая слеза.