Глава 12

– Дочка, ты точно уверена? – спрашивает мама, когда я кручусь перед зеркалом в наряде, который она сшила для меня.

– На сто процентов, – отвечаю твердо.

Я ни за что не признаюсь маме, что меня бросает в жар от одной мысли, что я появлюсь на дне рождения брата моего мужа в платье глубокого синего цвета с золотой вышивкой. И с таким макияжем, какой задумала. Выразительным, подчеркивающим все черты моего лица.

Маме непривычно видеть меня такой. Даже мне самой это удивительно. Я ведь привыкла носить пастельные, неприметные цвета. Глаза красить не ярко, губы вообще не подчеркивать.

Неприметная мышка.

Удобная.

Беспроблемная.

Теперь я хочу быть другой. Яркой, броской, запоминающейся.

Я хочу превзойти Сафию по красоте и яркости.

Я должна ее превзойти, чтобы мой муж наконец меня заметил.

Да, после нашего секса многое изменилось. Орхан чаще разговаривает со мной. Стал чуть мягче. Интересуется мной, касается.

Но я все равно чувствую эту отстраненность. Как будто он делает все это, потому что так положено.

– Ты очень красивая, моя девочка, – мама накрывает руками мои плечи. – ИншаАллах твой муж влюбится в тебя еще сильнее.

Еще сильнее…

Как будто он вообще в принципе влюблен в меня.

В ответ на слова мамы я улыбаюсь, хотя внутренности сжимаются от одной мысли о том, что Орхан никогда не сможет полюбить меня. Не узнает, какая я на самом деле.

После визита к родителям у меня первое занятие с ученицей. Ее зовут Фарида. Очаровательная девчушка восьми лет с жаждой знаний и искристой улыбкой.

Мы занимаемся в малой гостиной в нашем с Орханом крыле дома. Здесь много света и спокойная обстановка, так что ничто не отвлекает нас.

Фарида старательно повторяет за мной слова. Она плохо знает английский, но легко все запоминает в игровой форме.

– А теперь давай с тобой поиграем в мяч, – предлагаю ей и встаю. Глаза девочки расширяются, и она улыбается шире. Подскакивает со своего места и встает на расстоянии от меня. – Я бросаю тебе мяч и называю слово на русском. Ты возвращаешь мне мяч, повторив слово на английском. Договорились?

– А если я вдруг не буду помнить его на английском?

– Не переживай. Ошибаться можно. К тому же, я рядом, так что подскажу, если вдруг забудешь.

Игра начинается. Мы с Фаридой хохочем, особенно когда она коверкает слова, если не помнит произношения или перевода. В процессе я поправляю ее, мы повторяем это слово еще парой бросков мяча.

Занятие проходит и правда весело. Я сама получаю столько удовольствия, что даже не замечаю присутствие третьего человека в гостиной. Только когда улавливаю боковым зрением движение у двери, резко поворачиваю голову, и мяч, ударившись о мои руки, падает на пол.

Сталкиваюсь взглядом с мужем. Он смотрит на меня с легкой задумчивой улыбкой.

– Ас-саляму алейкум, – приветствует меня Орхан.

Фарида с интересом посматривает на моего мужа.

– Ва аллейкум ассалям, – отвечаю хрипловато.

– Услышал смех, решил проверить, что тут происходит. – Он заходит и присаживается, глядя на Фариду. – Привет. Я Орхан.

– Здравствуйте, – скромно произносит малышка. – Я знаю. Мой папа с вами дружит.

– Дружит, – кивает с улыбкой Орхан. – Гульзара моя жена.

– Правда? – она смотрит на меня своими светящимися глазами. – А детки у вас есть?

– Пока нет. Но обязательно будут, – твердо произносит мой муж и смотрит на меня… как-то иначе.

Моргает пару раз, словно сбрасывает с себя какую-то пелену, и его взгляд снова становится спокойным и немного безразличным. Привычным.

В этот момент звенит таймер, который я завела в начале занятия. Орхан поднимается.

– На сегодня занятие окончено, – говорю Фариде. – Встретимся с тобой через два дня.

– Спасибо, Зара! – восклицает она.

– Пойдем, провожу тебя к машине.

Вечером, когда я укладываюсь в кровать, Орхан отрывает взгляд от телефона и переводит его на меня.

– Ты хорошо ладишь с детьми, – говорит он. – Фарида в восторге от занятия. Как и мои племянники.

– Я люблю детей. Профессию выбирала по душе, а не по настоянию родителей.

– Это заметно. Ты и сама получаешь удовольствие от обучения.

– Дети… они настоящие. Искренние. У них на лицах написаны все чувства. Они умеют обманывать только ртом. Но во взглядах читается то, что они думают на самом деле. С ними намного легче, чем со взрослыми.

Я ложусь на бок лицом к мужу, и на мою щеку падает прядь волос. Внезапно Орхан протягивает руку и заправляет эту прядь мне за ухо.

Смотрит странно. Как будто с каким-то сожалением. Но, как я сказала мужу, взрослые гораздо эффективнее скрывают свои чувства, так что невозможно разгадать, что они думают на самом деле.

Я втягиваю в себя воздух.

Орхан проводит кончикам пальцев по моей скуле. Зависает на мгновение, словно задумавшись, а потом резко отстраняется и утыкается взглядом в телефон. Как будто ни этого разговора, ни ласкового жеста не было.

В комнате словно холоднее становится.

Почему он пытается скрыть свое хорошее отношение?

Зачем делает вид, будто он ко мне совершенно равнодушен?

А может, то, что между нами начал таять лед, я себе придумала?

Интересно, изменится ли его отношение ко мне, когда он увидит меня в том наряде и с ярким макияжем? Посмотрит ли по-другому?

Я очень хочу, чтобы он перестал видеть во мне наивную молодую девушку, и начал наконец видеть женщину.

Но если и в день рождения брата он будет относиться ко мне, как к тени, то я потребую развод. Не могу я так жить! Эти эмоциональные качели сводят с ума.

Да, Орхан не обижает меня. Супружеский долг выполняет.

Но этот холод, который он демонстрирует… Он режет без ножа. Каждый день потихоньку убивает меня.

Иногда я даже чувствую себя какой-то дрессированной собачонкой, которая пытается угодить хозяину, чтобы получить еще хотя бы крупицу ласки. Это убивает мою гордость и вызывает невероятное напряжение, в котором я нахожусь постоянно, когда рядом мой муж.

А пика это напряжение достигает в день рождения Рамиза, когда я надеваю свое роскошное платье и подвожу глаза сурьмой, а губы – персиковой помадой.

Окидываю себя взглядом в зеркале в полный рост и, сделав глубокий вдох, покидаю спальню.

– Зара, дочка! – всплескивает руками свекровь, когда я спускаюсь по ступенькам. – Какая же красавица! Какой цветок! Орхан! Иди скорее сюда! Всевышний благословил наш дом красивыми детьми!

Мама Сурья прижимает руки к груди, а из гостиной выходит мой муж. Сначала скользит по мне безразличным взглядом, а потом он проясняется и впивается в меня, прожигая дыры на моем роскошном платье.

– Правда, красавица? – выдыхает свекровь.

Внезапно лицо Орхана меняется. Он выглядит так, будто злится. Крепко сжатые челюсти, поджатые губы.

– Правда, – выдает сухо и кивает на выход. – Поехали, опоздаем.

После этого он сразу направляется из дома, а я смотрю ему вслед.

Мне вдруг сильно захотелось пойти переодеться в мою неприметную одежду и смыть макияж.

Что я сделала не так?..