Глава 5. Необычный гость.
Родственники уехали после обеда. Мужья тоже куда-то укатили, я осталась одна в большом доме, осмотрев все комнаты и заскучав, вернулась к себе. На туалетном столике больше не было шкатулок с ювелирными украшениями, лишь щётка и пару заколок. В гардеробной три-четыре бесформенных платья и ночнушки.
До вечера я вновь читала книги, прячась в комнате. Тарика уговорила поужинать во дворе, сдалась, и мы поехали вниз.
Мужья вернулись за полночь и не одни. Слышала женский смех, мужские шаги и голоса. Шумные соседи переместились в комнату за стенкой, и смех сменился стоном. Я была уже в кровати, просто укрылась с головой и сцепила зубы, чтобы не заорать от злости.
Такое продолжалось около двух недель. Каждый вечер мужья приходили с очередной бабой и трахали её вдвоём. А утром, позавтракав, удалялись по своим сверхважным делам. Я эти дни читала книги, занималась с Тарикой. Она делала мне массаж ног и спины, да и я старалась сама двигать конечностями. Правда, эффекта ноль. Но самое главное – посредством книг я узнала мироустройство, расы и географию планеты.
Самое главное – нашла ответ: почему у меня целых два изверга-мужа. В этом мире дефицит девочек. Особенно у других рас, в Фестельхейме более-менее стабильно, есть, конечно, небольшой перекос, но не такой сильный. За девочек государство платит единоразово хорошую сумму. Но никаких прав у этих девочек нет. Раньше, при старом императоре, девушек продавали в другие империи, так как человек совместим со всеми расами. По рассказам Тарики, ещё остались такие заведения, где подпольно торгуют живым товаром. Обычно этим занимаются бедные слои общества, чтобы хоть как-то прокормить семью, родители жертвуют одной дочерью. В высшем же обществе для совершеннолетних девушек проводится императорский бал, в котором юные дебютантки выбирают себе достойных супругов. Будущие мужья платят родителям невесты баснословные деньги и, я так полагаю, поэтому ждут рождения своей дочери, чтобы позже продать подороже и хоть как-то отбить этот навязанный брак. После свадьбы мужчины должны заботиться о жене, холить, лелеять и носить на руках. Звучит как издёвка, конечно.
В этот вечер сценарий нарушился, мужчины вернулись довольно рано, я ещё ужинала в столовой. И удивлённо смотрела на них. Неужели в этой глуши женщины закончились?
- Тарика, проводи Лилиану наверх и уложи госпожу в кровать, – потребовал Дадарио, не смотря на меня.
- Я ещё не доела и спать так рано не планировала, – остановила жестом сиделку.
- Это не обсуждается, Лилиана. Мы ждём гостей и твоё присутствие нежелательно, – сухо заметил второй муж.
- Трахать баб вам моё присутствие не мешало, – выплюнула я и, отъехав в кресле от стола, сама направилась наверх.
Дадарио, как и Тарика, последовал за мной. Моя помощница помогла переместиться в постель, подала ночную рубашку. Я выжидательно уставилась на мужа, не буду же перед ним переодеваться. Мужчина хмыкнул, подхватил коляску и ушёл, хлопнув дверью.
- Тарика, ты должна подглядеть, что там за гости к нам придут, – я скинула платье и переоделась в ночнушку. Уже приноровилась и многие вещи делала без помощи помощницы.
- Господа могут разгневаться и уволить меня, госпожа, – не согласилась женщина, вешая платье на спинку стула.
- А ты тихонечко, одним глазком. Пожаааалуйста, – заканючила я, цепляясь за руки Тарики.
- Я попробую, но не обещаю, – сдалась через время женщина и, покачав головой, удалилась.
Через час услышала, как подъезжает машина. Кое-как с кровати пересела на стул, со стула на кресло и, подтянувшись на руках, выглянула в окошко. У дома стояла большая крытая машина с гербами на дверцах. Из неё вышел высокий статный мужчина с длинными волосами. В руках он держал трость с круглым набалдашником, брови сурово сведены и хмурятся, глаз не видно. У него орлиный нос, губы поджаты, но довольно выразительные. Густая щетина, переходящая в бороду, закрывает часть щёк и подбородок. В вороте светлой рубашки видна смуглая кожа. Он не смотрел по сторонам, только на моих мужей. Мужчины подошли к нему, ударили по груди, склонили головы и расступились, приглашая зайти. Незнакомец шёл очень уверенно, выпятив вперёд грудь, и держал голову высоко. Возможно, он их начальник, я ведь даже не знаю, чем занимаются мои мужья.
Они давно пропали из виду, но я продолжала таращиться на красивую чёрную машину. Мне хотелось верить, что этот незнакомец приехал ко мне. Приехал, чтобы наказать всех повинных в моём состоянии и увезти меня домой. В настоящий дом, там, где меня будут как минимум уважать. Я стряхнула наваждение и потихоньку переместилась на стул, а после на кровать. Эта прогулка отняла много сил, руки гудели и ныли. Но я решила выйти из комнаты, мне хотелось заглянуть в глаза этого мужчины.
Отдышавшись, я опустилась на ковёр и, перемещая тело руками, как обезьянка, поползла к двери. У меня получилось открыть дверь и выйти в коридор. Я замерла, слушая незнакомый голос. Его уже слышала несколько раз, когда лежала в беспамятстве. И когда падала… Я поспешила, прикладывая больше усилий, и добралась до лестницы. Оставалось только спуститься, справлюсь и с этим. Главное, медленно продвигаться.
- Конечно её можно повидать, сейчас проверю: не спит ли Лили, – услышала голос Родерика и запаниковала.
Он увидел меня, его глаза наполнились яростью. Мужчина в два шага подскочил ко мне и, схватив за шею двумя руками, поднял.
- Тебе что велено?! – прошипел он и поволок в комнату. Я задыхалась, била по предплечьям, царапалась и пыталась закричать, но хватка становилась сильнее и сдавливала горло. – Хочешь в очередной раз опозорить нас?!
Он занёс в комнату, уложил в кровать и, нависнув, продолжал давить. Воздуха катастрофически не хватало, мои удары не причиняли никакого вреда. Я чувствовала, как задыхаюсь, чёрные мушки прыгали перед глазами, уши заложило. Родерик разжал пальцы, раскашлялась, лёгкие жгло, я не могла остановиться, часто дышала и держась за горло.
- Ещё раз нарушишь мой приказ, твоя жизнь превратится в ад! – убийственно прошипел Родерик и направился к двери.
Меня всю трясло, я лихорадочно подтягивала одеяло и укрывалась с головой. Стараясь подавить злые слёзы, я зажмурилась, вжалась в подушку. Сердце трепыхалось раненной птицей.
- Увы, она уже спит, – лживо-расстроено протянул Родерик, тихонько прикрывая мою дверь. – Возможно, вы останетесь до утра?
Что ответил незнакомец, осталось для меня тайной. Но по отъезжающей машине поняла: он не остался. А я заснула беспокойным сном. На утро ко мне зашла совершенно другая женщина. Мужеподобная, грубая и малоразговорчивая. Она сдёрнула тяжёлые занавески и так же грубо сдёрнула с меня одеяло. Я непонимающе заморгала, осматривая её.
- Подъём, госпожа. Завтракать пора, – пробасила она и попыталась посадить меня.
- Ты кто? Где Тарика? - дёрнулась от неё и отбила наглые мозолистый руки.
- Уволилась, – сухо бросила она и снова попыталась подойти ко мне.
- Не трогай меня! Пошла прочь! – верещала я, отбиваясь от незнакомки.
- Господа говорили, что вы невменяемая, не думала, что настолько, – проворчала женщина и заломила обе руки. Поморщилась от боли. – Давайте договоримся: я вам помогаю, а вы ведете себя смирно. Нам же не нужны проблемы, правда?
Я резко подалась вперёд, ударяясь лбом об нос новой няньки. Та завыла и, выпустив меня, сбежала. Через пару минут в комнату ворвался Дадарио.
- Верни мне Тарику! – закричала я.
- Она не хочет с тобой работать, – спокойно заметил он.
- Это не правда! Верни мне Тарику, немедленно верни мне Тарику! – тараторила я, избивая подушку и матрас. – Я на всё закрыла глаза: на вашу ложь родителям, на измены, на грубое обращение и угрозы, но лишать меня единственного, кто относится ко мне по-человечески, не позволю! Неужели тебе настолько плевать на меня? Сколько мы женаты? Неужели в твоей душе нет капли сострадания, чёрствый мужлан! Ты думаешь только о себе, о своём пенисе и репутации. Ненавижу вас, ненавижу вас обоих. Вы меня погубили, вы и ваши любовницы. Убирайся, убирайтесь все из комнаты. Никого не хочу видеть! Пока не вернётся Тарика, я не встану из этой кровати! Я убью себя, не нужна мне такая жизнь, видеть вас не могу!
Я орала на Дадарио, не замечая, как в комнату зашёл Родерик, выговаривала всё, что накипело, и требовала вернуть мою помощницу. Родерик хотел подойти ближе и, возможно, ударить, но его остановил Дадарио. Мужчины ушли, а я не могла успокоиться, кричала, выла и ругалась на мужчин. Швырялась подушками и одеялом, всё, что попадалось под руку, летело в закрытую дверь.
Через время в комнату зашла Тарика. Она бросилась ко мне и крепко обняла.
- Тише, госпожа, тише, я здесь, я с вами, – шептала она, укачивая меня в своих добрых руках.
Этот день я провела в постели, вспышка злости отняла все силы и всё тело болело, особенно горло. Тарика лечила меня и читала книги, так как у меня не было сил даже на это. Она кормила меня с ложечки и обтирала губкой. Ко мне больше никто не зашёл.
Через два дня, когда мне стало лучше, я узнала, что мужья уехали в столицу. В доме остались только я и Тарика. Весь штат слуг тоже уехал вместе с господами. Была ли я рада? Очень. Мне даже дышать легче стало.
Последующие дни потекли размеренно и спокойно. Я упросила Тарику купить мне принадлежности для рисования и много рисовала на природе. Моя сиделка готовила для нас однообразные блюда, возила на прогулку не далеко от дома, рассказывала истории. Всё шло хорошо. Пока не закончились продукты и деньги. Прошло примерно две недели с отъезда мужей. Женщина на утро подала пару бутербродов без сыра и всё.
- Ваши мужья обещали присылать деньги на продукты, но, видимо, посылка задерживается, – извиняясь, пожала плечами подруга. Она стала мне подругой. Почти сестрой.
- Они забыли, Тарика. Просто забыли, – проглотив ком в горле, сказала я. – Пора нам самим заработать денег. Возьми парочку картин и попробуй продать на местном рынке.
- Лучше схожу к лекарю Эндеру, к нему обращаются состоятельные горожане. Возможно, быстрее продам, – улыбнулась женщина и, оставив меня завтракать, убежала в дом.
Пока не было сиделки, я решила проехаться к Каменному лесу. Тарика вечно отказывается так далеко гулять со мной. Возможно, не хочет пешком идти или ленится. На всякий случай оставила Тарике записку, набрала воды во фляжку и поехала.
***
Скайлер, Император Фестельхейма
- Ваше Величество, - ко мне заглянул один из близких родственников и друзей, кузен Джайро.
- Проходи, Джай, – отложил документы и откинулся на спинку кресла, разминая шею.
- Граф Отто и Герцог Рейтон вернулись в столицу пару недель назад, – Джайро сел на диванчик, закинув ногу на ногу. – Без Лилианы.
- Я был у них как раз пару недель назад. Не смог повидать Лили, она уже спала, – задумчиво протянул, покрутив кольцо на мизинце. То самое кольцо, которое не приняла единственная, кому я предложил руку и сердце.
За эти полтора месяца пытался связаться с Лили, но своенравная женщина не отвечала на письма. Мужья оберегали их частную жизнь, не давая и шанса повидаться с ней. Они присылали отчёты, заключения нескольких лекарей и просили от её имени оставить в покое их семью. Я сам понимал, что не стоит влезать, она уже сделала выбор. Отвергла меня, оставив с кольцом в руке и дырой в сердце. Прошло два года, я честно старался не смотреть в сторону её семьи. Но с замиранием ждал её выхода в свет, она обожала высшее общество, балы и фуршеты. Весь мир крутился вокруг неё одной. Правда, после выкидыша женщина сменила образ жизни. Замкнулась в себе и почти не появлялась во дворце.
- Пора тебе и вправду забыть её, Скайлер, – тихо заметил Джайро. – Она в инвалидном кресле. Не сможет родить детей. Хватит с неё твоего внимания.
- Ты винишь меня в её бедах? – удивился, выныривая из прошлого.
- Отчасти. Ты не слышишь того, что слышу я. Долгие годы её считали твоей любовницей. Сейчас весь свет радуется, что герцогиня Рейтон уехала из столицы.
- Но между нами ничего никогда не было. Она предпочла Родерика и Дадарио. Разве моё решение ускорить их свадьбу не показатель? – меня разозлили слова кузена, я вскочил, готовый разорвать весь мир за злословие.
- Ты за эти годы так и не женился, не обзавёлся фавориткой. Свет видит всё и делает неправильные выводы. Нужно это прекратить.
- Хватит. Лучше установи за ними слежку, – отмахнулся я от слов кузена.
- Как знал, – вздохнул Джейро и протянул папку. – Здесь все места, где были лорды за последнюю неделю.
Я открыл папку, и на первой же странице была надпись «Кладбище святого Туле».
- Что они делали на кладбище? – поднял глаза на кузена.
- Навещали несостоявшуюся невесту.
- Кого?
- До того, как ты объявил свадьбу Лилианы и Родерика, у лордов была невеста. За несколько дней до свадьбы она умерла при загадочных обстоятельствах.
- И никто не расследовал это дело?
- Родерик расследовал, но куда всё привело, он не оглашал.
- Значит, ты выяснишь, что случилось с этой невестой! – приказал я.
- Ты думаешь, это как-то связано? – удивился Джейро.
- Помнится, Лили призналась, что эти двое до беспамятства любят её, а она любит их. Про невесту слышу впервые.
Джейро встал, поклонился и вышел. Я же задумался над его словами. Доля правды в них тоже была. Пора оставить в покое эту семью, но сначала я узнаю, почему эти лорды вернулись в столицу и почему вместо того, чтобы заботиться о живой жене, они навещают мёртвую невесту.
- Ваше Величество, вас ждут в Совете, – ко мне заглянул секретарь и напомнил о делах империи.
Кивнув, встал и занялся рутиной. Работа отнимала все силы и помогала забыться. В Фестельхейме не всё было стабильно, многие провинции страдали от набегов разбойников, нужно было как-то бороться с ними. В империи Ластерхем поменялось правительство, императора свергли, что теперь ожидать от фейри, неизвестно. Нужно быть готовым ко всему. Дела захватили меня, нужно было срочно ехать в другой город, в столицу вернулся только через долгих десять дней. Тут же связался с Джейро и потребовал пригласить Герцога Родерика и графа Дадарио.
Герцог Родерик Рейтон и граф Дадарио Отто прибыли незамедлительно. Показал им на кресла, дождался, пока они рассядутся, и перешёл к сути вопроса:
- Почему вы здесь, благородные лорды?
- Вы просили явиться к вам, – удивился Дадарио.
- Почему вы в столице без своей жены?! – раздражённо перефразировал вопрос.
- Она не хочет нас видеть и попросила уехать, иначе убьёт себя, – ответил Родерик. – И вас она видеть тоже не хочет.
- С кем она осталась? Кто за ней смотрит? Вы послушали подавленную женщину и уехали? Что за безответственность!
- Ваше Величество, с ней осталась сиделка, которую нанял ваш лекарь. Мы не хотели оставлять, но её заявления были вполне серьёзные, чтобы не травмировать жену ещё сильнее, нам пришлось оставить её, – ответил Дадарио и поставил кристалл проекции на стол.
Перед нами появилась картинка. Я подался всем корпусом, смотря на Лилиану. Она сидела на кровати, ночная рубашка съехала с плеча, слегка оголяя её грудь, волосы растрёпаны, лицо красное.
- Ненавижу вас, ненавижу вас обоих! Убирайся, убирайтесь все из комнаты! Никого не хочу видеть! Я не выйду из этой комнаты! Я убью себя, видеть вас не могу! Убирайтесь немедленно! – орала Лилиана, скидывая на пол подушки, одеяла и комкая простыни.
- Это лишь малая часть, – тихо заметил Дадарио и поменял кристаллы. – Без нас ей лучше, вот посмотрите. Она перестала запираться в комнате.
Новая проекция – девушка с косичкой сидела боком ко мне. Пару прядей выбились из косы и прилипли к щеке, она их смахнула, пачкая лицо в краске. Лилиана рисовала на маленьком мольберте и улыбалась своим мыслям.
- Мы не оставили её одну, с ней профессиональная сиделка, она каждый день докладывает о состоянии нашей жены.
Я сменил тему, отрывая взгляд от женщины и спрашивая о делах лордов, а после отправил восвояси. Напоследок Родерик оставил письмо, заявив, что оно от Лили. Схватил конверт и, разорвав его, вынул письмо.
«Отпусти меня, дорогой. Нас больше нет и никогда не будет. Забудь моё имя, забудь меня, забудь всё, что нас связывало. Не приезжай, не спрашивай, не интересуйся.»
Что-то в этом письме было не так. Почему Лили написала его? Ведь НАС никогда не было, да и не связывало давно ничего. Хоть почерк и был её, но вот подача письма совершенно не похожа на её стиль.
- Джейро, проверь это письмо, – приказал я, выходя из кабинета.
- Ты думаешь, они фальшивое? – мужчина принюхался к бумаге и, сложив, убрал в карман.
- Думаю, эти двое что-то скрывают от меня, – мрачно процедил я.