Глава 14 «Каждая случайность не случайна»

Оля

У Самойловых большой, очень красивый дом и ухоженный участок.

Везде куда не упадет взгляд, чувствуется хозяйская рука и наличие немалых денег.

- А вот баню мы так и не доделали, - немного расстроенно делится со мной хозяйка дома и кивает на немалый домик из кругляка, что стоит поодаль от беседки, где мы собственно и расположились.

- У вас тут и так чудесно, - заверяю ее и делаю маленький глоточек вина из своего бокала.

Татьяна краснеет от моей маленькой похвалы и тоже пьет вино.

Неплохое кстати.

Максим выбирал. В винах, как и во многом другом он специалист.

И я ничуть не кривлю душой.

В гостях у Самойловых на самом деле очень приятно находится. Вадим и Татьяна очень душевные и толковые люди. С ними легко и просто общаться. Дети у них тоже на редкость воспитанные. Даже собаки, коих на этот большом участке не меньше четырех само очарование. Мой Буран и в половину не так хорошо выдрессирован, как эти милые пушистики.

Несмотря на то, что Татьяна домохозяйка у нас оказалось очень много общих тем для разговоров и интересов. Одна из них конечно же дети и проблемы с их воспитанием.

- Так, вот приходит ко мне мой старший и говорит, что любит Алину Денисовну, - со смехом рассказывает Таня, - Я чуть под стол не упала. Представляешь?

- А она симпатичная хоть? - подкалывая, любопытствует Макс.

- Ну, ничего так. Вполне в его… - с ухмылкой подмигивает Вадим и тут же получает от жены увесистый подзатыльник, - Ауч! В его вкусе.

Следом ему прилетает еще.

- Ай! Да за что?

- За Алину…, - мстительно цедит Таня, - Денисовну.

- Да я ж без подтекста.

- Так и я без…хм…подтекста…

И все это с задорным хихиканьем.

В этой семье явно все нормально со здоровым чувством юмора и доверием.

Это не может не подкупать.

Хорошие у Максима друзья…правильные.

У меня таких никогда не было.

- А знаешь, Оля, с тобой приятно разговаривать, - неожиданно признается уже чуть захмелевшая от вина и свежего воздуха Татьяна, - Давно у меня не было такого хорошего собеседника, как ты.

- Это странно, - недоверчиво кошусь на нее я, - Хотя бы потому, что я все больше люблю молчать и слушать.

- Ты знаешь, как мало сейчас нормальных людей, которые могут что-то дельное сказать и просто послушать.

- Никогда об этом не задумывалась. Я вообще мало общаюсь вне работы. Некогда.

- А вот это ты зря. Надо иногда…разбавлять работу. Ты, конечно, молодец, но не бессмертный же пони.

- Аха-ха.

Мужчины уходят к мангалу и колдуют там над шашлыком, а мы продолжаем медленно, но верно уговаривать полусухое в компании сырной нарезки и овощей.

- Я очень рада, что вы с Максимом теперь вместе, - продолжает откровенничать со мной Самойлова, пока мужчины не слышат, - Он хороший мужик, на самом деле.

- На самом деле? - скептически вскидываю брови я, - Кто-то странно звучит.

- Да, было дело. Он же пил одно время…Ой! Он тебе не рассказывал?

Не рассказывал, конечно, но я и сама догадывалась.

Свежо воспоминание того при каких обстоятельствах мы познакомились.

- Я ругалась страшно, - продолжает откровенничать Таня, - Потому что и Вадим мой повадился с ним за компанию, а я этого боюсь до ужаса. У меня отец от пьянки умер. Врагу такого в семье не пожелаешь.

- К чему ты это мне все рассказываешь?

Нет, ну правда, есть же конечная цель такого откровения.

- Это я тебе к тому, что бы ты понимала - бывших их не бывает. Не дай Бог сорвется и снова запьет. Если что у меня знакомая прокапывает после запоя…

Глядя сейчас на такого большого, сильного и уверенного в себе Максима сложно представить, что у него были серьёзные проблемы с алкоголем.

Я очень надеюсь, что это не какая-то проверка со стороны Татьяны.

Неприятно тогда получается.

- Все мы неидеальны, Таня, - философски замечаю я, - И в этом вся прелесть. Если бы все люди были идеальными жизнь стала невероятно скучна.

- Какие мудрые слова! Пожалуй, за это надо выпить. Самойлов! Ну, где там наш шашлык!

- Обожди, милая!

- Мы устали ждать, милый! У соседа шашлык пахнет вкуснее. Он в отличие от тебя его уже пожарил и ест!

- Вранье! Наглая и наиковарнейшая ложь! Пять минут и все будет.

Удовлетворившись таким ответом от мужа, Таня вновь возвращается ко мне.

- Нехорошо так говорить за глаза о людях, - продолжает пьяненькие откровения она, - Но бывшая Макса - мерзкая бабенка. Но тебе Макс наверняка рассказывал о том, как она его фактически на улицу выперла. И это при том, что он на квартиру зарабатывал.

Мне, разумеется, интересно, что же там у Максима с бывшей произошло, но сплетни собирать из уст Татьяны как-то не хочется.

Женщина она неплохая, но уж очень любительница поговорить и в основном обсудить чужие проблемы.

- Не интересовалась как-то, - равнодушно пожимаю плечами я и мастерски перевожу тему, - Так что ты говорила у твоего младшего с мелкой моторикой? Я могла бы тебе подсказать и показать несколько упражнений.

Тема вероятно наболевшая, потому что в глазах Тани сразу загорается нешуточный интерес.

Какое-то время мы ведем жаркую дискуссию по поводу тех или иных приемов наработки моторики, а после мужчины наконец-то подают к столу просто одуряюще пахнущее мясо.

Я что до этого заглушала голод нарезками, чуть слюной не захлебнулась от предвкушения.

- Это просто божественно, - ем и нахваливаю, - Кто мариновал мясо?

- У нас Таня по этой части, - признается Самойлов, - Я только жарить умею.

- М-м-м, очень вкусно… Выше всяческих похвал!

Дальше вечер проходит без напрягов.

Татьяна решив, видимо, что выполнила свою миссию и выболтала все самые «страшные» тайны Королева, больше эту тему не поднимала.

Мужчины вспоминали свою бурную институтскую молодость и травили байки, а дети бегали вокруг, периодически вовлекая нас в свои нехитрые игры.

- Тебе нужно свой центр открыть, - заметила Татьяна, после того как я рассказала ей о свой маленьких учениках, - И не только с детьми работать, но и персонал обучать. Ты одна все не успеешь. Нужно делегировать.

- Я думаю над этим. Пока все в помещение упирается. Что-то шикарное мне пока не по карману, а остальное не подходит.

- Погоди-ка! - Татьяна пихает своего уже немного захмелевшего мужа, - У тебя в центе есть доля в здании, где банк Помнишь?

- Ага. Имеется, - кивает Вадим.

- Надо нашей Оле помочь.

Вадим переводит взгляд на меня и добродушно хмыкает.

- Да не вопрос. Выделим тебе кабинет. Сколько метров надо?

Я как-то растерялась, потому что и сама не знаю сколько мне метров квадратных нужно. Судорожно пытаюсь прикинуть, но мои метания прерывает Максим.

- Я думаю, что сейчас не место и не время для переговоров. Если ты не против, - это уже Вадиму, - я тебе завтра наберу, и мы на трезвую голову обсудим.

- Заметано, брат, - добродушно соглашается Самойлов, - Может и доскочим по-быстрому. Посмотрите помещение. Кажется, я знаю, как Ольгу разместить со всем комфортном.

Вот так, уже на следующий день, без каких-либо проблем и проволочек, я оказываюсь счастливым арендатором целых дух просторных и светлых кабинетов за небольшую плату и даже с отсрочкой платежа до первой моей прибыли.

Не веря своему счастью, хожу по помещению, что находится удобно - на втором этаже, заглядываю в большие чистые окна, трогаю свежеокрашенные стены и глупо улыбаюсь. В голове уже мысленно вырисовывается план расположения мебели, которую еще предстоит купить, но это уже мелочи жизни. Не так важна мебель, как люди, которые будут работать и помогать мне.

- Ну, как? - спрашивает Максим, обнимая меня со спины, - Тебе нравится?

- Очень. Спасибо тебе, Макс. Дай поцелую.

- Да, мне-то за что? - удивляется он, - Это Вадиму спасибо, но целовать я тебе его запрещаю. Танька за волосы оттаскает - мало не покажется. А ты мне еще целенькой пригодишься.

- Шутник, - качаю головой и легонько чмокаю его в губы.

В этот момент появляется Вадим и криво улыбаясь, демонстративно трет руки.

- Ну, что?! Это дело надо обмыть!

- О, нет, - стону я, - У меня со вчерашнего еще голова побаливает. Какое обмыть, если работать надо.

- Вот-вот, - с кивком головы соглашается Макс, - И нам с тобой Вадим тоже работать не помешало. Ты мне обещал помочь разгрузить метал. Забыл уже?

Тут Самойлов заметно скис, но, к его чести, отнекиваться не стал.

- Тогда чего стоим? Поехали разгружать, а то меня Танька к обеду ждать будет.

Через пару минут мы дружно усаживаемся в машину к Максиму и едем в сторону дома.

Королев плавно выруливает на основную дорогу, притормаживает на перекрестке, перестраивается и чуть разогнавшись выезжает на перекресток, как внезапно в заднюю боковую дверь что-то с сильным толчком врезается.

- Да ё-ё-ё-ё…! - смачно ругается Королев и глушит мотор.

Мы с Вадимом слегка в шоке, крутим головами, понять, как такое произошло и каковы последствия столкновения.

- Все целы? - спрашивает Максим, обращаясь в основном к Вадиму, так я была в этот момент надежно пристегнута.

- Все нормально, - отзывается тот и кривит рот в горькой усмешке, - В нас похоже баба врезалась. На красный, овца, летела. Понакупят прав, твою дивизию!

- Сейчас разберемся.

Макс выходит из машины и идет осматривать повреждение.

Я поворачиваю голову, разглядывая врезавшуюся в нас иномарку и понимаю, что она кажется мне смутно знакомой. Чуть напрягаю зрение и понимаю, что права.

- Макс это Влада! - выскакиваю из машины и иду следом.

- Какая Влада? - смотрит недоуменно в лобовое стекло, где явно видно блондинистую голову моей бывшей подруги.

- Мать Дарины, - напоминаю я.

- Ах эта Влада…

А на заднем сиденье мелькает еще одна маленькая светлая макушка.

- Боже мой! Там же сзади Даринка!

Сердце в груди делает невероятный кульбит, а после сжимается от дикого страха за ребенка.

Рука сама тянется к ручке двери, чтобы вломиться в чужую машину и забрать под свое теплое и безопасное крыло ребенка. Останавливает меня лишь сухое и строгое:

- Не надо, Оля. Я сам. Иди и сядь в машину.

- Но…, - растерянно замираю, - Но…Дарина.

- Оля, - с нажимом повторяет он.

Что-то мелькает в его взгляде такое, что заставляет отойти, но не подчинится.

- Хорошо, - кивает он, - Просто постой тут и не лезь. Ладно?

- Ладно.

Максим обходит дорогую иномарку и, остановившись у водительской двери, деликатно стучит в окно.

- Вам не нужна помощь? У вас все в порядке?

Ответа Влады мне не слышно, но судя по тому, как неприятно кривится ее лицо и агрессивно движутся губы, извергает она из себя какие-то ругательства.

- С ребенком все нормально? - снова настойчиво стучит мужчина.

Влада его игнорирует, копошится в машине и пытается завести двигатель авто. Но, естественно, у нее ничего не выходит, так как из-под капота вытекают различного рода жидкости, и двигатель кряхтя и чихая, просто-напросто глохнет.

Тут сквозь шум снующих машин, я четко различаю плачь.

Это Дарина плачет.

В стекле снова мелькает ее мордашка и…кажется…светлые волосы будто бы заливает кровь.

- Скорую! - кричу я, - Макс, она кажется головой ударилась! Макс!

- Я уже вызвал, - раздается рядом голос Самойлова, - Тут у нас, кажется дама совсем не в адеквате?

Он тоже, кряхтя, выкарабкался со своего места и, потирая ушибленный бок, встал рядом со мной.

- Дама? Не в адеквате? - не поняла я.

- Я про нее! - он показывает пальцем в психующую Владу, - Ты ее знаешь?

- Подруга моя бывшая, - нехотя признаюсь я.

- М-м-м-м, хорошо, что бывшая…

Самойлов видимо тоже знаком с Владой и, кажется, знает ее не с самой лучшей стороны. Расспросить его не успеваю - рядом возникает Максим и неутешительно качает головой.

- Она либо бухая, либо укуренная. Двери заблокировала и ребенку не дает выйти.

- Макс! - прижимаю пальцы к губам, - Мы должны что-то сделать!

- Полиция сделает, - говорит он и успокаивающе сжимает мое плечо.

Скорая и полиция приезжает довольно быстро.

Увидев полицейских Влада все же берется за ум и не доводит ситуацию до крайней точки. Открывает двери, позволяет медикам забрать Дарину на осмотр, а сама с наглой улыбочкой протягивает документы полицейским:

- Оштрафуете меня, гражданин начальник? - заплетающимся языком пытается кокетничать она.

- А как же! - радостно скалится тот, - Поедемте, гражданочка, на освидетельствование.

- Это по какому праву? - мгновенно ощеривается она, - У меня вообще-то здесь ребенок.

- Не переживайте за вашим ребенком присмотрят. Девочка будет госпитализирована.

- Как это?! - истерично визжит Влада и хватает за телефон, судорожно тыкая в него пальцами с ярким маникюром.

Но пальцы ее не слушаются.

Она вообще с трудом на ногах стоит.

Расфокусированный взгляд мечется в поисках выхода из ситуации и не находит.

В затуманенном алкоголем мозгу находится лишь одно решение:

- Я сейчас мужу позвоню, и он вас всех уделает! Ясно?

Полицейские со скучающим видом вздыхают и стреляют глазами в нашу сторону. Ничего интересного. Для них это самые обычные рабочие будни.

Дозвонится до Игоря у Влады видимо не выходит и тогда она начинает еще кому-то звонить, истерить и запугивать, порядком уставших от этого концерта мужчин в погонах.

Мне не особо интересно наблюдать за тем, что будет дальше.

Иду в сторону скорой.

Там на каталке лежит Дарина и испуганно таращит глаза. Уже не плачет, но сжимает белые губы в тонкую линию - храбрится мой маленький мышонок.

Ее осматривает молодая женщина-врач.

- Как девочка? - спрашиваю у нее.

- Сотрясение, рассечена бровь, - коротко отвечает та, - Ничего страшного, но госпитализировать все же придется.

- Дарине в больнице будет тяжело.

- Вы знаете девочку? - врач с любопытством смотрит на меня.

- Да. Я дефектолог Дарины. У нее расстройство аутистичного спектра. Трудности в коммуникации. Такому ребенку нужен особый уход.

- Ну, супер. - нерадостно заключает женщина и смотрит на наручные часы, - Сейчас органы опеки дождемся и поедем в больницу.

- А опека зачем? - настороженно спрашиваю я.

- Так мамаша не в адеквате. А нам госпитализировать надо, - поясняет она, - Пусть фиксируют, да мы поедем ребенка лечить.

- Понятно…

Я так и остаюсь стоять около скорой помощи, пока мы дожидается приезда органов опеки.

К этому времени в конец разошедшуюся Владу затолкали в полицейскую тачку и каким-то непостижимым образом утихомирили.

Максим провожает Самойлова на такси домой, а сам становится рядом со мной и, в знак молчаливой поддержки, уже привычно кладет руки мне на плечи.

- Ты бывшему не звонила? - спрашивает он.

- Трубку не берет. Скинула сообщение, - бросаю взгляд на экран телефона, - До сих пор не прочитано весит.

- Вот ведь «повезло» Дарине с родителями…особенно с мамашей. И что теперь будет?

Неопределенно качаю головой, потому что не представляю, как девочка будет одна в палате, где куча других незнакомых детей, а еще и капельницы и уколы.

Все это однозначно может привести к откату, и свести на «нет» все наши с ней усилия и маленькие достижения.

На вызов приезжает Елена Андреевна собственной персоной.

- Оля? - удивленно вскидывает густые соболиные брови она, - А ты тут как оказалась?

- А мы тут…хм….застряли немного, - указываю рукой в сторону пострадавшей машины Максима, которую тот уже успел откатить на обочину, - А еще за Дариной присматриваем.

- Как фамилия девочки?

- Данилова.

- Как-как? Данилова? Кажется, что-то было уже на Данилову.

- В смысле?

Елена Андреевна какое-то время капается в телефоне, что-то пролистывая, а после счастливо восклицает:

- Ну, да! Я же говорю - Данилова. Уже есть жалоба по этой семье. Мы просто пока отреагировать не успели. Все откладывали на потом. Фамилия же говорящая. А тут, - взгляд в сторону полицейской машины, - Такая картина маслом.

- Странно, - недоверчиво хмурюсь я, - Кто же мог написать?

- Да там няня, кажется, приходила. Очень, кстати, душевная женщина. Таких ужасов про это семейство наговорила, что я сначала даже сомневалась, а теперь сама вижу.

- Елена Андреевна, и что теперь будет? Дарине никак нельзя одной в больницу. У нее РАС.

- Так у ее ж отец есть, - отмахивается она, - И мамаша поди сейчас оклемается. Мы ж пока не лишили ее прав.

- А можете?

- Да мы все можем, Оленька. Ты сама-то что так распереживалась?

- Елена Андреевна, она ж мне как родная. Понимаете?

Женщина с грустью смотрит на меня и качает головой.

- Ох, Олюшка. Вся ты в маму свою. Та тоже такая сердобольная была.

- Разве это плохо?

- Да как сказать…

Документы оформили довольно быстро.

Вскоре все службы разъехались, оставив нас с Максимом одних на обочине у перекрестка.

Резкий порыв ледяного ветра подхватил пряди моих волос, змеей забрался под пальто, обдул ноги в тонких колготках.

- Такси вызовем? - зябко ежась, спрашиваю я у Максима.

- Обижаешь, Оля. Моя старушка на ходу. Скрипит, но едет.

Домой мы приезжаем уже далеко затемно.

На кухне весело гремит кастрюлями Ритка, Фифи греется на своей любимом кресле, Буран самозабвенно грызет кость, и только мы с Максом уставшие, злые и голодные, резким контрастом врываемся в этот уютный дом.

- А что у вас с лицами? - Марго растерянно замирает у плиты, глядя на нас.

Рассказывать приходится долго.

Говорит в основном Макс. И по мере его рассказа глаза у Риты становятся все больше и больше.

Я же погруженная в свои мысли, по инерции хлебаю из тарелки борщ не чувствуя вкуса.

- Да уж, - выдыхает Марго и садится напротив, - И что теперь будет?

А, правда, что же теперь будет?

Поднимаю на нее глаза.

- Нужно дозвониться до Игоря, - говорю я и тянусь к телефону, - Он должен приехать.

Смотрю на экран, а там напротив моего сообщения бывшему мужу стоят зеленые галочки.

Прочитал значит…

И мне бы на этом успокоиться, но сердце все равно не на месте.

Со вздохом набираю ему вновь и, когда уже нет особой надежды на ответ, слышу в трубке его раздраженное рявканье:

- Да!

- Игорь, здравствуй. Ты прочитал мое сообщение?

- Привет, Оля. Прочитал.

- И-и-и…Ты уже у Дарины?

- Я в Москве. Мне некогда, - сухо бросает он.

На мгновение я настолько ошеломлена этими словами, что впадаю в ступор.

- В смысле «тебе некогда»?! - мой голос срывается практически на крик, - У тебя ребенок в больнице, а тебе некогда?

- Я туда позвонил и все узнал, - чересчур спокойно отвечает Игорь, - За Дариной присмотрит медперсонал. У нее всего лишь небольшое сотрясение.

- Всего лишь…, - в полнейшем шоке, эхом повторяю я, но быстро беру себя в руки, - И когда ты вернешься? Ты знаешь, что Влада была за рулем пьяная? Тут опека акт составила. Это не шутки, Игорь.

Бывший муж сдавленно материться, а после глухо произносит:

- Не знаю пока. У меня здесь серьезные проблемы на работе.

- А кто в больницу к ребенку пойдет?

- Владка оклемается и пойдет.

- Ты сейчас серьезно?

- Оль, что ты от меня хочешь? Я же тебе сказал, что не могу сейчас все бросить и приехать.

- Но так нельзя…, - начинаю вычитывать было я, но меня грубо обрывают:

- Послушай, Оля, не лезь не в свое дело. Мы как-нибудь без тебя разберёмся. Хорошо?

- Я тебя услышала.

- Вот и отлично.

После этих слов не выдерживаю и, не прощаясь бросаю трубку.

Господи, а мне даже казалось, что Игорь искренне любит дочь.

А она оказывается никому, кроме бабки не нужна.

Слегла Антонина Михайловна и Даринку точно бездомного котенка шпыняют туда-сюда.

Как же горько и обидно за ребенка. Она же ни в чем не виновата!

Ну, а Игорь каков!

Я знала, что он эгоист, но не до такой же степени!

Это ж кем надо быть, чтобы бросить Даринку одну в такой сложной ситуации. Ладно бы девочка была обычная ребенком, но она же как котенок беспомощная.

Дела у него, видите ли!

Тьфу! Аж зла не хватает!

- Ты посмотри какая козлина, - не удерживается от едкого комментария Максим.

- Да уж, - поддакивает Марго, - Она точно его дочь?

- Его, - киваю, - Иначе бы Антонина Михайловна не стала бы ей заниматься.

Какое-то время мы все молчим, а потом Марго неожиданно говорит:

- У нее же даже вещей там нет, элементарно. Ни умыться, ни причесаться.

- Не уверен, что горе-мамаша об этом подумает, - замечает Максим.

Я нервно подскакиваю со своего места.

- Я должна к ней поехать, - перевожу умоляющий взгляд на своего мужчину, - Отвезешь меня?

- Куда? Ты на часы глядела?

Перевожу беспомощный взгляд на телефон.

И правда…

- Нас уже не пустят. Уж как-то она переночует одна, а утром на свежую голову, соберем все необходимое и поедем.

Падаю обратно на стул, закрываю лицо ладонями и беспомощно вздыхаю:

- Ты прав. Утром поедем.

Марго шустро убирает стола.

Я силюсь ей помочь, но меня ведет от стресса и усталости.

- Иди-ка ты, моя дорогая, спать, - шутливо гонит меня полотенцем с кухни, - Я сама все приберу.

- Ну, и мне пора, - Максим идет к двери.

Я семеню следом.

- Поедешь ко мне? - предлагает он.

- Прости, - качаю головой, - Я устала. Меня вся эта ситуация выбила из колеи.

Он без слов, понимая мое состояние, прижимает к себе, нежно целует в губы и отстранившись заглядывает в глаза.

- Ты только не накручивай себя. Хорошо?

Киваю, а у самой сердце не на месте.

- За ночь ничего с ней не случиться, а утром мы к ней обязательно поедем.

- А как же работа?

- Никуда она не убежит. Самойлов меня прикроет, а у тебя Ритка есть. Заменит на полдня.

Слова Максима немного меня успокаивают.

Он еще раз, на прощение, крадет с моих губ рассеянный поцелуй и уходит.

А я, чувствуя легкую тоску и опустошение иду в свою комнату. Там раздевшись, кидаю одежду на стол и даже не умывшись падаю на постель.

Сон приходит практически мгновенно, а утром я просыпаюсь уже четко понимая, что нужно делать дальше.