Глава 13

— Что жаль? — Алекс уверенно вел машину, несмотря на дождь который обрушился среди ясного дня. — То что уехали так рано? Или из-за дождя?

— Мне нравится дождь, — Таша ответила не сразу. — А жаль потому что я не успела попробовать десерт.

Александр тихо рассмеялся. Да, она была действительно забавной.

— То пирожное с дыней?

Таша кивнула. А еще она увидела в меню пирог с яблоком и корицей, но не стала наглеть и упрашивать Сашу купить и его. Но из-за разыгравшейся непогоды они вовсе отказались от десерта и поспешили вернуться домой. К нему.

— Мне тоже жаль, — отозвался мужчина, останавливаясь на светофоре.

— Десерт?

— Нет, — он взглянул в ее любознательное личико и заметил одну отличительную черту, на которую раньше не обращал внимания.

На лице девушки были маленькие, еле приметные веснушки. Совсем немного, и возможно даже спрятанные под косметикой, но все же он мог разглядеть их. Веснушки для него стали словно очередным откровением.

— Так что? — девушка не унималась и пытливо разглядывал его.

Наконец-то ее настроение улучшилось. Она забыла про свое платье, которое отчего-то стыдилась, и ее больше не волновал тот факт, что они побывали на глазах у множества других людей. Хорошо, что там не было их знакомых. У Алекса тут точно никого не было. А вот Ташу еще кто-то мог узнать. Но так думал мужчина, а Таша беспокоилась тогда о другом. Лишь бы никто из коллег не появился, ведь только они могли узнать ее и Соколовского.

— Жаль, что мы не погуляли, — проворчал Александр, поворачивая на улицу, в конце которой стоял дом. Тот самый, где он временно поселился.

— Да ладно, — она отмахнулась. — Гулять бы я точно отказалась. Нам еще повезло, что никто не застукал. А то был бы скандал. Лидка меня бы со свету сжила, — Таша тараторила и краснела, понимая, что переходит границу в болтовне. В пустой болтовне ни о чем. — Да и времени осталось мало.

Она замерла, осознав, что ту самую границу теперь точно перешла. Нельзя говорить о том, что произойдет после того, как Саша закончит тут работать и вернется к себе. Ведь там будет конец всему. Конец их встречам по выходным.

— Мало для чего? — он все-таки услышал ее. Напряжено сдавил руль, заворачивая во двор.

— Мало для секса, — Таша горько рассмеялась. — Посмотри, — и она ткнула на его часы. — Сейчас почти девять. У нас с каждой минутой все меньше времени заниматься тем, ради чего встречаемся.

Она четко дала понять, что их ничего кроме секса не держит. Пусть будет так, для нее. Так на душе спокойнее, и сердце отчаянно не бьется в груди. Таша уже тосковала. Словно наперед хватала каждую секунду, запоминала их встречи, разговоры, ласки, лишь бы потом одинокими вечерами, лежа в пустой и холодной постели, вспоминать про то, как когда-то она была счастлива. Пусть и совсем недолго.

— Да, ты права, — Александр тяжело выдохнул, закончив припарковывать автомобиль.

— Тогда поспешим? — Таша потянулась к ручке, дожидаясь когда щелкнет замок блокировки.

— Там дождь не унимается, — проворчал он, ни разу за последние минуты не взглянув на девушку.

Ему было больно. Нет, он не хотел думать о том, что чувство, от которого сердце дернулось в груди, было болью. Но Таша была права. Ее слова отражали суть их отношений. Четкие правила, оговоренный в день их первого секса, сегодня были почти нарушены.

— Но он судя по всему надолго зарядил, — хмыкнула девушка. — Но тут бежать недалеко. Метров пятьдесят. Так что поторопись, — и, словно в подтверждение своих слов, она проигнорировала оклик мужчины и выскочила прочь.

Задорно перепрыгивая через лужи, Таша мчалась вперед. По ее щекам текли непрошеные слезы, и она молилась, чтобы добежав до подъезда ее лицо оказалось на столько мокрым, чтобы Саша не смог понять, как ей тяжело давались последние минуты их разговора.

Он не посмотрел на нее. Ни тогда, когда она четко обозначила цель их встречи, ни сейчас, когда выскочила из машины. Она слышала, как он позвал ее по имени, но остановиться уже не могла. Бежала, прыгала через лужи, и вот спустя пару минут она оказалась около подъездной двери. Спрятавшись под козырьком, она прикоснулась к лицу и убедилась, что оно мокрое и от дождя тоже. Выдохнув, она посмотрела, как из машины не спеша вышел Александр.

В его руке был зонт. Чертов огромный черный зонт, который тот ловко раскрыл над собой и также неторопливо дошел до подъезда. При чем через лужи он не прыгал, как делала это девушка, а обогнул по тротуарной тропинке. Поэтому когда Алекс остановился рядом с ней, Таша видела, что он не промок, лишь пара влажных капелек на брюках. Даже обувь была практически невредимой от дождя.

— Я хотел сказать, что у меня есть зонт, — на лице Саши расплылась довольная улыбка.

А вот девушка надула губки, которые он хотел поцеловать. Но ему совершенно не понравилось то, что она вымокла насквозь.

— Ты сумасшедшая, — прошептал он и все-таки поцеловал.

Пусть и касание получилось смазанным, но ему нравился ее вкус. Вкус дождя на губах.

До квартиры они добрались быстро, потому что Александр намеревался срочно переодеть Ташу и высушить ее мокрые волосы. Сразу же в коридоре, разувшись, он начал стягивать с нее платье.

— Не нужно, — она отшатнулась, но мужчина поймал ее за руку, и все же потянул за подол вверх.

Он замер на месте, сжимая в руке мокрую ткань. Таша, его страстная и одновременно скромная любовница, прикрывала себя ладонями. Прикрывало то, что прятала под одеждой.

— Да, это эпический провал, — выдохнула она.

Руки опустились вниз, явив Александру Соколовскому то, до чего он мог добраться еще два часа назад.

— Почему ты не сказала? — прошептал он, продолжая сжимать в руках сарафан.

— Про это? — она указала на промокшее белье и тихо всхлипнула.

Нет, Таша должна была держаться. Ему нельзя видеть ее слез. Шмыгнув носом, она привлекла внимание мужчины к своему лицу.

— Да, про это? Вместо ресторана, я бы уже наслаждался тобой. Ты постаралась на славу, — и он ласково коснулся ее кожи. — И замерзла. Немедленно в душ.

Он подтолкнул девушку, вынуждая ту шлепать сырыми босыми ногами по полу. Таша наблюдала, как следом за ней зашел Александр. Он убрал ее скомканное платье, аккуратно то развесив. А после повернулся к ней.

— Я же сказал, немедленно греться, — и, стягивая с себя пиджак, он наклонился вперед, чтобы включить душевую.

Таша стояла так близко от мужчины, что могла уловить его запах, исходивший от кожи. И его тепло. Она хотела, чтобы вместо горячей воды ее согревал Саша. Хотела его руки на своих ягодицах, его член в себе.

— Давай, раздевайся, — но он ворчал и регулировал температуру воды. — Или мне помочь? — лукаво взглянул на ее розовое белье.

Скромное, но в то же время настолько будоражащее воображение, отчего Алекс никак не мог справиться с возбуждением. Ткань брюк уже была натянута до предела. А тут еще она, поднимала руки и предлагала себя раздеть.

— Чертовка, — хохотнул он, и не спеша прикоснулся к полупрозрачной кружевной ткани ее бюстгальтера.

Аккуратно снимая верх, он тут же накрыл ее торчащий прохладный сосок, а вторую грудь подхватил свободной рукой, замечая как Таша отрывает рот сначала от удивления, а после от яркого наслаждения, пронзающего не только его тело. Она льнет к нему, оставляя влажные следы на сухой белоснежной ткани рубашки.

— Ты составишь мне компанию? — ее голос дрожал, и точно не от холода.

— Ты составишь мне компанию? — ее голос дрожал, и точно не от холода.

Она была горяча, раскалена до предела, и Алекс позволил девушке раздеть с себя. На пол полетела рубашка, потом ремень. Часы он сам снял и убрал. Все-таки подарок друга на тридцатилетие. Не хотелось бы их угробить в воде. А тем временем Таша опустилась перед ним на колени и помогла снять брюки вместе с боксерами.

Перед ее лицом появился возбужденный и подрагивающий член с налитой головкой. Она облизнула губы, и услышала, как зарычал Алекс, подхватывая ее на руки.

— Чуть позже, малышка, поиграешь с ним, — торопливо произнес мужчина и, стянув с нее последнюю деталь одежды, помог войти в душевую кабину, и ступил следом.

Таше казалось, словно они уже бывали тут вместе. Смутные воспоминая, которые исчезли вслед за жадным поцелуем Алекса. Он растирал кожу девушки, и в то же время ласкал, позволяя себе то, о чем она мечтала всю неделю. Его длинные тонкие пальцы в мгновение проникли в Ташу, и девушка развела ноги, помогая ему устроить там прелюдию. Она тяжело дышала, то глотая воздух, то теплые капли воды.

— Ты мокрая, — прошептал он, прикусывая мочку.

— Я же попала под дождь, — тут же отозвалась Таша, и выдохнула, ощутив в себе яростный толчок второго пальца.

Теперь он трахал ее в душе, прижимая к телу, и лаская пальцами. Таша застонала и пыталась удержаться на ногах, скользя по мокрому полу.

— Еще, — с ее губ сорвался пронзительный стон и она, закатив глаза, упала на грудь мужчины.

— Моя малышка, — голос Алекса был хриплым.

Он продолжал сжимать ее обмякшее и пульсирующее тело в руке, а второй нежно скользил по складкам, добираясь до клитора. Вот оно, то место, которое доставит Таше еще одно удовольствие.

Она не успела прийти в себя, как рука мужчины вновь довела ее до пика. Таша тяжело задышала и осела на пол, оказавшись перед его требующем внимания членом. Открыв ротик, девушка немедленно вобрала его плоть и обвела язычком крупную головку. Втянула в себя, расслышав глухой стон. Жадно сосала, глотая настолько глубоко, насколько могла себе позволить, чтобы не задохнуться от тесноты. Она чувствовала, как его руки скользят по промокшим волосам, собирают их на затылке и подстегивают на быстрые движения. И она повиновалась, впервые получая удовольствие от подобной ласки. Не для себя, а для того, кто по-настоящему открыл ей новый мир.

— Так дело не пойдет, — зашипел он и вновь поднял девушку, чтобы резко войти в нее.

Он хотел оказаться в ней, ощутить ее жар. Ее нежную шелковую плоть, к которой прикасался пальцами. К черту запреты, все их договоренности. От одного раза им не убудет. Так он думал, вбиваясь в ее тело, сжимая ягодицы и рыча в прикрытую мокрыми волосами шею.

Таша хотела его в себе сию же секунду. И позволяла взять себя там, под дождем душевой кабины.

Александр потерял голову. Они оба потеряли голову даже тогда, когда он жестко брал ее в душе, изливаясь в ней. А после обсушив наспех полотенцем, сам ступал мокрыми ногами по полу и несет свою любовницу в постель, где они оба переплетались в новом страстном танце.

Таша взяла на себя инициативу. Она так многому научилась в его объятиях, и теперь хотела подарить частичку своей нежности ему. Лаская его, она опустилась ниже, прикасаясь вновь к его плоти. Член, готовый к очередному вторжению, легко проник в ее ротик. Поцеловав его, она обвела язычком головку, точно также как делала уже не в первый раз, но сейчас она растягивала момент, прежде чем вобрать его до конца, до собственного предела.

— Таша! — мужчина зашипел и накрыл ее мокрые волосы горячими ладонями. — Ты издеваешься?!

Но она не услышала упрека. Ему нравилось. Он получал истинное наслаждение, откинувшись назад и перебирая локоны пальцами. Алекс рычал, когда она начинала втягивать его в себя, прикусывая легонько плоть. Проводила язычком, осторожничая с зубками, но она пытливо изучала пределы допустимого, доводя Алекса до пика. Но он не излился в нее, а подхватывает вновь и разворачивает к себе. Развел ее ноги, позволяя удобнее устроиться над ним.

— Хочу тебя, — прошептал мужчина и провел кончиком языка по влажным складочкам. Помогая себе рукой, второй придерживал девушку, которая теперь нависала над ним.

Таша застонала, прикусив губу в тот момент, когда почувствовала, как сама оказалась на грани. Она желала кончить вот так над ним. Под его языком, но Алекс вновь неумолимо менял позу. Он словно оттягивал момент очередного яркого оргазма, балуя себя и девушку, и наказывая их обоих одновременно.

— Иди ко мне, — его голос хриплый.

Таша повиновалась, и изменила позу. Он не спеша проник в нее, вошел на всю длину. Несколько толчков, и Алекс отпустил себя. Тело его любовницы пульсировало от полученного наслаждения. Она упала вперед, на его грудь и тяжело задышала.

— Ты как? — он приподнял спутанные волосы и рассмеялся.

Спит. Она уснула. Вырубилась. И чертовски великолепна в это момент.

Аккуратно переложив девушку, он накрыл их покрывалом и уснул рядом.

Утром девушка проснулась первой. Она вновь рассматривала потолок, прислушиваясь к тихому дыханию лежавшего рядом мужчины. Она думала, как это просыпаться так каждый день. Каждый день засыпать в объятиях друг друга, устав от ласк, страстного секса либо просто после работы, а утром видеть как на его лице разглаживаются маленькие морщинки.

Она была уверена, что Алекс вовсе не дьявол, как о нем говорят. Никто кроме нее на работе не видел его таким.

— Чем занимаешься? — Саша заставил девушку вздрогнуть.

— Давно проснулся? — она отвела взгляд в сторону, понадеявшись, что он не заметил, как пристально рассматривала его лицо, подмечая самые мелкие и незначительные детали.

— Несколько минут назад, — на губах довольная улыбка.

Она вновь повернулась к нему, чтобы убедиться, что он все также лежит с закрытыми глазами.

— И почему не предупредил? — Таша смутилась, заметив, что мужчина все-таки посмотрел на нее.

Его глаза. Она понимает, что они темнее, чем ее, но такие притягательные, отчего хотелось утонуть. Утонуть в них как в озере, наполненном страсти.

— Не хотел тебе мешать, — усмехнулся он, — рассматривать меня. Ты же этим занималась?

Она кивнула.

— Да, и ты тоже вчера меня рассматривал.

— Мне понравилось твое белье. Чудесный выбор, — искрение восхищение в его словах заставили Ташу отвернуться. — И ты великолепна в нем. А особенно без всего.

Алекс коснулся ее обнаженного плеча сначала ладонью, а потом и вовсе поцеловал, оставляя после себя влажный след.

— Из-за тебя я все время краснею, — она насупилась, но не отодвинулась, позволяя ему касаться себя вновь и вновь.

— А вот это лучшее в тебе, — прошептал мужчина. — Впервые встречаю такую как ты.

— Это плохо?

— Плохо? Нет, это великолепно. Таша, — он взглянул на нее, заставляя девушку промолчать. — Ты поедешь со мной?

— С тобой? Куда? Ты что-то придумал на сегодня?

Александр тяжело вздохнул.

— Нет, не придумал. Я предлагаю тебе перевестись в головной офис. Все равно здесь тебя ничто не держит, — теперь его голос звучал слишком жестко для нее.

— Прости, но не могу, — Таша покачала головой, натягивая обратно простыню.