Глава 21

— Опять яблоки? — Таша улыбнулась, принимая увесистый пакет из рук своей новой подруги.

Полина хмыкнула, стягивая с ног полусапожки. Погода за окном была по-настоящему теплой. Если так продлится, то скоро последний снег сойдет. Таша уже чувствовала, как оживало все за окном, но вот гуляла она редко. В последние дни было столько дел, что она не успевала закончить пару проектов.

— Не только яблоки. Еще кефирчик, йогурт.

— Ты меня балуешь.

— Забочусь о твоем здоровье. Знаю же, что ты тут безвылазно сидишь.

— Пытаюсь все успеть сделать. Знаешь же, еще чуть-чуть, и мне будет не до работы.

— А то! Мне-то не знать. Не переживай, я как твоя начальница позабочусь, чтобы ты не умерла с голоду.

Таша усмехнулась, перекладывая продукты в холодильник. Как же много яблок! И зачем она тогда сболтнула про свою страсть к зеленым кислым яблокам? Теперь уже соседи давились, а она и вовсе не могла их есть. Но продолжала принимать подарки и мило улыбаться. Не хотелось расстраивать девушку, которая искренне заботилась о ней, особенно помогая в первые дни, после того, как Таша уволилась и уехала, прочь от скандала в «Эвересте».

Тогда Алекс никак не отреагировал. Для всех она, Таша, была злодейкой. Или жертвой. Ее по-всякому называли. Даже шлюхой. Но Александра Соколовского не трогали. Он же босс. И лучший друг Галанина. Еще чуть-чуть и займет место директора. Так все говорили сейчас, пока Алекс мотался по филиалам. Чистил старые, открывал новые. Ездил по конференциям, по крупным сделкам. Да хоть куда, лишь бы не возвращаться в главный офис и не в этот город, где осела Таша и зажила новой жизнью.

— Как там проект? Уже закончила?

— Еще день, и я отчитаюсь. Слушай, спасибо за помощь. Мне крупно повезло.

— Да ладно, мне не сложно. Знаю, что ты копишь деньги. И они тебе понадобятся скоро.

— Но ты перекидываешь мне самые высокооплачиваемые задания.

— Считай, по знакомству. Но ничего, скоро меня растерзают и отберут власть. Рус уже злится, что я веду себя как одержимая, — она звонко рассмеялась.

— Понимаю, и надеюсь, что у вас все получится, — Таша перевела взгляд на плоский живот подруги и, по-совместительству, начальницы.

— Мы работаем над этим. Знаешь же, что медицина не стоит на месте. Еще чуть-чуть и точно получится.

— Вы достойны этого.

— Как и ты!

Таша вздохнула. Она не знала, чего достойна теперь. Одна в небольшой, но уютной квартире, работая на удаленке и получая при этом крупные проекты и приличную зарплату, она чувствовала себя одинокой и никому не нужной.

Скандал, разразившийся восемь месяцев назад, быстро погас. Руслан постарался, обеляя имя друга и стирая воспоминания о временной секретарше в офисе. Таша видела Руслана нескольку раз. Они не стали друзьями, так как это случилось у нее с Полей. Полина уверяла, что девочки должны держаться вместе. Руслан же злился на Ташу. Он знал, что Алекс был задет словами девушки. Поэтому тут же потребовал от своего начальника и лучшего друга перевод в новый офис. Потом еще раз. Галанин только и делал, что подписывал новые бумаги, переводя Алекса с работы в одном в филиале в другой. Ему не хватало друга, который отказывался возвращаться туда, где мог повстречать Ташу.

— Он вернется, — тихо пробормотала Поля, заставляя Ташу вздрогнуть.

— Кто? — ей казалось, что она упустила важные слова, произнесенные подругой.

— Алекс. Он обязательно вернется. Я точно знаю. Ну не может же он всю жизнь колесить по миру и прятаться.

— Он не прячется.

— Эх, Таша. Прячется, как трусливый пес. Поджал хвост и сбежал. Он должен был тебя добиваться. А ты все так же по нему вздыхаешь. Вы два дурака.

Таша уже слышала эти слова в свой адрес. И Поля была не первой, кто так о ней отзывался. С Лидой она общалась после своего вынужденного увольнения и отъезда спустя пару недель. Лидка уверяла Ташу, что попыталась реабилитировать ее в глазах коллег. Придумала легенду, правда, в нее мало кто верил. Но красивая история любви босса и подчиненной еще некоторое время ходила по компании. Чаще в виде шутки. Но разве могли там долго смеяться над Соколовским? Нет, поэтому и имен не называли. А потом и вовсе поползли новые слухи. Таша отказывалась верить, но Лида упорно их пересказывала. Верила ли Таша ее россказням? Она не знала, но и не могла его ругать. Они свободные люди, и могли продолжать жить по отдельности, лишь вспоминая друг о друге. Вот она помнила. Но помнил ли Алекс? И жила ли Таша так, как хотела? Теперь нет. Она оставалась ему верна, но по другой причине.

— Так что, по яблочку? — Поля подхватила зеленый плод и притронулась к нему острыми зубками. — Блин, жесткие.

— Ты всегда так говоришь. Держи ножик. Может еще чай?

— Можно! И нужно. Пусть за окном и весна, но я все равно замерзла.

Таша рассмеялась, тихо, нежно, и направилась к чайнику.

Александр Соколовский уже устал считать дни. Он так долго не был дома, что последняя неделя далась ему с трудом. И теперь, покидая такси, он первым делом отправился к себе в квартиру. В ту самую, с чудесным видом на реку.

Выглянув в окно, он приоткрыл раму, чтобы вдохнуть свежий прохладный воздух. Как хорошо, что он позаботился о том, чтобы Галанин контролировал порядок в доме Алекса, приглашая сюда сотрудников из клининговой фирмы. Поэтому в доме было чисто, аккуратно и пусто. Слишком тихо, одиноко. Но он привык к этому. Слоняясь по офисам и филиалам, по конференциям и бесконечным встречам, он перестал считать дни и километры. Он просто плыл по течению, но при этом упорно трудился.

Компания нарастила обороты, открыла три новых филиала. Алекс подобрал там крепкий сплоченный коллектив. Он был жестким, требовательным. Его продолжали называть тираном, дьяволом и прочими уже менее лестными словами, но никто не мог не отметить его заслуг перед «Эверестом». Вот и сейчас Галанин пророчил ему повышение. Да не простое, а на пост исполнительного директора. Хотел, чтобы его друг наконец вернулся домой и осел на месте. Они нужны были друг для друга, поддержка, опора.

Но хотел ли Алекс возвращаться? Нет.

Тут, где-то в этом городе была она. Его Таша. Но его ли? Прошло столько времени. Они оба могли начать новые отношения. Без или с обязательствами. Тут как повезло бы. Но ему не нужны были женщины. Ни одна не пленила его, не тронула те струны, на которых так нежно играла Таша. Ни одна женщина больше не бывала в его постели. Да, он пытался. Правда, пытался развязаться. Вернуть себе прежнее звание секс-машины. Снимать девиц по клубам, спать с секретаршами. Не получилось. Отвращение ко всем, ведь они не были ей. Его Ташей.

И он полюбил мастурбацию.

Каждый раз, обхватывая рукой свой член, Алекс закрывал глаза и представлял ее милое личико, нежную улыбку. Ее губки, которые обхватывали головку и сладко посасывали. Ее острый язычок, ее тонкие пальчики. Он помнил всё досконально. И не мог выбросить из головы, кончая каждый раз в ладонь. Его одержимость. Или болезнь. И вот он вернулся, впервые решив, что должен поставить точку.

— Кого я вижу! — Рус протянул руку, приветствуя друга и одновременно втягивая его в свой дом.

Алекс все-таки решил навестить друга на следующий день после приезда. Просто не мог проигнорировать десяток пропущенных звонков, и не меньше сообщений. Руслан грозился приехать к нему и привезти с собой тяжелую артиллерию. Полю Алекс пока не желал видеть.

— Надеюсь, твоего тайного оружия нет дома?

— Нет. Полька умчалась по делам. А ее дела, сам же знаешь, по несколько часов длятся. Так что можем спокойно поговорить. И ты даже успеешь сбежать до ее возвращения.

— Надеюсь, что успею.

— Тогда не будем тянуть. Рассказывай, что новенького.

— В принципе, ты и так все знаешь.

— Знаю. И я рад, что ты вернулся. Правильно поступил, решив вернуться.

— Твое назначение вынудило меня приехать.

— Не думаю, — хохотнул друг. — Поля все надеяться, что ты образумишься.

— Нет, я не пойду у нее на поводу.

— А зря. Таша здесь. И мне кажется, она тебя ждет.

Алекс вздрогнул. Ее имя, так легко сорвавшееся с губ друга. А ему даже больно было думать о ней, не то что говорить.

— Ошибаешься. Она была довольно откровенна тогда.

— И ты даже не попытаешься?

— Зачем? Думаешь, я хочу встать на те же грабли. Мне прошлого раза хватило.

— Эх, дружище. Я бы никогда не подумал, что мы можешь влюбиться.

— Я не влюбился.

— Не обманывайся. Я проходил через это. И прекрасно помню, как страдал по своей Польке.

— Поверь, я тоже помню. Особенно бессонные пьяные ночи.

— Лечил нервишки. Как мог.

— И мои трепал. Как умел.

Руслан рассмеялся. Да, они оба помнили то время, когда Поля напрочь отказывалась видеться с Русланом, и друзья пили ночами, чтобы забыть про сумасбродную девицу. Руслан лечил душевные раны, Алекс пил за компанию.

Они продолжили разговор о работе, когда их внезапно прервали. Поля ворвалась в квартиру, влетела в рабочий кабинет мужа и застыла на пороге. На ее лице не было злости или гнева. Она была искренне рада возвращению Алекса и даже повисла спустя несколько секунд у него на шее.

— Как я рада, — прошептала она и поцеловала того в щеку. — Как же я рада, что ты вернулся. Дурак, наконец-то мозги появились! И что ты тут сидишь? А ну дуй к Таше! Или я тебя туда волоком потащу.

— Успокойся, ведьма. Рус, что с ней?

Друг хохотнул, но жену оттащил. На всякий случай.

— Ну, для начала рассказал то, про что умалчивал в последнее время.

— Ты мой герой, — тут же вставила Поля.

Алекс нахмурился. Вот не такого поворота он ожидал. Ему все-таки больше нравилось воевать с Полиной, а не становится ее кумиром.

— А во-вторых, действительно, собирайся и дуй к Таше. И чем быстрее, тем лучше.

Поля быстро закивала и выскочила из комнаты. И пока мужчины безмолвно пялились в открытую дверь, как на пороге вновь появилась Поля. Она вручила Алексу пакет.

— Вот, она их любит. И тебя сразу простит.

Алекс заглянул в пакет. Яблоки. Зеленые, крупные. Наверное, кислые и жесткие. Как любит Таша. Он помнил и невольно улыбнулся.

— Так ты тоже знал про яблоки?

— Пожалуй, это немногое, что она мне рассказывала о себе.

— Вот и отправляйся к ней и узнай. Поверь, ей есть что рассказать.

Руслан молча кивнул и на его губах заиграла загадочная улыбка, как и на губах Поли.

Назвав ему адрес новой квартиры Таши, Алекса быстро выставили за дверь и заверили, что не пустят больше к себе, если он явится в одиночку. Алексу лишь осталась вздохнуть и вернуться к своему автомобилю. Положив на соседнее кресло пакет с яблоками, он завел мотор. Что же, он поедет к Таше и поставит точку в их так и не начавшихся отношениях. Последнее слово теперь будет за ним.

Таша бродила по дому. Глаза устали, как и зад, от долгого просиживания за компьютером. Но она справилась и закончила все проекты. Теперь у нее не было долгов и можно было спокойно брать перерыв. Правда, она не знала, на сколько месяцев он затянется, но ее сбережений хватит с лихвой, чтобы не помереть с голоду и жить спокойно в этой съемной красивой квартирке.

Она направилась на кухню, намереваясь попить чай, как на полпути ее остановил звонок в дверь. Неужели опять Поля? Таша была рада видеть подругу, но не сегодня. Уж слишком она устала, еще живот тянуло.

Таша приблизилась к двери и, не посмотрев в глазок, открыла ее. То ли от усталости, то ли от нежелания, но она потеряла бдительность. А когда увидела того, кто стоял на пороге, чуть не упала от испуга.

Александр Соколовский. Алекс. Саша. Ее Саша.

— Ты, — выдохнула она, вцепившись в косяк.

Алекс молчал. Он не мог поверить своим глазам. Его Таша.

Он наконец-то увидел ее. Услышал ее голос. И он испугался, поняв, каким глупцом был столько месяцев.

Его крошка, его малышка, его нежная страстная любовница ждала ребенка. Беременна, и судя по всему очень скоро рожать. Он прикинул в уме тот срок, который они провели по раздельности и понял, что отцом, скорее всего, был он. Нет, это точно был он. Его ребенок был в ее большом тяжелом животе, который она придерживала второй рукой, пока первой держалась за косяк.

— Да, я, — он улыбнулся. Впервые за несколько месяцев по-настоящему.

Она заплакала. То ли гормоны все еще действовали на нее странным образом, то ли она была действительно рада его увидеть.

— Проходи, — всхлипнула девушка, пропуская мужчину.

Алекс осторожно переступил порог, обогнул девушку, словно боясь прикоснуться к ней. Поставил на пол пакет, разулся.

— Что это? — Таша кивнула на пакет.

— Яблоки, — улыбнулся он, показывая ей содержимое.

Таша заливисто рассмеялась.

— Полина или сам?

— Поля, — подтвердил ее слова.

— Она до сих пор считает, что я хочу яблоки. Не спорю, сначала хотелось. И я ела их. Много. А потом уже перестала, но не могу ей признаться, что меня воротит от яблок. Даже соседи уже не могут их есть.

Алекс улыбнулся. А после и вовсе рассмеялся, приближаясь к Таше. Бережно обнимая, он коснулся губами ее шелковистых волос, втягивая приятный аромат шампуня.

— Я стала такой большой, — проворчала Таша, понимая, что хотела бы обнять Алекса так же, как и прежде, но живот не позволял.

— Ты прекрасна. Почему не сказала? Могла же связаться со мной? И почему Рус или Поля не сказали? — он все-таки взглянул на нее, но рук и не опустил, которые нежно касались ее нежной кожи.

— Я просила молчать. Не знала, захочешь ли ты узнать, что станешь папочкой. Тогда же сказал, что тебе все равно.

— Нет, глупая ты женщина, мне не все равно. Я же мог быть тут, с тобой. Все это время.

— Знаю, что мог. Но я не хотела тебя вынуждать.

— Вынуждать?

— Ну да. Что-то вроде брака по залету.

— Брак?

— Ага.

— Глупышка. Я, конечно же, женюсь на тебе, но по другой причине. Ты нужна мне. Просто нужна. Как же мне было тяжело без тебя, без твоего голоса, этих самых прекрасных красных щек. Я скучал. И тосковал. А вот это, — он легонько коснулся ее живота. Почти невесомо, но Таша ощутила, как что-то дернулось в ней. Неужели малыш почувствовал, что папа приехал? — самое лучшее, что ты можешь дать мне. И поверь, в следующую беременность, я буду рядом.

— В следующую?

— Да, думаю еще один раз или два. Я ведь упустил самое важное. Хочу пройти через это.

— Даже через мою рвоту над унитазом в течение дня?

— Поверь, малышка, я видел, как тебя рвет. И пережил это, — хохотнул мужчина.

— Да и не просто видел. Еще и соврал мне.

— Соврал?

— Да, про то, что было после клуба. Когда меня начало тошнить, и склонилась в первый раз над унитазом, я вспомнила. Все вспомнила. Не было у нас тогда секса. Меня рвало, а потом ты ухаживал за мной, отмыл и спать уложил.

— Ты злишься?

— Нет, я рада, что ты солгал. Самая приятная ложь в моей жизни. И прости за ботинки.

— Прости меня, — он поцеловал свою пылкую любовницу, но Таша сжалась в его руках, согнувшись чуть ли не пополам. — Что случилось?

Но она промолчала. Скинула его руки, поплелась на кухню. Схватила листок, висевший на холодильнике, и ткнула им в Алекса.

— Звони. Кажется, началось. Как же больно.

Александр не мог перестать смотреть на исказившее болью лицо девушки, сжимая в руке бумажку.

— Что началось?

— Ох, — протянула она. — Твоя дочь намерена познакомиться с тобой. Так что поторопись. Иначе будешь принимать роды сам.

Соколовский всегда был упорным, терпеливым и невозмутимым мужчиной. Он помог другу создать практически с нуля крупную рекламную компанию с десятком филиалов по стране, но сейчас испугался как мальчишка, наблюдая, как его любимую женщину увозят в родильное отделение.

— Уф, успели, — рядом тяжело дышала Поля, которая примчалась сразу же, как получила сообщение. Она будет там, с Ташей. Помогать ей, поддерживать. Ведь они договорились еще в тот день, когда Таша узнала, что беременна, а Поля не бросит ее одну и поддержит.

Алексу и Руслану предстояло ждать. Долго, мучительно и страшно. И лишь на следующий день, рано утром, Алексу позволили войти в палату к счастливой матери и взять впервые в жизни на руки его крохотную малышку. Самую красивую и самую любимую. Их дочь.

Эпилог.

Таша никак не могла налюбоваться на открывающийся вид за окном. Саша не солгал, когда нахваливал пейзаж и вынуждал ее согласиться жить с ним. Она отказывалась. В первый же день, когда он взял на руки свою малютку, Алекс заявил всем собравшимся, что его супруга и дочь будут жить с ним под одной крышей. Таша попыталась возмутиться тому, что за нее уже решили. Поля тихо хлопала в ладошки и сдерживала смех. Руслан, напротив, разинул рот от удивления, но позже, как оказалось, они втроем организовали переезд для Таши. Поэтому когда ее выписали с малышкой, они уже ехали в тот самый дом на берегу реки.

Чудесный вид, особенно летом вечером. Когда солнечные лучи играют на поверхности воды. Таша любовалась и не услышала, как около нее остановился мужчина.

Почти муж. Почему почти? Да потому что она так и не дала своего согласия. Не потому что не хотела стать его женой, стать матерью его детей. Она мечтала об этом всю жизнь. И вот ее мечты исполнились. Почти. Просто она хотела привести свое тело в форму, чтобы вернуться к их общим наслаждениям. К тому порочному, жаркому и страстному, что происходило за тяжелыми дверьми спальни. И однажды она скажет «да».

— Она спит?

— Как ангел, — Алекс кивнул.

Он, как и полагалось заботливому отцу, проверил малышку.

— Лиза чудесный ребенок. Только ест и спит.

— Пока. Потом ты поплачешься, когда полезут зубки. Или когда она начнет ходить и попытается уничтожить твой домашний кинотеатр. Или тогда, когда она будет задерживаться по вечерам или бегать с мальчишками.

— Я буду самым ревнивым отцом, — Алекс рассмеялся, замечая на лице любимой женщины хитрую улыбку. Она знала, как его поддеть.

— А ревнивым мужем?

— Я уже ревную. Моя сладкая девочка, иди сюда, — прошептал он, склонившись к Таше.

Поднимая ее на ноги, он быстро занял место перед окном на лоджии и усадил на колени Ташу.

— Ты такая красивая, — прошептал он, целуя ее в щеку. — Пойдем спать?

— Спать? Я не думаю, что ты хочешь спать, — она лукаво улыбнулась, поймав его застывшую руку на обнаженном бедре.

Он тихо рассмеялся и продолжил ласку. Провел пальцами по нежной коже, дотронулся до края простых хлопковых трусиков. Оттянул краешек и затронул то, что так отчаянно ждало его целый день.

Они вернулись в постель как любовники в тот самый момент, в тот день, когда это позволил сделать врач. Алекс был необычайно осторожен и внимателен, а вот Таша дико желала его. Она первой раздела своего мужчину, уронила его на кровать и оседлала крепкие бедра, заявляя, что период их воздержания был слишком долгим. Алекс не противился ее настойчивости, полностью соглашаясь с девушкой. С тех пор они посвящали себя друг другу каждую свободную минуту.

Как и сейчас, когда Таша развела пошире ноги, позволяя Алексу проникнуть в нее пальцем. Влажная, горячая и трепещущая, она желала его. Поэтому ловко расшнуровывала домашние брюки, оттягивала край белья и касалась набухшей головки.

— Давай поторопимся, пока она не проснулась, — Таша выдохнула в губы Алекса слова вместе с горячим стоном.

— Конечно, любимая. Ненасытная моя.

Он снял ее трусики, по привычки бросив их в сторону. Сам же приподнял за бедра Ташу, помогая ей аккуратно опустить на трепещущий в предвкушении ствол.

Таша вдохнула воздух, когда поглотила его влажной плотью. Даже после родов она оставалась там узкой. Для него. И им обоим нравилось то, какой она стала. С налившейся грудью, с оголенными как провода нервами. Она стала еще горячее, поглощаемая страстью. Алекс не ошибся, выбирая тогда Ташу в качестве своей временной любовницы. Он испытал настоящее счастье в ее объятиях. Теперь же она была его.

Навсегда.

Конец