ГЛАВА 1

Ноябрь, 2018 год Санкт-Петербург – Поздравляю, мамаша, вы беременны, – огорошил гинеколог в Санкт-Петербургской поликлинике, в которую я попала из-за обморока на улице. – К-как? – Вот вы женщины, всегда удивляетесь, когда узнаете новость. А ничего не смущает, когда в вас мужчина тыкается? – Пренебрежительно фыркнул мужчина. Я пропустила мимо ушей резкие и грубые слова доктора, потому что осмысление приходило волнами. Месячные должны были прийти две недели назад, но на их отсутствие не обратила внимания, так как в последние дни очень много стрессовала и недоедала. А вот сейчас, в памяти всплыли моменты, как меня воротило от запаха табака, как тошнило по утрам, как кружилась голова. И грудь стала настолько чувствительной, что порой некомфортно носить бюстгальтер. Думала, что просто эмоционально и физически задолбалась, а тут вон оно что… – Ну что, милочка, оформляю аборт? – Врач смотрел на меня и мерзко улыбался. – Сами себе его сделайте, изверг старый, – психанула, встала со стула и вылетела из кабинета, хлопнув дверью. Добежала до туалета, где ополоснула лицо холодной водой и уставилась в зеркало. Глаза, обычно лучистые и озорные, теперь тусклые и остекленевшие. Губы, обычно улыбающиеся, дрожат, словно от страха. Кожа, обычно светящаяся здоровьем, сейчас казалась желтоватой. Возможно, больничное освещение искажает свет. Я не узнавала себя. Лицо в зеркале чужое. Оно не принадлежит мне! Я смотрела на него с ужасом, с недоверием, словно на призрака. Провела рукой по щеке, словно пытаясь убедиться в реальности происходящего. В этот момент поняла, что что-то изменилось, что-то внутри меня сломалось. Эта перемена была не просто внешней, она была глубокой, проникающей в самую ее суть. – Похудела на пять килограмм, рвотные позывы каждое утро… Кузнецова, да ты дура! Полная и безвозвратная. Телефон завибрировал. Достала из сумочки и открыла сообщение. “Брат знает, что ты в Питере и порывается тебя искать. Беги! Я попробую его задержать”. – Просто супер. Одна проблема сменяется другой. “Спасибо за помощь, Ди. Я поменяю сим-карту и постараюсь в ближайшее время не пользоваться карточками. Уеду сегодня же”. Как бы я не хотела обосноваться в Петрограде, теперь уже это невозможно. Положила руку на живот. Куда мне бежать? Денег не так много, но хватит еще на месяц существования. А дальше? Беременность, роды, декрет… На пособия не проживешь, а к этому придурку больше не вернусь. Диана говорила, что у него крупные проблемы в бизнесе, и он настолько зол, что готов всех собак спустить на меня. За что, я не понимала, но верила, что Макаров может сделать все, что взбредет в его голову. Проверять так ли это, мне не хотелось. Лучше просто скрыться. Еще раз ополоснула лицо и закрыла кран. – Горы? Море? – Призадумалась. – Не то…Надо посидеть и подумать, время до вечера есть. Следует позвонить женщине, у которой я почти месяц снимаю квартиру в неблагополучном районе за приемлемую цену. Чтобы оплачивать аренду, работала все это время, как папа Карло. Неофициально можно было устроиться или поломойкой, или грузчиком. В моем случае, вариант очевиден. Сегодня первый выходной за две недели. Так себе профессия, но зато без бумажной волокиты. Деньги я получала ежедневно и могла в любой момент просто свинтить из города. Оделась, натянула шапку и вышла из больницы. Ветер в Питере выл еще беспощаднее, чем в Москве. На автобусе добралась до полюбившейся кафешки и купила мороженое. Села за столик возле окна и открыла карту России. – Новгород, Владивосток, Серпухов, Казань, Уфа, – бормотала я. – Краснодар, Петрозаводск, Екатеринбург… Не то. Я елозила пальцем по телефону и не понимала, что делать. Диане я доверяла, как себе. Она задержит Илью и даст мне фору. Вот только существовала проблема. Во-первых, сейчас большая часть платежей проходит через банк. Макарову не составит труда отследить меня по тратам. Во-вторых, фамилия может и не уникальная, но запоминающаяся. Это значит, что нужно минимально задействовать карты и перед отъездом снять все сбережения. Я вбила в интернете, куда можно уехать из Москвы на автобусе. Вылез список. Пока его изучала, мороженое растаяло. Обидно. – Астрахань, Тамбов, Саратов… Волгоград, – бурчала я. Вспомнилось, как мне рассказывали, что в Сталинграде летом жарко, как на море, а овощи и фрукты продают за копейки с собственного огорода. Поглядела цены на жилье, транспорт и улыбнулась. С местом жительства определилась, осталось действовать! Волгоград, 2024 год – Мама! Мама! Вставай! – На меня плюхнулся сын и стал щекотать подмышки. – Саша, уйди от мамочки, – рядом приземлилась дочь и стала убирать руки брата с меня. Ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы! Сегодня ведь выходной! Первый за последний месяц и такой желанный! Хочется подолбиться головой об стенку. – Дети, мама хочет спать. – Простонала я, пытаясь перевернуться: не вышло. – А мы есть, – уверенно заявил Сашка, начиная меня целовать. Мальчуган рос на диво тактильным и любил обнимашки. Не то, что я против, но в семь утра крепкие объятия и слюнявый язык не предел моих мечтаний. Особенно в субботу. – Встаю, – зевая, стащила сына с груди и стала подниматься. Поясница сказала “офигеть больно”, когда я попыталась выгнуться. Последствия тяжелых родов и физической работы на лицо. – Мартышки, марш чистить зубы и умываться. – А мы поедем в кино? – Тоненьким голоском спросила Маруся. – Ты обещала. Поджала губы. Вчера я все деньги отдала за съем квартиры, садик и кружки двойняшек. На карте злобно мелькала тысяча, которую нужно дотянуть до аванса. То есть полторы недели экономии по всем фронтам. Одним словом – джозефина. Так я называла пятую точку, чтобы дети не слышали ругательств. – Бегите в ванную, а за завтраком обсудим наши планы на день. Достала телефон и позвонила подруге, как только малышня скрылась в уборной. – Соф привет, будет пару тысяч до аванса? Мелким обещала кинотеатр, а не на что. – Конечно, без проблем, – ответила девушка. – Вы к нам в гости, когда придете? – Блин, вообще не знаю. Если получится, сегодня заскочим. У меня заказы по дизайну висят, и я хотела пока выходные, сделать макеты. – Тогда на связи. На киношку сейчас тебе переведу. – Спасибо, целую! – Отправила «чмок» в трубку и отключилась. Подруга выручила. Собственно, как и всегда. София Романова, дочь полковника полиции и жена влиятельного бизнесмена в городе. Мы познакомились на приеме у гинеколога, когда я перебралась в Волгоград и прикрепилась к поликлинике. Тяжелое время было. Беременная, потерянная и совершенно не представляющая, как жить, я вырывала шанс на спокойствие с упрямостью быка. В женской консультации мы с незнакомой девушкой разговорились и я, не выдержав, разревелась и выложила Соне все о ситуации с бывшим и скорым пополнением… С тех пор мы дружим, воспитываем детей. Стараюсь не злоупотреблять состоятельностью подруги и отдаю все до копейки, когда зарабатываю. Но Романова не поощряет этого, и часто дарит двойняшкам вещи, игрушки и билеты в детские театры. Ценю нашу дружбу и благодарна ей за помощь и поддержку. Единственное, подруга понятия не имеет кто отец детей. А я не горю желанием вообще вспоминать Макарова. Едва не умерев при родах, хочу забыть Илью. Правда, не получается. Никак. Ведь мои дети – его прямое отражение. Я этому радовалась, потому что боялась, что дети будут похожи на моих родителей. А это еще хуже. – Мамуля, а на какой мультик поедем? – Сынок, какой будет, – со знанием дела ответила ему. – На смешной, короткий и яркий. – Саша, отстань от мамы. Надоел уже. Закатила глаза. В Маше точно живет воспитатель. Она так и норовит подмять под себя брата и дать мне выдохнуть. Быть матерью двоих сорванцов тяжело. Это сейчас они умеют говорить, ходить и знают про туалет. А раньше… Вздрогнула. – Дети, бегите мыть руки и за стол. Я пока овсянку приготовлю. – Фуууууууууу, – потянул Саша. – Топай давай, а то голодным будешь. Мама банан туда положит. – Марусь, а тебе с яйцом? – Ага, – крикнула уже из ванной дочка. Детям, в начале лета, будет пять, а уже так мудро рассуждают. Маша вообще молодец у меня. Помогает по дому, за братом присматривает. Сашка же непосредственный ребенок, который веселит меня каждый день. – Овсянка и, правда, уже надоела. – Сказала уныло, помешивая я кашу. Увы, но период жесткой экономии включен. По мне так лучше есть кашу и картошку, чем влезать в кредиты. Тем более, я не могла. Бывший мог узнать об этом. Одно дело карточки, другое кредитная история. Да и то, считаю, что если бы хотел найти, уже давно бы всех напряг. А так… Удобно живет, наверное. Я специально не лезу в интернет и не смотрю новости про него. Незачем. Дети подрастут, пойдут в школу, а там может быть, свяжусь с Дианой и узнаю обстановку. Первые годы я ждала, что вот-вот за мной Макаров прилетит и детей отберет. Жутко боялась, потому что знала: Илья сделает для этого все. Я видела, каким он может быть с подчиненными и с предателями. Спустя время, поняла, что возможно, поступила глупо и по-детски, но на тот момент не могла мыслить здраво, умирая от предательства и обиды. Соня до сих пор талдычит, что надо уже делом заняться и подавать на алименты. Двоих детей вырастить одной тяжело. А я вот… Гордая. Сама тяну на себе все. Не жалуюсь. Да и смысл? Выбор сделала. Тем более страшно очень. Илье вряд ли дети нужны, а если и захочет, то есть с кем сделать. А Маша и Саша мои. И только. – Мама, я фсеееееее, – с ором запрыгнул Сашка на стул, который покачнулся и едва устоял на ножках. – Аккуратней, ладно? – Это не пло него, мам, – Маруся вплыла на кухню, надев новенький розовый халатик, который ей подарила Соня. Дочь на голове как могла, соорудила два хвостика, а губы намалевала красной помадой. Я еле сдержала смех. – Детка, какая ты у меня красавица! – А то! – Зарделась девочка. – Просто Машка-какашка влюбилась в Пашку! Ахахахахаха, – загоготал Саша, который вмиг получил толчок от подошедшей сестры и все же полетел со стула. Вдох-выдох, Алиса. Дыши! – Дулак! – Закричала дочь. Я водила Машу к логопеду. Мы успели поставить все звуки, кроме “р”. А так как наш врач задрала цену, пришлось приостановить занятия. В свободное время я смотрю видео и стараюсь заниматься с дочкой, но не всегда выходит. У Саши благо с речью проблем нет, зато над поведением работать и работать. – Так! Тихо сели за стол и молча ешьте, иначе никуда не поедем. Дети притихли, потому что знали: мама сказала – мама сделала. Не иначе. Нельзя давать слабину, а то будут вить веревки. Завтрак прошел более-менее сносно. Я быстро выпила пустой кофе, потому что овсянки мало, а готовить новую порцию каши лень. Собрала детей, понимая, что они за зиму подросли и нужна новая одежда. Снова траты… На душе стало нехорошо. Работу бы мне хорошую, стабильную. Но, когда руководители на собеседовании узнают, что у меня двое маленьких детей, то не перезванивают. Да, дети периодически болеют. Сейчас намного реже, чем когда только пошли в сад. Но все равно раз-два в сезон подхватывают простуду. Это сказывается на финансах, потому что помимо лекарств, я сижу с ними дома, а не выхожу на смену. В такие дни выручал фриланс, но гонорара за заказы хватало ровно на то, чтобы не умереть с голода. Пособия покрывают только часть моих затрат, которых просто куча. Переехать в Волгоград – лучшее решение в моей жизни. Летом, правда, жарко очень, да и мошки одолевают вместе с осами. Зато дешевые овощи, фрукты и цены за аренду квартиры адекватные. Я тяжело вспоминаю тот месяц, за который я лишилась крыши над головой, жениха, вещей и счастья. Кажется, что лучше бы Диана не знакомила меня с братом. Тогда бы… – Не было Саши и Маши, – пробормотала, чувствуя, как щемит сердце. – Ты что-то сказала, мамочка? – Пискнула Маруся. – Нет, золотце. Посидите десять минут, я накрашусь, – закрыла за собой дверь ванной и включила воду. Посмотрела грустными большими глазами на себя в зеркало. Двойняшки – моя семья. Те, кому я отдам всю свою любовь, кому покажу, что мама – это не просто слово, а что-то близкое и родное. Но почему меня так плющит каждый год, когда приближается годовщина нашего первого с Ильей свидания? Пятое марта. Послезавтра. Семь лет почти прошло. Словно в другой жизни… А ведь я готова была дать ему шанс оправдаться, объяснить. Но тот день изменил ВСЕ. Так бывает, что люди просто не созданы друг для друга. Ты принимаешь это, смиряешься и оставляешь человека. Мы с Ильей с первой встречи чувствовали связь. Страсть, желание, безумную нежность, доверие… Я никогда не думала, что встречу родственную душу. После жизни с родителями-алкоголиками, вера в целом в людей подкосилась, а тут красивый мужчина обратил внимание, замуж позвал, говорил, что любит. Как не поверить в сказку? ПРОШЛОЕ Когда я пришла к Макарову для разговора, его еще не было дома. Прекрасная возможность, чтобы собрать вещи. Илья подарил мне много украшений. Он вообще не скупился на цацки, а я, признаться, не сильно их любила. Но они меня неплохо выручили в будущем. Вскоре я услышала, как хлопнула дверь. Пришел. Не один. Женский смех раздавался по всей квартире, отскакивая от стен, проникая в мои уши и пуская озноб по коже. – И что же ты теперь, скажешь, Илюша? – Сладкий голос стервы заставил меня сглотнуть и выключить звук на телефоне. – А что ты хочешь услышать, Кать? – Что нам всегда было хорошо вместе. Или, что я самая красивая женщина в твоей жизни. Макаров, – пропела она. – Твоя Алиса и в подметки мне не годится. Скажи, что ты с ней из-за меня? Из-за моей настойчивости завести ребенка? – Конечно, из-за этого, Катюш. – Голос стал мягче, ласковее. Я услышала, как девушка стонет от наслаждения. – Борюсь за свое, и только. Ты мой. Точка. – Катюш, – голос мужчины приобрел интимные ноты. – Ты что, действительно, поверила, что я женюсь на этой нищебродке? Просто она может то, чего нет у тебя… – Ребенок, – выплюнула Катерина. – Она может родить тебе его, в отличие от меня. – Именно, – хрипло произнес мужчина. – Надо просто немного потерпеть, и все закончится. – То есть, ты ее обрюхатишь, заберешь ребенка, и женишься на мне? – В голосе девушки слышался восторг. – Не то, что я довольна положением дел, но я подожду. Хотя все эти твои игры в молчанку, мне надоели. Я понимаю, ты не хотел расстроить моего папочку. Иначе он просто перестал бы вливать бабло в твои рестораны. – Да. Поэтому я ни с кем не знакомил Алису. – Удобно устроился ты, Макаров, – девушка расхохоталась. – Две девушки для постели, не перебор? Слышала шепот, но не разобрала слов. – Раз так, то я тебя окончательно прощаю. Надо отметить будущее родительство! Поехали в ресторан, милый, а потом ко мне. Покажу, как сильно я по тебе истосковалась. Дверь захлопнулась, а я поняла, что просто обязана бежать. В тот же день, я написала Илье записку, купила билет до Питера и свалила нафиг от этого мудака. Но, как оказалось, на этом все не закончилось… Настоящее время – Мама! Мама! Саша лугается! – Маруся постучала в дверь. – Он обозвал меня мелзкой козявкой, котолую нужно высмолкать в платок и постилать. Оторвалась от созерцания себя в зеркале и вздохнула. – Вы родились в один день. Так что, если ты козявка, то и он тоже. – Точно! Сашка! – Заорала Маша на всю квартиру. – Мама сказала, что ты тоже козявка зеленая и соленая. Вышла из ванны и посмотрела на ребятню, которая нахохлилась друг на друга. – Все, стартуем? – Спросила. – Возьмите только зонтики, дождь обещают, и, чур, не ругаться, иначе развернемся и поедем домой. Договорились? – Да! – Хором ответили дети. – Вот и замечательно. *** Следующий день выдался на редкость поганым. У меня слетел неплохой заказ на дизайн загородного дома, а значит, и денег я за него не увижу. Они бы не помешали. Вот вообще. Так случилось, что я закончила университет на факультете дизайна интерьеров. Всегда любила обставлять комнаты, наводить уют и придавать лоск помещению. Увы, но в нынешних реалиях без очной ставки тяжело подобрать клиентуру. Поэтому, за годы очумелого декрета и безудержных рабочих дней, я научилась создавать логотипы, делать сайты, запускать таргетированную рекламу. Но так как себя нужно уметь пиарить, а мне тупо было некогда, заказов, естественно, поступало мало. Я не могла круглосуточно сидеть в компьютере и забить на детей. Поэтому очень радовалась, когда на мои объявления откликались, и у меня появлялась работа. Это давало возможность или пораньше закрыть счета, или купить что-то детям. Я тут подсчитала, сколько в месяц трачу, и безысходность снова подползла к глотке. Очень стараюсь на людях выглядеть модной мамочкой, уверенной и счастливой женщиной. Только вот все совершенно не так. Когда дети в садике, я работаю в одном офисе уборщицей. Прилетаю утром, мою полы два часа и на другую подработку. Даже пару раз газели помогала разгружать. Вовка, муж Сони, меня потом ругал так, что самой стыдно стало за беспечность. Но хочешь жить – умей вертеться. А я хотела САМА. Да, Владимир и Соня мне очень много помогали. И вещами, и с детьми сидели, и нытье мое слушали, и выручали деньгами. Но я жаждала встать на ноги сама. Хотя бы попытаться. Хватило по гроб жизни, когда мать кричала в пьяном угаре: “Ты хренова приживалка! Только и делаешь, что жрешь, пьешь и последние деньги тратишь”. В пятнадцать лет слышать от матери такое – сильно ударяет по психике. Тяжело жить с зависимыми людьми. Особенно, если не можешь уйти. Мне приходилось терпеть оскорбления, оплеухи, голод и отсутствие нормальной одежды. Поэтому мне важно сделать все для своей малышни. Хочу гордиться собой. Но пока я умею только проживать один день за другим, в надежде увидеть свет в конце тоннеля и выдохнуть: смогла. – Мам, а что на обед? – Двойняшки подошли ко мне. – Суп, – отозвалась. – Опять, – вздохнул Саша. – Вот если бы у нас был папа, то точно бы дал денег на что-то другое. В садике говорят, что мы нищие. – Саша, наш папа ангел! А ангелы помогают бедным, а мы богатые, – со знанием дела поведала Маруся. – Лучки и ножки есть? – Есть, – буркнул сын. – Глазки, лотик есть? – Есть. – Суп на плите стоит? – Стоит. – Вот, а ты говолишь – нищие. Потянулась к дочурке и поцеловала в лобик. Про их отца я ничего не говорила, они сами считали его то ангелом, то космонавтом, то моряком. Позже, когда станут чуть старше, я им все расскажу. – Какая ты у меня мудрая. – Ласкового улыбнулась дочери. – Мам, но суп, действительно, не хочется, – замялась девочка. – Может теплые бутелблоды? – Заметано! Я закрыла ноутбук и пошла на кухню. Ничего страшного. Надо просто взять больше подработок на этой неделе. Справлюсь.