Глава 13

– Ну, вот, теперь ты у меня Хозяйка Малахитовой горы! Татьяну так раньше сотрудники в шутку называли, – сказал Артём, когда я вернулась вечером после работы. – Я у тебя то сказочная принцесса, то Ундина, а сейчас вот уже и до звания Хозяйки Малахитовой горы добралась! – засмеялась я в ответ. – Да-а… – протянул Артём, обнимая меня и нежно покусывая за мочку уха, – ты у меня такая… Потом он вдруг посерьёзнел и положил ладони на низ моего живота: – Кстати, хорошо, что напомнила про Ундину. В твоём животике ещё никто не завёлся после той ночи? Я так старался, ты помнишь? – Конечно, помню! Насчёт беременности пока не знаю, рано ещё… – А когда же станет известно? – Если случится задержка, подожду после этого для верности одну неделю и сделаю тест. Увидим две полоски, значит, можно потихоньку готовиться становиться родителями. – Ладно, буду ждать с нетерпением… Что я зря старался?! – До чего же я тебя всё-таки люблю! – прижалась я к своему будущему мужу, счастливо улыбаясь от неимоверного тепла, заполнившего мою душу. Мне казалось, что я уже чувствую некоторые перемены в своём теле, но пока было страшно признаться в этом даже самой себе… Тем более не стану говорить об этом Артёму, чтобы он не строил пустых ожиданий. Я так мечтаю о нашем ребёнке, что мне может показаться сейчас всё, что угодно. Если же случится ложная тревога, и для меня, и для него это станет большим разочарованием. Не стану торопить события, пускай всё идёт своим чередом. *** Мы убирали посуду со стола после ужина, когда раздался стук в дверь. – Опять, что ли Лёха припёрся? – недовольно проворчал Артём, отправляясь открывать дверь. Я вслед за ним выглянула в коридор и увидела на пороге Татьяну Ильиничну с большим тортом в руках. Она весело улыбалась и совсем не была похожа на женщину, переживающую тяжёлый развод. – Заглянула ещё раз поздравить вас с помолвкой! – громко заявила она и сразу проследовала на кухню. Я снова начала собирать на стол, хорошо, что в холодильнике имелись кое-какие запасы. – Итак, пока не приступили к трапезе, давайте, обсудим кое-какие имущественные вопросы, – сказала наша гостья. – Какие ещё вопросы? – изумился Артём. – Это ты там с мужем своим решай, мы-то здесь причём? – Вы здесь притом, что коттедж, в котором мы прожили всю нашу совместную с Алексеем жизнь, ещё до нашей свадьбы купил для меня твой отец, Тёма. Я не хочу, чтобы Шеин таскал туда своих баб, и уж тем более не допущу, чтобы там поселилась эта Вероника!.. – И что ты предлагаешь? – Перебирайтесь жить туда. У вас теперь семья. Что, вы так и будете ютиться в этой тесноте? – Зачем ютиться? Я собирался дом строить… – Ну, вот, пока строишь, живите с комфортом в коттедже, а потом видно будет… – Татьяна Ильинична взяла в руки нож и разрезала торт на порции. – Наливай чай, Ольга! Свежезаваренный чай моментально заполнил белые фарфоровые чашки. Радостное оживление в нашей компании начинало нарастать. Шутки, воспоминания, анекдоты так и сыпались за столом. Несмотря на то, что я не была знакома с прошлым моих близких, их весёлое настроение невольно передалось и мне. Я смеялась вместе с ними над рассказами о каких-то незнакомых мне дальних родственниках, и думала про себя, как хорошо иметь такую дружную семью. Совсем скоро я стану частью этой семьи… – Татьяна Ильинична, – решила вмешаться я в ход оживлённого разговора, – вы на свадьбу-то к нам приедете? – Во-первых, называй меня просто Татьяной. Я тебе больше не начальница. А во-вторых, не знаю, что и сказать… Мне, безусловно, очень хочется побывать на вашей свадьбе, но я боюсь опять не устоять под натиском своего благоверного. Только суну сюда нос, он снова вцепится в меня мёртвой хваткой, а у меня уже обязательства перед другим человеком. Так что не знаю, не обижайтесь на меня. Это не я, это жизнь такая! – Так, а с Лёхой-то что? – спросил Артём. – В смысле, что? – переспросила Завьялова. – Ну, где он жить-то будет, если мы в коттедж переедем? – Ты забыл что ли? В прошлый раз, когда я с ним разводиться собиралась, я купила ему однокомнатную квартиру в райцентре. Она так за ним и числится. Пускай вьёт там любовное гнёздышко для своей Вероники. Может, за ум возьмётся, так тоже построит для себя дом, ну, а если нет, то пускай в однушке перебивается. Я больше с ним нянчиться не собираюсь. Татьяна допила свой чай и, подняв на нас глаза, грустным голосом попросила: – Вы, ребята, уж тут приглядывайте за ним, хотя бы на первых порах… Он хоть и дурак, но не чужой нам человек. Да и люблю я этого негодяя, несмотря ни на что… – Он тоже тебя любит, – тихо сказал Артём, – только какой-то уж очень особенной любовью. Честно говоря, я боюсь даже представить, что тут начнётся, когда ты уедешь… *** Уже на следующий день Артём отвёз Татьяну Ильиничну в аэропорт. Она улетала в новую жизнь налегке: весь основной её багаж оставался пока в коттедже, и мы должны были переслать его ей, как только она сообщит нам точный адрес. Приказ о моём назначении тоже не заставил себя долго ждать. Уже очень скоро я заняла кабинет Завьяловой и приступила к новым обязанностям. Алексей Шеин всё это время не появлялся на территории санатория и не выходил на работу. Я не знала, что мне делать. С одной стороны, как главный врач, я должна была уволить его за прогулы. С другой – обещала Татьяне Ильиничне приглядеть за её бывшим. – Артём, ну что мне делать, скажи? – обратилась я в отчаянии к будущему мужу. – Где его черти носят? А вдруг с ним что-то случилось? – Собирайся, поедем искать, – коротко ответил Артём. Мы приехали в райцентр, где сейчас проживал Алексей, и первым делом направились по его адресу. Дверь нам никто не открыл, признаков жизни внутри квартиры тоже не было слышно. Артём стоял на лестничной площадке, широко расставив ноги, и задумчиво постукивал кулаком правой руки в левую ладонь. – Ты же не собираешься выламывать дверь? – испуганно спросила я. – Она, вообще-то, металлическая! – Милая, – проигнорировал он моё замечание, – ты спускайся вниз и посиди пока в машине, а я пройдусь по соседям, может, кто-нибудь видел Лёху. Я взяла ключи от «Патриота» и пошла во двор. Артём вышел из подъезда только через сорок минут. – Ты где был так долго? – взволнованно начала я. – Я уже хотела полицию вызывать! – Ну так, от местных кумушек разве уйдёшь просто так… Пришлось удовлетворять… – В смысле, удовлетворять? – возмущённо стрельнула я на него глазами. – Любопытство их удовлетворять… А ты что подумала? – Сейчас ты узнаешь, что я подумала, – грозно проговорила я и потянулась руками к его шее. – Всё, всё, сдаюсь! Не бей меня! – засмеялся Артём, перехватив мои руки за запястья, – слушай лучше, что я узнал. В общем, местная разведка доложила, что Лёха пьёт беспробудным запоем уже целую неделю. Видимо, как раз с тех пор, как Татьяна сообщила ему об отъезде. – Ладно, хоть живой, – со вздохом облегчения произнесла я. – А где он пьёт, твоя разведка случайно не в курсе? – Нет, не в курсе, но я знаю здесь несколько злачных мест, где он может ошиваться. Едем! Мы побывали в нескольких питейных заведениях, и только из четвертого по счёту ресторана Артём вывел за шкирку нетрезвого Алексея. Тот пробовал было сопротивляться, но перевес сил был не на его стороне. – Сиди спокойно, не дёргайся! – строго предупредил Артём, усаживая незадачливого родственника на заднее сиденье и пристёгивая его ремнём безопасности. Однако, Алексей, обычно всегда сговорчивый и покладистый, проявил вдруг завидную строптивость: – Вы куда мою Танюшку дели, гады?! – кричал он на весь салон и колотил кулаком в стекло. – Выпустите меня, я поеду её искать! – Лёха, сейчас по щам получишь, если не заткнёшься! – рыкнул на него Артём. Шеин закрыл лицо руками, из груди его вырвалось сдавленное рыдание. – Останови машину, – попросила я Артёма. – Я сяду рядом с ним. Попробую успокоить… Перебравшись на заднее сиденье, я что-то говорила и говорила Алексею, пока он, наконец, не заснул, уронив голову на моё плечо. *** – Посиди немного с ним, – сказал мне Артём, когда мы подъехали к нашему дому. – Я сейчас за мужиками сбегаю, отнесём Лёху в твою квартиру, пускай проспится. Он вернулся в сопровождении Степаныча и дворника Василия Михайловича. Втроём они подхватили Алексея и отнесли наверх. – Степаныч, будь начеку, за пределы санатория его ни под каким предлогом не выпускай! – наставлял Артём нашего сторожа. – Не то опять уйдёт в штопор, ищи его потом по разным ночлежкам. Степаныч заверил нас, что всё будет в порядке. Мимо него и мышь не проскочит. *** Алексей приходил в себя долго и мучительно. Лишь через несколько дней общими стараниями всего нашего коллектива его перестало «колбасить». Несколько раз я порывалась позвонить Татьяне Ильиничне, но Артём останавливал меня: – Не дёргай её… Лёха справится постепенно. Надо дать ему время. В один из дней похудевший и осунувшийся Алексей появился в моём кабинете. – Ольга Аркадьевна, – обратился он ко мне, протягивая исписанный лист бумаги, – подпишите заявление на увольнение. Я с удивлением посмотрела на него, но его взгляд был абсолютно пустым. От прежнего удалого и бесшабашного Алексея Шеина в этом человеке ничего не осталось. – Алексей Владимирович, мне абсолютно некем вас заменить, – попробовала удержать его я. – Может быть, поработаете ещё некоторое время? – Нет, не могу, – отрицательно замотал головой Алексей. – Подпиши, Оля, я всё равно уйду… – Алексей, но ты же опять пить начнёшь, как я потом буду… – я чуть не сказала: «Татьяне Ильиничне в глаза смотреть», но вовремя остановилась. – Нет, не начну, – угрюмо пробормотал он. – Я поеду Татьяну разыскивать. Что-то мне без неё совсем хреново… Скрепя сердце, я подписала Алексею заявление, потому что спорить с ним было бесполезно. Раньше я никогда не понимала характера странных семейных отношений между Татьяной Завьяловой и её молодым супругом. Сейчас они для меня тоже понятнее не стали, но я отчётливо видела, что человек, сидящий передо мной, действительно, страдает. Я решила не удерживать его. Как знать, может быть, судьба будет ещё благосклонна к этой паре и однажды соединит её для счастья, а не для вечных ссор и выяснения отношений.