Глава 26

Следующим воскресным утром я проснулась довольно рано, приняла душ и спустилась в столовую, сварить себе кофе. Кое-где на первом этаже ещё виднелись последствия вчерашнего погрома, но никого не было слышно. Стояла полная тишина. Я подумала, что Игорь ещё спит, и, стараясь не шуметь, поднялась обратно в библиотеку. Какое-то время я пыталась читать, но тревожные мысли заставили меня отложить книгу. Полное разочарование своей новой жизнью, подогретое волнениями предшествующего дня, гнетуще действовало на психику. Хотелось отвлечься и забыться, и я решила снова лечь спать. Буду спать весь день, а утром пойду на работу. На работу! А как я пойду туда с таким лицом?! Я снова соскочила с дивана и бросилась к зеркалу. Вся моя грудь была покрыта синяками и царапинами, на шее тоже виднелись следы от душивших меня пальцев. На лице, к счастью, крупных «увечий» не было: всего несколько неглубоких царапин на левой щеке и на подбородке. Их я постараюсь замазать маскирующим корректором, а шею с грудью прикрою водолазкой с высоким воротом. На всякий случай повяжу ещё косынку на шею. В момент, когда я искала водолазку в комоде, дверь в библиотеку отворилась, и на пороге появился Игорь. Синяк у него под глазом уже начал приобретать интенсивный багровый оттенок. – Таня, ты уже проснулась! – попытался изобразить он искреннюю радость, с некоторой опаской поглядывая на меня. – Пойдём завтракать! – Завтракай без меня. Я уже кофе выпила, не хочу больше ничего. – Таня, – осторожно продолжал Смирнов, пропустив мимо ушей, мои слова о завтраке, – а мы в театр-то сегодня едем? Помнишь, ты хотела пригласить меня на новую постановку? – С такими рожами нас даже в самую захудалую забегаловку не пустят. Так что придётся обойтись без новой постановки. – Ладно, – с облегчением согласился Игорь, – съездим как-нибудь в другой раз. – А зачем куда-то ездить, когда здесь, прямо в твоём собственном доме разыгрываются такие шикарные представления! – не удержалась я от сарказма. – Приглашай свою жену почаще, с ней весело! – Я отыскала, наконец, бежевую водолазку и бросила её на спинку стула. – Кстати, с днём рождения тебя, с прошедшим! Вчера как-то не успела поздравить в неистовом водовороте событий. – Она мне не жена, а просто пьяная баба. – Смирнов неодобрительно посмотрел на меня, но встретив мой суровый взгляд, решил не продолжать дискуссию и вышел из библиотеки. *** Как же мало была похожа моя нынешняя жизнь на то, о чём я мечтала, страстно бросаясь в отношения со Смирновым. Прошло всего несколько месяцев с тех пор, как мы начали жить вместе, а прежней радости и притяжения уже, как ни бывало. Интересно, как сейчас поживает Алексей? У него, в отличие от меня, наверняка всё в порядке: рядом молодая, красивая подруга или жена, и весёлая беззаботная жизнь. Должно быть, не нарадуется, что развёлся со мной и открыл для себя путь к истинной свободе. Я подавила в себе острое желание набрать номер бывшего мужа. Да, и зачем мне было звонить ему? Что сказать, когда он ответит? Что хочу ещё раз увидеть его глаза цвета неба, что мечтаю вспомнить его обалденную улыбку?.. Нет, всё это осталось в прошлом. Я сама так захотела. Мои воспоминания были прерваны непонятным шумом на первом этаже: кто-то опять с кем-то ругался. Тяжело вздохнув, я снова упала на диван: временное затишье закончилось. В этом доме определённо не было ни минуты покоя. На лестнице, ведущей на второй этаж, послышались шаги. В дверь библиотеки тихонько постучали. – Заходи! Открыто! – крикнула я, полагая, что это опять вернулся Игорь с очередными идеями. Однако моим посетителем оказался вовсе не Смирнов, а его бывшая жена собственной персоной. Сегодня Ирина выглядела гораздо проще, чем вчера. Вместо шикарных рыжих локонов на голове торчал лишь скромный пучок, оставшийся после того, как она сняла накладные пряди. Длинный синий свитер оверсайз скрадывал соблазнительные формы. Она явно старалась выглядеть, как можно скромнее. – Татьяна, – пролепетала Ирина заискивающим голоском, – прошу, простите мне вчерашнюю выходку. – Она театрально сложила руки на груди и умоляюще уставилась на меня. – Игорь грозится отнять у меня детей и собирается подать заявление о нападении в полицию. – Ну, а я здесь причём? С Игорем и выясняйте отношения. – Так пострадавшая-то вы! Смирнов сказал, что снимет побои, и мне могут дать срок за хулиганство… А у него ведь, адвокаты, юристы! Точно засадит меня! – Её глаза подёрнулись слезами, нижняя губа мелко затряслась. – Думаю, он это несерьёзно, сгоряча сказал, но вам надо бы как-то полегче с коктейлями, а то можете кого-нибудь серьёзно покалечить. Тогда уж извинениями не отделаетесь. Ирина закивала головой, потянулась к своей сумочке и достала пачку сигарет. – Я закурю? – вопросительно посмотрела она на меня. – Делайте, что хотите, – устало ответила я. – Это же ваш дом. Вчера вы так напористо отстаивали своё право проживать здесь. – Во-о-о-т! И я Смирнову говорю, что это мой дом! – не поняла Ирина моей иронии. – А он вечно какие-то отговорки придумывает, какие-то статьи законодательства подсовывает… Можно подумать, я в них что-то понимаю! – Она уставилась на меня своими круглыми зелёными глазищами, так чтобы я даже не сомневалась в том, что она действительно ничего не понимает. – Ну, это вы с Игорем обсудите, – снова повторила я, не зная, что ещё можно сказать в такой ситуации. – А сейчас меня ещё и Аркаша бросил, – всхлипнула Ирина, сложив губы трубочкой и выпуская струйку дыма. – Вообще не знаю, что будет! И чего он так взбеленился? – Аркаша? Это ваш вчерашний спутник? – Ирина кивнула. – Да как он посмел? – не удержалась я от очередной «шпильки» в её сторону. – Хотя, могу предположить, что ему не понравилось ваше желание спать со Смирновым. С другой стороны, что здесь такого? – Во-о-о-т! – опять протянула она, радостная оттого, что нашла во мне неожиданную поддержку. – И я ему: что здесь такого? А он мне: пошла вон! Как собаке какой-то! Если ещё и Игорь детей заберёт, я вообще без средств к существованию останусь. Я посоветовала ей не нарываться, а наоборот смиренно соглашаться со всем тем, что требует бывший муж. В конце концов, он же не монстр какой-нибудь, и уже очень скоро оттает. Оставит ей детей и снова возьмёт на своё обеспечение.