7. Аня

Поспешно прощаюсь с Игорем, бегу в гостиницу, несусь по лестнице на четвертый этаж в свой номер. Но не успеваю захлопнуть за собой дверь, как следом вбегает Настя.

— Ну наконец-то. Где ты была, Аня? Почему телефон не доступен? Мне уже мама твоя звонила, спрашивала: «Где ты пропадаешь?». Ночь на улице, а тебя нет. Пришлось говорить, что ты спишь, устала после катания. — тараторит Настена, пока я стаскиваю с себя куртку и шапку.

— Я ничего не слышала. — нахожу телефон в кармане, он выключен. — Хм. Странно. Может разрядился?

Иду, ставлю его на зарядку.

— Так, где ты была, подруга? — не унимается Настя.

— В клинике. — почти не вру я.

— Ага, в клинике. До восьми вечера. Ань, я что дура что ли? Ты ж ведь с Игорем была, да? — смотрит подруга с прищуром. — Ань, ты хоть глупостей не наделала?

И я сажусь на кровать, начинаю рассказывать все:

— Мы целовались с Игорем на подвесном мосту. Он повез меня за город покататься после посещения клиники. Мы ехали, болтали обо всем, смеялись. Потом Игорь привез меня на этот чертов мост. Там так красиво, снег кругом, фонари горят, звездное небо. Одна романтика. И мы начали целоваться. — от обиды и злости сжимаю руками подушку и чувствую, как слезы начинают щипать глаза. — А потом ему позвонила «Светка».

— Вот козел. — подруга садится рядом и гладит меня по спине. — Тише, Ань, тише.

— Он говорит, что это сестра. Но я не понимаю, почему тогда не ответил. Я ведь уже размечталась, что он и я. Что мы нравимся друг другу. — изо рта выходит поток слов почти не связных между собой, а по щекам бегут слезы. — Не знаю почему, но я сомневаюсь, Насть. И теперь кажется, что у него, таких как я, наверно целая куча в каждом городе.

— Тише, мое солнце, тише, моя хорошая. — пытается успокоить меня подруга. — Целовались — это еще не конец света. Вот если б вы переспали и, ты залетела, тогда, возможно, да, трындец. А так ну поцеловалась с красавчиком, и что? Чего себе коришь? Если у него есть девушка, то это он изменщик, а не ты. Ты — свободная девушка.

Наст еще долго пыталась мне втолковать, что проблема то пустяковая. И плакать не стоит. Особенно, если он точно бабник. Пусть сам плачет, если проворонил такую хорошую девушку ради одноразовых связей.

— Насть, но я хотела переспать с ним. Очень хотела. И если бы не этот звонок…. - мои слезы бегут по щекам еще сильнее.

— Слушай, я, конечно, Игоря не оправдываю. Но может эта Света — действительно его сестра? И ты зря тут себя накручиваешь?

— Я дура, Насть?

— Нет, ты не дура. Ты просто влюбилась. — улыбаясь, обнимает меня крепче Настя.

— Спасибо тебе, Настюш. — шмыгаю носом успокаиваясь. Проговорила и вроде стало легче. Может я действительно себя зря накрутила?

— Давай больше не будем о нем, хорошо? — прошу подругу.

— Хорошо, мась. Кстати, как рука? Что доктор сказал?

— Растяжение. Мази, повязка и не нагружать руку некоторое время. Так что наши совместные лыжные катания отменяются.

— Ну вот. — расстроенно взмахивает руками Настя.

— Буду тебя ждать у финиша на «трибунах». Или в кафе за столиком. Все. Хватит обо мне. Давай уже поговорим о тебе. Как прошло свидание с Матвеем?

— Ой, да какое это свидание. Представляешь, он пригласил меня покататься на плюшке с горки вместе с группой детишек, которую он курирует в спортивной школе. Матвей там иногда помогает, в свободное от работы время.

— Да, ладно. Ты и дети рядом? Как ты это пережила?

— На самом деле мне даже понравилось. Было весело. Особенно когда малышня поддержала меня, и мы все вместе закидали Матвея снежками.

— Ну ты даешь. Я тебя практически не узнаю. Не влюбилась ли ты часом? — наклоняю голову влево, прищуриваю один глаз и «сканирую подругу».

— Влюбилась — точно нет. Но он мне определенно нравится. Дам ему еще один шанс, если следующее свидание пройдет в более интересном месте и без толпы детей.

Мы проболтали с Настей еще несколько часов. Зевая, ближе к полуночи подруга все же ушла к себе в номер.

Вспоминаю, что надо бы перезвонить маме, но уже поздно. Утром наберу ее.

Появляющиеся в голове мысли об Игоре отталкиваю подальше. Не хочу о нем думать, а то снова расплачусь. Права Настя, что говорит «поцелуй — не конец света». Главное, что до большего у нас не дошло.

С этими рассуждениями в голове я, касаясь головой подушки, моментально проваливаюсь в сон.

***

— Да, мамуль, вчера уснула слишком рано. Устала кататься. Точнее падать устала. Не выходит у меня подружиться с лыжами — закрываю глаза и опять не говорю маме о травме.

Это для ее же спокойствия. Знаю мамин характер. Скажи я ей, что повредила руку, она ближайшим поездом примчится ко мне с огромной сумкой лекарств, мазей и настоек. А так хоть о моем здоровье не переживает.

— Обязательно сейчас скину тебе несколько фотографий. Вчера в таком красивом месте гуляла, у горной реки. Это надо было видеть.

— ты тепло одета была, не замерзла?

— Да, мам, шапка, шарф, перчатки. Все было на мне. И куртка застегнута. Не переживай, мамуль. Ладно, я побежала на завтрак, а то Настя уже меня заждалась там. Целую. Люблю вас. Папе привет. — наспех завершаю разговор с мамой. Не люблю родителям врать.

Тут же отправляю пару фотографий вчерашнего моста маме. Пусть хоть они с папой насладятся красивым видом.

Обиднее всего, что я ждала весь вечер сообщения от Игоря или звонка.

Утром первым делом как проснулась, потянулась к телефону проверить пропущенные. Но он так и не позвонил и не написал.