Глава 34

В сопровождении двух внедорожников автомобиль Алдарова въехал на территорию и направился прямо к особняку. Ира во все глаза рассматривала ухоженную подъездную аллею, парк с беседками, прудом и скамейками справа от дома. Несмотря на осень, природа не утратила своего очарования, радуя глаз буйством красок. Поглощая красоту внушительного двухэтажного дома, выложенного из красного крупного кирпича и покрытого серой крышей, с массивными белоснежными колоннами на крыльце, она даже боялась представить внутреннее убранство. Пытаясь отвлечься от своих мыслей, роившихся в мозгу, она перевела взор на Еву, ластившуюся к отцу и Тамира, расплывшегося от счастья.

Глядя на него, она бы никогда не поверила, что этот мужчина, внутри которого, казалось бы, струился какой-то теплый свет и тот неприятный субъект, что угрожал ей расправой над семьей и самой незавидной участью, один и тот же Тамир Алдаров. Ира покачала головой, чувствуя прилив умиления, когда он ласково погладил дочку по волосам, осторожно сжал в своей ладони маленькие пальчики и с какой-то особой нежностью поцеловал их. Наблюдая трогательную картину, нижняя губа Иры задрожала, и слезы навернулись на ресницы. Тамир с таким обожанием смотрел на Еву, что Ира не знала, как ей справиться со своими эмоциями. Уткнув взгляд на свои колени, она стиснула ладони.

А потом неожиданно вторая рука Алдарова обняла ее за шею, притянув ближе, почти к самому лицу.

— Я всё вижу, Ириша, — шепнул ей оборотень на ухо.

— Не понимаю, о чем ты, — невинно выгнула она брови и, желая сменить тему спросила: — Тебе Лодой не сказал, почему отказался поехать с нами?

— Сказал, что найдет нас тогда, когда это будет необходимо, — пожал плечами Тамир. — Не думай, что сумела перевести тему. Ну, а ты?

— Что я?

— Опять волнуешься, — хитро прищурилась Ева.

— Да ну вас, — отмахнулась от них Ирина. Эти двое на удивление очень быстро спелись, понимали друг друга без лишних слов, будто общались взглядами. Если раньше ее прекрасно чувствовала Ева, то теперь в команде дочери прибыло. Сейчас ее легко читали двое. Ира ловила себя на мысли, что ей самой невероятно комфортно рядом с Тамиром. А когда Ева рядом — так и вообще лететь хочется. Она словно обрела кусочек себя и стала целой. На каком-то тонком уровне Ира ощущала эмоции Алдарова и, на сердце становилось тепло, стоило почувствовать его стремление защитить ее с Евой. И да, она немного волновалась, тревожась о будущем.

— Не переживай, милая, — Тамир сжал ее прохладную ладонь и прижал к своим губам, согревая дыханием, — всё будет хорошо. Завтра приедет мой дядя, познакомится с вами, узнает правду. И у нас всё получится.

Ира кивнула, от всего сердца веря словам любимого. Поверить только — любимого! За столь короткий срок она обрела того, к кому летело ее сердце, и от чьего взгляда пела ее душа. Стоило признать — она по уши влюбилась в оборотня еще с той незабываемой ночи, как ни старалась, не могла избавиться от навязчивых мыслей о нем. И вот сейчас он находился рядом, уверив ее в том, что она его истинная пара. Прикосновения Тамира каким-то волшебным образом успокаивали ее, даря ощущение защищенности и уверенности в завтрашнем дне. Тамир уже не разделял себя от них с Евой, и это радовало.

— Спасибо, Тамир, — прошептала она.

— Это тебе спасибо, Ириша, — с трудно скрываемым волнением негромко сказал он.

Ира не успела ответить — автомобиль остановился, и они вышли. Алдаров крепко сжимая запястье Евы в одной руке, и обнимая Иру другой, потянул их за собой к крыльцу. Дверь распахнулась еще до того, как они приблизились.

— Здравствуйте, Тамир Адамович, — высокий худой мужчина окинул ничего не выражающим взглядом гостей, пропустил их в просторную прихожую и застыл, ожидая дальнейших указаний.

— Добрый вечер, Михаил. Это новые хозяйки дома, — Тамир подтолкнул чуть вперед своих девочек и закрыл дверь. — Ирина — моя супруга, Ева — наша дочь. Прошу любить и жаловать. А это Михаил — домоправитель.

Ира всмотрелась в лицо человека и незаметно выдохнула, не заметив и тени пренебрежения или удивления. Она поприветствовала служащего и положила ладони на плечи Евы.

— Здравствуйте, — вежливо отозвался мужчина и чуть склонил голову. — Комната девочки готова, как и ваша, Тамир Адамович. Какие еще будут распоряжения?

— Ужин как обычно, а я пока покажу дом новым обитателям.

Михаил кивнул и скрылся за дверью. Тамир же провел Ире и Еве экскурсию по своему дому, показал что и где располагается. Глаза Евы загорелись желтым пламенем и, прежде чем она умчала вперед, Ира попросила:

— Милая, следи за оборотом.

— Да, мамочка, — и уже опередила их на несколько шагов.

— А что не так с оборотом? — спросил Тамир, чуть нахмурившись. — Вроде, легко ей дается.

— От избытка эмоций она даже может не заметить, как поменяет облик. Сейчас, после долгих тренировок с Лодоем, да. Но так было не всегда. Она ведь один раз застряла в образе волчонка на четыре дня, Тамир, — сорвалось с губ Иры признание.

— Что? — насторожился он, и в голосе его Ира услышала тревогу и беспокойство.

— Лодой помог. Представляешь ее — маленькую, растерянную и испуганную. Я тогда чуть с ума не сошла от страха. Но шаман упорно взывал к ней и вернул ее. С тех пор, она не так самонадеянна, — уголки ее губ приподнялись в доброй улыбке.

Тамир прижал Ирину к своему боку, всеми фибрами души желая прогнать страх из сердца этой отважной женщины. Как же трудно ей пришлось. И было бы еще горше, если бы не Лодой. Выходит, древние легенды оборотней имели под собой настоящие корни, и люди с необычными способностями всегда помогали оборотням, хранили их историю, традиции и обычаи. А они каким-то образом позабыли про эту важную составную часть их бытия. Пообещав себе разобраться с этим впоследствии, он продолжил рассказывать Ирине о доме, не отпуская ее от себя ни на шаг.

Ира только и успевала, что охать от восторга, рассматривая светлые просторные комнаты, обставленные добротной удобной мебелью. Всё в доме Алдарова было обустроено со вкусом, особым трепетом и уютом, было понятно, что хозяин вкладывал душу в каждый предмет интерьера. На стенах, выдержанных в спокойных цветовых тонах висели картины с красивейшими пейзажами, окна была оформлены портьерами, маленькие подушки на диванах напоминали пышные облака, так и манившие утонуть в своей мягкости и отдохнуть. Ира не могла сдержаться и касалась кончиками пальцев то листьев цветущего растения в кадке, то обивки мебели, то залипала перед видами, открывающимися из панорамных окон.

Услышав радостный вопль Евы, Ира перевела взгляд вперед. Дочь уже скрылась внутри своей комнаты и носилась по ней, сломя голову. А когда вошла Ирина, девочка уже сбросила обувь и, взгромоздившись на кровать, подпрыгивала до потолка.

— Ева! — воскликнула Ирина, всплеснув руками.

— Пусть осваивается, — Тамир обменялся с дочерью хитрыми взорами и потянул Иру из комнаты.

Они прошли несколько шагов по широкому коридору и остановились. Алдаров распахнул дверь и подождал, пока Ира, затаив дыхание входила в их уже общую спальню.

— О! — выдохнула она и быстро развернулась.

Он было подумал, сейчас она попытается убежать, но Ирина обвила руками его талию, прижалась всем телом и спрятала лицо у него на груди. Он тихонько рассмеялся, касаясь губами ее макушки, вдыхая волнующий аромат. Позволил ей так немного постоять, потом крепко обнял ее и чуть приподнял над полом. Долго рассматривал ее лицо, чувствуя, как она начинает смущаться.

— Что? — Ира вопросительно посмотрела Тамиру в глаза.

Сорвав с ее губ сладкий поцелуй, коварно поинтересовался:

— А ты, может, думала — я тебя одну оставлю? Нет, спать будешь только рядом со мной и без всех этих твоих тряпок, именуемых одеждой.

* * *

Румянец во всю щеку вспыхнул на лице Ирины, доставив Тамиру немыслимое удовольствие. Она так очаровательно смущалась, что хотелось тут же стиснуть ее в объятиях и зацеловать до беспамятства. Своего и ее.

— Ты о чем-нибудь другом думать в состоянии? — наигранно прошипела она, утыкаясь носом в его щеку.

— Я думаю о многом, но с фантазией о том, чтобы прямо сейчас завалить тебя поперек кровати, справиться не в силах. Сдерживает только недалеко расположившаяся Ева.

— А должен справиться, потому что тебе предстоит посвятить меня в некоторые особенности, — Ира заерзала, и Тамиру пришлось опустить ее на ноги.

Внимательный взгляд черных глаз медленно сканировал ее ставшее вмиг серьезным лицо. Предчувствие подсказывало — Ира собирается озвучить нечто, что может ему не понравится. Он подхватил ее на руки и уселся с ней в кресло.

— О чем говорить будем, Ириша?

Она обняла одной рукой его шею, а второй нерешительно затеребила пуговицу на его рубашке. Как-то горестно вздохнула, будто набираясь мужества для чего-то трудного и важного.

— Тамир, что я должна знать о твоем мире? Я понимаю, что человечка никогда не сможет соответствовать оборотню — существу высшего порядка. Мой вид слаб физически, и вызывает только жалость и презрение. Но все… как мне научиться понимать важное в твоем мире и хоть чуть-чуть стать достойной тебя?..

Брови его грозно сошлись на переносице, хмурая тень набежала на лицо, и он стиснул челюсть, заставляя пуститься в пляс желваки на щеках. Чтобы прервать поток уничижительных слов, он прижал палец к губам Иры, а после скользнул им по ее щеке:

— Чш-ш, глупенькая. Ты уже достойна меня, ведь ты — моя истинная половинка, Ира. Ты — мать нашей дочери. Разве этого мало? — золотая пыльца разогнала черноту глаз Тамира, а в зрачках вспыхнуло таинственное алое зарево, заставившее девушку умолкнуть. Всего на мгновение.

— Но… я ведь обманула тебя, — едва слышно проронила она.

— Да, Ириша, — с хрипотцой шепнул он ей на ушко, — ты — маленькая воровка. Украла у меня самое ценное в жизни.

— Что же?… — чуть выдохнула она, боясь даже дышать, настолько интимной показалась ей интонация, с которой заговорил Тамир. От нее мурашки побежали по коже, и Ира закусила нижнюю губу.

— Себя, Иришка, себя. Если бы не проклятый ром, я бы учуял тебя еще на пороге моего дома. А утром, если бы меня не отвлекли точно таким же проклятым звонком, я бы понял по твоему обалденному аромату, кем ты мне приходишься. Но ты ускользнула, а я списал свою ломку на похмелье, — он прижался своим лбом к ее лбу и с упреком продолжил: — А ты! Ты спряталась сама и спрятала дочь так надолго! Но время, как видишь, все расставило по своим местам. Вы с Евой рядом, о большем ни я, ни мой зверь и мечтать не можем. Ни о чем не беспокойся, Ира, я помогу тебе. Выдохни напряжение и будь собой.

Уголок ее губ приподнялся, и лукавый огонек заблестел в васильковых глазах:

— То есть зажатой и трусливой? Серой мышкой?

— Не помню, чтобы той ночью со мной серая мышка была, — оборотень обхватил ладонью ее шею сзади и впился в губы жадным поцелуем. Овладевал ими неистово и властно, подчиняя себе, опаляя дыханием и выпивая ее. С трудом оторвавшись от нее, Тамир запустил пальцы в ее волосы и слегка запрокинул ее голову. — Тогда со мной была моя женщина, только моя. Да?

Ира открыто улыбнулась и смело ответила:

— Твоя, Тамир Алдаров. Только твоя.

— Вот и славно, милая. Помни, что ты и Ева теперь не одни в этом мире. Вам есть на кого положиться. И в случае опасности вы укроетесь за моей спиной.

— Пусть никогда не наступит время, когда тебе придется заслонять нас, — шепнула Ира, обнимая Тамира так, словно он мог исчезнуть. — Не хочу, чтобы ты пострадал…

— Ты ведь сама понимаешь, что в жизни всё не может быть гладко, — сказал он и погладил ее по волосам, не став озвучивать проблемы их реальности. В их мире иногда приходилось быть жестоким, чтобы враги чувствовали и знали, что стая или клан под защитой сильного лидера. А те, кто посмел бы напасть или причинить вред члену стаи, карались безжалостно и сурово. Но он обязательно введет ее в курс дела, чтобы она всегда была внимательна и осторожна.

До следующего утра Тамир чувствовал, как Ира изо всех сил старается подавить в себе ростки страха перед встречей с его дядей, видел ее внутреннюю борьбу с самой собой. Она была словно натянутая струна, готовая лопнуть, словно ожидала удара или чего-то ужасного. Ему, конечно, удалось отвлечь ее неспокойные мысли на добрую половину ночи, замкнув их на себе. Он медленно с пронзительной нежностью изучал каждый сантиметр ее тела, щедро даря ласку и несравнимое удовольствие. И она отвечала со всей пылкостью, которую прятала глубоко внутри и на которую была способна только рядом с ним, нисколько не стесняясь своей наготы и своей страсти. От непередаваемых ощущений полного единения душа Алдарова воспарила над землей, и сердце гулко стучало в унисон с сердцем Иры.

А потом до самого рассвета Тамир крепко сжимал ее в своих объятиях; она же куталась в них и блаженно замирала, задерживая дыхание, стоило ему коснуться губами метки на ее шее. Чувствуя ее неподдельные эмоции, Тамир улыбался в темноту. Ира оказалась такой искренней и теплой, что в груди щемило от невыразимой любви. Девушка не пыталась манипулировать им, и все еще с долей настороженности относилась к сложившейся ситуации.

Уткнувшись носом Ире в шею, он глубоко вдохнул самый вкусный аромат в мире, ощущая, как она понемногу расслабляется. Как же ей сложно пришлось жить в постоянном напряжении каждый день. Нужно было срочно что-то делать с ее паранойей, в которой были виноваты отчасти и сами оборотни, придумав свои законы для людей и отгородившись от них. А может…

Внезапно смутная догадка сверкнула в мыслях Тамира — может быть мужчины его расы, почувствовав в человеческих женщинах своих истинных, забирали их к себе, оберегали их покой и хранили от посторонних глаз? Нет, что-то не сходится. Возможно, они обращались к магии, носителями коей являлись шаманы? Снова не то. Тамир от бессилия перед этой головоломкой едва зарычал в голос, но его отвлекла Ира. Это ее тревожное состояние, которое он чувствовал крайне остро, заставляло Тамира ощущать свою беспомощность, а ростки недоверия, все еще живущие в ее душе, причиняли боль. Никогда предназначенная ему судьбой половинка не должна чувствовать неуверенность в будущем, значит, и Ира должна и будет знать, что ни ей, ни Еве ничего не угрожает. Поклявшись себе приложить к этому все усилия, Алдаров еще теснее прижал к себе Иру, сделал глубокий вдох и закрыл глаза.

Завтра их ждала важная встреча с Каримом Мансуровым и не менее важный и нелегкий разговор, а его исход внесет волнение и некоторую растерянность. Ведь знание, сопровождавшее оборотней на протяжении их жизни, может оказаться частично ошибочным, и новая реальность изменит многое и многих.