Глава 29. Раздвоение личности

Милана качала коляску с засыпавшим сыном и куталась в кофту.

Вроде бы весна, солнечный день, а ее как будто морозило. Даже температуру сегодня утром мерила. Она, правда, оказалась нормальной, но озноб все равно ее мучил.

Впрочем, у нее так бывало – обычно от нервов. Когда сдавала экзамены, например. Когда болел Пашка, и она за него сильно переживала.

Вчера она, конечно, никаких экзаменов не сдавала, да и сын в полном порядке. Но как тут не нервничать, когда ты должна воспитывать ребенка с абсолютно сумасшедшим типом!

Милана никак не могла прийти в себя после вчерашнего.

Явление Баграта произвело на нее неизгладимое впечатление.

Она в жизни не видела его таким злющим, как вчера днем. Глаза горят, лицо бешеное. Ей даже на миг показалось – прибьет за одно лишь подозрение на то, что она посмела с кем–то спать.

А как он с не разговаривал! Впрочем, никакой это был не разговор – сплошной ор, и такой свирепый, что у нее сердце чуть из груди не выпрыгнуло, пока слушала. Не привыкла она, чтобы на нее так откровенно срывались.

Главное – было бы за что вообще на нее орать! Она же ничего не делала.

К тому же из–за чего Баграт решил устроить скандал? Из–за того, что к ней явился его собственный брат? Артур – душка и лапочка, знающий руководитель, очень ей помогал, морально поддерживал. Даже ни разу в щеку не пытался поцеловать, четко соблюдал субординацию. И вчера они просто сидели рядом, общались по работе.

Ничего не было.

Но Баграту, похоже, повод вообще не нужен.

Это ревность? Хотя для того, чтобы ревновать нужно человека любить, так? Люби ее Баграт, Милана бы поняла его вчерашнее поведение. Это его не оправдало бы, конечно, но помогло бы понять. А так…

Она ж ему нафиг не сдалась – максимум, что предложил, это переспать с его святейшим величеством.

Естественно, она отвергла его щедрое предложение. Спасибо, ей такого счастья не надо. Ей вполне хватило одного раза.

Милана до сих пор помнила то ужасное действо, когда лежала под ним и молилась, чтобы все побыстрее кончилось. Это ж не мужик, а какой–то секс–террорист! А потом как себя повел? Ушел и все, пока она была в душе. Его не волновало, как она себя чувствовала.

Впрочем, вчера повел себя не лучше. Наорал, а потом полез целоваться.

Их предыдущий поцелуй и то ей больше понравился. Вчера же он буквально пытал ее своими губами. А о том, что было бы после, она даже думать не хотела.

Чего греха таить, частично именно поэтому держалась от мужчин подальше. Нет у нее к мужскому полу никакого доверия.

Она, конечно, понимала, что ей просто не повезло, и наверняка в этом мире есть нормальные мужчины, нежные любовники. Но Баграт к их числу явно не относился. Соответственно вход в ее спальню для него закрыт.

Да, как папа он вполне годен. А вот как любовник… Никакой он любовник. Очень агрессивный!

И похоже, что за то время, что прошло с их первого и единственного раза, он нисколько не изменился, учитывая его поведение.

Нет уж, пусть Баграт идет к своей любительнице тошнотворно сладких духов, которыми он недавно пах. Там его наверняка примут, обогреют, а заодно дадут то, что Милана давать никак не хотела.

И ведь он пойдет! Или даже уже сходил.

От осознания этого Милане делалось еще неприятнее. Не мужик, а перекати поле – сначала к одной, потом к другой и обратно, и по тридцатому кругу. Одно слово – бабник.

При таком раскладе кто вообще дал ему право ее ревновать? Она, например, не давала.

Милана вчера почувствовала себя так, будто на ней клеймо «Принадлежу Баграту».

Собственно, он так и сказал: «Я твой единственный вариант».

Нормально? Ни в каком месте это не нормально.

Она, конечно, никого искать и не собиралась. Не было у нее на это ни времени, ни желания. Но к Саркисяну в гарем уж точно не записывалась, в верности не клялась, жизнь свою ему посвятить не обещала.

– Обалдел совсем, царек всея гостиницы! – ругалась она про себя. – А на хрен бы ты не пошел со своими закидонами?

Но это она сегодня такая смелая. Вчера аж заикаться от испуга начала, как это случалось с ней в детстве.

Нет, Баграт определенно неадекватен.

Милану очень пугала перспектива того, что при следующей встрече он снова начнет настаивать на сексе. Вот бы с ним вообще больше никогда не видеться. Да только вряд ли это осуществимо.

В этот момент она вдруг увидела, как хорошо знакомый черный джип подъезжает к ее подъезду.

– Мамочки… – простонала она и возвела взгляд к небу.

Явился не запылился, Красное Солнышко.

Милана тут же прикинула, успеет ли забежать с Пашкой в подъезд до того, как Баграт выберется из машины. Тогда можно было бы вообще ему не открывать. Саркисяну это, конечно, страшно не понравилось бы, но ей плевать. Однако по всему выходило – не успеет, это же надо будет пересечь всю детскую площадку.

Не сбежать ей от него, не скрыться.

Она с круглыми глазами наблюдала за тем, как он выбирался из машины.

А потом одернула себя – чего так сильно испугалась? Не станет же он ее насиловать, в самом деле. Будь он на такое способен, давно сделал бы это. Но он ни разу дальше поцелуев не зашел. К тому же в России за такое потом очень долго сидят в тюрьме, и, думалось ей, Баграту об этом известно. Так что этого все–таки бояться не стоило.

Сама она его к себе близко не подпустит, разумеется. А если Саркисян опять изволит на нее орать, она наорет в ответ. Сегодня она для этого достаточно зла и храбра.

«Вот пусть только попробует мне сейчас хоть что–нибудь предъявить или потребовать! Бледный вид будет иметь! Дай только повод, дорогой Баграт…» – продолжала она пыхтеть про себя.

И вдруг она заметила, как он достал из машины шикарный букет красных роз.

Милана во все глаза наблюдала за тем, как Баграт пересекал детскую площадку с букетом наперевес. И каким букетом – розы чуть ли не с метр высотой, а, может, и больше.

Впрочем, наблюдала не одна она.

Мамочки, сидевшие на дальней лавочке, тоже следили за ним с вытаращенными глазами.

«Может, он не ко мне?» – вдруг подумалось ей.

В самом деле, зачем ему дарить ей цветы? За какие такие заслуги?

Но нет.

Баграт гордой походкой направился через всю детскую площадку именно к Милане. Весь такой шикарный – в черной кожаной куртке, черных же штанах. Улыбался ей белозубой улыбкой, его лицо светилось радостью от встречи. Аж загипнотизировал ее на секунду своими огромными черными глазищами.

– Это тебе, – сказал Баграт и протянул ей букет.

Милана хлопала ресницами и не знала, как реагировать.

Вчера орал, сегодня цветы. Что будет завтра?

Но она очень быстро пришла в себя, будто скинула с глаз морок.

– Спасибо, конечно, – елейным голоском ответила ему. – Но ты их лучше кому–нибудь другому подари.

Баграт вскинул брови, громко сглотнул и положил цветы на лавочку рядом с ней. Потом сел неподалеку и заговорил:

– Милан, если ты думаешь, что у меня толпы девчонок, то ты ошибаешься.

– Ну, одна точно есть… – пожала она плечами.

– Нет, – заявил Баграт с чувством. – Это была разовая встреча, и я не намерен ее повторять.

– Ну да, ну да… – протянула Милана, всеми силами показывая, что ни на грамм ему не поверила.

Баграт с шумом вздохнул. И Милана четко почувствовала, что он начал злиться. А что такого она сказала? Лишь правду.

– Я что пришел, – начал он деловито и замолчал.

Милана внимательно на него посмотрела, самой было интересно знать – зачем явился с розами?

– Пойдем в ресторан вечером? – вдруг выдал он.

Чего–чего, а приглашения в ресторан она от него не ожидала.

– Зачем? – искренне удивилась.

– Ну… – Баграт немного замялся. – Ты жаловалась, что я все время торчу у тебя в квартире, вот предлагаю сменить обстановку. Я нашел замечательное место, там есть детские кресла, так что Пашке тоже будет комфортно. Вкусно поедим, пообщаемся.

– Я вечером очень занята, – не преминула она сообщить.

– А сейчас ты не занята? – вдруг спросил Баграт и кивнул на спавшего Пашку. – Пойдем сейчас.

Он так безапелляционно это сказал, как будто это само собой разумеется, что она согласна. Ну конечно, когда его интересовало ее мнение?

– И сейчас занята, – отрезала Милана. – Так что бери свои цветочки и…

– Зачем ты так? – спросил Баграт, резко посерьезнев.

– Как так? – захлопала ресницами она.

– Ты как еж, Милана! – развел он руками. – Ты только и делаешь, что выпускаешь иглы. Почему ты такая?

– Какая есть, – пожала она плечами.

И заметила, как Баграт часто задышал. Тоже верный признак, что скоро сорвется.

Но вместо этого он лишь посмотрел на нее с сожалением и сказал:

– Слушай, я пытаюсь нормально с тобой общаться! Пойди ты хоть раз навстречу…

– Очень классно ты со мной нормально общаешься, Баграт, – зашипела она. – Вчера чуть не прибил ни за что вообще, а сегодня являешься с розами. Зачем? Чего ты пытаешься добиться?

Он отвернулся, сделал глубокий вдох, потом посмотрел ей в глаза и сказал:

– Извини меня за вчерашнее. Я поговорил с Артуром, убедился, что просто неправильно понял ситуацию.

Милана уставилась на него непонимающим взглядом и не поверила собственным ушам. Баграт извиняется? Ей не послышалось? Наверняка послышалось, в пору бежать к лору.

– Ну и? – Баграт посмотрел на нее недоуменно.

– Что, ну и? – переспросила она плохо слушающимся языком.

– Ты принимаешь мои извинения? – спросил он.

– М–м…

Милана задумалась.

Это для нее нормально – извиниться, если была не права, но Баграт скорей всего считает это подвигом.

Если она сейчас скажет, что не принимает его извинений, это его сильно взбесит или очень сильно? У него же разгон от спокойного состояния до бешеного – три секунды. А надо ли ей, чтобы он бесился? Решила, что не очень надо.

– Ладно, – кивнула Милана неуверенно.

Это возымело на Баграта прямо–таки магическое действие. Он тут же разулыбался от уха до уха, посмотрел на нее абсолютно счастливым взглядом.

– Тогда поехали вечером в ресторан, – тут же предложил.

– А что мы там будем делать? – задала она гениальный вопрос.

– Что там обычно люди делают? Общаются, едят, хорошо проводят время.

– Ну а что после, Баграт? – Милана строго прищурилась. – Чего ты ждешь? Если надеешься, что потом сможешь ко мне приставать, то нет…

– Не буду я к тебе приставать, – Баграт выставил вперед ладони. – Тема с сексом закрыта, ладно? Просто проведем вместе время. Я хочу как–то наладить наше общение. Мы же растим вместе ребенка. Ты хочешь, чтобы он видел, как мы все время ссоримся? Нам необходимо найти какие–то точки соприкосновения.

– Так это ради Пашки? – Милана, наконец, поняла его резоны.

– Конечно, – кивнул Баграт. – Только ради него.

Ну что ж, ради своего драгоценного сыночка она, пожалуй, готова сходить с Багратом в ресторан. Действительно, хоть немного нормально пообщаются.

– Хорошо, – кивнула она.

– Я заеду за вами в восемь, – проговорил Баграт.

Но прежде, чем подняться с лавочки, вдруг взял руку Миланы. И еще до того, как она успела ее отдернуть, поцеловал ей пальцы, лишь потом отпустил и быстро ушел.

Прикосновение его губ обожгло кожу. Милана застыла, глядя вслед удаляющемуся мужчине. Широкоплечий, статный… За что природа так щедро его наградила? Впрочем, если брать в расчет его невыносимый характер – как раз выходил баланс. Где–то получил слишком много, где–то недополучил.

Однако как прилично он себя с ней сегодня вел – будто скопировал манеру поведения Артура.

Что за человек этот Баграт? Вчера готов был прибить, а сегодня такой галантный, обходительный. Прямо как в их первую встречу

И где правда? Какой он настоящий? Или, может быть, у него просто раздвоение личности? Если это так, то это многое объясняет.