Глава 48. Предложение руки, сердца и трех колец

Баграту очень погрело душу то, как Левон его подбодрил.

Ему в то утро просто необходима была хоть чья–то поддержка, ведь весь изнервничался, испереживался, ни на минуту этой ночью глаз не сомкнул. Какой может быть сон в такой ситуации?

За последние сутки он понял все.

И как сглупил вчера, когда отказался жениться на Милане, и как недостойно себя повел, начав наезжать на нее по телефону. Также понял, как чертовски важна для него эта милая девушка.

Вчера, когда она полоснула по нему обиженным взглядом возле гостиницы и спряталась в машине Левона, у него будто мир рухнул. Баграт всерьез думал, так и скончается от сердечного приступа там на улице. Так ему было больно смотреть, как она уезжала.

Милана своим уходом ранила его в самое сердце.

Один бог знает, чего Баграту стоило, не прыгнуть в машину и не помчаться следом.

Было дико обидно, что она проигнорировала его, не подошла, даже Пашку подержать не дала.

А потом он понял, почему она так сделала.

Вспомнил момент, когда стоял с ней в гостиной родителей, а Милана спросила его: «Это ты подготовил мне свадьбу–сюрприз?»

Нет бы ему, дураку, сказать – да! Родители бы поддержали, он уверен.

Но ему просто необходимо было взбрыкнуть.

Сколько раз мать устраивала ему подобное… Посмотри, Баграт, какую девушку я привела с тобой познакомиться. Баграт, а не пора ли тебе жениться? Я присмотрела отличную семью, у них такая дочь… И так далее, и тому подобное. За последние лет восемь он слышал это множество раз.

Естественно, его взбесило, когда родители снова решили его женить без его на то согласия.

Только об одном он не подумал. О предполагаемой невесте, которую очень ранил своей реакцией.

Получилось хуже некуда.

Милана, должно быть, подумала, что он никогда на ней жениться не планировал.

Считай, он повел себя с ней как с девушкой–однодневкой, коих в его жизни было немало, ой, немало…

Но ведь Милана для него и близко не девушка–однодневка!

С ней одной он хотел строить свое будущее, растить детей. Но вместо этого он поступил так, будто она ничего для него не значила, будто он ей чужой.

И Баграт сразу же получил ответку в виде ее исчезновения. Она отплатила ему той же монетой. Отключила телефон, отрезала его от себя.

Боже, Баграт никогда не хотел быть для нее чужим! А ведь так и будет, если он сейчас не наладит с ней отношения.

Если для этого ему нужно на ней жениться, хорошо! Он женится…

По большому счету Баграт не собирался оставаться холостяком до конца своих дней. Просто раньше перспектива жениться не прельщала. Не было для него ничего притягательного в семейной жизни с какой–то там гипотетической женщиной.

А вот в жизни с Миланой – было.

Что его раньше сдерживало от решения жениться? Желание свободы, холостяцких загулов, поездок по разным местам без оглядки на семью. Не хотелось обязательств.

Только после того, как съехался с Миланой, ему никуда ездить без нее не хотелось. Наоборот, мечтал показать ей мир, проводить с ней и сыном максимум времени. Хотел, чтобы так было всегда.

Он больше не представлял своей жизни без Миланы и сына.

Он больше не хотел никакой свободы.

Точнее для него свобода теперь заключалась в том, чтобы разделить жизнь с семьей, так неожиданно у него появившейся.

По большому счету Милана и Павел для него уже семья. С тех самых пор, как эта очаровательная девушка с ребенком на руках переступила порог его квартиры, он взял на себя ответственность за них. Разве это не семья? По его мнению – очень даже.

И Баграт хотел быть главой этой семьи.

«Ты мне не муж и не жених, ты не в праве…», – сказала ему по телефону Милана.

Считай, без ножа зарезала.

Не муж, не жених, считай – никто. Естественно, он не имел никаких прав на собственную, горячо любимую семью.

Баграт не хотел быть ей никем. Для него это было невыносимо – вдруг снова стать для нее никем после того, как пожил с ней, пусть и немного. Но это было самое яркое время в его жизни.

Его тянуло домой каждый день, чего раньше и в помине не случалось. Ему хотелось к ней, к сыну.

А теперь Милана хочет съехать от него.

Неужели Баграт это допустит?

Да ни за что и никогда.

В тот момент он понял, что очень даже хочет жениться на Милане. Хочет назвать ее своей, пройти положенный обряд и навсегда связать с ней свою судьбу. Ее одну он видел в роли спутницы жизни. Лучше девушки за все тридцать три года он не встретил. И в будущем не встретит.

Примерно к четырем утра Баграт настолько взвинтил себя всеми этими мыслями, что сидеть в квартире спокойно больше не мог.

Разбудил одного из друзей, того, который владел ювелирным салоном в центре, заставил приехать на работу. Потом в течение двух долгих часов выбирал для своей любимой идеальное кольцо из великого множества вариантов. Вот только выбрать оказалось очень сложно, в результате купил три.

– Думаешь, Милане понравятся кольца? – спросил он у Левона, поглядывая на выставленные на столе коробочки.

– Понравятся, – уверенно заявил брат. – Поговори с ней, подари кольца, и я уверен, все будет хорошо.

Баграт шумно вздохнул, с благодарностью посмотрел на брата.

Очень уж нужны ему были в тот момент слова поддержки.

– Только одна проблема, – наконец, сказал Баграт. – Я не знаю, как мне сделать ей предложение. Она меня заблокировала, похоже. Или до сих пор не включила телефона. Я с утра ей уже звонил…

Левон выставил вперед ладонь и сказал:

– Я тебе помогу, брат. Приходи к нам через пару часов. Мы с Кирой поведем детей гулять, а Милану оставим одну. У тебя будет шанс поговорить с ней и сделать предложение. Только это… Приведи себя в порядок, что ли. А то весь взъерошенный…

Баграт провел рукой по волосам.

– Ага, – кивнул.

Проводил брата и отправился в ванную.

Посмотрел на себя в зеркало и обалдел – волосы всклокочены, взгляд немного сумасшедший, под глазами круги, лицо заросшее.

Одним словом, жених.

Он искупался, побрился, нарядился в свой лучший костюм, какой только взял с собой – темно–серый, приталенный. Подобрал к нему галстук в тон.

Уселся в гостиной напротив часов и стал ждать указанного времени.

Долгих полтора часа Баграт гипнотизировал стрелку на циферблате.

Тик–так, тик–так…

Она двигалась, как улитка.

Баграт сидел в кресле как на иголках, все ждал и ждал отмашки от брата.

Наконец Левон прислал сообщение: «Приезжай».

Одно лишь короткое слово, но оно вдохнуло в Баграта небывалое количество энергии. Кровь мгновенно забурлила, сердце сжалось в предвкушении встречи с любимой женщиной.

Он тут же подскочил с места, ринулся вниз, к машине. Когда заводил мотор, проверил кольца, распиханные по карманам. Все ли на месте. Облегченно выдохнув, порулил по нужному адресу.

Когда Баграт подъехал к дому брата, увидел, как Кира с Левоном завернули за угол дома с двумя колясками.

Путь открыт.

Милана одна…

Ничто и никто не помешает ему с ней поговорить.

Наконец–то!

Он припарковался и поспешил к дому. Повезло, даже не пришлось звонить в домофон, прошел в подъезд за соседями.

Однако, когда Баграт оказался у массивной темно–синей двери, вдруг оробел.

Все слова, что так старательно выдумывал последние два часа разом забылись, а мысли спутались. Вдруг он опять что–то не так скажет? Напортачит?

Но так ли важны слова, когда по карманам распиханы целых три кольца?

Баграт всегда верил, что действия говорят громче всего. И эти кольца скажут Милане, как сильно он сожалеет, как хочет на ней жениться, создать счастливую семью.

Он нажал на звонок, с замершим сердцем стал ждать.

За железной дверью не слышалось ни единого звука, но вскоре он все же расслышал, как отпирали замок.

Милана распахнула дверь со словами:

– Что–то забыли?

Явно ждала не его и резко онемела, когда встретилась с ним взглядом.

– Привет…

Баграт жадно на нее уставился. За доли секунды успел обсмотреть с ног до головы. Милана открыла ему в домашнем: черных шортах и футболке. Но, как всегда, показалась всех краше, наряднее, притягательнее.

Он не видел ее всего сутки, но успел страшно соскучиться.

– Ты очень красивая, – проговорил он не в силах оторвать от нее взгляда.

Но комплимент принят не был.

Милана вдруг скрестила руки на груди спросила строго:

– Что ты тут делаешь?

– Я…

Он вздохнул, прекратил, наконец, пялиться на нее, как истукан. Кое–как собрался с мыслями.

– Я пришел поговорить.

– О чем? – спросила она с прищуром.

– Разговор очень серьезный, впусти, пожалуйста.

Она смерила его настороженным взглядом. На миг Баграту даже показалось – не пустит, но она отошла в сторону, открывая проход. Жестом пригласила в гостиную.

Баграт подождал, когда Милана присядет на диван.

Сел в кресло рядом, всмотрелся в лицо любимой.

– Извини, что я вчера так паршиво себя повел, – проговорил он сдавленным голосом.

Подметил, как широко у Миланы расширились глаза. Видно, не ожидала услышать от него подобное.

Баграт посчитал это добрым знаком.

Тут же поднялся с места, пододвинул к дивану небольшой кофейный столик, что стоял чуть поодаль. Снова уселся рядом и стал шарить по карманам в поисках бархатных коробочек. В стрессе позабыл, куда что рассовал.

Впрочем, он быстро нашел все три подарка, по очереди выставил их перед Миланой.

– Что это? – спросила она с опаской.

Баграт стал поочередно открывать каждую коробочку и комментировать.

– Вот изумрудное кольцо, сапфировое, бриллиантовое…

По тому, как вытянулось лицо любимой, понял, что шокировал ее своими подарками.

– Нравятся? – спросил он с улыбкой.

Мысленно похвалил себя и Левона за решение взять все три.

Милана некоторое время смотрела то на Баграта, то на кольца, будто чего–то ждала. А потом спросила:

– Зачем ты решил их мне подарить?

«Разве не очевидно? – пронеслось у него в голове. – Кольца – особый подарок».

Потом решил, что все–таки нужно озвучить мысли.

Прокашлялся, тщетно пытаясь избавиться от ощущения, что в горло засыпали целую упаковку перца.

Проговорил хрипло:

– Выходи за меня замуж, любимая.

Сказал и замер в ожидании ответа.

Подметил, как глаза Миланы вдруг увлажнились. Она посмотрела на него со смесью надежды и недоверия.

– Ты делаешь мне предложение?

– Да, – кивнул он. – Я очень хочу, чтобы мы поженились…

Милана вдруг прикрыла рукой рот, да так и замерла без движения.

Баграт ждал ее ответа сколько мог, а когда закончились силы ждать, спросил:

– Ты ответишь мне?

Милана будто отмерла после его вопроса, сощурилась и спросила:

– Ты поговорил с Левоном, да?

Причем сказала это очень расстроенным голосом.

«При чем тут Левон?» – не понял он.

Но кивнул, какой смысл скрывать.

– Да, мы виделись этим утром…

Лицо любимой вдруг исказилось, она будто собралась зарыдать в три ручья.

– Что происходит? – забеспокоился Баграт. – Ты чего собралась рыдать, объясни!

Милана засопела, помахала на лицо кистями рук и неожиданно посерьезнела, проговорила решительным тоном, невесть откуда взявшимся:

– Нет, Баграт, я не выйду за тебя.

– К–как не выйдешь? – он даже заикнулся, задавая ей этот вопрос.

Ее слова настолько его огорошили, что Баграт забыл, как дышать.

Другого ответа ждал, на другое так сильно надеялся. Как она могла ему отказать?

– Еще вчера ты ни в какую не хотел жениться, – начала Милана с обиженным видом. – А теперь поговорил с Левоном и сразу купил аж три кольца? Не многовато ли для одной меня…

Баграт окончательно растерялся.

– При чем тут вообще Левон? – возмутился он, окончательно запутавшись в ходе ее мыслей. – Мы сейчас говорим о тебе и обо мне. О нашем будущем! Ты скажи, ты вообще меня любишь?

– А ты? – спросила она с надрывом. – Еще вчера ты не хотел жениться, а как с Левоном поговорил, сразу решился? Баграт, мне так не надо!

– А как тебе надо? – развел он руками.

И услышал от нее:

– Никак…

Идя сюда, Баграт очень волновался о том, как пройдет разговор. Переживал, хотел во что бы то ни стало наладить отношения, репетировал речь, как сделает Милане предложение. Но на самом деле и помыслить не мог, что ему откажут. Как это принять, он не знал.

– Что за бред? – не нашел он ничего лучше, как вспылить. – Еще вчера ты была очень даже не против за меня замуж, или я не прав? Что изменилось за сутки?

– То и изменилось, что я узнала, как мало для тебя значу!

«Что в голове у этой девчонки? Разве я прикатил бы сюда с кольцами, если бы она мало для меня значила?»

– Бред! – прорычал он, чувствуя, как закипает. – Хватит нести ерунду…

– Это никакой не бред и не ерунда, – застонала она. – Ты вчера унизил меня на глазах у всех! Отказался жениться! Я чувствовала себя как ненужный мусор… А сегодня являешься весь такой на все готовый, срочно тебе надо в загс. Мне так не надо, Баграт! Я так замуж не хочу…

– Вчера ты обиделась, что я отказался жениться, а сегодня не хочешь за меня замуж? Что у тебя в голове, женщина?

– Я не хочу быть приложением к твоим детям, Баграт!

«К каким детям? У нас же только один», – не понял он.

– Ты не можешь в один день унижать меня при всех, а на следующий день делать предложение, – сказала она, полосуя его обиженным взглядом.

– Я не намеренно тебя унизил, и я извинился! – запыхтел он. – Я с этого начал разговор.

– Твои извинения ничего не исправили, – покачала она головой. – И не исправят! Вчера ты показал свое истинное ко мне отношение.

– Тебе вправду гордость и обида важнее, чем я? – спросил он надтреснутым голосом.

– Дело не в гордости, и не в обиде. Это осознанное решение, я не пойду за тебя замуж…

Последние слова Миланы подействовали на Баграта как пощечина.

«Осознанное решение, значит».

– Ты это серьезно, – вдруг дошло до него.

– Да, я серьезно, – сказала она с нажимом. – Уходи и забери свои кольца. Они мне не нужны!

Баграт всмотрелся в ее лицо, ища в нем хоть тень сомнений или сожалений. Но ни того, ни другого не увидел.

Он полоснул взглядом по разложенным на столе кольцам.

Коротко бросил:

– Подарки не забираю.

С каменным выражением лица встал и ушел.