Глава 40. Эмилия

Куча мыслей проносится. Может быть, он узнал, что я не ночую дома?

Или еще хуже – где я ночую?

Боже… Тело пронизывает разочарование. Я плохая дочь. Вообще, ужасно мерзкий человек, раз так поступаю. Сплю с другом отца, живу у него, надеюсь, что у нас все серьезно.

Бесстыжая…

Я просто в один прекрасный вечер отдала ему себя, а Ренат не отказался. Мы разные. У меня впереди целая жизнь, а у него в глазах столько мудрости и тоски, будто он прожил их уже несколько и сильно разочаровался, но, когда мы обнимаемся, я верю, что это что-то настоящее.

– Что случилось, пап? – тут же напрягаюсь и прикрываю глаза.

– Сообщения из банка посыпались, решил вот позвонить. Узнать, как успехи.

– Да… все отлично, – успокаиваюсь. – Готовлюсь к учебному году. Одежду покупаю.

На мое признание, что в последний момент я решила выбрать политологию, а не философию, он ничего не ответил.

– Одежда – это хорошо. Только лишнего не бери, – ворчит.

– Конечно, пап. Ты ведь знаешь, я не транжира!.. – даже обижаюсь.

– Дома как? Все нормально?

– Конечно, нормально. Все работает, недавно газовики приходили, а еще я… окна все помыла, – тараторю на какой-то бешеной скорости.

Последнее зря ляпнула.

Сейчас придется действительно их помыть, иначе, если отца срочно вызовут в Москву, он заметит.

– Ладно, – с подозрением вздыхает. – Попрошу Рената тебя навестить. Что-то мне не нравится твоя покладистость.

– Пап, не надо никого просить, – оглядываюсь и смотрю на дверь. – У Рената Булатовича наверняка много дел… Я тут сама разберусь. Не переживай!..

– Ладно. Разберемся. До связи, Эмилия.

– Пока, пап, – говорю дрожащим голосом.

Убрав телефон, посматриваю на себя в зеркало и веду внутренний диалог.

«Когда-нибудь он все узнает и очень сильно разочаруется в тебе, малыш. Так, что твое сердце разобьется.

Но, если быть совсем честной, ужасает тебя не это…

Ты до одури боишься, что тогда ваши отношения с Ренатом закончатся. Навсегда. Вот твой главный страх: потерять Аскерова и то, что у вас сейчас есть. Зыбкое и размытое, но такое живое».

Немного нервно улыбаюсь в зеркало, а затем перевожу взгляд ниже. Юбка мне о-очень нравится. Ноги в ней длинные, бедра кажется узкими, а талия просто невероятно тонкая.

– Зануда ты, подполковник, – шепчу, придумывая план мести. – Вульгарная, значит?

Приспустив пояс так, что теперь над ним торчат полоски от стрингов, выхожу из ванной комнаты и разыскиваю Рената по всей квартире.

Нахожу на кухне.

Прислонившись бедрами к столешнице, он разглядывает букет, который мне подарил. Руки в карманах брюк, взгляд неподвижен, лоб напряжен, будто Аскеров обдумывает очередное дело государственной важности.

А потом, сделав шаг, аккуратно сдвигает вазу с розами так, чтобы она стояла ровно в центре стола, и замечает меня.

– Поговорила? – его брови вопросительно приподнимаются.

– Ага, – подпираю плечом кося, – он увидел, что я ходила по магазинам и решил позвонить. Проконтролировать.

– Ясно, – кивает.

Создается какая-то странная пауза.

Она не неловкая… нет. Предвкушающая.

Я расцепляю сложенные на груди руки, привлекая тем самым его взгляд. Ренат осматривает мой топ и замечает безобразие ниже. Темно-серые глаза превращаются в огнедышащие вулканы.

Мое тело всегда срабатывает как надо.

Он может быть со мной не согласен, зол, редко – даже агрессивен, но, как только видит во мне красивую женщину, обо всем на свете забывает.

Преодолев расстояние в несколько метров, обхватываю крепкую шею и наслаждаюсь ощущением, что нужна ему как воздух. Жмусь к его губам, разгоняю собственное дыхание и сгораю. Грудь становится чувствительной.

Страсть сметает все на своем пути. Две абсолютно разные вселенные схлопываются, и происходит термоядерный взрыв. Я оказываюсь на столе.

Цветы с грохотом валятся на пол, ваза разбивается в мелкую крошку.

– Эй, – возмущенно шиплю.

– Я куплю тебе еще, – говорит Ренат, а его руки быстро скользят по спине к поясу юбки. – Если хочешь…

– Хочу, – капризно всхлипываю, обнимая твердые бедра ногами. – Розовые.

– Хоть фиолетовые. – Он тянется к ширинке.

Секс получается быстрым, а разрядка сумасшедшей. Юбку господин подполковник не снимает. Он ее задирает, сдвигает полоску трусов и уверенными пальцами растирает скользкую влагу. При этом ласкает, целует, трется щетиной о нежную кожу.

И смотрит, смотрит так, будто мы делаем это в первый раз.

Всегда так. Каждый раз как первый.

Знаю, что отношения могут надоедать. У меня небольшой опыт общения с женщинами, но девчонки в Европе рассказывали, что мужчинам быстро надоедает трахаться с одной партнершей. По натуре они завоеватели, поэтому им хочется большего разнообразия, полигамии, а женщина – хранительница очага, она моногамна.

Сочетать эту шовинистическую теорию с Ренатом мне не хочется.

Тем более, когда он меняет пальцы на каменный ствол, я вообще не думаю. Эта функция отключается. Дрожащими руками сжимаю воротник его рубашки и притягиваю к себе. Горячий язык тут же завладевает моим приоткрытым ртом и уносит в сладкий водоворот.

Мир кружится и танцует ламбаду.

С каждым новым толчком внизу живота становится все напряженнее, а мои стоны учащаются.

– Ре-нат, пожалуйста, пожалуйста, – прошу, извиваясь и соединяя наши лбы.

– Давай, девочка, – хрипит он и раскрывает мои бедра сильнее. Проникает еще глубже.

Это любимый момент: когда Ренат Булатович сосредоточен на моем удовольствии и ни на чем другом.

Сменив угол наклона, он попадает в какую-то нужную точку, после чего по телу проносятся долгожданные приятные судороги от промежности, где мы сливаемся в одно целое, до кончиков пальцев.

– А-а-а, – сдавливаю бедра, и он тут же выходит из меня. Смотрю, как моя новая юбка, болтающаяся на талии, оказывается под обстрелом и тут же становится мокрой. – Боже, – смеюсь поднимаясь и мягко обнимаю мужские плечи.

– Погоди, Эмилия, здесь кругом стекло, – Ренат, шумно дыша, смотрит по сторонам и подхватывает меня – слабую и дрожащую – на руки. Трется носом о мою шею. – Поехали уже.

На то, чтобы помыться и собраться, мне нужно время. И, слава богу, когда мы выходим из подъезда, Стаса на площадке не оказывается.

В салоне машины уютно пахнет летним вечером, из динамиков льется что-то спокойное и мелодичное, а моя рука надежно спрятана в мужской ладони.

Что может быть лучше?..

– Ого, – я округляю глаза, понимая, что мы заезжаем на подземную парковку ЦУМа. Я, как и любая молодая девушка, заходила сюда просто поглазеть и повздыхать от количества нулей на ценниках. – Ренат, здесь же безумно дорого! – Отцовская карта жжется в кармане.

– Поэтому… платить буду я.

– Я… – нерешительно мотаю головой.

– Считай, что это подарок, Эмилия. На твое поступление в МГУ, – иронично добавляет.

– Ты заставляешь меня краснеть. Прекрасно знаешь, что поступила я только из-за твоей протекции.

– Компенсируй это отличной учебой, – говорит он, забирая ключи.

– Я постараюсь. Клянусь, что постараюсь.

– Вот и отлично. Пойдем. А иначе здесь все закроется…