2

На следующий день Андрей позвал меня с утра перед работой. Заставил встать на четвереньки на кровати. Он уже был одет, как всегда безупречно, в белые джинсы и футболку, туго обтягивающую его мышцы. Он подошел ко мне сзади, и я раздвинула бедра. Действие смазки кончилось, но внутри еще всасыалась сперма и у меня зудело.

Он потянул за колечко и пробка с громким чпоком вышла из меня. Я ахнула и содрогнулась от горячего спазма. Острого и сладкого. И сразу внутри, в попе, все зачесалось.

Андрей тщательно рассмотрел мою задницу под спущенными пижамными штанами и покачал головой:

— Маловата все-таки. Надо будет взять побольше. Но пока…

Он вручил мне теплую от моего тела пробку и скомандовал:

— Тщательно вымойся со всех сторон, будь добра. От тебя воняет.

И ушел на работу.

Горячая волна стыда и унижения прокатилась по моему телу. Я не… я…

Я терла себя в душе не меньше часа. Всеми гелями и шампунями. Я полоскала волосы, растирала ноги и главное — я забиралась пальцами в свою задницу, стараясь как можно тщательнее промыть все там. И чем больше я это делала, тем сильнее мне хотелось, чтобы туда входили не мои два тонких пальца, а…

Это было страшно и странно. Может быть, дядя Андрей прав и я реально прирожденная шлюха?

Пробка лежала на полочке в ванной, таинственно мерцая.

А что теперь делать? Вставить ее обратно? Он же хотел именно для этого, чтобы не мучиться, стараясь всунуть в меня свой огромный член.

Я взяла ее, изогнулась, стараясь посмотреть на себя сзади, наклонилась и постаралась засунуть пробку обратно в попу.

Но у меня не получалось. Она была гладкой, но стоило кончику попасть в дырочку, как дальше становилось слишком больно и я не могла ее засунуть.

Странно, что у Андрея член гораздо толще этой пробки, а проникает в меня, хоть и больно. Но не настолько больно!

Я постаралась надавить силой, чтобы она проскользнула внутрь, но она, наоборот, застопорилась и больно стало совсем неприятно.

Закусив губу, я рассматривала металлическую штуку и не понимала, как она во мне помещалась раньше. Может быть, когда я возбуждаюсь, там тоже все расширяется?

Почти незаметно проскочило это «возбуждаюсь».

Я уцепилась за самый его краешек и подумала: а что, если я потереблю свой клитор, это поможет?

Но сколько я ни мучила себя пальчиками, мне было только неприятно. Может быть, я что-то неправильно делала? Тогда, когда я думала об Андрее, все получалось само собой. Пальцы скользили, ноги раздвигались, кололо острыми иголочками соски. Что же сейчас не так?

И страшно было не выполнить приказ, и невозможно выполнить.

Я оставила пробку в ванной, а пока пошла посидеть в интернете, подождать вечера.

Легла в кровать, поставила ноутбук на живот и открыла свои любимые сайты. Но даже короткие ролики на ютубе меня не могли отвлечь от ощущений в анусе. Я постоянно вертелась и мне хотелось туда что-нибудь засунуть.

Все-таки попробовать пробку?

Но я так и не решилась.

Шаги Андрея я заслышала буквально сразу же, как стукнуло семь вечера. Обычно он задерживался в клинике, иногда допоздна. Но не сегодня. Он даже не успел дойти до своей комнаты, голос послышался с лестницы:

— Лиза! Сюда.

С бьющимся сердцем я метнулась в ванную, зажала пробку в кулачке и выскочила к нему, как была: в футболке и трусиках. Так и не оделась за целый день. Мама часто ругала меня за то, что я могу не выходить из дома по несколько дней и даже не одеваться. Так и бродила по квартире в спальной футболке и трусах прямо перед отчимом. Теперь-то я понимала, чем это мне грозило, будь у него хоть немного того безумия, что было у его брата.