Глава 38

– Уж не мой ли обед ты собралась съесть, а? – продолжает незнакомец обманчиво доброжелательным тоном. – Не очень–то вежливо, не находишь? Вместо страха меня охватывает злость. Инстинкт самосохранения устал и ушел на покой. – Не очень–то вежливо тыкать непонятно чем в спину благородной девушке, не находишь? – ехидно отвечаю. – Ясно, что в этом проклятом месте никому нет дела до моей родословной, но простую вежливость можно проявить! – А–хах, – смеется этот тип, тем не менее так и оставаясь позади меня, – а ты забавная. Давно я не общался с людьми, крошка, отвык от вежливости, знаешь ли. – Значит, у вас там жарится животное, уже неплохо, – произношу, кивая. – Теперь осталось вспомнить социальные навыки и представиться даме, как и положено, лицом. – Хм, настойчивая, – бормочет незнакомец, но проходить вперед и становиться передо мной не торопится. – Ой, да бросьте! Вы мужчина! Судя тому, откуда идет звук вашего голоса, выше меня, еще и с каким–то подобием оружия, и опасаетесь показаться мне на глаза? – теряю терпение. – Если вы на всех своих собеседников наставляли оружие сзади, не удивлена, что их у вас совсем не осталось. – Гладко рассказываешь, да только у меня давно не было собеседников. Откуда мне знать, может быть, ты только прикидываешься человеком! Может быть, я обойду тебя и увижу оскаленную морду чудовища, навроде того, останки которого я закопал вчера недалеко отсюда. В этом месте доверять кому-то небезопасно. Должна сама об этом знать, если человек, – отвечает мужчина. – У меня стаж маленький, пока что вы первый, кого я встретила, – не вижу смысла утаивать правду. – Слушайте! Вы бы меня уже убили, если бы хотели. Может, прекратим? – оборачиваюсь назад. – Нет у меня клыков и щупалец, я обычная девушка! – Что это у тебя в ушах? Серьги? – незнакомец больно тянет меня за ухо. – Настоящие. – Естественно, они настоящие! – громко возмущаюсь. – А мне, между прочим, больно! Сразу бы сказали, что вы грабитель. Если приютите, отдам вам свою серьгу. – Да, ты точно не чудище, они на металл плохо реагируют, – кивает сам себе мужчина. – Что ж, ладно, идем. Расскажешь, как тебя занесло сюда, и почему ты до сих пор жива в таком–то непрактичном наряде без чего–нибудь полезного с собой. Он обходит меня, бросает насмешливый взгляд и шагает вперед, не оборачиваясь. – Теперь вы мне доверили свою спину? Странный вы, нелогичный, – произношу, качая головой. – А вот так? – он резко разворачивается и приставляет нож к моему горлу. – Вот так логичный? Мужчина скалится как дикий зверь, а у меня по спине бегут мурашки от того, насколько он сейчас выглядит так, словно откинет свой кинжал и вопьется в мою глотку прямо так, зубами. – Зачем вам оружие, вы уже как животное, – говорю не то, что надо для сохранения собственной жизни. Но в этом месте мои привычные реакции на окружающих не действуют. Органы чувств притуплены, их затопила безнадежность и отчаяние. – А–хах, – вдруг смеется незнакомец и, о чудо, убирает кинжал, – а ты мне нравишься. Не трусишь. Здесь трусам нет места. Идем, – он кладет руку мне на плечо и подгоняет вперед, – с удовольствием разделю с тобой трапезу. А ты расскажешь мне, как нынче выглядит солнце, я соскучился по его свету.