Глава 40

Агнесс Некоторое время мы молча едим неизвестного зверя. Его тушка выглядит очень неаппетитно, но мясо на удивление мягкое и вкусное. Хотя еда в этом месте у меня вызывает справедливое опасение. Что может выжить в мертвом мире? Только такое же мертвое по сути. Лишь то, что незнакомец уплетает за обе щеки то же, что щедро положил мне, немного успокаивает меня. – Почему я ни разу не видела зверей? – спрашиваю, немного насытившись. – Не знаю, – мужчина пожимает плечами. – Могу только предположить, что ты их распугала своим попаданием в это чудное место. По этой же причине монстров ты так же еще не встречала. При падении мы все создаем жуткую вибрацию, оказывается. – При вас кто–то попадал сюда, да? – спрашиваю, затаив дыхание. Понятное дело, что, если я и он здесь, значит, могут быть и другие. Вопрос лишь в том, как часто это происходит. Ведь там, где расположен вход, расположен и выход. – Да, красавица, падал, – кивает мужчина. – Но не надейся, выход отсюда не предоставляют. Я несколько раз проверял, если точнее, три. С тоской снова возвращаюсь к своему куску мяса. «А куда делись те несчастные?» – возникает в голове мысль, которая тут же сеет панику внутри меня. В таком месте как это, люди конкуренты за пропитание, не только помощники в выживании. А я так вообще никакой не помощник, а обуза. Нервно бегаю глазами по полу пещеры и натыкаюсь взором на небрежно валяющийся на земле кинжал. Мне бы добраться до него, мне бы забрать его, и тогда появится шанс. Двигаюсь по сантиметру к вожделенной цели. Незнакомец по–прежнему занят едой, на меня не обращает внимание. У меня отличные шансы. Уже почти добираюсь до кинжала, только собираюсь наклониться за ним, но меня опережают. – А–а, – он качает головой, – маленьким девочкам незачем играться с остренькими ножичками, они могут порезать их нежные пальчики. – Убьете меня, да? Остальных тоже вы убили? – спрашиваю, мрачно смотря на мужчину. – Я никого не убивал, их поглотила сама земля, стоило им соприкоснуться с ней. Понятия не имею, почему так произошло, но ты первая при мне, кто, как и я, остался бродить здесь, а не отправился на удобрение. Потому давай–ка не шалить, а дружить. – Да я и не планировала ничего такого, – пожимаю плечами, – просто в таком месте было бы спокойнее двоим быть с оружием. – Не рассказывай сказки, не люблю вранье, – раздражается незнакомец. – Хорошо, – тяжело вздыхаю, – вы правы. Я решила, что из–за вас те люди сейчас не здесь. Извините, что так подумала. Устраивает? Я тоже раздражаюсь, обстановка вокруг не располагает к безмятежному настроению. – Расслабься, леди, все нормально. Но больше не нужно хитрить. Я все твои действия раньше просчитаю, – бросает мужчина снисходительно. – Ладно. Я и не собиралась. Может, уже познакомимся? И вы расскажете, как сюда попали, где берете еду, боятся ли здешние монстры огня? Как тут спать, и спят ли здесь вообще? Есть ли надежда вернуться на землю? Кто–то возвращался? – закидываю незнакомца вопросами. – Тпру! – останавливает он меня, как лошадь. – Я понимаю, у тебя истерика, но я не добренькая жилетка для слез. Держи себя в руках. – Да, вы, наверное, и есть местный монстр, мимикрировавший под человека. Накормили меня, напоили. Кстати, где воду брали? И как только я усну, займетесь своими страшными делами, – отвечаю мрачно. – А–хах, – он снова смеется, – нет, ты мне определенно нравишься. По моей личной теории местная земля не может переварить ядовитых на язык. По крайней мере я так себя подбадриваю. А зовут меня Даниель, но можно просто Дан. То, кем я был наверху, не имеет никакого значения. С водой мне повезло, как и с огнем. У тех, кого земля поглотила, были с собой целые походные наборы, вещи почва не поглотила. Оттуда же оружие и кое–какая одежда. Но самое полезное, конечно, вода и огонь. Сосуд никогда не опустошается, а огниво всегда дает искру. – Хоть что–то хорошее, – выдыхаю, немного расслабляясь, – в вечных потемках проблемно воду отыскать. Потемки здесь всегда? Я уже не понимаю, сколько прошло времени с моего прибытия. – Всегда. Я и сам определяю, что прошел день лишь по накопившейся усталости организма, – хмурится Дан, – но спать все равно не удается. Я здесь провел уже сорок пять предположительных ночей. Как усталость одолевает, ложусь, закрываю глаза, но не засыпаю. Впрочем, может быть, это к лучшему. Организм все равно восстанавливается, а терять бдительность здесь нельзя. – То есть за сорок пять дней вы ни выход не нашли, ни вас спасать никто не пришел, да? – спрашиваю упавшим голосом. – Совершенно верно, – Дан кивает. – Так что советую не надеяться на чудо, а учиться выслеживать редких зверей. Я тебя не прогоню, но и нахлебницей быть не позволю.