25

Владимир

Ее сияющие глаза удивленно расширились. Сияющие… Теперь они сияли для кого угодно, но только не для меня. Для меня остались лишь льдинки посреди голубого океана. В памяти невольно пронеслось воспоминание совсем другого взгляда. Горящего, полного восторга и наслаждения. Именно этот взгляд не давал мне покоя еще долгое время. Я оттолкнул Марину, чтобы забыть его, чтобы не чувствовать, не позволить ей сделать себя зависимым. Но кто бы знал, что спустя четыре года она снова оживит спящий во мне вулкан эмоций? С помощью маленького мальчика — моего сына. Теперь я зависим от нее, как никогда и ни от кого прежде.

Тоненькая спина Марины выпрямилась, подбородок воинственно вздернулся вверх, а холод в глазах стал почти осязаемым.

— Знаешь, в чем твоя проблема? — сквозь зубы отчеканила она. — Ты слишком высокомерен, чтобы видеть в людях хорошие качества! Для тебя любой, кто не получает миллионы, — мусор под ногами. Но не все смотрят на других с высоты Олимпа. Для кого-то я просто девушка, которая может сделать счастливой свою вторую половинку!

— Послушай…

— Нет, это ты послушай! — перебила она, не давая мне и рта открыть. — Я сижу сейчас рядом с тобой только потому, что три с половиной года назад родила от тебя ребенка. Но это не значит, что ты имеешь право вмешиваться в мои личные отношения, высказывать свои необоснованные доводы о родителях человека, которого совершенно не знаешь. Я не стану разговаривать с тобой на эту тему, поэтому прибереги свое высокое мнение при себе!

Едва сдержался, чтобы не заставить ее замолчать. Причем пока длилась гневная тирада, прокрутил в голове массу весьма привлекательных для этого способов. Вот только были мы здесь не одни. И любопытные, сверлящие то затылок, то висок взгляды не давали об этом забыть. Это не говоря уже о спящих в палатке детях. Нужно держать себя в руках. А мне — найти более подходящий случай, чтобы выложить на стол все карты. Так что спорить не стал, бесполезно. Только еще больше разругаемся.

— Вторник, четверг, суббота, — перечислил я дни, даже не пытаясь свериться с рабочим графиком — там всегда полный аврал.

— Что? — Марина забавно захлопала глазами, явно не готовая к быстрой смене разговора.

— Дни, в которые я хотел бы видеться с сыном.

— Но я ведь работаю…

— Я тоже. После работы, Марина. Репетиции заканчиваются максимум в два часа дня. А я договорюсь, чтобы с тебя сняли любые дополнительные обязанности в эти дни.

— Так не пойдет! Хочешь проверить, через какое количество минут они меня в твои любовницы запишут?

Не смог сдержать смех. У Марины ребенок как две капли воды похож на меня, а она боится сплетен про любовницу? Все-таки женская логика — непостижимая грань для моего понимания.

— Брось, Марина. Они и так скоро все поймут. Особенно когда мы с Кириллом начнем часто общаться и видеться. Ты ведь не думаешь, что я буду собирать группы экскурсий каждый раз, когда захочу увидеть сына?

— Мне должно стать легче от этого?

— В понедельник мы и не таких поводов им подкинем для сплетен!

— Например?

— Поедем в ЗАГС подавать заявление!

Ох и вытянулось ее прелестное личико! Практически до неузнаваемости. Снова не смог сдержать улыбки. Все лучше, чем холодные пронзающие взгляды.

— Какое еще заявление? — шокировано прошептала она.

— Будем устанавливать отцовство в добровольном порядке.

— Мы же договорились…

— Договорились, что не расскажем Кириллу об отце до тех пор, пока он ко мне не привыкнет. Но вот то, что ребенок будет юридически моим, — тут без вариантов, Марина. Либо мы делаем это добровольно, либо я сделаю это в одностороннем порядке через суд, по тесту ДНК. Что выбираем?

Хоть Марина и не спешила отвечать, ждать ее решения я тоже не стал. Поднялся с покрывала и направился к детям. Благоразумно было бы уступить, потому что так или иначе я своего добьюсь. Так же, как завоюю расположение сына. Нужно только немного времени.