44

Нарядов у меня всегда было предостаточно. Даже в лагере я поддавалась слабости перед красивой кофточкой или сарафанчиком и меняла одежду по два раза в день. Признаюсь, бывало и чаще. А тут, собираясь на вечер в особняке Савицких, я перерыла весь гардероб, но ничего достойного не нашла. Одно слишком облегает, второе длинное, в третьем я выгляжу толстой коровой, в четвертом слишком грудь открыта, у пятого цвет неподходящий. И так до бесконечности! Почему со мной всегда так? Упала спиной на кровать, прямо в кучу неподходящих платьев, и отчаянно заскулила. Хоть голой иди!

Послышался тихий стук в дверь.

— Открыто!

В комнату робко заглянула Оксана.

— Марина Константиновна, папа попросил вас поторопить.

Владимир развлекал своих детей на площадке, когда я убежала переодеваться. Обещала вернуться через десять минут, а в итоге застряла в комнате на полчаса и так ничего не смогла выбрать!

— Скажи ему, буду через пять минут, хорошо?

Она остановила взгляд на куче разбросанных вещей и восхищенно округлила глаза:

— Это что, все ваше?

— Мое. Только толку от этого…

— Ух ты, какое красивое!

Девочка уже стояла рядом с моей кроватью, восхищенно поглаживая нежно-голубое, переливающееся перламутром платье с вырезом в стиле «лодочка». Я забраковала его из-за неуместной ленты на талии, которая должна завязываться в бант. Год назад подобный элемент был пиком моды и помогал скрыть не до конца ушедший после родов животик, а сейчас… Ни живота, ни моды. Эх, как сложно быть женщиной.

— И это классное! — продолжала восхищаться Оксана, хватая красное вечернее платье с ажурными рукавами.

Одним словом — будущая женщина. Вот где огромный плюс иметь дочку — есть с кем посоветоваться в выборе наряда на вечер.

— Ну, тогда идем советовать мне наряд, — улыбнулась я.

Оксана долго не выбирала, с первого взгляда влюбилась в голубое платье с бантом и буквально уговорила меня его надеть. А как искренне потом восхищалась, не передать!

Все-таки мода на банты еще не совсем прошла. Сейчас я смотрела на себя в зеркало, и платье вроде бы уже совсем неплохо выглядело. Потому, наверное, и Владимир не отрывал от меня восхищенного взгляда, как только увидел на крыльце корпуса.

— Таких красавиц стоило ждать целый час, — похвалил он, делая комплимент не только мне, но и дочери.

Вот ведь подхалим!

Оксане комплимент понравился не меньше, чем мне. Она смущенно улыбнулась, разглаживая свое лиловое платьишко, и, пролепетав «спасибо», важно зашагала к машине Алексея. Вот сколько я видела этого человека, он всегда напоминал мне манекен. И почему мы вынуждены ехать на вечер с ним, да еще и в сопровождении охраны? С Сергеем я не общаюсь, на звонки не отвечаю, подарки, что он продолжает присылать с курьером, отправляю назад в магазин. По-моему, весомых поводов, чтобы оставить меня в покое, предостаточно. Отсюда следует вывод: Владимир рассказывает мне далеко не все. Только вот не при детях же спрашивать.

Когда мы заехали на территорию особняка Савицких, я чуть не лишилась дара речи. Дом был огромным, территория вокруг — не меньше. Думаю, тут легко поместится вся семья Савицких, включая всех родственников. А тут жили всего три взрослых человека и ребенок. Даже в голове не укладывается!

Оксана моментально отправилась штурмовать дом, зазывая бабушку, а я остановилась у пологого крыльца и не могла сделать и шагу. В ушах звенело от волнения, оттого я практически не слышала, о чем говорят Владимир с Кирюшей. Кажется, сынок удивлялся, что его настоящий папа живет в таком крутом доме. И рассказывал, что дом бабушки Нади намного меньше.

— Идем, — позвал Вова, подхватывая меня за руку.

Неуверенно сжала его ладонь и спросила:

— Ты уверен, что надо вот так?..

— Уверен. Не переживай. Гораздо опаснее сообщать эту новость маме наедине. Вопросов последует уйма, а уж сколько грандиозных планов следом будет предложено — не сосчитаем.

— Что-то не успокаивает твоя теория…

— К тебе с расспросами я приставать не дам. Марина, успокойся.

Он ободряюще улыбнулся и чуть потянул меня за руку. Как же хорошо быть ребенком! Кирилл вот легко шагал рядом со своим папой, и мне ничего не оставалось, как последовать их примеру.

Мы вошли в огромный светлый холл без потолка. Если посмотреть наверх, можно было увидеть загражденный широкими каменистыми перилами второй этаж, к которому вели закругленные лестницы с обеих сторон от входной двери. А впереди была гостиная, отделенная от холла полукруглой большой аркой, из-за которой к нам спешила элегантная Татьяна Сергеевна. Она светилась доброжелательной улыбкой, на ходу воркуя приветствия.

— Как же я рада вас снова видеть! Проходите, проходите… — Тут она застыла, увидев Кирюшу. Удивленно захлопала глазами, но приветливая улыбка ее лицо не покинула. Затем взгляд женщины стал более сосредоточенным и внимательным, забегал с внука на сына и обратно…

— Вижу, у нас чудесный маленький гость… — вымолвила она севшим голосом.

— Не просто гость, мама. Это твой внук. Кирилл.