Глава 28

Рано утром в дверь нашей комнаты постучали. Курт будто ждал этого и очень быстро открыл. Я же спросонья пыталась понять, где нахожусь и почему кровать не качается. Курт что-то забрал и, крадучись, направился к стойке с вещами.

— А ну стоять! — скомандовала я. — Что там у тебя?

По лицу Курта на мгновение пробежало разочарование, а потом появилась шкодливая улыбка.

— Нам сегодня нужно будет сходить на склады в порту… — начал он, явно подбирая слова.

— Та-а-ак, — подбодрила я, переворачиваясь на живот в попытке разглядеть, что же в руке у мужа.

— Я подумал, что в твоем платье это не очень удобно…

Курт продемонстрировал мне юбку с коротким передом.

— Откуда она у тебя? — удивилась я, быстро глянув на рассвет за окном.

— Билл принес.

— А у него она откуда? — уже с улыбкой продолжала я.

— Кайез, если она тебе не нравится, то ты конечно можешь пойти в платье… Или мы вначале сходим на ярмарку, ты сама выберешь себе одежду.

Я смотрела на Курта и не верила своим глазам и ушам. Мой муж был в растерянности и подбирал слова. Соскочив с постели, подбежала к нему и обняла за шею.

— Я даже ее не видела, но скажу сразу: нравится. Просто потому, что ты подумал о моем удобстве, — подумав, добавила: — И на ярмарку сходим.

— Тебе же не нравятся ярмарки, — с сомнением сказал Курт, уже водя по моему телу рукой.

— За то тебе нравятся. Я готова потерпеть ради лучшего мужа на свете.

Курт отбросил в сторону юбку и схватил меня двумя руками, поднимая от пола.

— И даже не будешь сопротивляться покупкам? — с привычным прищуром спросил он.

— Немного, чтобы не отвыкал.

И теперь я шла в этой самой юбке поверх своих штанов, взявшись за руки с мужем, и не могла перестать улыбаться. В этот раз меня не смущали сонные взгляды встречных прохожих, не пугала мысль о ярмарке, на которую я сама согласилась пойти. Сейчас я благодарила всех Богов за то, что дали мне такого замечательного Курта. Из моей головы совсем вылетело то, что вообще-то мой муж пират и вне закона, но это совсем не вязалось с тем, каким он был для меня.

В порту мы посетили несколько складов и встретились с их владельцами. Курт договаривался с ними о продлении договоров, оговаривал изменившиеся условия.

После мы направились в таверну. Сидя за дальним столиком в самом углу, я тихо спросила:

— Не понимаю, почему ты договаривался в одинаковых складах на одинаковые товары, но на разных условиях. Можно же было выбрать какой-то один склад, где выгоднее всего и сэкономить время.

— Чтобы я кому-то одному назвал всех своих поставщиков? — так же тихо ответил Курт.

Замолкла, медленно осознавая, что я и Билл, и есть те «одному», кто знает всех. Если меня еще не со всеми познакомили, то старпом уж наверняка…

— А если кто-то из хозяев складов проболтается? — задала я новый вопрос.

— Тогда ему придется предъявить к досмотру помещения и товары. А они этого очень сильно не хотят. Примерно так же, как и мы.

Плотно пообедав, мы отправились на ярмарку. Она действительно оказалась в разы больше той, где мы уже были. Проходя вдоль прилавков, я молилась о том, чтобы Курт не решил пройти по ней несколько раз.

Увидела посуду, точь-в-точь, как та, что мы купили.

— Курт, а почему мы везем посуду из Помариела, если могли купить ее здесь?

— Потому что твой муж жадина.

— Сказал тот, кто купил мне четыре платья, просто потому что я не смогла выбрать. А юбки я вообще считать не буду.

— Не считай, а носи, — усмехнулся Курт.

— Но все же, почему?

— Тут на фарфор наценка большая за транспортировку. Зачем мне платить за то, что я могу сделать сам?

Три дня в Лютрене пролетели незаметно. С самого утра мы шли на склады, каждый раз разные. Потом обязательно шли через ярмарку. Курт все время что-то покупал, и это всегда было для меня, себе же он почти ничего не приобрел. А после ярмарки мы шли в огненную часть города и до самой ночи гуляли по улицам.

Мне безумно нравилось в Лютрене. Не сам город, а то, как мы проводили время. Я могла спрашивать Курта о чем захочу. Он никогда не ругал меня за вопросы, никогда не одергивал, если тема не подходила леди.

— Почему ты загрустила? — спросил Курт, когда поздно вечером мы вышли из гостиницы, после ужина и направились к порту.

— Три дня закончились…

— Через три недели мы будем в одном местечке, там отдохнешь от моря.

— Дело не в море. Оно мне нравится, — призналась я впервые, даже самой себе. — А в том, что на корабле мы говорим только о моей учебе. Корабли и их устройство, схемы магии, приборы, карты. А тут…

— Что тебе мешает говорить со мной на корабле на те темы, которые тебе интересны?

Я пожала плечами, но все же ответила.

— Не хочу тебя отвлекать. Ты так занят, когда занимаешься приборами.

— А ты попробуй, — хитро улыбнулся Курт. — По правде сказать, я молчу, потому что мне нравится наблюдать за тем, как ты шьешь.

Я усмехнулась. Мы оба наблюдали друг за другом и молчали, чтобы не отвлекать. Вот же глупость… Но почему от этого так тепло на душе?