ГЛАВА 6

Нет в жизни справедливости! Поняла я смотря на каменные ступени, круто уходящие в верх.

Ни какой тебе пещеры с сокровищами, даже маленькой комнатки хватило бы, а тут… темень и ступени ведущие в темноту, но меня это не испугало, я бы взяла факел и пошла проверять куда ведет ход, да только шум за спиной не оставлял мне выбора.

Быстро, насколько это было возможно закрыла дверь и только хотела хоть немного закидать ее костями, как обнаружила, что в пещере больше их больше не осталось. Вопросом: куда они делись, задаваться не стала, так как в пещеру залетел мой дракон.

Затормозив и сложив свои крылья по бокам, с важным видом, выплюнул из своей пасти слегка пожеванную, не первой свежести сумку и довольно растрепанную метлу.

ДРАКОН

Схватив подаренный мной сундук, полетел к пещере, намереваясь там его и оставить, все равно туда, через хищную долину, ни один смертник не сунется, а если сунется, то не сможет забраться по отвесной скале.

Но до пещеры я не долетел, беспокойство нарастающее в моей груди становилось все сильнее и в итоге, бросив сундук под особо пышным, колючим кустом, ринулся обратно. А когда долетел…

Совсем эти людишки сдурели! Ладно приводили мне дев разных, но те хотя бы живыми были, а эта уже почти утопла.

Взревев, пару раз плюнул огнем возле нервно дергающейся девицы, ох и горазда она голосить! Впрочем, громкий человек в железе от нее не отставал и немилосердно гремя своей одеждой, все собирался кого — то спасать. На всякий случай плюнул огнем и возле него, так, для устрашения. А потом заметил как несколько людишек прыгнули в воду и почти доплыли до тонущей девушки, видимо собирались ее окончательно утопить.

— Моя жертва! — заревел снижаясь. — Не отдам! — схватил свою жертву и подняв крыльями большие волны, довольный собой, понес спасенную деву в свою пещеру. Сейчас она как обрадуется, как начнет меня благодарить.

Но реальность очень отличалась от моей фантазии…

Глядя на неподвижную, поломанную фигурку на полу моей пещеры, пришел в ужас. Я уже и забыл какие хрупкие эти человечки! Спасал ее, мнил себя героем, а в реальности едва не добил собственноручно. Не скажу, что сильно бы убивался… хотя нет, убивался, именно по ней. Непонятно…

Подождал какое — то время, но признаков жизни человечка не подавала. Может быть ей лежать неудобно из — за палок которые валяются вокруг нее? Стал потихоньку их отодвигать кончиком когтя, изо всех сил стараясь не задеть человечку. Но и это не помогло. И тогда я заметил, что она дрожит.

Точно! Надо ее согреть!

Вовремя успел остановить струю огня, пришлось снова напоминать себе что моя жертва слишком хрупкая, нельзя ее огнем. Навис над ней и потихоньку дунул в нее теплым воздухом, ей сразу полегчало, она подскочила на ноги и давай махать руками. Решил закрепить результат и дунул в нее еще раз. Снова перестарался. Человечку откинуло к стене и ее мокрые волосы приняли странную форму, поднялись вверх. Ну да ничего, все это мелочи, главное она сухая и согрелась.

Человечка какое — то время стояла с закрытыми глазами, а я ждал когда она их откроет и посмотрит на меня с благодарностью. И она их открыла, да только ее глаза разве что искры не метали и явно не от благодарности. Интересно, что ее опять не устраивает?

Задумавшись, не услышал что она мне там сказала. Повернул морду в ее сторону, хотел спросить что не так, но тут вдруг со мной стало происходить что — то странное. Из моего рта стали исходить непонятные звуки, и все бы ничего, если бы при этом я не плевался огнем! Я этот процесс никак не мог контролировать и едва не поджарил свою человечку! Хорошо она оказалась верткой и прыгучей, иначе было бы печально.

— Перестань икать! — закричала так громко, что я ее расслышал даже сквозь бешеный стук своего сердца.

И слово еще такое знакомое, но никак не могу вспомнить, что оно значит. Да и не очень и важно, главное, что мое странное состояние прошло и я снова стал себя контролировать. Но толком не успел расслабиться, как человечка сползла по стене и уселась на пол. Ну вот, она уже и место себе выбрала, а я переживал. Хотел выдохнуть с облегчением, но покосившись на человечку, не стал рисковать.

— Я здесь жить не буду! — вновь послышался ее голосок и такая мордочка у нее смешная, особенно с этими стоящими дыбом волосами. Милаха!

Вот только что ей опять не нравится? Решил задать этот вопрос ей. А она мне выдает, темно, холодно и голодно. Ну что ж, с этим не поспоришь. Это мне ничего не надо кроме крыши над головой, да дичи в лесах, а это слабая человечка и раз уж я решил ее завести, то и заботиться обязан.

Темно, так не беда, сейчас мы факелы зажжем, они же и прогреют пещеру до нужной температуры. Дернулся было поджигать, да только забыл как это делается, простой огонь тут не подойдет, а как добыть магический? Завис на какое — то время, роясь в том, что осталось от памяти. И нашел!

Факелы вспыхнули все сразу. Моя человечка так удивилась, долго хлопала глазами, а потом я все же дождался от нее похвалы, она мне даже улыбнулась, но еду продолжала требовать тем ужасным звуком, который издавала с завидной периодичностью.

Тут — то передо мной и встал вопрос, чем ее кормить? Решил узнать у нее. И спрашивал и пристально смотрел, ничего не понимает, видимо уровень развития совсем маленький. Только сидит, осматривает мою пещеру и морщится. Наверное, считает, что тут грязно, я тоже так считаю, по этому покормлю ее и сразу же предложу навести тут порядок.

Но кормить то ее надо, по этому решил изъясняться с ней жестами и тем, что под руку попадется. Встал и пошел искать кости, тут у меня от кого их только не валяется! Первой нашел телячью, большую, в жадности она меня обвинить не сможет. Положил кость у ее ног и вопросительно на нее смотр. Но она отрицательно помотала головой и сказала, что есть хочет, но телятину кушать не может, а в самом конце открыла рот и зубами щелкнула. Понял, что еще немного и она начнет от голода на меня кидаться.

Смешно конечно, ведь ей меня не победить, но доводить свою жертву до крайностей я не стал. Фыркнул и разбежавшись, вылетел из пещеры, на охоту. Буду добывать своей человечке еду!

Пролетая мимо полей и лесов, заприметил несколько диких кабанов и парочку довольно крупных птиц, раз так и не выяснил, чем питается моя человечка, принесу ей всего понемногу, что смогу добыть. Взял прямой курс на деревню, не на ту в которую я своих прошлых жертв утаскивал и в которой меня любят как родного, а в ту, которая мне этих жертв приносила. Они чуть не угробили человечку, мою человечку! Теперь пусть отдуваются.

Неладное заметил еще на подлете. Все в деревне бегают, суетятся и издают странные звуки. Сделал над деревней круг, но причину их переполоха так и не нашел. Может быть это у них такое развлечение? Принесли деву в жертву страшному мне, я ее забрал и теперь они радуются моему прилету? Ждут от меня ответного подарка?

А я ничего с собой не взял, но раз уже прилетел, то глупо возвращаться обратно. Сделал еще кружок над деревней раздумывая, что же я могу сделать для этих людей, ведь не просто же так они приносят мне жертв, знают, что живут на моей земле, но вот чего хотят?

Заметил, что деревня маленькая, а народа в ней много, решил дать им свое разрешение на расширение. Вдохнул побольше воздуха в грудь и выжег весь лес вокруг деревни, метров на десять. Пока хватит им и этого. Оглянулся, а они уже не бегают, собрались все в кучку в середине деревни, у колодца, да так плотно встали, что мне приземлиться некуда, пришлось разгонять из рыком. Все два раза прорычал, а они все разбежались. Приземлился, вокруг никого, все в дома попрятались, меня боятся, так дома их не спасут, но я же к ним с мирными намереньями.

Порычал еще немного, быть может хоть кто — то ко мне выйдет. Не вышел… Решил порычать в другую сторону, поворачиваясь, нечаянно снес какое — то хрупкое, кособокое строение. Фыркнул от досады и снес еще одно строение. Хлипкое у них тут все какое — то, ни задеть, ни подышать нельзя. Хотел рычать еще, но не пришлось, ко мне странно бежало, махало руками и кричало, нечто странное и такое же кособокое как снесенные мной строения, и судя по крику, это нечто было девой и явно не прекрасной. Моя человечка намного красивее! Даже гордость взяла за то, что отхватил себе самое лучшее.

Добежав до меня, нечто женского пола остановилось и принялось пятиться назад. А я все раздумывал, как попросить у них еды и тут мой взгляд упал на валяющийся на земле мешок. Аккуратненько подцепил его когтем, положил у ног не прекрасной девы и пощелкал перед ней пастью, показывая что мол жую я. Та подхватила мешок и вереща убежала в самый большой дом, а я принялся ждать.

Видя, что я не буяню, там и тут стали мелькать жители деревни. Громко перекрикиваясь они бегали из дома в дом и нервно косясь на меня, что — то таскали в тот дом, где скрылась дева с мешком.

Ждал я не много, из дома вышли два мужика, еле таща мой мешок, а за ними и все остальные. Я даже диву дался, как столько народа смогло поместиться в таком маленьком домике? Может быть зря я им разрешил расширить деревню? Да ладно, раз сделал, пусть теперь остается, не забирать же обратно свой подарок!

Аккуратно зажал мешок в своей лапе, рыкнул напоследок и уже собирался взлетать, как вдруг на крестьян которые издавали странные звуки, посыпались кости… мои кости… то есть, из моей пещеры! Я из все знал, каждую любовно обгладывал, а потом еще и покусывал, точа зубы.

Расправил крылья и собрался уже лететь к своей человечке, чтобы убедиться в ее безопасности и вдруг наткнулся взглядом на метлу, которую кто — то из деревенских держал в руках. В общем, взлетел я только после того, как отобрал метлу. Спешил домой как мог, а когда посреди пещеры увидел стоящую человечку, беспокойство сразу же меня отпустило.

Жива, здорова, все с ней в порядке. А вот взгляд ее невинный мне не понравился, так обычно на отца смотрела мать, когда что — то натворит.

В голове вдруг всплыли воспоминания того, как светловолосая женщина, подобрав юбки убегает от высокого, черноволосого мужчины и оба при этом смеются. Я знал, что это мои родители, а еще, знал, что у меня скоро должна появиться сестренка. Причем, сестренку я не видел, но не это главное, а то, почему я считаю людей своими родителями и где они сейчас?

НЕКРОМАНТ И РЫЦАРЬ (в кустах)

— Я спасу тебя…

— Тише ты! — прошипел на ухо деревенскому увальню, закрыв своей ладонью ему рот.

Хорошо, что дракон в этот момент зарычал и не услышал этого героя.

— Совсем в деревне от скуки крыша поехала? Это ж надо с голыми руками на дракона кидаться, — прищелкнул языком, отпуская горе героя. — Тихо сиди, — шикнул на него, пока он возмущаться не начал, но явно хотел.

— Не деревенский я, — шепотом поведал мне детина, присаживаясь рядом со мной.

— Городской? — прищурился, прикидывая из какого провинциального городка выползло такое чудо, хотя, с этим умирающим миром все не так просто, видимо последний хранитель совсем захандрил и отупел, раз городские нынче все равно что деревенские.

— Рыцарь я! — выдал с гордостью, еще и грудь надул.

— Понял, — кивнул, глядя на то, как дракон, сделав несколько кругов над деревней, принялся поливать огнем по ее периметру. — Если рыцарь, то сразу получаешь статус городского? — хмыкнул, от того, как рыцарь подзавис от моих слов.

— Наверное, — в итоге согласился со мной, пожав своими широкими плечами. — Надо спросить у бога.

Ту мне на самом деле стало интересно, какой еще бог завелся в умирающем мире? Сроду здесь таких не было, только хранители.

— Бог? — задал наводящий вопрос и получил в ответ душещипательную историю.

Едва в голос не заржал от комичности ситуации.

Шел как — то деревенский увалень в город, наниматься на службу, желательно сразу рыцарем, мечта у него была такая, вся блестящая, это я про железные доспехи и меч. И тут прямо перед ним появился бог в виде кудрявого блондина подростка. Он — то и одарил нашего деревенского увальня доспехами, мечом и званием рыцаря. И сразу же ему, рыцарю, поручили защищать деву прекрасную. От кого не сказал, но он же рыцарь, а значит, явно от дракона.

Хотел бы я посмотреть в глаза его матери, которая читала сыну девчачьи сказки про принцесс и дракона, но при этом, забыла упомянуть, что здешний дракон не враг, а хранитель мира.

— И как? — устроился поудобнее под разлапистым кустом. — Спас прекрасную деву?

— Я хотел, но не успел, — поник горе рыцарь. — Ее деревенские схватили, к плоту привязали и на середину местного озера оттащили.

— Зачем? — искренне удивился их поступку. Нет, я конечно догадывался, что невестушка мне досталась не простая, но чем она так деревенских достать умудрилась?

— В жертву дракону, — пожал увалень плечами, а я понял, что все в этом мире еще хуже, чем я предполагал.

— Они хоть выжили? — задал вполне логичный вопрос, тут одно из двух, либо дракон спалит, либо ведьма проклянет.

Да, да, я уже в курсе того, кем является моя невеста, осталось только понять чего в ней больше, ведьмы или богини? И молиться, что бы она не была похожа ни на мать, ни на бабку, с которыми я уже успел пообщаться.

— Конечно! Почти все, — закивал увалень своим словам. — Только трое потонули, те которые спасать деву полезли, их дракон прибил, когда спасал свою жертву.

У меня от его объяснений глаз задергался. Дракон сам спасал свою же жертву. Куда катится этот мир?

— А ты что? — задал новый вопрос, наблюдая за тем, как дракон садится в паре десятков метров от нас, аккурат в середине села.

— А что я? — пожал поникшими плечами рыцарь. — Как мог подбадривал деву. И вообще, она была совсем не прекрасной! — выдал последнее, словно оправдываясь.

Это да, невеста у меня своеобразная, на внешность необычная, но это же не повод так с ней поступать!

— Что дальше — то было?

— А что дальше… Дракон как деву унес, так выяснилось, что Ингурку всю перекосило. И так была не красавицей, а тут вообще страх божий. Сначала она была жертвой, а потом убедила наших мужиков ее пришлой заменить, — пояснил мне рыцарь, увидев мой непонимающий взгляд.

Предприимчивую бабу жалеть не стал, получила по заслугам, но судя по тому, как рыцарь набрал в грудь воздуха, сейчас рассказ продолжится.

— Мужики те теперь постоянно икают, да так, что у них будто все внутри переворачивается, еще беды их разные преследуют. Кто спотыкается вечно, у кого все из рук валится, кто все портит до чего дотрагивается. Поняли они, что это дева жертвенная их прокляла и теперь вон бегают, собираются идти в драконовы земли, вызволять ее будут.

— А ты?

— И я!

— Что ты?

— Тоже вызволять ее пойду!

— Ну, это — то и понятно, только я о другом спрашивал.

— О чем?

— Чем тебя прокляла дева не красивая, — передразнил увальня.

— Ни чем, — буркнул он обиженно. — Ток ее дракон утащил, ток деревенские разбрелись, ко мне тот самый бог явился.

— И что? — подался ближе к рыцарю.

— Забрал доспехи и меч. Сказал, что не был я рыцарем и нефиг было начинать. Дал вон, — пошарил у себя за спиной и потряс передо мной луком и колчаном со стрелами. — Сказал идти спасать деву, иначе наш мир загнется скоро.

Переваривая слова рыцаря — лучника, смотрел на то, как дракон утащил мешок с едой, еще и метлу прихватил. Значит, заботится о невесте моей, осталось только ее спасти и можно будет жениться. Боялся даже представлять, что будет с этим миром, когда спасать свою кровиночку явятся богиня любви в опале и природная ведьма.

Я с ними всего несколько минут общался и досталось мне не сильно, ибо не виноват был ни в чем, а вот ведьмаку и гному не повезло.

— Вместе пойдем спасать деву, — подвел я итог.

— Я и ты? — повеселел увалень, видимо признав во мне старшего товарища.

— Я, ты, гном и ведьмак, — поправил увальня.

— А где они?

— Гном пытается найти самый большой драгоценный камень, чтобы задобрить свою невесту, за прошлый промах и обман. Но что — то мне подсказывает, что он зажмотит этот камешек, за что снова отхватит от богини и ведьмы.

— А ведьмак? — смешно округлил глаза увалень, слушая мои выводы.

— А ведьмак сейчас подыскивает ближайшее озеро для своей кикиморы, — хмыкнул ехидно.

— Так он же ведьмак, — искренне изумился увалень моим словам. — Раз ее и все, — провел пальцем по своему горлу.

— От даров богини не отказываются, — широко улыбнулся увальню. — Чревато, знаешь ли… Его между прочим одарила твоя не красивая дева и наша невеста, — добил его окончательно.

Рыцарь — лучник побледнел, покраснел, потом опять побледнел, поднял на меня несчастный взгляд, а я не удержался:

— Попал ты парень, — выдал сочувственно. — Теперь вместе с нами огребать от ее родственничков будешь, — и тихонько заржал, нет, ну а что? Не плакать же мне в самом деле!