Глава 14

— А-а-а! — закричала я, негодуя от настойчивого внимания дракона.— Р-р-р, — мягко отвечала эта громадина мне. Я обернулась во дворе коттеджа и, сверкая наготой, поспешила скрыться от ящера. Только кто бы мне дал? Тяжелая рука Рика легла мне на плечо, разворачивая к себе. Холод осенней ночи ушел на задний план. Я гневно воззрилась на него, ловя отблески лунного света на волосах бывшего мужа. Его довольную улыбку так и хотелось стереть с лица. Я толкнула того пальцем в грудь и зашипела не хуже кошки:— Прекрати таскать мне мясо! Я не ем сырое!— Серьезно? У тебя все лицо было в следах твоего нежелания есть мясо! — не выдержал этот наглый дракон и рассмеялся своим бархатным смехом, вибрация которого будоражила все мои нервные окончания.— А ты слишком быстро обратился в человека для того, кто теряет контроль над зверем, — я толкнула Рика в грудь, но не успела отойти, как тот схватил меня и, запрокинув на плечо, как первобытный человек понес в свой дом, не забыв при этом звонко шлепнуть по мягкому месту.— Как же ты меня выводишь из себя, женщина.— Поставь меня!— Чтобы ты застудила себе что-нибудь? Ты теперь не одна. Не забывай это. А еще я не знал, что у тебя такой отменный аппетит, — не выдержал он и снова расхохотался.— Ненавижу тебя! — беззлобно проворчала я.— Знаю, дорогая. Только вот твоя драконица не согласилась бы с этим, — его ладонь снова опустилась на мою многострадальную пятую точку, а потом ее ласково погладили.— Не могу поверить, что я ела сырое мясо…Хлопнула дверь, помещение встретило нас теплом и затопленным камином. Рик сгрузил меня около него прямо на пушистый ковер и обернул теплым пледом, кутая словно младенца. А потом прошел в зону кухни, я повернулась к нему, пыхтя от негодования и того, как эти трое: Рик, его дракон и моя драконица, ловко спелись против меня и накормили-таки сырым мясом. Воспоминания как я его ела, рычала и давилась слюной в ипостаси драконицы, заставило поморщиться.Потом мой взгляд остановился на Рике. Я смотрела на то, как он доставал мясные и сырные нарезки, резал хлеб, находясь при этом лишь в одних джинсах, заваривал чай, ягодный аромат которого распространился по всей гостиной, и не могла оторвать глаз от его мощной и крепкой фигуры. Подобно тому как я впивалась в теплое, парное мясо добычи, точно так же я сейчас хотела вцепиться в Стэллара. Покусать и зализать все следы на его коже. Я сглотнула вязкую слюну, скрестила ноги под пледом, понимая, что моя фантазия разыгралась не на шутку. И если я сейчас не пойду спать, то боюсь, еще не скоро отдохну… Стоило только вспомнить о той сумасшедшей ночи, проведенной вместе с ним, как желание снова накрыло меня. Да что же такое!— Лия, если ты не перестанешь, то я не обещаю отпустить тебя… — прорычал Рик.— А ты хотел бы повторить? — боже мой, что я несу?! Но язык мой — враг мой!Прикусила губу как раз тогда, когда Рик резко развернулся и со звоном отбросил кухонный нож от себя. Он повел носом, как зверь, а я подалась вперед, чтобы не пропустить ни одной его реакции, почему-то его дикий взгляд, которым он наградил меня, завел не на шутку, все мои инстинкты словно взбесились, требуя этого мужчину. Я держала руками плед, но хотела сбросить его с себя.— Ты сводишь с ума, — прорычал тот, а в следующее мгновение отвернулся от меня, схватил нож и принялся кромсать хрустящий хлеб. Я разочарованная его самоконтролем поджала губы. Меня задело, то что он не набросился на меня. Но разве не этого я хотела? Дистанцироваться от него. Не иметь с ним ничего общего. Забыть его. Так почему не могу унять вспыхнувшую обиду на его невнимание ко мне.Я встала, подошла к его рубашке, лежащей здесь же на диване. Надела ее, застегнула посередине. Я сама приблизилась к нему, застыла сзади напряженной спины, мышцы на которой так хотелось обвести пальцем, потом провести дорожку влажным языком… Но вместо всего этого я просто стояла и глубоко дышала, втягивая его особенный запах, сочетающий нотки коры кедра, свежести и мускуса. Поймала себя на мысли, что не была зла Рика, мои обиды как-то ушли на задний план, ведь в моей жизни столько всего произошло… Возможно, стоило продолжать винить его во всем? Винить в том, что он сын своего отца? Или в том, что, пока он проходил реабилитацию, из меня делали монстра? Но я больше так не могла… Я уже так устала жить прошлым, вариться в нем. Возможно, стоит сделать шаг вперед и позволить снова почувствовать себя живой… любимой… Для чего жизнь снова свела нас вместе? Ведь было так просто ненавидеть Рика, зачем он появился и заставил меня делать выбор, заставил думать о нем, желать его… А теперь это случилось снова… Мы ждем ребенка, а вместо любви, я полна сомнений. Я просто боюсь вновь ощутить его любовь. Но если не попробую, ведь буду жалеть всю свою долгую жизнь?Я смотрела на спину Рика, тот неподвижно замер, впивался пальцами в толстую деревянную столешницу, наклонив голову вперед, и молчал.Я сделала шаг назад… так и не решившись на что-либо.Потом еще один и еще один. Развернулась и медленно поднялась по лестнице вверх, заняла там пустую спальню, не снимая его рубашки, забралась под одеяло, потушила неяркий свет и закрыла глаза. Дверь открылась, прогнулась кровать. Рик забрался ко мне под одеяло и прижавшись ко мне спины, уткнулся лицом в шею, а руки положил на еще плоский живот. Не сказав друг другу ни слова, мы так и уснули…А проснулась я от ласковых прикосновений шероховатых губ Рика. Тот обводил аккуратными, короткими поцелуями выступающие шейные позвонки. Я позволила себе еще поваляться, ведь вставать так не хотелось, а хотелось купаться в томительной нежности бывшего мужа. Он не делал резких движений и не совершал никаких лишних поползновений. Его рука поглаживала живот, кружа вокруг пупка, пока Рик спускался поцелуями по ключице вниз к локтю. Потом он развернул меня на спину, навис надо мной, опираясь на вытянутые руки, и остановился. Я открыла глаза и посмотрела в его глаза. Рик спрашивал моего разрешения, он не давил, не подавлял, лишь ждал моего ответа для более очевидных действий. Я провела по его лбу, спустилась по слегка небритой щеке, царапая нежную кожу пальцев, обрисовала обнажённую ключицу, спустилась к крепкому и твердому животу, поглаживая каждый дергающийся под моей рукой мускул. Жёсткая поросль волос, спускающаяся ниже и прячущаяся в боксерах, манила. Я сглотнула, понимая, что сама хочу его не меньше. А тот факт, что я так и уснула без белья в одной лишь его полурастегнутой рубашке, не добавлял спокойствия. Я чувствовала его желание, как и он мое. Я вернулась к изучению его мощных рук, оглаживая плечи, когда тот, развел мои ноги в стороны и устроился между ними. Он склонился к моей шее и постепенно начал спускаться вниз, а когда добрался до живота, начал покрывать его короткими, нежными поцелуями. Он кружил вокруг пупка языком, водил кончиком носа. Я не выдержала и рассмеялась. Было очень щекотно, Рик лениво оторвал от меня голову и посмотрел измененными глазами на меня.— Как ты контролируешь себя? — спросила я. — Вчера ты так и не ответил, как смог вернуться так быстро в человеческую форму…— Мы договорились с драконом, если, конечно, так можно сказать. Проблем не возникло совершенно.— А раньше? Как ты жил раньше? — спросила я, Рик подтянулся выше и замер надо мной.— После реабилитационного центра проблем не было.— Но когда же тогда… — недоуменно посмотрела на него.— Хм, — Рик задумался, нахмурился и скатился с меня. А мне на мгновение стало холодно. Тот сел на кровати и провел рукой по своим волосам, зачёсывая их назад. Я приподнялась за ним, ожидая ответа. — Если подумать, то тогда на балу у мэра я впервые потерял контроль над собой и своими инстинктами, до этого я практически полтора года был без срывов.— Так дело во мне?— Я не видел тебя на балу, но решил уединиться в отдельной комнате и сделать пару звонков, а если вспомнить, то и почувствовал себя как-то странно там, но стоило только почувствовать твой запах, как я потерял себя…— У драконов такое может быть? — я была удивлена его словами.— Насколько знаю даже, если женщина очень нравится, это не значит, что дракон должен брать верх над человеком, в конце концов, если бы было именно так, то скрывать нашу природу было бы еще труднее, — задумчиво проговорил Рик.— Я тоже обычно не веду себя легкомысленно. И тот вечер был для меня непростым, — Рик внимательно посмотрел на меня. — Понимаешь, там было слишком много внимания ко мне. Я решила избежать очередного настойчивого приглашения на танец и… в постель, — усмехнулась я, наблюдая за тем, как Рик неосознанно сжал кулак. — Так вот, когда я вышла на балкон подышать воздухом, меня догнал Роланд, тот дракон, в убийстве которого тебя сначала обвинили, — Рик прищурился, но не перебивал меня. — Я уже танцевала с ним до этого, и он был слишком навязчив. Неприятный тип. Но когда тот появился на балконе, меня словно накрыло. Его запах показался таким манящим и приятным, а потом меня словно парализовало, я вообще не могла пошевелиться, как и отказаться от его поползновений. А потом он каким-то непостижимым образом принес меня в спальню. Я лишь ненадолго пришла в себя, его аромат кожи перестал казаться таким желанными, наоборот, меня замутило от него. Но оттолкнуть не хватало сил, а слов остановиться он не слышал.— Мало я ему врезал тогда… — прорычал Рик.— А потом я все же смогла вырваться и сбежать и столкнулась как раз с тобой, — закончила я.— Твое поведение тоже ненормально, Амалия. Ничего подобного быть не должно. Почему ты не рассказала раньше? Это больше похоже на то, что тебя опоили.— Все как-то навалилось на меня разом. Да и я была уверена, что именно так и происходит все между парой драконов на уровне инстинктов.— Мы не звери, Лия. Хотя животная часть и преобладает в нас, но мы все же люди.— И это мне говоришь ты? Сам же сказал, что сошёл с ума, почувствовав меня? — я вскинула бровь и прожгла его внимательным взглядом.— Теперь, мне кажется, что нас обоих опоили.— Что? — опешила я. Такого я точно не рассчитывала услышать. — Но кто? Как? Там ведь столько было драконов?— Ты сама брала напитки? — серьезно спросил Рик.— Да. Еще приносил Йен, но не думаешь же ты, что здоровяк мог меня опоить. Нет. Рик. Это точно исключено… — но договорить я не успела, потому что кое-что вспомнила. Я замерла не в силах поверить.— Что? Амалия, что ты вспомнила?— Валентайн, — хрипло выдавила я из себя. — Он подходил ко мне и принес бокал игристого.Рычание, раздавшееся в комнате, слегка напугало. Рик встал и подошел к окну, впиваясь в подоконник руками. Потом Рик развернулся, а на его лице заиграли желваки.— А ты… — начала было я.Искривлённые в презрении губы стали мне ответом.— Похоже, мы для него стали частью эксперимента, — процедил Рик.Я молчала, обдумывая все к чему мы сейчас пришли.— А потом, Валентайн, что-то давал тебе? Какие-то препараты?— Было пару раз.— О боже мой! А что если он виноват в том, что с тобой происходит? Конечно, это твой отец и ты можешь не принимать мои слова, но я не доверяю ему! — воскликнула я.— Не переживай, я все выясню. Отец не уйдет от ответа, — процедил Рик.Мы замолчали, смотря друг на друга. А потом Рик словно очнулся от своих мыслей. Подошел к кровати и протянул мне руку. Я вложила свои пальцы в его, и тот дернул меня на себя, тут же беря на руки. Он отнес меня в ванную комнату.— Я закажу нам завтрак. Буду ждать тебя внизу, — произнёс тот и прижался своим лбом к моему лбу и тут же покинул ванную комнату. Похоже, Рик был поражен вероломностью своего отца и ему нужно было некоторое время, чтобы осознать все это.Когда я вышла из душа, приведя себя в порядок, поняла, что моя одежда находится внизу. Я закуталась в полотенце, высушила волосы феном. И вышла в коридор. Отыскать комнату Рика для моего обостренного нюха не составило труда. Я зашла туда и услышала звук льющейся воды. Остановилась посреди комнаты, представляя, как капли воды разбиваются о каменные мышцы дракона, обнимают его, как стелются по телу, обрисовывая каждый рельеф. Я облизнулась, понимая, что мое либидо явно возросло. Вода выключилась, но я так и не пошевелилась, смотря на дверь. Рик появился сразу же. Мокрый, как я и представляла, и обнаженный, лишь низкосидящее белое полотенце скрывало его бедра. Я часто задышала.— Лия, — искушающее протянул Рик и обошел меня, снова вставая сзади. Он прижимался своим носом к моей шее, ведя кончиком носа по уху, прикусывая слегка чувствительную мочку. Желание прострелило каждый сантиметр моего тела, спустилось огненной лавой и сконцентрировалось внизу живота. Рик шумно втянул воздух около меня и утробно зарычал.— Я пришла за рубашкой, — зачем-то произнесла я, оправдывая свое нахождение здесь.— Только за ней? — искушающе протянул Рик и сделал короткую дорожку поцелуев по оголённой части спины. Руки он положил на мою грудь и сжал ее, из меня вырвался рваный вздох и тихий полустон, настолько остро я все чувствовала. Но звонок в домофон, раздавшийся внизу коттеджа, нарушил наши планы, хотя я до сих пор не была уверена в своем решении…Рик глухо рыкнул и оторвался от меня. Снова стало холодно без него, но ненадолго. Хлопнула дверь шкафа, а потом Рик развернул меня к себе, дернул за узел на полотенце и, оно упало к моим ногам. Рик жадно обвёл мое тело взглядом, я видела, как он сжимает свою челюсть, как играют желваки, как изменились черты лица, становясь более хищными. Я играла с ним, искушала, а Рик принимал мою «игру». Он набросил рубашку на меня и начал застегиваться его, задевая грудь, но не останавливаясь, для большего. Звонок повторился. Рик тяжело выдохнул, но отвернулся от меня, направляясь к шкафу. Я же не стала отворачиваться. Кто в собственном уме откажется от возможности посмотреть на такой образчик мужественности и красоты. Я следила за его резкими и быстрыми движениями. Оделся он слишком стремительно, слишком быстро спрятал от меня желанное тело. Потом взял за запястье и потянул вниз. Усадил там на диван, снова прикрывая меня пледом, и только после этого открыл дверь.

Вкусный завтрак являлся скорее поздним обедом. Мы молча поели, также молча убрали вместе со стола. Едва потрескивающее между нами напряжение давало знать в ненавязчивых, случайных касаниях друг к другу. Мы оба не переходили черту. Я потому что не знала, что с этим всем делать, а Рик, думаю, не желая оттолкнуть меня.— Думаю, мне стоит присмотреть себе домик, — допив свой чай, я решительно встала из-за стола.— Я подвезу тебя до административного здания.— Хорошо, — ответила я, убрала две чашки в раковину. Пока Рик отошел за ключами, я вспомнила, что стоило бы перезвонить Хью Лоренсу и сообщить о задержке с выполнением его заказа. Именно это и сделала сразу же.— Хью, доброго вечера.— Доброго, — раздался приятный баритон в телефонной трубке.— Я хотела бы отсрочить выполнения заказа по… личным причинам.— Я все понимаю, милая Амалия. Уже наслышан, о том, что с вами произошло и искреннее рад, что все разрешилось. Как и то, что Преобразователь был найден.— Так вы в курсе? — выдохнула я.— Разумеется, в свое время ваше появление всколыхнуло нашу общественность.— Ох.— Не переживайте по пустякам, Амалия. Главное сейчас ваше здоровье и душевный покой. А наши дела подождут.— Благодарю, — ответила я и повесила трубка, на мои плечи тут же опустилось пальто. Я повернулась к Рику и благодарно кивнула ему. Он взял меня за руку, переплел наши пальцы. Я не стала сопротивляться, позволяя себе немного счастья.Машина плавно тронулась с места, а у меня зазвонил телефон.— Да. Константин слушаю, — произнесла я, бросила быстрый взгляд на невозмутимого Рика. Только вот с каждым произнесённым вопросом мое сердце замирало. — Нет… ее… со мной нет. Мы… сегодня с ней не созванивались…Я начала задыхаться, не в силах совладать с паникой, накатившей резко и бескомпромиссно. Телефон выпал из ослабевших рук.— Лия! Что с тобой?! — закричал Рик, а я все же потеряла сознание, тут же погружаясь в свой персональный ад.

Мой страх был настолько всепоглощающим перед этим человеком, что, казалось, я свихнусь. А потом пришло понимание, что это не человек, это дракон. Ненавистный мне, преследующий великие цели, но действующий настолько беспринципно, что становилось не по себе. Его глаза, его злой шепот, его образ то и дело вспыхивали в голове, собирая воедино разрозненные факты. В памяти проносились крики и предсмертные хрипы таких же жертв, как и я, их угрозы, их слезы, их застывшие глаза, когда очередной эксперимент не удавался.Я вспомнила боль, разрывающее мое слабое тело, препараты, которыми меня пичкали и от которых, казалось, что крови в моем организме просто не осталось. Снова злость мужчины и его, светящиеся досадой глаза. Вспомнила его руки, сжимающие мои запястья, его руки на щиколотках ног, когда тот приковывает меня к холодному металлическому столу. Он травмирует мое тело, казалось, наслаждаясь каждым новым порезом. Он доводит меня практически до гибели, до остановки сердца. Обезумившая от боли, я даже не чувствую, как мерзавец что-то вкалывает мне, а потом выжидательно смотрит, остекленеют ли мои глаза… а потом он наклоняется и кусает меня, безжалостно вгрызаясь в нежную кожу шеи… Отрывается от меня… Вытирает белоснежным платком губы, искривленные в презрении. Он не верит, что я вынесу его укус. Он начинает накрывать мое тело белой простыней, уже смерившись с тем, что я сейчас скончаюсь. И только его фраза заставляет сердце делать болезненные спазмы и качать кровь в венах...— Не зря я освободил тебя от беременности. Ты не пара ему и никогда не была. А ваш ребенок мог только помешать. Даже сейчас ты всего лишь никчемная и жалкая человечка, но хотя бы послужила мне...Меня выгибает дугой, я рычу, понимая, что он сказал, но, главное, осознаю, что он сделал… и вспоминаю его довольное лицо, когда судорога оборота пробегает по моему телу. Это он! Он убил моего ребенка. Нашего!Резкий запах нашатыря приводит меня в чувства, но я слышу свой громкий крик. Я подорвалась на медицинской кушетке с бешено колотящимся сердцем. Рик подбегает ко мне и крепко сжимает плачущую меня в объятиях. А я рыдаю все сильнее и сильнее.— Это он! Он! Он! — кричу не в силах остановиться.— Тише, тише, Лия. Мы найдем твою маму. Все будет хорошо, — шепчет Рик.— Не будет! Не будет! Это Валентайн. Твой отец сделал это со мной! Слышишь! Я вспомнила! — тело Рика каменеет, но я не обращаю на это внимание. Я скулю и вою от ужаса. — Он… это он устроил мне выкидыш, я потеряла нашего первенца из-за него. Он сам признался мне перед тем, как решил, что я уже отслужила его великой цели. Слышишь, это он! — я не могла успокоиться, пока не почувствовала укол в плечо.— Вам нельзя так нервничать, — сказал доктор и снова оставил нас одних.— Я убью его. Амалия, я не оставлю от него нечего, — прорычал Рик и сжал меня еще крепче. — Он за все заплатит. Я найду его.— Я уверена, что это он выкрал маму!— Но зачем?— Не знаю, не знаю. Мне нужно сообщать Константину, всем, чтобы они искали этого мерзавца, — я потихоньку начала успокаиваться, истерика отступала. Рик достал телефон из кармана и быстро начал обзванивать всех: Константина, мэра города, полицию Гринетсити, специальный отдел по делам с драконами. Все были подняты на уши и искали монстра, которого сами же и обратили.Сутки я не находила себе места. Мы теряли время, я чувствовала, что оно утекает и что мы не успеем спасти мою маму. Валентайн, как оказалось, даже не улетал из города, но вполне мог выехать на машине куда угодно. Полиция вместе с нами, обыскали все заброшенные заводы, дома, подвалы. Всё, где мог скрываться этот больной ублюдок. Но все было зря… все было без толку.Я не видела мужчин два дня. Рик, взяв с меня слово, что я не выйду из дома, помогал обезумевшему Константину искать мою маму. Йен попеременно с Марком охраняли меня, пока мужчины искали ее. Но результатов не было.Прошло пять с дней с момента ее похищения. Я так и не переехала в новый дом, вернулась в особняк к опекуну, да и Рик тоже, когда появлялся, лишь забывался недолгим сном, чтобы вскоре снова покинуть меня. В очередной раз я подскочила в холодной и пустой кровати, мои собственные проблемы уже давно отошли на задний план, мыслей, чтобы отвергать Рика даже не возникало, сейчас мы, как никогда, объединились перед лицом опасности. Я открыла глаза и поняла, что разбудило меня. Я встала, набросила на себя халат и бесшумной тенью скользнула по коридору, вниз по лестнице, но так и замерла, когда поняла, что происходит в кабинете Константина. Я присела на ступеньку, сжав рукой деревянную балясину, слезы покатились по лицу. Мужчина крушил свой кабинет, сметая все на своем пути, что-то билось и просто падало с глухим стуком на пол, я слышала, как он рычал в отчаянии и сама не удержалась от слез. Хотела уже встать, чтобы меня никто не заметил, но телефонный звонок привлек мое внимание.— Не трогай ее! Слышишь! — прорычал наставник и столько боли было в его голосе, а еще эти слова… Я пошатнулась от догадки, кто мог звонить наставнику посреди ночи. Но не успела броситься в кабинет, как Константин торопливо вышел из комнаты и поспешил на выход. Я напялила на себя пальто с капюшоном, радуясь, что спала в пижаме из тонких брюк и рубашки. Схватила ключи с комода. Машина Константина уже выезжала за ворота. Я судорожно нащупала брелок и открыла ворота, поспешно завела машину, остановилась только у ворот.— Дай мне свой телефон, — крикнула охраннику и тот без вопросов передал смартфон. Стараясь не отставать от наставника, я начала набирать номер Рика. Чертовы гудки нервировали, но со второй попытки я услышала уставший голос бывшего мужа.— Рик! Мне кажется, Константину позвонил Валентайн! — закричала я в трубку.— Валентайн? Но почему он не набрал мне? — по голосу я поняла, что Рик весь подобрался.— Не знаю! Я не знаю! Может быть, тот угрожал ему? — я всхлипнула.— Где ты сейчас?— Я еду за его машиной.— Понял. Не отключался, я выезжаю к тебе.Так мы и ехали. Я постоянно корректировала курс Рика. Держалась на расстоянии от машины наставника, чтобы не подставить того, если больной псих и вправду пригрозил ему жизнью мамы. Лишь в самом начале Рик отключился, чтобы позвонить Константину, но тот не брал трубку.— Где ты? Я уже рядом, — спросил Рик.— Я потеряла его. Ничего не вижу, тут так темно, — занервничала я. Сама не понимая, толком где нахожусь.— Подожди меня. Не едь одна, — последовал категоричный запрет от Рик.— Но Рик? Там ведь моя мама!— Оттого, что ты пострадаешь, ей легче не будет. Не забывай, что ты беременна, — рыкнула тот. Я остановила машину. Находясь посреди леса. Не в землянке же он ее держит? Рик приехал через пару минут, в течение которых я вся извелась, а когда он вышел, я бросилась к нему.— Скоро подъедет Йен и Марк. Я отправил им геолокацию.Я бросилась на пассажирское сидение, Рик завел мою машину и мы поехали вперед. Проехав еще десять минут, мы заметили среди леса машину Константина. Вышли. Его там не было. Это был тупик, но тонкая тропинка, идущая между деревьями была хорошо различима. Свет включать Рик не стал, потому что Валентайн мог это заметить. Еще десять минут плутаний, во время которых Рик не выпускал моей руки, и мы наткнулись на сторожку.— Останься здесь и дождись парней, — быстро бросил Рик, но я и не подумала согласиться с ним. — Лия!— Рик, не заставляй меня!Тот рыкнул и наверняка уже много раз пожалел, что взял меня с собой.—Я буду держаться в стороне. Обещаю. Но вдруг ей нужна срочная помощь.— Я уже вызвал скорую и полицию, но сначала нужно выяснить, почему Константин поехал сюда один.Рик обошел небольшой домик по кругу, но окна были все плотно завешаны тканью. Только вот когда раздался душераздирающий крик мамы, я не выдержала, Рик в последний момент успел оттащить меня от двери и с ноги выломал ту, врываясь в одну-единственную комнату небольшого лесного домика, в центре которого на обычном обеденном столе лежало оголенное и растерзанное тело мамы. Константин стоял бледнее мела над ее телом, а Валентайн в углу, потирал челюсть, вытирая разбитую губу, однако, выглядел он не как садист, замучивший свою жертву, а как чокнутый псих, выигравший лотерею.Я рванула к маме, пока Рик поднимал Валентайна с пола, снова опрокидывая того, до тех пор, пока тот не потерял сознание.Я заплакала, видя гримасу боли застывшую на лице мамы, и кричала от горя. Ее грудная клетка была истерзана, как некогда моя, а шею искусана, из руки вилась прозрачная труба капельницы. Я дотронулась до ее кисти, воя от ужаса, оттого, что больше не увижу ее, не услышу ее голос. Рик стал оттаскивать меня от тела матери, а я не могла поверить в то, что этот мерзавец сделал с ней. Он убил ее.Рик прижал меня к себе, но я вырывалась. Я хотела быть с ней, держать ее руку и не выпускать. Я рыдала от безысходности что-либо изменить… до тех пор пока не услышала хриплый голос Константина со сквозившим в нем неверием и облегчением:— Надя…Я замерла, боясь подумать, что ослышалась, что у меня начались слуховые галлюцинации.— Надя. Можешь что-нибудь сказать? — умоляюще произнес Константин. Я отстранилась от Рика и поспешно, не веря до конца, приблизилась к столу.Мама неподвижно лежала на столе и только непонятно, по каким причинам поднимающаяся и опадающая грудная клетка, говорила о том, что мама… жива. Ее сердце начало биться вновь.— Мама… — произнесла я, но прежде, чем дотронулась до нее, она открыла глаза.Глаза, расчерченные острым лезвием драконьего зрачка. Я не успела броситься к ней, потому что меня опередил Константин. Он прижал маму к своей груди и выглядел в этот момент настолько потерянным и встревоженным, что мне стало стыдно, что я стала свидетелем такой слабости мужчины. Ведь для меня наставник всегда был нерушимой скалой, уверенным и безмятежным. Сейчас же предо мной был дракон, который едва ли мог держать себя в руках. Его щеки, лоб, виски и руки покрывали темно-синие чешуйки.— Она умрет от потери крови. Регенерация еще слишком слабая… — прохрипел Валентайн. Я только двинулась в его сторону, с желанием растерзать, как Рик задвинул меня за спину. — Ей надо помочь. Я могу… помочь.— Нет! — кинулась я.— Тогда все будет зря, сейчас она слабее… ребенка… — тяжело дышал Преобразователь. — Константин? — обратился тот к наставнику.— Помоги, — сквозь зубы процедил тот.Валентайн перекатился со спины на живот, попытался встать с четверенек. Пока наставник укладывал маму на стол, Рик, скрепя челюстями, помогал Валентайну дойти до стола.— Видит бог. Как же я хочу тебя убить, — процедил Рик.— Я сделал твою женщину драконицей, а ты так разговариваешь с отцом? — нагло произнес он, но сразу же закашлялся.— Но каким способом?— Победителей не судят. Запомни, сын. Сейчас ты счастливый папаша, и все благодаря мне, — Валентайн спешно обрабатывал мамины раны, накладывал швы, пока та закрыла глаза и хрипло дышала, казалось, что даже поднять веки сейчас для нее — непосильная задача.— Но сколько жизней ты погубил?— А сколько теперь спасу? Скольким драконам найдётся пара? Что думаешь, мне не простят десяток погибших девиц ради великой цели? Теперь не будет проблем с поиском спутницы и вырождаемость нашего племени остановится.— Какой же ты тщеславный мерзавец, — покачала я головой.— Ты и твоя мать еще скажите мне спасибо, — усмехнулся Валентайн и, вколов еще что-то моей матери, отошел от стола.В это время в открытую дверь ворвалась полиция, держа наготове пистолеты, но Валентайн даже не испугался. Он поднял руки с видом победителя и сам с гордо поднятой головой вышел из сторожки.