Видения Асим

После встречи с Виаром я чувствовала себя измученной и обессиленой. Казалось, все те силы, что старалась восстановить, разом иссякли.Я села в карету, желая задать множество вопросов Марте, но лишь привалилась пылающим лбом к прохладной стенке и тут же погрузилась в странный зыбкий сон.

В Землях Ночи, где солнце навеки застыло кровавым шрамом у горизонта, даже драконы носили оттенок увядания. Здесь, в лабиринтах сырых шахт, добывали они солнечный металл — золото, которое поддерживало сияние их столицы в Центральных Землях.

Два кузена, Даэль и Виар, были сосланы сюда не в наказание, но в испытание. Даэль, прозванный Скалой, прибыл с глубокой раной на плече, полученной в стычке с мятежниками. Яд какого-то древнего оружия мешал заживлению, и старейшины решили, что лишь грубая мощь золотых жил в недрах Ночи сможет исцелить его. Виар последовал за ним тенью, не из братской верности, а потому, что его непокорная душа нашла здесь новый объект для болезненной страсти.

Её звали Селена... Когда-то она принадлежала к магическому роду, но была «отвергнута» — не смогла родить наследника могущественному дракону из свиты самого императора. Вместо позорной казни её сослали сюда, в Земли Ночи, где её жалкие остатки дара нашли неожиданное применение. Её пальцы, едва чувствительные к магии в сияющих залах, здесь, в темноте, могли нащупать пульс золотой жилы сквозь толщу породы. Она стала «Искательницей» — ценным, но презренным инструментом.

Виар увидел в ней изломанную куклу, которую можно собрать заново. Он решил, что отвергнутая будет его искуплением в этой ссылке. Он приносил ей украшения, выкованные из того самого золота, что дева находила, говорил тихие, удушающие слова, принимая её молчание за согласие, а страх в её глазах — за благоговение. Она же, зная нравы драконов, лишь отступала глубже в тень, не смея отказать открыто.

Даэль, восстанавливая силы, проводил дни в нижних ярусах шахты, где концентрация металла была выше. Он видел Селену на работе — хрупкую фигурку в потёртой одежде, с горящими в темноте глазами, в которых читалась не покорность, а тихая, неистовая воля к выживанию. Дракон не говорил с ней любезностями, как Виар. Он лишь молча протягивал ей свой плащ, когда ледяная капель со сводов пропитывала её тонкое платье. Именно это молчаливое понимание и взбесило Виара. Его одержимость, тлевшая в подземном мраке, вспыхнула ярко и опасно. Ревность отравляла его разум. Он видел, как их взгляды встречаются в полумраке, как Селена, вся застыв, слушает тяжёлые шаги Даэля, — и ему казалось, что он видит предательство. Но никто не ожидал, что Селена примет предложение о замужестве, которое сделал ей Виар в присутствии всего света Ночных Земель. Девушка казалась счастливой и обретшей смысл в этом изгнании.

Трагедия произошла на самом глубоком уровне, в забое, известном как «Глотка Призрака». Воздух там был густым и ядовитым, а своды держались на честном слове и подпорках. Селена проверяла новую жилу, её пальцы скользили по холодному камню. Виар наблюдал за ней из тени боковой галереи, а Даэль в это время спускался к ним по скрипящему деревянному трапу. Девушка за несколько часов до этого приняла предложение Виара о свадьбе...

И тогда случился обвал. Не стихийный — прозвучал слишком чёткий, сухой хруст ломающейся опоры. Грохот, пыль, крики. Когда всё стихло, Селины на уступе не было. Только зияющая чёрная дыра разлома, уходящая в неизмеримую глубину.

Никто не знал, что случилось на самом деле. Никто не видел, как чья-то рука намеренно выбила ключевую распорку. Но где-то в глубине, падение Селены смягчил завал из мягкой породы, а её собственный, разбуженный близостью к золоту и страхом смерти, магический дар на миг вспыхнул ярким пламенем, осветив узкую пещеру — её новую каменную темницу.