Глава 60

Мы с Даэлем застыли, заворожённые происходящим: мир вокруг нас покрывался слоем мерцающего и переливающегося золота, от которого исходил невероятный свет и тепло. Селена нашла для себя новую жизнь, необычное, но удивительно правильное воплощение. Я чувствовала, что она наконец-то спокойна и счастлива.

В душе бушевал ураган эмоций, — противоречивых, ярких, тянущих сердце в разные стороны. Здесь была и радость за златовидящую, и облегчение, и усталость, и желание восстановить справедливость и наказать убийцу Селены. Но сперва следовало сделать кое-что не менее важное.

— Прости… — прошептала, обернувшись к напряжённому истинному.

Я пыталась прочесть его эмоции, но лицо дракона словно окаменела, а глаза были закрыты. Но теперь мне не нужно было зрение, чтобы понять чувства мужчины. Та связь, что возникла между нами, становилась всё сильнее с каждым днём, хотела я того или нет.

Медленно и очень осторожно потянулась к Даэлю. Но он перехватил мою руку, не открывая глаз. И нас словно прошило разрядом тока обоих. На мгновение я задохнулась, не в силах справиться с лавиной эмоций, которые сейчас переживал дракон. Наши общие ощущения накладывались друг на друга, смешивались в единый гремучий коктейль, подпитывали  и дополняли.

Это было настолько нестерпимо ярко, остро, болезненно и… честно, что хотелось скорее разорвать контакт, но, стиснув зубы, продолжала сжимать пальцы истинного. Сейчас мы читали друг друга, погружались в самые тёмные глубины душ, открывали все шкафы, в которые старательно распихали своих скелетов.

На глаза навернулись слёзы, руки дрожали, а тело то трясло от озноба, то окатывало обжигающим жаром.

Оказывается, под этой непогрешимой непроницаемой маской генерала-дракона, самовлюблённого эгоиста, властного тирана скрывался любящий мужчина, в сердце которого пылало болезненное, неуправляемое чувство ко мне. Это была не просто связь истинной пары, которой мы с Даэлем стали по иронии судьбы, а искренняя любовь и восхищение.

— Прости… — повторила я. — Я не должна была даже допускать мысли, что ты мог погубить Селену. Просто я… Боюсь довериться тебе.

— Я знаю, чувствую это, Асим! Точнее, ты — не Асим… Мне без разницы, кто ты такая и откуда. Я всё равно люблю тебя, и это чувство сильнее и важнее всего, что когда-либо испытывал.

Больше нам с Даэлем не нужны были слова. Мы заглянули друг другу в душу, осветив те тёмные закоулки, которых сами в себе боялись. Вся тьма и живущие в ней демоны исчезли от сияния истинного чувства.

Наши тела притянуло магнитом, и весь мир озарился ещё ярче, словно в этой золотой пещере вспыхнуло солнце, более жаркое и настоящее, чем то, что скудно освещало поверхность.

В поцелуе растворились обиды, недоверие, страхи, злость и напряжение. Сейчас наше единение напоминало слияние духов Ауреи и Аэриона из легенды, которую рассказывал мне дракон. Но в отличие от них мы с Даэлем оставались самими собой, просто делились тем, что имели. Он дарил мне свою силу, передавал уверенность, стойкость и храбрость. А я наполняла мужчину своей добротой, отзывчивостью, мудростью и открытостью.

У нас обоих за спиной словно выросли крылья, наши ноги уже не касались пола, и мы парили над землёй.

Внезапно я ощутила тревогу Даэля, которая передалась мне кисло-холодной волной и звоном в ушах. Так вот, значит, как драконы ощущают опасность.

А следом в помещении раздались хлопки, словно некий зритель аплодировал после понравившегося представления.

— Какая прелестная картина! — ледяной голос Виара, полный желчной насмешки, заполнил помещение, а следом сам губернатор вошёл в пещеру, и его глаза алчно вспыхнули, увидев золото, покрывающее стены.

Он был один, но держался так уверенно, словно за его плечами была целая армия. Может, Виар и впрямь безумен? Но напряжение Даэля свидетельствовало, что мой истинный чувствует настоящую угрозу.

Что задумал губернатор, убивший Селену? На что надеется?