Глава 42.

Скрываюсь в своей комнате в новом приступе паники.

“Поздно, Настя!” “Поздно” – звенит у меня в висках головной болью.

“Я тебя узнал!”

О боже, что это значит, и что мне теперь делать?

Снова набираю Ярика, скорее от нервов. Злюсь на него ужасно! Почему не предупредил, что задерживается?

Чёрт, а если с ним что-то случилось? Если Рокотов решил отомстить ему за нашу дружбу? Неужели он ещё более ненормальный, чем кажется?

Артём играет в бассейне с шариками, а я сижу рядом, беспомощно обняв себя за плечи и раскачиваясь из стороны в сторону.

Мне нужно бежать. И снова прятаться…

Но это так страшно и сложно, что каждая мысль об этом приводит меня в ужас.

Нет, сделать это прямо сейчас – глупо истратить единственную возможность. Нужно подготовиться, всё продумать, усыпить бдительность Рокотова. И только тогда…

А значит, сегодня придётся спуститься к нему на ужин.

До вечера стараюсь как можно реже выходить из комнаты. Рокотов ведь сказал, что у меня больничный, и на этот период я освобождена от своих обязанностей? Я не уверена, что правильно его поняла, но Артём в любом случае сейчас слишком капризный, чтобы оставить его одного.

Укладываю сына спать. Как назло, он быстро засыпает и не даёт мне возможности придумать отмазку и отказаться от этого странного ужина.

Да и смысла в этом нет. Лучше пусть Рокотов скажет, что ему нужно, чем опять сходить с ума от неизвестности.

Специально надеваю всё чёрное и максимально закрытое, чтобы не провоцировать мужчину. Водолазку под самое горло и джинсы.

Спускаюсь в гостиную, замечаю Рокотова на диване. Сидит с бокалом виски и задумчиво смотрит в окно.

О чём он думает, интересно?

Слышит мои шаги и тут же встаёт, подходит ко мне. Подаёт руку, чтобы помочь мне спуститься с лестницы. Но я игнорирую его помощь, прохожу мимо и сажусь в дальнее кресло на самый краешек.

– Расслабьтесь, Настя, – просит Рокотов.

Но от этого я напрягаюсь ещё больше.

– В той ситуации, в которой я оказалась, расслабиться я не могу.

– Что тебя так пугает? – выгибает бровь Рокотов. – Я разве обидел тебя?

– Вы не выпускаете меня, и… смотрите на меня, совсем не как на прислугу.

– Тут ты права, – кивает с грустной улыбкой. – Я тебе сейчас расскажу одну историю, надеюсь, ты сможешь меня понять.

– Я слушаю.

– Я ведь говорил тебе, что ты мне очень напоминаешь женщину, которую я очень любил?

– Да. И это тоже пугает.

– Не пугайся. Ты действительно очень похожа на неё, но я понимаю разницу.

– И где сейчас эта женщина?

– Я её очень обидел в прошлом, – тяжело вздыхает. – И… я не смог её защитить.

Глаза его темнеют. В них плещется гнев. На кого? На самого себя?

– Она… жива? – спрашиваю помертвевшими губами.

Почему-то передо мной отчётливо встаёт образ Димы, как он обещал меня защитить, а потом просто выкинул из своей жизни.

– Нет, – выдавливает Рокотов. – И это моя вина.

– Сочувствую. Но… при чём здесь я?

– Ты в беде, Настя, – поднимает на меня горящий взгляд. – Только… Ты ведь не Настя, так?

Горло перехватывает спазмом.

– Откуда у вас мои фотографии? – решаю я вывалить все сомнения, раз уж у нас пошёл такой откровенный разговор. Скрывать что-то уже не имеет смысла. – И камера в моей спальне…, – голос мой срывается. – Зачем вы следили за мной?

– Думаю, ты и сама понимаешь, – вздыхает он. – Этого больше не будет. Я распоряжусь, камеры уберут из твоей комнаты. А фото… Да, я собрал о тебе информацию. И Денис, который на самом деле Ярослав, мне в этом очень помог.

– И где он сейчас?

– Он решает твои проблемы…

– Какие… мои проблемы? – сглатываю.

– Тебя нашли, Агния.

Вздрагиваю, когда он выговаривает моё настоящее имя, меня словно током прошивает. Я так давно не слышала его. Я так его боялась. И теперь…

Вскакиваю, потому что просто не могу сидеть на месте и выносить прожигающий взгляд этого мужчины.

– Кто? – выдавливаю хрипло.

– Враги. Те, от кого ты пряталась всё это время.

– Откуда вы знаете, кто это?

– Это не трудно. Твой сын - наследник огромного состояния, и если он заявит свои права…

– Он не заявит. Нам это не нужно.

– Этот риск не нужен тем, кто хочет и дальше распоряжаться наследством Орлова.

Меня накрывает чёрной волной страха. Отворачиваюсь зажмурившись. Беспомощно обнимаю себя.

Слышу сзади шаги, на плечи мне ложатся мужские руки.

– Не бойся. Здесь ты в безопасности. Я тебя сумею защитить.

– Да? – дрожь усиливается. – Вы не смогли защитить свою любимую женщину, а меня сможете? – резко оборачиваюсь и смотрю пристально в его глаза.

– Смогу, – уверенно кивает. – Я для этого всё сделаю.

– Где-то я это уже слышала, – горько усмехаюсь. – Знаете, вы мне тоже напоминаете до боли одного человека. Моего мужа. Который тоже клялся меня защитить, а потом… Выкинул меня с грудным ребёнком на руках, как собаку на улицу, и женился на другой.

Лицо его вздрагивает болезненной гримасой. Он втягивает шумно воздух и выдавливает тяжело:

– А ты не думала о том, что твой муж раскаялся в этом? – смотрит так пронзительно.

А я усмехаюсь.

– Нет. Уверена, что нет.

– Возможно, ты права, но твой муж мёртв. И у тебя никогда не будет возможности спросить его об этом.

– Ваша женщина тоже мертва.

– Да, – грустно кивает. – Но, если бы она была жива, я бы всё отдал, чтобы попросить у неё прощения, – берёт меня за руку.

– Есть вещи, которые нельзя простить, – сжимаю свою руку в кулак.

– Это правда, – отпускает мою руку, но продолжает жечь взглядом. – Но… свою вину можно осознать и попытаться искупить. Короче, называй это как хочешь, но я хочу тебе помочь. В память об Агате.

– Так звали вашу женщину? – поднимаю на него удивлённый взгляд.

– Да, – усмехается грустно. – Вас даже звали похоже. И ещё… У неё случился выкидыш. А если бы всё было иначе, моему сыну сейчас могло бы быть столько же, сколько твоему Артёму.