Глава 39. Открытие

В день открытия «Шардоне» Лора носилась по залу вместе с остальными официантками как угорелая. Она не знала, что такого придумали маркетологи, раз смогли привлечь столько народу, но ресторан был набит битком. И не кем-нибудь, а именитыми гостями.

Подруги-официантки рассказывали, что такого нашествия в «Шардоне» не было никогда, даже на самые крупные праздники.

Тут и там вспыхивали вспышки фотоаппаратов, у шеф-повара только что взяли интервью прямо на кухне. А сам зал ресторана за какую-то неделю преобразился до неузнаваемости.

Хозяин не поскупился на новую мебель. Старые стулья заменили на удобные бордовые кресла и диваны, поставили добротные деревянные столы.

Декораторы трудились над помещением битые сутки, и в результате на каждом столе красовались икебаны из живых цветов, а сцену подготовили для предстоящего вечера. Позже здесь начнется шоу поваров во главе с шеф-поваром ресторана, а потом выступит столичная певица, которая приехала специально на открытие.

Лора чувствовала себя так, будто попала в новый красочный мир. Прилетела сюда прямиком из серых будней.

Впрочем, неудивительно, что ей так казалось, ведь жизнь молодой работающей мамочки не изобилует событиями. Что она видела за эти пять лет? Пеленки, распашонки и много-много работы. А тут открытие пафосного ресторана, а до этого кино, боулинг, концерт…

Конечно, Лора предложила Эмилю за собой ухаживать вовсе не потому, что ей так уж хотелось погулять по городу. Но если быть до конца честной хотя бы с самой собой, это оказалось приятным бонусом.

Дома она, конечно же, ходила в ресторан. Ну, точнее, в кафе возле садика, куда иногда водила дочку поужинать. Очень уж малышке нравилось, как там готовили креветок в кляре и куриные наггетсы, а особенно по душе были шоколадные молочные коктейли.

И в кино Лора в Кабардинке тоже ходила. Один раз. На детский мультик про мальчика Луку, который на самом деле был морским монстром. Пошла она туда, естественно, также в компании дочки, которая провела большую часть сеанса у нее на коленях.

Это все развлечения, которые она себе позволила.

Они были, конечно, приятны. Но иногда ей казалось, что она что-то упускает.

И вот это самое что-то посыпалось на нее как из рога изобилия здесь, в Краснодаре. Она в кои-то веки почувствовала себя женщиной. То, как Эмиль на нее смотрел, заставляло ее внутренне подрагивать.

А еще был один момент, когда Лора почувствовала с Эмилем нечто вроде единения, не знала, как это по-другому назвать. Это произошло, когда он признался, что никогда не отключает голову. Тогда она ему даже немного посочувствовала.

О, она, разумеется, не надела на себя розовых очков, как в далекие девятнадцать. Но все-таки она не слепая и не бездушная. В тот самый момент она разглядела в нем человека, уставшего от постоянной работы, бесконечно одинокого. Не будь он так тотально одинок, разве занимался бы исключительно работой?

Она много читала про такую вещь, как трудоголизм. Все с окончанием «изм», будь то алкоголизм, шопоголизм или любая другая зависимость — это лишь способ уйти от себя, не видеть собственных проблем. Такое порой случается с людьми, которые пережили нечто очень плохое и стараются таким образом от этого отвлечься.

Эмиль и раньше много работал, но все же не так.

Лора попыталась его аккуратно спросить, не случилось ли в его жизни чего-то плохого, что заставило его сконцентрировать все внимание на работе, но он отмахнулся. Сказал, что у него все супер, бизнес идет в гору, а остальное его не волнует.

Эмиль всегда был помешан на деньгах, но в прошлом это не достигало таких гигантских размеров.

Впрочем, насколько она могла судить после пары вечеров общения, он вообще сильно изменился за эти пять лет.

В частности, совершенно разучился общаться с женским полом.

Чего только стоил его вчерашний допрос, когда же она собирается раздвинуть перед ним ноги. Это звучало до такой степени цинично, что ей дорого стоило не стукнуть его сумкой, а заодно и послать куда подальше.

После вчерашнего Лора искренне недоумевала, как он вообще соблазнил тот табун женщин, которые, без сомнения, прошли через его постель. Неужели это каждый раз были исключительно товарно-денежные отношения? Впрочем, учитывая, что он ей предложил изначально, — шопинг, шопинг и еще раз шопинг, — скорее всего, так оно и было. И Лоре от этого стало совсем не по себе. Еще и поэтому она психологически не могла подпустить его к себе, хотя и понимала — если хочет осуществить свой план, ей уже пора переходить с ним на новый уровень близости.

Раньше она надеялась подойти к интимному вопросу по-другому, как-то плавно, что ли. Но плавно — это явно не про Эмиля.

Сам господин Шульц никак не помогал ей решиться на близость с ним.

Наоборот, будто нарочно отталкивал ее своим жестким поведением.

О, что бетонная плита по сравнению с ее бывшим мужем? Все равно что сравнить салфетку и асфальтоукладчик. Эмиль давил во много раз сильнее и жестче любой плиты.

У нее с утра от него висели три неотвеченные эсэмэски.

«Лора, мы не договорили, немедленно явись в мой кабинет для прояснения ситуации», — это было первое сообщение, которое она предпочла не заметить.

Второе оказалось не лучше: «Я хочу объяснить тебе, чего жду от наших отношений».

Как будто она не знала, чего же он ждет. Прекрасно знала!

Третье сообщение добило: «Я надеюсь, ты не встречаешься с другими мужчинами?»

Какими другими мужчинами? После Шульца она так и не нашла сил никого к себе подпустить, почти смертельно раненная его предательством. Кроме того, она, в отличие от этого самодовольного гада, не разменивалась на случайные связи.

И вот товарищ шеф всея ресторана теперь сидел за центральным столиком в зале, буравил ее тяжелым взглядом, от которого у Лоры по телу бежали мурашки.

Всем своим видом показывал: «Жду! Изволь явиться ко мне немедленно, и мы поедем заниматься сексом. А если вдруг не согласишься, я тебя взглядом сожгу».

В этот момент от него прилетела еще одна эсэмэска: «Ты меня игнорируешь? Не советую этого делать».

Лора посмотрела на него через полный народа зал.

И все-таки ответила: «Извини, просто занята, ты же видишь сколько гостей. Давай позже?»

«Может, мне тебя уволить? Тогда ты точно освободишься».

Лора застыла, читая последнее сообщение.

Снова устремила на него взгляд, в этот раз полный злости, которую он так мастерски в ней будил.

Ну вот и как с ним нормально общаться после такого?

* * *

Эмиль написал последнее сообщение на голых эмоциях. Тысячу лет так не делал, но с Лорой все его стандартные защиты будто перегорели. Мозг отключался, включались чувства.

Почти сразу пожалел, написал следом: «Извини. Просто твой игнор для меня невыносим».

Однако Лора, кажется, даже не прочитала сообщение.

Отправилась с подносом на кухню, сделав вид, что вообще ничего не получала.

В этот момент Эмилю захотелось стукнуться лбом о стол. И все равно, что он сидит в окружении людей. Вообще без разницы, что тут толпа блогеров и фуд-критиков.

Внезапно ему стало до одури страшно. А что, если это все? Что если Лора по какой-то причине снова залезла в свою ракушку и решила прекратить с ним общаться? Она игнорировала его годами, и все это время он горел изнутри, пока она снова не появилась в его жизни. Что если она снова исчезнет? Выстроит между ними толстенную ледяную стену…

Она ее уже строить!

Эмиль будто окунулся в то состояние, когда Лора только и делала, что его отфутболивала. Был согласен на что угодно, лишь бы вынырнуть из этого состояния.

Ведь знал, что с ней надо мягче, ласковее. Старался быть таким, как ей надо, очень старался. А нутро так и перло наружу. И будет переть, пока он не сделает ее своей.

Ну не умеет он ухаживать за девушками. Никогда не умел. Точнее, раньше это было попросту не нужно — все, кого хотел, сами послушно ложились в постель. Все, кроме Лоры, после той треклятой истории с жемчужными трусами.

Тот период отношений, который у них был до брака, — пожалуй, единственное время, когда он старался что-то сделать для женщины. Впрочем, тогда с Лорой тоже все получилось очень быстро и легко.

Зато сейчас ни разу не легко.

«Лорочка, ты мне нужна. Подойди к моему столику, пожалуйста. Давай поговорим!»

И снова она даже не прочитала.

Лимит терпения Эмиля подошел к концу.

Он встал с места и направился на кухню узнать, чем же таким важным она занята, что даже не смотрит в телефон.

Каково же было его удивление, когда он застал картину того, как его красавица Лора стояла с бледным видом перед раздаточной, а над ней нависал злющий шеф-повар со смятым в руке колпаком. Еще чуть-чуть и размажет девчонку по стенке своим недюжинным животом.

— Безрукая! Тупая! — орал он на нее.

Эмиля аж перекосило от его слов.

Он бросился вперед, отпихнул пузана, который посмел повысить голос на самую дорогую для Эмиля женщину.

— Ты охренел?! — гаркнул он на шеф-повара. — Быстро извиняйся перед моей женой!

После того как Эмиль назвал Лору женой во всеуслышание, на всем пространстве здоровенной кухни воцарилась тишина. Ее нарушало лишь шкворчание масла на сковородках, где жарилась еда. А все пятнадцать поваров и двое официантов, которые успели войти сюда до появления хозяина ресторана, стояли с открытыми ртами и смотрели на него.

— К-как жена? — первым ожил шеф-повар. — У нее же другая фамилия, и нет кольца. У тебя же нет кольца?

С этими словами пузан потянул руку к Лоре, намереваясь ухватить за правую ладонь. Наверное, собирался проверить.

Это он явно зря.

Эмиль перехватил его руку и зашипел:

— Не смей ее трогать. Она моя будущая жена. Давай, извиняйся!

Шеф-повар громко сглотнул, перевел взгляд с обомлевшей Лоры на Эмиля, потом обратно на Лору.

— Я жду, — прогудел Эмиль, сжимая кулаки.

Изо всех сил боролся с желанием надавать жирному хряку по наглой морде.

— Эмиль, не надо, — Лора потянула его за рукав пиджака. — Я правда виновата, я уронила блюдо…

С этими словами она указала на валяющуюся на полу здоровенную белую тарелку, возле которой лежал здоровенный стейк с чуть расплющенными помидорами черри.

Однако тот факт, что Лора умудрилась уронить блюдо, ни на грамм не убедил Эмиля в правомерности нагоняя, который она получила. Никто не смеет орать на его женщину. Он снова вперил бешеный взгляд на шеф-повара.

И тот почел за благо подчиниться:

— Извините, — проговорил он, прокашлявшись.

Потом развернулся и направился обратно к плите.

На этом инцидент был бы исчерпан. Однако шеф-повар по дороге проворчал, видно не удержавшись:

— Это ж надо так талантливо раздвигать ноги, пару недель проработала, и уже почти жена…

Он сказал это тихо, но Эмиль с Лорой услышали. Он заметил, как Лора покраснела, уставилась на него круглыми глазами. Одного ее обиженного взгляда оказалось достаточно, чтобы дикая злость, еще секунду назад разъедавшая его душу, тут же вернулась.

— Уволен… — гаркнул он шеф-повару в спину.

Тот резко развернулся, заголосил:

— Как же уволен? Вы что? Мне сейчас вести шоу, в зале блогеры, вы не можете…

— Проведешь шоу, и гуляй на все четыре стороны, — процедил Эмиль, строго прищурившись. — Только посмей что-нибудь вытворить или напортачить, и я сделаю так, что ты возглавишь черный список поваров…

Теперь уже пришла очередь повара краснеть.

— Что это делается? Вы не можете уволить меня из-за этой…

Эмиль предостерегающе на него посмотрел. Но это не подействовало. Видно, у пузана после слова «уволен» совершенно испарился инстинкт самосохранения.

Повар тут же засопел.

— Таких, как она, можно найти по дюжине за каждым углом, — выкрикнул он, ткнув пальцем в Лору, а потом указал на себя: — Зато я — штучный экземпляр. Вы же ели мою еду, я готовлю как бог…

«Бог, значит…» — проскрежетал зубами Эмиль.

Что ж, он поставит зарвавшегося засранца на место, покажет, как тот незаменим.

Эмиль обвел взглядом кухню и громко спросил:

— Здесь есть кто-то, кто сможет провести шоу?

— Я могу, — тут же вызвался сушеф. — Я помогал составлять программу, и…

— Иуда! — зашипел на него шеф-повар. — Да ты ничего не умеешь! Уволить меня из-за какой-то швали…

На слове «шваль» у Эмиля едва пар из ушей не повалил. Он резко рванул вперед, замахнулся и что есть силы впечатал кулак в челюсть шеф-повара. Однако даже после этого гнев не ушел. Да и повар устоял, видно за счет своего веса.

Эмиль снова поднял руку с твердым намерением растолковать бывшему работнику, кто тут шваль. Однако в этот раз кулак пошел по касательной, повар догадался хоть попытаться увернуться. Секунда — и они оба повалились на пол.

В этот момент в кухне началась жуткая кутерьма.

Повара побросали свои сковородки, поспешили к двум сцепившимся мужчинам. Кое-как оттащили Эмиля от уже изрядно побитого шефа.

— Полиция! — крикнул шеф-повар и попытался отползти подальше. — Меня избили…

На крики пузана прибежала охрана.

Эмиль тут же сбросил с себя цепкие руки поваров и начал раздавать указания:

— Вышвырните этого придурка из моего ресторана и сделайте так, чтобы ноги его тут больше не было.

— Вы ответите! — продолжал пищать шеф-повар. — Я тихо не уйду… Уволить меня из-за какой-то…

— Заткнись, — зарычал Эмиль, не дав ему договорить.

Он шагнул вперед, съедаемый нестерпимым желанием снова почесать кулаки об наглую морду повара. Но неожиданно почувствовал, как Лора обняла его сбоку, заголосила:

— Эмиль, остановись! Хватит, пожалуйста…

Ее голос подействовал на него магически.

Он выдохнул и поддался ее уговорам, не стал больше пачкать рук. Молча наблюдал за тем, как бывшего шеф-повара увели через задний вход. Потом посмотрел на взволнованное лицо Лоры, схватил ее и буквально потащил в коридор.

— Ты куда меня ведешь? — испугалась она.

Впрочем, сопротивляться не стала.

Эмиль повел ее мимо зала ресторана, где продолжали веселиться ни о чем не подозревающие гости. Прямым ходом шагал к своему кабинету через пустую приемную, все это время продолжал держать жену под локоть.

— У тебя на руке кровь! — воскликнула она, как только они оказались за закрытой дверью.

Эмиль уставился на собственную руку, вспомнил, что разбил повару губу.

— Наверное, не моя кровь, — проговорил он. — У меня в столе должна быть аптечка…

Как только это сказал, Лора бросилась к его столу, достала белую коробку с красным крестом. Побежала с добычей к дивану, на который уселся Эмиль.

— Дай, посмотрю, — попросила она.

Эмиль протянул начавшую опухать правую руку.

Лора осторожно протерла ее влажной салфеткой, затем обработала сбитые костяшки перекисью.

— Со школы не дрался, — покачал он головой, глядя на разбитую руку.

— Что на тебя вообще нашло? — заохала Лора. — Я тебя таким никогда не видела… Всегда такой сдержанный, рассудительный.

О, если бы он сам понимал, что такого на него нашло. Раньше даже не подумал бы поддаться на провокацию откровенного хама. Молча вызвал бы охрану, и все. Но нет. На кухне ресторана в него будто кто-то вселился, и этот кто-то жаждал крови.

— Ты как с ума сошел, — продолжала охать жена.

— А я и сошел, Лора! — воскликнул он, ничуть не стесняясь. — С тех пор, как тебя встретил, у меня кукушка не на месте…

С этими словами он столкнул с ее колен аптечку прямо на пол, а потом схватил Лору за плечи и впился губами в сладкий рот.

Видно, любимая слишком опешила от такого резкого перехода. Потому что в первые секунды не сопротивлялась. Позволила Эмилю завладеть ее губами, впустила его язык в рот.

Поцелуй получился головокружительным, пьянящим.

Как только Эмиль почувствовал вкус так желаемой им женщины, все чудом уцелевшие предохранители разом вырубило. Бурлящая в его теле энергия злости мгновенно трансформировалась в острое сексуальное желание.

Уже почти ничего не соображая от сильнейшего перевозбуждения, он резко повалил Лору на диван, залез разбитой рукой ей под платье. И только тогда почувствовал, как она уперлась своими кулачками ему в грудь.

Лора отвернула голову, прерывая контакт губ.

Эмиль застыл, шумно задышал ей в ухо. Потом прижался к ее животу восставшим естеством, словно хотел показать ей силу своего желания. Потом начал целовать ее щеку, шею.

Но на Лору это не подействовало, она не повернулась к нему, попыталась еще дальше отстраниться, не желая отвечать взаимностью.

— Эмиль, не надо, — зашептала она.

А у него чуть искры из глаз не посыпались, когда понял, что она вполне может в такой момент послать его к чертовой бабушке.

И тогда он буквально взмолился:

— Я так хочу тебя, пожалуйста, не отказывай… Я с ума сойду, если ты мне не дашь!

Удивительно, но слова Эмиля подействовали на Лору. По крайней мере, это заставило ее к нему повернуться.

Она прожгла ему душу своими зелеными глазищами, дыхание ее участилось.

Эмиль тут же воспользовался моментом, снова впился в ее рот поцелуем. Наконец почувствовал, что Лора отвечает на его грубые ласки. Ощутил, как она провела языком по его нижней губе

Больше не медлил.

Вобрал ее губы в свои, легко прикусил.

Руки действовали на автомате. Он резко задрал платье своей прекрасной официантки, стремясь побыстрее добраться до самого интересного. С удовольствием провел ладонями по ее бедрам, талии, нащупал кружевные трусики.

Спасибо людям, которые изобрели чулки без пояса!

Ему потребовались буквально несколько секунд, чтобы избавить Лору от нижнего белья. А на то, чтобы спустить штаны, потратил еще меньше времени. Больше ничего ни с нее, ни с себя стаскивать не стал, было и близко не до того. Внутри все плавилось от дикого возбуждения.

И вот наконец такой долгожданный и сладкий момент проникновения случился.

Яркие, безумно приятные ощущения захлестнули Эмиля с головой. Казалось, рядом могла взорваться хоть боевая граната, он вряд ли услышал бы, поглощенный тем, что происходило между ним и любимой женщиной.

Быть с Лорой в реальности оказалось в тысячу раз приятнее, чем он успел нафантазировать за эти годы. Эмиль не понимал, в чем дело. То ли из-за долгого воздержания, то ли из-за того, что под ним лежал не кто-нибудь, а Лора, сам процесс ощущался по-другому, гораздо острее, чем при обычном сексе. Это даже сравнить было нельзя.

Жаркое, почти невыносимое удовольствие давило его изнутри и очень скоро перелилось через край, доведя его до пика блаженства.

О предохранении Эмиль даже не думал. Какое предохранение может быть с Лорой? Да он только мечтать мог, чтобы она наконец от него забеременела. Пусть не тогда, пока они еще были женаты, так хоть сейчас. Когда-то же это должно случиться.

«Пусть случится!» — мысленно прорычал он.

Эмиль безумно хотел от нее ребенка, создать с ней настоящую семью, вернуть эту женщину в свой дом. Желал стопроцентной гарантии, что она уже никуда от него не денется. Потому что, если она денется, он точно тронется умом.

— Я люблю тебя… — зарычал он ей в губы, когда все было кончено. — Люблю, слышишь?

Лора лежала под ним, будто оглушенная близостью. Почти не дышала.

Эмиль даже не думал размыкать контакта, продолжал плотно прижиматься к ней. Шептал ей на ухо все ласковые слова, какие только приходили на ум:

— Ты такая красивая, нежная. Ты моя девочка. Моя, слышишь!

Он не мог прочитать по ее лицу, о чем она думала, понравилось ли ей так же, как ему. Одно знал точно. Он конкретно сглупил пять лет назад.

Нельзя было с ней разводиться!

Надо было устраивать возле ее дома осады. Разбить палатку прямо на детской игровой площадке и круглые сутки добиваться того, чтобы она вернулась к нему.

А он что сделал? Тачку ей дорогую пригнал. Только она ей на хрен не сдалась ни тогда, ни теперь, тачка эта. И другие его подарки тоже.

Прямо сейчас, пережив столь долгожданную близость, он понял, что больше без нее не сможет. Все, чего хотел, чтобы она теперь всегда была рядом. Чтобы каждую ночь можно было наслаждаться тем, что только что пережил.

От переизбытка чувств он снова крепко к ней прижался, навалился всем телом, стремясь к максимально плотному контакту.

И тут Лора сдавленно простонала:

— Ты очень тяжелый, слезь, пожалуйста.

Тяжелый, мать вашу.

Впрочем, это было правдой — девяносто килограммов чистых мышц для маленькой девчонки многовато.

Эмиль нехотя выпустил Лору из-под себя. Встал с дивана, начал поправлять одежду.

Лора тоже привела себя в порядок.

Он попытался поймать ее взгляд, спросил:

— Все хорошо? Тебе понравилось?

— Ага… — сказала она, хотя в глаза ему так и не посмотрела.

Ее короткий ответ и то, как она прятала лицо, очень насторожило Эмиля.

Он попытался как-то сгладить возникшее между ними напряжение, предложил:

— Давай поужинаем вместе. Я скажу, чтобы еду принесли сюда, или можем пойти в зал, посмотреть выступление, а потом…

— Эмиль, пожалуйста, отвези меня домой, — вдруг попросила она, при это посмотрела на него жалобно.

И одним этим взглядом прошила его сердце насквозь.