73. Арслан

— Я знаю, ты всегда считал Рузанну своей матерью. Ведь настоящую ты не знал.

Расул опять замолкает. Пристально смотрит на меня.

— Но именно она причинила тебе больше всего зла, — произносит он уверенно. — Я кое-что выяснил, пока искал тебя.

Я хмурюсь и задумываюсь.

Меня и самого не раз посещали догадки на этот счет. Но доказательств же не было. Если не считать тот момент, когда мы с Ариной застукали Рузанну со Славой.

— Я нашел ее, — продолжает Расул.

Поднимаю на него взгляд. Что значит «нашел»?

Он легко читает вопрос в моих глазах.

— Она готовится улететь из страны. Путем мошеннических действий в сговоре с нотариусом Рузанна переписала твою долю на себя. Попыталась продать ее. Покупателем выступил мой подставной человек.

— А Борис? — спрашиваю я.

— Борис… — задумчиво произносит он. — Борис убит. Я уверен, что убит. Хотя в заключение эксперта говорится о самоубийстве. Но эксперта, наверняка, купила Рузанна.

— Убит?! — восклицаю я.

С ужасом представляю, что испытает Арина, услышав такую новость.

— Да, Арслан, Бориса нет в живых. Его убили почти сразу, как с вами пропала связь.

— Но как? Как это произошло?

Я до сих пор не могу принять эту новость. Конечно, мы не были близки с Борисом. Но он… Он отец Арины…

— По заключению судмедэкспертизы он выпал из окна квартиры. Вернее, как написал эксперт, сам выпрыгнул. Но я уверен в обратном.

— Почему?

— Мои люди изучили обстоятельства. Официальные органы решили не заморачиваться. Сделали в деле отписку, что сам сиганул. Но у меня есть доказательства причастности Рузанны.

Стараюсь не пропустить ни одного его слова.

— Она была с Борисом там, в квартире, в тот момент, когда это произошло. Камеры в подъезде ее зафиксировали. Я копию снял уже.

Опускаю взгляд. Слишком много накатывает одновременно.

Смерть Бориса.

Предательство Рузанны.

Убийство.

— Арслан, — Расул встает, подходит и кладет руку мне на плечо, — я знаю себя. А значит знаю тебя. Ты должен сам разобраться с этой проблемой. Сам решить ее. Поэтому я ничего не делал. Позволил Рузанне думать, что она умнее и хитрее всех. Только следил за ней. Но я знаю, если ты не закроешь этот вопрос, ты всю жизнь будешь жалеть. Поэтому ты должен сам.

Встаю и смотрю ему прямо в глаза.

— Да, — произношу уверенно. — Где она?

Расул смотрит на часы.

— Через пять часов у нее вылет из Шереметьево.

— Она летит одна? — я вспоминаю о Славе.

— Нет. С каким-то хлыщом. Любовником, как я понимаю.

Киваю.

Все верно. Все так.

— Поехали, — говорит Расул. — Закончим с этим.

— Арина… — вспоминаю я. — Я должен сказать ей про Бориса.

— Нет, лучше не сейчас. Она еще не отошла от того, что с вами случилось. Скажешь, как решим вопрос. Ничего уже не изменить. Но ты должен думать о ней. И о вашем ребенке. Пусть наберется сил.

Он прав. Но я все равно иду в комнату к Арине.

Целую ее в губы и она просыпается. Медленно приоткрывает глаза.

— Мне надо отъехать, — говорю я и она хватает меня за руку.

— Зачем? Арслан, не оставляй меня одну.

— Арина, не бойся. Я скоро вернусь. И мы поговорим. Все будет хорошо. Есть дело, которое я должен закрыть. Сейчас. Но я вернусь. Ты будешь меня ждать?

Провожу рукой по волосам.

Она подносит мою руку к своей щеке и я чувствую ее тепло.

— Мне страшно, Арслан, — шепчет и вот-вот из глаз слезы польются.

И тогда я решаю взять ее с собой. В конце концов, она не помешает. Посидит где-нибудь рядом, пока я разберусь с Рузанной.

Расул не в восторге от моего решения, но я ясно даю ему понять, что Арина поедет с нами. И он соглашается.

Мы приезжаем в аэропорт.

— Сейчас ее попросят пройти в комнату для досмотра. Якобы для обычной проверки, — говорит мне Расул, когда мы наблюдаем через стекло за Рузанной и Славой, подходящим к окошку погранконтроля.

Слава проходит без проблем и ждет уже за линией Рузанну. Но вот ее пограничники задерживают. Долго изучают документы. Задают какие-то вопросы.

Я вижу, что Рузанна начинает нервничать. Заламывает руки. Роется в сумочке.

Слава тоже удивленно наблюдает за всем этим.

Наконец, ее приглашают пройти за сотрудником.

Расул, я и Арина идем в комнату.

— Мы тебя здесь подождем с Ариной, — говорит Расул.

Они с Ариной остаются в соседней комнате, откуда все слышно. Я же открываю дверь и оказываюсь там, куда привели Рузанну.

Она в комнате одна.

— Арслан?! — не скрывает она своего удивления, когда наши взгляды встречаются. — Как?! Но…

— Да, я жив, как видишь, — отвечаю спокойно. — И даже здесь. Рядом с тобой. Не мог не попрощаться. Далеко собралась?

Рузанна уже пришла в себя. Гордо закидывает голову и смотрит на меня теперь надменно.

— Ты не имеешь права. Открой дверь.

— Нет, Рузанна. Все. Твои приключения закончились. Закончатся здесь.

— Какого черта? Выпусти меня. Ты не имеешь права.

— Ты знаешь, — говорю я, не обращая на нее внимания, — пока я ехал сюда, я все думал. Почему? За что ты так со мной? В чем я виноват перед тобой? Я ведь всегда относился к тебе как к матери.

— А зачем? — вдруг спрашивает она. — Думаешь, мне это надо было? Да я ненавидела тебя еще в животе той суки.

— Заткнись! — сжимаю кулаки и это останавливает Рузанну. — Не смей говорить о моей матери. Не смей.

— Ты принес только несчастье в мою семью, — продолжает она. — В мой мир. Я бы с удовольствием отдала тебя в интернат. Но Давид убедил меня, что ты нужен нам.

Удивленно смотрю на нее.

— Ты был единственным мальчиком в семье твоего деда по матери, — с злостью в голосе поясняет она и прожигает меня взглядом. — И ты стал бы единственным наследником. Такова была воля твоих потомков из той семьи. Давид рассчитывал, что твой дед сдохнет раньше, чем тебе исполнится восемнадцать, и тогда мы бы заявили права на наследство от твоего имени. Но чуда не произошло.

Тебе исполнилось восемнадцать. Тогда Давид решил отправить тебя на учебу в Эмираты. Чтобы избавиться. Думаешь, почему ты сошелся с Шарматом?

Я хмурюсь в страшных догадках.

— Да-да, Арслан, — ухмыляется она. — Давид сам занимался торговлей людьми. Поэтому знал Шармата лично. А тебя даже уговаривать не пришлось.

Опять злая усмешка.

— Тебе же нравилось этим заниматься, да? Признайся, Арслан. Ты — достойный сын своего отца.

— Замолчи, — цежу я.

— А когда ты решил выйти из дела, тебя следовало убить. Но Давид опять пожалел тебя. Попросил Шармата не трогать тебя. Только поэтому ты остался жив.

— Тварь, — сильнее сжимаю кулаки.

Будь передо мной мужик, я бы давно двинул ему. Но поднять руку на Рузанну не могу. Несмотря ни на что.

— А ты уже рассказал Арине, что продал ее Шармату? — вдруг спрашивает она и я делаю шаг к ней.

Закрываю ее рот рукой.

Но поздно.

Дверь в комнату открывается и заходит Арина. По ее взгляду и слезам на щеках я понимаю, что она все слышала…