Глава 26

— Странно все это, Владимир Георгиевич, — в смятении потирал подбородок капитан Бештоев в своем кабинете. — В последний раз Ярославу видели вместе с Проскуровым у ресторана поздно вечером. В холодильнике кровь. На полотенцах, которые мы нашли в багажнике машины Ярославы, тоже кровь. Похоже на то, что сам прокурор имеет какое-то отношение к исчезновению своей подруги и племянника Шерхана. Но вы же понимаете, какие у Проскурова связи? Он даже не позволит нам с ним побеседовать!

— Я сам с ним побеседую. Прокуратура недалеко, в двух кварталах отсюда. Он как раз у себя в кабинете, — нахмурился Владимир.

— Вы машину не берите, там парковаться негде. Лучше пешком, — посоветовал Бештоев.

— Что ж, послушаюсь вашего совета.

У прокуратуры действительно все было заставлено автомобилями — яблоку негде упасть. Да и без пропуска охрана на входе категорически отказалась с ним разговаривать.

— Сегодня Владислав Иванович никого не принимает! Приходите завтра! — прислали сообщение из прокурорской приемной.

Несолоно хлебавши, Метелин чертыхнулся и покинул прокуратуру. Он уже садился в машину, когда раздался звонок из ресторана «Азалия».

— Как, Надину машину заминировали?! Она жива?! Я еду! Еду уже, говорю!

Через двадцать минут он был у ресторана. Машину уже потушили, и теперь о происшествии напоминал лишь выгоревший дотла металлический остов.

Метелин бросился в ресторан. Рядом с Надей суетились врачи из «скорой помощи», а чуть поодаль сидел мрачный Шерхан.

— Надя, ты в порядке?! — бросился к любимой женщине Метелин.

Она даже не взглянула на него.

— Зачем ты приехал? — лишь спросила хрипло. — Ты ведь снова не мой…

— Перестань… — Он покачал головой и взял ее за руку. — Я ушел от жены.

— Как… ушел?

— Вот так. Вещи заберу завтра.

— А как же… твой тесть?

Он осторожно стер с ее щеки запекшуюся кровь от пореза.

— Это уже не важно. Сильно болит?

— Не очень. Просто неприятно. Но доктор сказал, шрамов не останется. Мне повезло, что Шерхан оказался рядом. Он вытащил меня из-под колес джипа в последний момент. Странно, да? Думаешь, что человек твой главный враг, а оказывается, враг совсем не тот…

— Да уж, странно, — горько усмехнулся Метелин.

Она подняла на него глаза.

— Я хочу к детям, Вова… Я больше не хочу никакого бизнеса и ресторана… Отвези меня к дочкам! Пожалуйста…

Он прижал ее к себе.

— Еще пять минут, и поедем, ладно? Мне надо поговорить с Шерханом.

— Ладно.

Он подошел к Омарову.

— Спасибо за Надю, — поблагодарил его. — Если бы не ваша мгновенная реакция… даже боюсь об этом думать.

— Мои ищейки обнаружили слабый сигнал мобильного телефона вашей Ярославы, — хмуро посмотрел на Метелина тот. — Через полчаса полиция со специально обученными собаками будет прочесывать территорию, на которой был обнаружен сигнал. Судя по отчету из полиции, в доме вашей Нади произошло убийство. Вряд ли мой племянник жив.

— Где ваши люди обнаружили сигнал? Дамир хорошо знает округу. Мы бы могли объединить наши усилия.

— Усилия можно объединить, — согласно кивнул Шерхан. — У вас в крае, как я посмотрю, криминал процветает еще ярче, чем у нас в Казахстане.

— Криминал есть везде. Это бич общества, от него не избавиться.

— Ну что, едем? Где ваш хваленый знаток территорий?

— Сейчас позову.

Надя впилась пальцами в руку Метелина.

— Я поеду с вами, Вова!

— Нет, ни за что, — покачал головой он. — Тебя отвезут к детям.

— Пожалуйста… я… я должна знать, что с ней произошло!

— Темнеет слишком рано сейчас, Надя! Не время упрямиться!

Он подозвал одного из охранников.

— Аслан! Отвезите Надежду Максимовну в отель. Я звонил Виктору, они вас встретят.

— Все исполним в лучшем виде, не переживайте, Владимир Георгиевич.

Надя отвернулась. Обиделась.

— Прекращай, Надь, — коснулся ее руки Метелин. — Пока не выяснится, кто заминировал твою машину, тебе лучше быть в безопасном месте.

— Ладно… Только обещай, что вернешься до полуночи.

— Обещаю.

Он помог ей надеть шубу, и они вместе вышли на улицу. Метелин открыл дверцу подъехавшего бронированного джипа и пропустил ее вперед.

— Давай, Наденька! До встречи в отеле!

— До встречи, — едва слышно отозвалась она.

— Передай девочкам, что я их очень люблю.

— Обязательно.

Метелин коснулся легким поцелуем ее губ и плотно прикрыл дверь. Дождался, пока джип не скрылся за поворотом, и только потом вернулся в ресторан.

Дамир и Шерхан склонились над картой местности, на которой уловили слабый сигнал мобильного телефона Ярославы.

— Знаю, где это. Только лес там. А дальше — выход к озеру, — озадаченно потер подбородок Дамир.

— Поехали! — загромыхал стулом Шерхан. — Не будем терять время!

— Едем! Снег вроде прекратился. Может, хоть что-то выясним, — Владимир запахнул куртку.

Два внедорожника неслись по трассе в сторону гор, выстроившись в ровный ряд. Один был полон охраны, а второй вез Метелина, Омарова и их проводника.

Вот и переход в живописное ущелье; дальше раскинулся лес, а за ним — озеро.

Но начинало смеркаться. Шерхан занервничал.

— Где полицейские?! Сейчас стемнеет, ничего не разглядишь!

Ждать пришлось недолго. Через пять минут подъехала машина из уголовного розыска.

Сотрудники полиции выпустили из машины двух специально обученных собак. Дали наводку — личную вещь Ярославы.

Собаки рванулись в лес. Около пятнадцати минут плутали вокруг деревьев, а потом выбежали на припорошенную снегом небольшую поляну перед озером.

У лесополосы земля была слегка примята, как будто ее вскопали и наскоро утрамбовали, в надежде на то, что непогода сделает свое дело и сотрет все признаки вскопанной недавно земли.

Собаки будто с цепи сорвались. Прыгали вокруг странного места, подвывали — видимо, учуяли покойников.

Омаров с Метелиным мрачно переглянулись. Теперь уже ни у кого не вызывало сомнений, что кого-то закопали. Только кого? Ярославу? Если ее, то где тогда Рустам?

— Надо копать, — произнес один из полицейских и взмахом руки подозвал специалистов.

Трое мужчин взяли лопаты и принялись рыть землю. Долго ждать не пришлось. Вскоре показалось тело Рустама Омарова.

— Твою мать! — выругался кто-то: под телом Рустама мелькнули алые женские брюки.

— Постарайтесь ни к чему не прикасаться! — надевая перчатки, ругались криминалисты.

Владимир сглотнул подкатившую к горлу тошноту — видеть тетку Надежды с развороченным выстрелом и перепачканным землей лицом было жутко.

* * *

Когда шли обратно, совсем стемнело.

— Надо трясти прокурора, что с Ярославой путался, — процедил сквозь зубы Шерхан. — Как мой племянник и Ярослава вместе в одной могиле оказались?!

— Попробуй потряси его! — отозвался Метелин. — Прячется он. Приказал никого к нему не пускать. Да и прокурор в нашем крае под страхом всех держит. Ярослава с ним и путалась, чтобы у ресторана крыша хорошая была.

— Оборотень, значит? Хм… что ж, у дома выловим.

— Вы, конечно, можете попробовать выловить Проскурова, но боюсь, так только развяжете новую войну. Мое дело — выяснить, кто Надину машину заминировал. Землю рыть стану, а выясню!

— Да нечего здесь выяснять! — махнул рукой Шерхан. — Супруга твоя мне звонила несколько дней назад. Просила об одолжении, чтобы одним махом, и Надежду, и твоих детей на тот свет отправить. По ее задумке, взрывное устройство должно было сработать, когда Надежда усадит дочек в машину и откроет дверцу.

Метелин остановился и ошеломленно взглянул на Омарова.

— Моя жена?!

— Твоя, чья еще?

— И взрыв — твоих рук дело?!

— Не моих! Кто-то другой установил взрывное устройство. И устанавливал не профессионал. Не учли, что Надя машину бросит на стоянке, а кто-то решит воспользоваться этим и полезет внутрь. Мои люди бы так не промахнулись.

Несколько мгновений они шли молча.

— Как муж ты Полину разочаровал, Владимир! — не выдержав молчания, рыкнул Шерхан. — Но ей опереться больше не на кого: Горбушину на этом свете осталось всего ничего, он и месяца не протянет. А мне край этот дорог, даже после того, что здесь случилось. Наде повезло, что машину вскрыть решили. А из-под колес джипа я ее вытащил, потому что у нее двое детей, и нехорошо это, если дочки без матери останутся. Понравилась она мне шибко, еще в первую встречу. Не понял я еще тогда, что это твои дочки… Поэтому предлагаю сделку: уступи мне несколько площадей в своих торговых центрах, а я возьму на себя Горбушина. Мы с тобой заключим перемирие и будем заниматься каждый своим бизнесом. Я за ценой не постою. А что касается Горбушина, он не сегодня-завтра отправится на тот свет. Ему пора уже. Загостился он здесь. Так что, по рукам?

Владимир мрачно взглянул на Шерхана.

— Как только мой тесть покинет этот мир, ты получишь свои торговые площади. На том и разойдемся. У меня дети, мне конфликты ни к чему.