Глава 38

В моих волосах и так похожих на воронье гнездо… спит Прошка. И ему, кажется, там хорошо и комфортно.

Просыпаясь утром, я поняла, что котенок почему-то выбрал себе такое странное место для сна. На тумбочке стояла чашка с травяным чаем, пахло очень приятно. Выковырнув Прошку из волос, подняла его к лицу.

— Другого места не нашлось? — котенок недовольно задергался, — домовой он, видите ли…

— Сейчас просто котенок. Домовой ночью приходил, тебе кошмар приснился, он поэтому и лег на голову. Оградил тебя от тьмы… — дверь в комнату приоткрылась, и в ней стоял дед.

— Не помню, — положила котенка на одеяло и погладила, — спасибо.

— Вставай, соня, уж скоро обед, — он развернулся и ушел.

Я встала, выпила настой и ушла в ванную. На кухне меня уже ждал не завтрак, а полноценный обед. Котенок тоже ел, видимо, утром не ходил есть, охранял мои сны. Потому что едва я села за стол, он примчался со стороны уличной двери.

— Приятного аппетита, — следом вошёл Артур, едва я поднесла ложку ко рту.

— Спасибо, — буркнула я и уткнулась в тарелку. Вроде просила не появляться тут… Пусть бы рабочие доделывали без него, или хотя бы не показывался мне на глаза.

— Гараж и склад для дизельного топлива готов, баня и сарай в процессе, — его голос был напряжен.

— Сумма? — буркнула я, не отрывая внимательного взгляда от супа.

— Урга все оплатил, — сказал мужчина и вышел.

— Дед? — я наконец-то оторвалась от тарелки и посмотрела на Ургу.

— У меня денег тьма тьмущая, куда мне их тратить? Да и мне не нравится, что у тебя перед входной дверью нет веранды. Зимы, конечно же, тут не такие холодные как там, в Сибири, но это сквозняк!

— Надо, значит, делай… — а что я ещё скажу? Я все равно ничего в этом не смыслю.

— Через два дня ярмарка с живностью, поедешь? Прогуляешься? — дед поменял мою пустую тарелку на полную со вторым.

— Не знаю, — мне очень хотелось рисовать, закончить картину.

Нужно было принять таблетки и созвониться с врачом, мы же договорились общаться каждый день. Закинув горсть лекарств в рот, я запила их водой и ушла в кабинет. Включила ноутбук и нажала на видео вызов. Зинаида Петровна, видимо, была занята, не ответила, я же взяла карандаш.

Подтянув папку с рисунками, я взяла тот, где я нарисовала деда без лица. Мелкими штрихами я перерисовывала лицо деда, вспоминая каждую чёрточку. Едва я закончила, как раздался звонок, врач вернулась, и перезванивала мне.

— Добрый день, Ангелия, выглядишь лучше. Как спалось? Что-то снилось?

— Добрый… я не помню, снилось ли мне что-то. Чувствую я себя действительно лучше…

— То есть воспоминания тебя не беспокоят?

— Не то чтобы они меня не беспокоили… я о них просто не вспоминаю. Вот и сейчас у меня странное чувство, будто это было не со мной, — я потерла переносицу, недоумевая, что происходит.

— Но что-то же тебя напрягает? Я же вижу.

— Артур… он оборотень, это из-за них тогда все это случилось! Я попросила не приближаться ко мне, так нет, он топчется поблизости под предлогом стройки, — занервничала я, пытаясь объяснить.

— Ты не права, он-то тут причем? Тот, кто это сделал, хотел отомстить твоей нанимательнице, он думал, что ты её дочь. Артур же пытается помочь, не имея каких-то злых умыслов!

— Если бы меня тогда не наняли, возможно, и ничего бы не случилось!

— Если бы ничего не случилось, то деда и сестру бы ты не нашла! Ты бы и знать бы ничего о них не знала, — доказывала мне Зинаида Петровна.

— Ну, пока я нашла только деда, — я отвернулась от экрана и уставилась на солнце. Тут крыть нечем, я нашла родного человека, хотя считала, что у меня никого нет.

— Мне прислали ответ из города, где ты родилась. Вернее, где тебя нашли.

— Что? — у меня перехватило дыхание.

— Твоя сестра ищет тебя. Девушка из ЗАГСа, ответила на мое письмо, не поленилась, и, проверив основную базу, пошла дальше. Она смогла найти записи, искала по отдаленным деревням, по приискам, охотничьим базам…

— И? — сглотнула комок в горле.

— Твоей сестре сейчас двадцать девять лет, она тоже была в детском доме. В другом, ее сняли с товарного поезда, зимой, она потеряла тогда память. Была сильно обморожена и истощена.

— А сейчас? — я была напряжена, а если она меня не помнит…

— Девушка, что узнавала все, заинтересовалась этой историей. Одним днём она доехала до этой деревни, она оказалась брошенной, там была лесозаготовительная база когда-то. Всех, кто остался, переселили в ближайший поселок, в том числе и твою сестру, когда она вернулась из детского дома. Вернее, из дома инвалидов… — Зинаида Петровна замолчала.

— Что с ней? — меня сейчас буквально трясло.

— Сейчас в принципе все хорошо, она адаптирована, в попечении не нуждается. Память к ней вернулась, поэтому она и пришла туда, где жила, ей выделили квартиру в поселке. Она работает нянечкой в детском саду.

— Что с ней? — не выдержала я.

— После обморожения ей удалили часть кисти — несколько пальцев. Она частично оглохла и слышит через аппарат, и у нее затруднена речь. Девушка из ЗАГСа пообщалась с ней. Лида помнит тебя, но боится показываться тебе на глаза.

— Почему?

— Из-за отца… взяла его вину на себя.

— Он жив?

— Нет, когда нашли вашу мать мертвой, а детей пропавшими, его объявили в розыск. Посадили, обвинив в неоказании помощи роженице и убийстве вас. Вы ведь тогда пропали, посчитали, что он вас убил. В тюрьме он и закончил свои дни.

— Я хочу ее видеть, — я всхлипнула, не сдержав эмоций.

— Нам удалось убедить ее приехать и пообщаться с тобой. Я сама ей позвонила и объясняла, что ты очень нуждаешься в любви и заботе близких. Ведь у нее хотя бы была могила матери и воспоминания о тебе.

— А у меня никого… — на плечи мне легли две большие ладони деда.

— Когда дите приезжает? — прогудел дед в бороду.

— Я дала ей номер телефона Артура и твой, — мой взгляд заметался в поисках аппарата. Да я вообще не помню, когда видела его последний раз. Увидев его на полке, вскочила и попыталась включить, он был разряжен в ноль.

— Ангелия, до завтра, не забудь позвонить мне, — я остановилась напротив ноутбука, по ту сторону экрана доктор мне улыбалась.

— Спасибо… — я смотрела на нее с благодарностью. Экран потух, а я уже вытаскивала шнур от зарядки и ставила телефон. Теперь неизвестно, сколько он будет заряжаться, чтобы хотя бы его включить.