Глава 12. Этого просто не может быть!

Что? О чём со мной вообще разговаривать?

Ах ты гад! Мужлан!

Не колеблясь, я подняла девятый слой защиты, так называемый дамский. И хотя сам по себе он был не очень затратный в магическом плане, но девятой шкурой этот щит пробил неплохую брешь в моём резерве.

Однако я не пожалела.

Атаки атаками, но защитная магия вполне может нанести удар.

Прямо сейчас Ренци почувствовал, будто он в руках держит раскалённую статую.

– Ты что творишь, Чаргетто? – отшатнувшись, зашипел на меня Дориэн.

– Никогда не сталкивался с защитой от насильников? – в тон ему ответила я.

– Насильников? Ты за языком-то следи! Если не хочешь вызова на дуэль.

– Если не хочешь такой славы, следи за своими конечностями!

С ним невозможно разговаривать. Его, наверное, в детстве из люльки уронили. Головой вниз. И прямо об поленницу.

Я развернулась и пошла за своей коробкой.

Сейчас мне в голову пришла мысль, что надо наплевать на Ренци и действовать только в своих интересах. А в мои интересы сейчас входило разобраться с тем, что происходило с отцом, когда он тут учился. Нужно было узнать, кто ему угрожал и по какому поводу.

Я успела сделать всего два шага, когда Дориэн меня обогнал и преградил путь. Моему самолюбию польстило, что в этот раз он хватать меня не стал и сохранил между нами некоторое расстояние.

Правильно, Ренци. Я больше не позволю тебе распускать руки. Изгои Чаргетто или нет, но мы никогда не были слабаками. Мы из первой аристократии и никогда не спускали хамство.

– Ты для этого меня позвала? – сложил руки на груди Дориэн. – Чтобы отказать?

Я закатила глаза.

– Нет, Ренци. Мне противно от одной мысли о твоих прикосновениях. И теперь я желаю только помыться. Ненавижу таких, как ты, вообще. И тебя, как одного из Ренци, особенно сильно.

С каждым моим словом лицо Дориэна каменело, а в глазах усиливался холод.

– И зачем же ты тогда меня позвала «поговорить»?

– Да вот, по глупости своей решила поделиться с тобой идеей, как расторгнуть наше напарничество. Наивно подумала, что тебя это заинтересует, и ты хотя бы из благодарности перестанешь отравлять мне жизнь.

– Благодарности? И что же могло бы её заслужить?

– Да уж. Благодарность – это не к Ренци. Вы же очень быстро забыли, кому обязаны своим положением. Лет двести прошло, и вы уже пыжитесь, как будто сами всего достигли.

– Что? А не наоборот ли всё было? Только вы замарались так, что вам руки никто не хочет подать. Так и скажи, что ты не можешь простить разорванной помолвки.

– Не могу. Потому что это было последним штрихом. Вы же даже не дали нам время прийти в себя. Хотя я знаю, что тётя умоляла отложить расторжение. Но вам ведь так было невыгодно, правда. Намного проще пить кровь из слабой женщины с ребёнком на руках, когда у неё ничего не осталось?

Желваки на побелевших скулах Дориэна играли.

– Раз мы такие плохие, чего ж ты решила поделиться этой своей гениальной идеей? Провалить экзамен – такая удачная возможность мне отомстить.

– Идея не моя, а лорда Натори. И мне нужно остаться в академии. Я её закончу так или иначе, но проще это сделать, когда ты ко мне не лезешь.

– Кристиана? Ну-ка, ну-ка…

– Я только что поняла, что это безнадёжно. Чтобы подать заявку на расторжение напарничества, нам нужно победить свои недостатки. Мне надо всего лишь освоить атакующую магию, это сложно, но реально. А вот тебе добавить мозгов я бессильна.

– Чаргетто, ты забываешься! – предупреждающе процедил Ренци.

– А что такое? Разве не голова – твоё слабое место? – наигранно всплеснула я руками.

– У меня проблемы с защитой.

– Да ладно? – ахнула я. – И как это проявляется?

Дориэн посверлил меня тяжёлым синим взглядом, словно пытался обратить меня в ледышку, но сейчас меня не трогало его негодование. Я сама была зла, как сотня Про́клятых.

– Она не держится. Рассыпается. Заклинания я всё знаю назубок. Силы вливаю сколько нужно, но чёртовы щиты спадают.

Меня пробил нервный смех. Что? Неуязвимый Ренци не способен себя защитить? Я на пробу щёлкнула его магической мухобойкой по лбу, и у меня получилось!

– Если откроешь рот, – ругнулся Дориэн, потирая место удара, – тебе не жить, Чаргетто.

– Да как ты дожил до своих лет? Уверена, многие хотели тебе свернуть шею. И на дуэль ты рвёшься, как пятилетка за булкой с корицей...

– Это не значит, что у меня нет защиты совсем, но я предпочитаю перебивать атаку.

Ренци непросто давалось признание в своём несовершенстве, себя-то он считал венцом творения.

Но его откровенность говорила в пользу того, что он готов к сотрудничеству.

А это значило, что для него действительно важно пройти этот экзамен.

Как бы я ни ненавидела всех Ренци, но сейчас мне было выгодно поддерживать шаткое перемирие. Я ещё найду способ с ними поквитаться. К тому же Дориэн спас меня от позора в ситуации с «Молью», пусть и по своим причинам, но сбрасывать со счетов этот поступок было нельзя.

Мне ещё придётся ему как-то отплатить за эту помощь. Таков негласный закон. Пока же на мне висел долг.

Что ж, пока моя идея выглядела перспективно. Кто, как ни Ренци, лучший атакующий за несколько поколений, сможет научить меня наносить удар.

Кто, как ни я, идеальный защитник, смогу поставить ему оборону.

Ректор Натори был прав, как ни противно было это признавать.

Мы половинки ущербного целого.

И цель у нас тоже общая – избавиться друг от друга.

Я смерила недовольного Дориэна взглядом.

Что значило, что он не так уж беззащитен? Мне нужно понимать, с чем буду иметь дело. Я уже хотела задать вопрос, как вдруг мой взгляд зацепился за специфическое плетение. Обрывки сумасшедшего числа заклинаний. Будто их накладывали и безжалостно рвали. Как-то они определённо работали, но они в самом деле расползались на глазах.

А под этими магическими лохмотьями было что-то ещё.

Что-то очень знакомое.

Это было так необычно, что я, позабыв обо всём, окутала правую руку силой и потянулась к Ренци.

Удивительно!

Дориэн стоял, не шелохнувшись, пока я шарила ладошкой по его груди, спускаясь всё ниже. Когда я почти добралась до его ремня, он не выдержал:

– Чаргетто, если ты передумала, то пойдём туда, где есть кровать.

– Да, – согласилась я, витая в своих мыслях, – мне надо, чтобы ты лёг.

Этого просто не могло быть, но на Ренци стояла МОЯ защита.