Глава 14. Павел

Головой понимаю, что надо делать, но вместо этого творю какую-то невнятную дичь. Должен был вчера уехать домой, но каким-то непостижимым образом все пошло не по плану, и я остался. Нужно было держаться подальше от сероглазой нимфы, но вместо этого везу ее с братьями в город. Где логика, вообще неясно. Но раз уж взялся, надо выполнять, не бросать же на полпути. В конце концов, это просто доброе дело. Просто помощь соседке, и не больше.Договорившись с собой, ловлю шаткое равновесие внутри и немного расслабляюсь. Пацаны громко болтают на заднем сидении и вызывают у меня улыбку. Смешные такие, спорят о чем-то, прямо как взрослые. Лида смотрит в боковое окно и нервно ломает пальцы.– Все нормально? – осторожно интересуюсь я, замечая неладное.– Да… – она поворачивается и слабо улыбается. – Просто немного укачивает.– Я думал, эта беда остается в детстве, – улыбаюсь в ответ, стараясь отвлечь ее разговором. Когда-то меня тоже укачивало, и любая поездка на транспорте превращалась в настоящую пытку, но с возрастом прошло.– Как видишь, – разводит руки в стороны. – На голодный желудок особенно.– Ты не завтракала?– Не успела. – Лида виновато отводит взгляд, а щеки ее смущенно вспыхивают.– Я бы подождал, – недовольно качаю головой. Что за детский сад? Торопиться-то некуда. Мне так и подавно. Хотя, может, были другие причины, которыми она не хочет делиться? Настаивать, как я понимаю, бесполезно.– Не нужно. Спасибо, – недовольно поджимает губы. – Ты и так согласился взять нас с собой. Этого достаточно…– Мне несложно, – пытаюсь донести до нее свое видение.– И все же, – с нажимом отвечает она.Лучше не спорить, а то рискую разрушить и без того шаткое перемирие между нами.– Хорошо… но в городе перекусим.– Посмотрим.Лида не сдает позиции и отворачивается к окну. Держит серьезную дистанцию между нами, а я, в общем, и не собираюсь ее нарушать. Но то и дело ловлю себя на мысли, что меня это раздражает. Как будто я какой-то опасный. Вроде и понимаю, что девчонка совсем, что многое пережила и это все спецэффекты прошлого, но невольно коробит. Интуитивно хочется защищать ее от всего плохого, помогать и баловать, чтобы, наконец, улыбалась. Но эти мысли до добра не доведут, поэтому давлю их в зачатке.– Итак, куда вам? – сухо интересуюсь, как только мы въезжаем в город.– На рынок. – Лида словно отмирает и крутит головой по сторонам. – Он вон там, за киоском нужно повернуть налево.– Хорошо.Выполняю инструкцию и останавливаюсь около тротуара. Выхожу и помогаю пацанам выбраться из машины. Лиду предусмотрительно не трогаю. Принципиально не принимает даже намек на помощь. Приходится считаться.– Дальше мы сами, – скупо улыбается и берет мальчишек за руки. – Спасибо.– Я провожу, – делаю шаг за ними.– Не стоит, мы справимся, – качает головой Лидия и давит предостерегающим взглядом. – У тебя вроде дела в городе.– Да… – выдыхаю я озадаченно. Дела-дела, вот только какие, понятия не имею. – Через сколько вас забрать?– Мы освободимся примерно через час, а дальше подождем сколько нужно.– Хорошо.Провожаю их тяжелым взглядом, но не решаюсь преследовать. Лида поймет еще как-то не так, и проблем не оберешься. Лучше не рисковать. Сажусь в машину и еду тупо вперед. Куда – сам не знаю. Тянет вернуться, но у меня же дела. Надо что-то сделать полезное, раз уж так вышло.Случайно замечаю надпись «фейерверки», и идея приходит сама собой. Пацанам должно понравиться такое представление. Паркуюсь на стоянке и иду туда. Пробегаюсь глазами по ассортименту и разочарованно выдыхаю. Выбор, в общем-то, невелик, интересного крайне мало, даже непонятно, чем удивлять детей. Но делать нечего, покупаю несколько самых больших и, конечно же, дорогих коробок и складываю их в багажник.Сойдет за срочные дела? Маловероятно… Чтобы убить время, захожу в продуктовый напротив и покупаю кучу всяких вкуснях. Что они любят, не имею ни малейшего понятия, но так хочется порадовать, что сгребаю все без разбора.Выхожу из магазина и смотрю на часы. Пора. Прыгаю в тачку и еду обратно. Лида с братьями уже стоит там, где я их высадил, и озирается по сторонам. Выхожу к ним и едва не спотыкаюсь о две огромные сумки.– Ты что, сама это тащила? – спрашиваю я, недоуменно глядя на Лиду. Они же неприподъемные.– Да. – Она равнодушно пожимает плечами.– Ты с ума сошла? – Злость мгновенно вскипает в груди. – Почему не сказала? Я бы помог.– Сама справлюсь, – фыркает она и хочет уйти, но я не позволяю. Инстинктивно хватаю за руку и разворачиваю к себе.– Лид, так нельзя, – отчитываю, как маленькую. Она лишь распахивает глаза и недовольно поджимает губы. – Когда рядом есть мужчина, носить тяжести его святая обязанность.– Отпусти, – говорит тихо, но интонация врезается в меня словно атомная бомба, разрушая все внутри.Шумно выдыхаю и разжимаю пальцы. Перегнул палку, но, блин, не чувствую вины. Это неправильно. Я так не могу.Ни слова не говоря, усаживает братьев и садится в машину. Закидываю сумки в багажник и устраиваюсь на месте водителя.– Извини… – выдавливаю из себя, не глядя на нее. – Но, пожалуйста, не унижай меня таким образом.– Хорошо… – тихо отвечает и отворачивается к окну.Как же с ней тяжело. Невозможно просто. Но в то же время хочется попытаться все исправить. Ведь еще не поздно, правда?– Мальчишки, как настроение? – оборачиваюсь к пацанам.– Отлично, – почти хором отвечают и расплываются в улыбках.– Может, заедем перекусить?– В другой раз, – сердито цедит Лида и пересчитывает в кошельке немногочисленные деньги. Она что, думает, я позволю ей самой платить за еду? Держите меня семеро, пока я не взорвался и не высказал все, что думаю, по этому и другим поводам.Глубоко вдыхаю и медленно выдыхаю, чтобы погасить пламя гнева внутри, и плавно трогаюсь с места, глядя по сторонам в поисках какого-нибудь приличного заведения. Пора сносить убогие устои и развивать новые, правильные.– Ой, мне же в аптеку надо, – спохватывается Лида и умоляюще смотрит на меня. – Ту, что возле парка.– Дорогу показывай, – расплываюсь в улыбке. Любой каприз для милой дамы.– Вот здесь останови, – указывает место напротив аптеки и оборачивается к братьям. – Посидите в машине? Я недолго.– Может, мы пока в парк сходим? – неожиданно для самого себя предлагаю я.– Да! В парк! Лида, пожалуйста, можно? – голосят пацаны, а она теряется от такого напора. Не хочет отпускать их со мной, но и не отпустить в такой ситуации трудно.– Ничего страшного не случится, – заверяю ее. – Я тебе обещаю.– Не ладно, – нехотя сдается она. – Только слушайтесь дядю Пашу.Довольные возгласы сливаются в один общий гул. Выхожу из машины и помогаю мальчишкам выбраться. Нетерпеливо вцепляются в руки своими ладошками, вызывая улыбку. Зачем мне все это надо, и сам не знаю, как-то случайно вышло.Идем с пацанами по парку. Им хочется побегать и побеситься, но послушно держатся за меня. Замечаю аттракцион с машинками и сворачиваю туда.– Пацаны, хотите на машинках покататься?– А можно?– Конечно, – расплываюсь в улыбке, глядя на их удивленные лица. Да уж, нечасто их балуют развлечениями.– Хотим! Еще как!Оплачиваю безлимитные билеты и рассаживаю их по машинам. Макса как старшего одного. А с Лешкой мы вдвоем. Пара минут – и становится понятно, как управлять этими штуками. Начинается движуха. Гоняем друг за другом, врезаемся и дурачимся. Пацаны так заразительно смеются, что я и сам невольно подхватываю эту волну.Краем глаза замечаю Лиду, стоящую около забора. Смотрит на нас с таким ужасом, как будто я собираюсь сожрать ее братьев.– Лида, иди к нам, – машу ей рукой.Мнется в нерешительности. Ну вот что с ней делать? Это всего лишь машинки. Детское развлечение и ничего больше.– Давай, не трусь.Все же решается и делает несколько шагов к нам.– Зачем вы это… – бормочет себе под нос и не знает, как себя вести. Опять, наверное, думает, что я предъявлю ей счет. Дурочка.– Весело же. Присоединяйся.– Я не умею, – с сомнением качает головой.– Макс научит.– Да, садись ко мне. – Тот подхватывает идею и двигается.Она усаживается рядом с ним. Макс нажимает на газ, машина резко стартует с места, а Лида взвизгивает от неожиданности и начинает смеяться. Первый раз вижу ее улыбку, такую солнечную и открытую, и, как завороженный, не могу отвести взгляд. Сердце делает кульбит в груди и колотится быстрее.Лида замечает мой взгляд, смущается и опускает глаза. Но ненадолго. Волна всеобщего веселья все же подхватывает и ее. Включается кнопка азарта, и Лида просит сама порулить. Врезаемся с ней несколько раз и разъезжаемся в разные стороны. Гоняем наперегонки и друг за другом, пока не выдыхаемся.– Я больше не могу, – стонет она.– Я, пожалуй, тоже, – сдаюсь и падаю головой на руль. – Может, просто погуляем?– Да, давайте гулять. – Мальчишки радостно выпрыгивают из машинок и скачут вокруг нас.Не спеша идем по парку. Впереди ларек со сладкой ватой. Не задумываясь покупаю всем троим по целому мотку.– Паш, я сама оплачу. – Лида пытается достать кошелек, а мне хочется ее выпороть. Ну что за несносная девчонка.– Лид, давай так. Я понимаю твое желание быть самостоятельной и независимой, – ловлю ее растерянный взгляд и удерживаю. – Но когда ты со мной, плачу я. Просто потому что я мужчина. Я могу, а главное, хочу это делать.– Но… – пытается возразить, но зависает, видимо, не находя достойных аргументов. Тем лучше.– Без «но». Просто прими это как данность. Ты ничего мне не должна и не будешь. Это просто правила, по которым живу я.– Хорошо, – вынужденно соглашается и закусывает губу.Надо же, хоть одно сражение я выигрываю. Аж дышать становится легче. Правда, надолго ли, неясно.Еще долго гуляем по парку. Мальчишки резвятся с шариками и мыльными пузырями. Мы смотрим на них и жуем какую-то отраву. Что-то среднее между хот-догом и сосиской в тесте. Лида долго отказывалась, но все же голод оказался на моей стороне, и вместе нам удалось накормить эту строптивую нимфу.– У тебя кетчуп, – говорю я и нервно сглатываю, глядя на ее чувственные губы.– Где? – Лида торопливо вытирается салфеткой, но именно это пятнышко пропускает мне на радость.– Здесь, – осторожно стираю капельку над верхней губой и улыбаюсь. Не могу думать ни о чем, кроме этих сочных, манящих губ. Твою ж дивизию. Кажется, я поплыл.– Поздно уже, – выдыхает она, словно прочитав мои опасные мысли. – Поехали домой?– Поехали.