Глава 29

Мне кричат, необходимый я вроде…

Малыш, спасай!

От всех моих дурных происшествий,

Что угораздил я вляпаться без тебя

©Domino «Доминовуд»

Артем. Сейчас

Во рту сухо. Сердце бьется чаще, чем нужно. Походу у меня тахикардия, или как оно там называется?

Сижу в автомобиле и жду Бурова. Постукиваю пальцем по рулю. Вчера днем мы отлично погуляли с Егором и его Алексис, потом Марина потащила невесту друга по магазинам, а мы, тем временем, с братом спланировали примерный план действий.

Тем же вечером, пока Марина готовила ужин, а я выбирал фильм, мне пришло сообщение на телефон. Буров объявился. Указал адрес и все. Коротко и лаконично. Но оно и понятно. Боится, сука. Чтобы никаких следов в случае чего. Чтобы ничего с его именем не связали. Умно. Но и мы пальцем не деланы.

Перед сегодняшней встречей я пробил этот адрес. Ничего примечательного: бывший нефтеперерабатывающий завод, который сейчас закрыт.

А по факту, я сижу в автомобиле, а вокруг никакого завода то уже и нет. Развалины, которые когда-то и были заводом, а сейчас наверняка пристанище для наркоманов. Ну и местечко!

Все-таки хорошо, что Егор со мной. Ну, не буквально, а просто приехал. Мы все решили, все подготовили к этому дню. И надеюсь, что все выгорит и закончится.

Вдалеке маячит чья-то тачка, и я догадываюсь, что это Буров. Руками сильнее сжимаю руль, до белых костяшек. Или сейчас, или никогда! Когда он подъезжает ко мне впритык, я выхожу из машины.

– Ну привет, сынок.

Так ехидно, с очень сильной хрипотцой в голосе. Отмечаю его потеющий лоб, одышку. Он что, болен?

– Послушай, давай без этого. Ты звал меня? Выкладывай, что и куда конкретно нужно передать. Я это сделаю. Но ты раз и навсегда забудешь о нашем существовании.

Буров ухмыляется, а его верные подручные стоят рядом, как питбули, готовые кинуться на меня, как только хозяин даст им команду.

– Ты не в том положении, чтобы выдвигать мне тут свои условия. Но.., – и он закашливается. Сильно.

– Но, ладно. Вот тебе папка и флешка, – и один из питбулей даёт мне в руки папку.

– Что в них?

– Не твоего ума дело! Перевезешь через границу. Главное проехать пост, а там уже на той стороне тебя встретят нужные люди. Отдашь им все это и можешь валить на все четыре стороны. Ты все понял?

– А если я не хочу этого делать? Вдруг я сейчас достану биту из машины и отхожу тебя ей по первое число.

Буров смотрит на меня, а затем разражается хохотом, который снова переходит в кашель. Затем подаёт знак свои парням, и они вытаскивают пушки. Вижу их дула, которые нацелены прямо на меня. Я знаю, что они не выстрелят, но сердце замедляется. Не каждый день смерть стоит рядом с тобой, почти напротив.

– Ты не успеешь, мальчик. Одно движение, и тебя нет. Но ты мне нравишься. Смелый, юный. Поэтому дядя Саша отпускает тебя. Садись в свою чертоплюйку и вали отсюда. У тебя ещё очень много важных поездок.

Даёт знак парням рукой, на что они опускают пистолеты и провожают по обе стороны Бурова в автомобиль. Они резко трогаются, оставляя после себя огромное облако из пыли и меня.

Наконец-то я могу выдохнуть и выключить диктофон. Тут же набираю брата.

– Алло! Ну как, ты смог получить хорошие фотографии?

– А то! Там видно все: передачу темной папки, затем оружие, нацеленное на тебя. Ну ты дурак, блин. Я пока сидел тут в руинах, думал не выдержу и выскочу тебе в подмогу!

– Все, все! Выходи!

Скидываю звонок и через минуту возле меня оказывается Егор. С грязными коленями, фотоаппаратом и огромными глазами.

– Бро! Бля, я думал такое только в экшн боевиках бывает! Чуть не обосрался, ей Богу.

– Честно? Я сам чуть в штаны не наложил. Но нам надо было немного их потормошить. За то, какие у нас будут шикарные фото. Так, быстро садись и едем.

Егора упрашивать долго не приходится, да я и сам мечтаю свалить с этого унылого места. Давлю педаль в пол, и мы за собой оставляем точно такое облако из пыли, как и наши оппоненты.

Одной рукой кручу руль, в другой лезу в карман и достаю диктофон.

– На, прослушай!

Егор хватает и включает на весь салон наши голоса. Все четко, хорошо слышно. Единственное, надо немного поправить запись.

– Егор, отмотай назад и удали то место, где я хочу им навалять битой. Чтобы выглядело все так, как будто я невиновный ни в чем человек, на которого повесили такую задачу и вдобавок ко всему угрожали оружием.

– Окей, сейчас все сделаю. Хотя, нет. Давай гони, да полегче на поворотах! Как заедем в город, покажу куда именно меня нужно отвезти. Там и запись поправлю, и с нужными людьми пообщаюсь.

Молча киваю и сильнее жму на педаль газа. И восхищаюсь, каким же взрослым стал мой младший брат. Вот он, тот человек, который всегда останется со мной до конца в окопе.

Через минут двадцать, после высадки Егора у неприметного двухэтажного дома, я получаю сообщение с парой фраз и фотографию, от которой у меня не остаётся ни малейших сомнений и страха, что нужно заканчивать с этим ублюдком сегодня.

«Постарайся сделать все красиво и побыстрее. Ты же не хочешь неприятностей?»

И улыбающаяся Веселова вместе с моей Мариной, буквально смотрят на меня с фотографии. Они в кафешке у Веселовых. Я никогда так не переживал, как сейчас. И не за себя вовсе, а за тех, кто ни в чем не виноват. Лишь в том, что выбрали меня когда-то в качестве друга и парня.

Ничего не отвечаю в ответ, а просто выхожу из машины, бреду к кофейному аппарату. Пока он жужжит, как старый холодильник, наполняя стакан жидкостью, я закуриваю сигарету.

Если у Егора ничего не получится из того, что он запланировал, нам крышка. Я просто не знаю, как тогда придётся поступить. Рука дрожит, пепел падает на пальцы, наверное, даже обжигает, но я не чувствую. Беру стакан, отпиваю. Господи! Вдобавок к самому конченному дню в моей жизни, добавился ещё и самый конченный в мире кофе. Чёрная жижа, отдающая горелостью, отправляется в мусорный бак, стоящий рядом. Окурок летит туда же. Бреду к машине и боковым зрением замечаю старый Жигули, который припарковался недалеко от меня. Все-таки Егор был прав. За мной ещё и слежка. Ну Буров, все-таки ты очень предсказуемый мужик!

Сажусь в тачку и трогаю с места. Пора в путь. До места встречи и точки «Х» около четырёх часов дороги. Молитв я не знаю, но Бога прошу о том, чтобы все получилось и поскорее закончилось.

Сколько я уже еду, сколько сигарет выкурено, я не знаю. Пульсация в висках не даёт мне ни о чем думать, кроме итога сегодняшнего дня. Передо мной лишь дорога, поля и старая «семерка», которая плетётся за мной на расстоянии, думая, что я не знаю о ее существовании. Но когда виднеется вереница из автомобилей, мое сердце готово вырваться из груди. Стоп контроль! Ну что, последний выдох и назад пути уже нет. «Семерка» тоже пристраивается сзади, но мне и это на руку. Все пойдём ко дну. Все вместе. Но у меня есть спасательный жилет в лице моего брата, а у них нет.

Мы безумно долго плетёмся, но очередь становится все меньше, и вот я вижу ребят, которые в масках, касках, с оружием и собаками. А когда они подходят ко мне и просят выйти из автомобиля, я как будто погружаюсь под воду, предварительно выпустив воздух из легких.

– А как же вы имеете право хранить молчание и все такое? – обращаюсь к офицеру полиции, когда он ведёт меня патрульной тачке.

– Ты не в американском сериале, парень.

– А право на звонок? – совершаю ещё одну попытку.

– В отделении разберутся с тобой.

Мне ничего не остаётся как надеяться на то, что Егор уже все сделал и он вытащит меня.

Меня привезли в главное управление внутренних дел города, где я уже как пару часов сижу в камере временного пребывания. Мне дали совершить один звонок, и мой брат должен уже быть здесь. Так же как и Буров. Его приняли вместе со мной.

Я делаю вид, что не понимаю почему я здесь и за что. Но я все знаю. Знаю то, что именно анонимный звонок, который совершил Егор, был на пограничную станцию о незаконном перевозе багажа. Знаю то, что мой младший брат сейчас едет сюда с адвокатом, который целиком и полностью в курсе всех дел и этой операции. Но самое главное, что именно он знает, как меня вытащить из этого болота и отправить в него нашего врага.

Минуты ожидания тянутся бесконечно долго. Сколько я здесь уже нахожусь, минуту, час или вечность? Ожидание убивает.

Чтобы хоть как-то убить время, сочиняю в голове мелодию, которую посвящу своей Марише, но резко приходиться прервать мысленный процесс, так как дверь в мою камеру распахивается и в нее входит мужчина чуть за тридцать, худощавого телосложения. По тому как он одет, я делаю предположение, что это и есть мой адвокат. В чем убеждаюсь, когда он протягивает мне руку для рукопожатия и представляется:

– Артем Владимирович, – я киваю и пожимаю его ладонь, – Шубин Эдуард Романович, ваш адвокат.

– Очень приятно.

– Артем Владимирович, мы урегулировали ваш вопрос. Следуйте за мной.

Мы выходим из камеры, проходим по длинному коридору, на самом выходе, один из конвоиров выдает мне пакет с моими личными вещами, там сотовый телефон, кошелек, ремень.

Далее мы поднимаемся на третий этаж и заходим в небольшой кабинет, где за столом сидит мужчина средних лет.

– Борис Станиславович, вот привел с повинной.

– Ну присаживайтесь, коль, явились.

Сажусь на предложенный стул напротив, и мужчина в штатском, звания которого я не знаю, протягивает мне исписанный лист бумаги.

– Читайте, Артем Владимирович, если все так, ставьте свой росчерк.

Беру лист бумаги и быстро его читаю. Ну Егор, ну завернул. Все историю вывернули так, что не подкопаться. Толковый этот Эдуард.

Ставлю размашистую подпись под заявлением.

– А вот еще, — адвокат передает мне еще один документ, – это обязательное условие, если хотите покинуть стены сего заведения.

Смотрю на бланк-заявление на подписку о невыезде, в которой я обязуюсь до вступления в силу суда в законную силу и окончания следствия, не покидать места жительства без разрешения следователя.

И что самое интересное, я в деле выступаю… та-та-тадам… свидетелем.

Готов рассмеяться от облегчения, но я держу морду кирпичом, и быстро заношу свои данные в бланк.

После мы все пожимаем друг другу руки, и я выхожу на улицу, так и хочется пропеть хит Кипелова:

Я свободен! Словно птица в небесах.

Я свободен! Я забыл, что значит страх.

Я свободен! С диким ветром наравне.

Я свободен! На яву, а не во сне.

Егор ожидает меня в припаркованной тачке, и я запрыгиваю на пассажирское сиденье. Выглядит довольным.

– Ну как? Все гуд?

– Лучше! Ну, Егор, ну удивил? Твой Эдуард молоток. В деле я иду свидетелем.

– Тём, было сложно. Но на Бурова, как оказалось очень многие точат зуб. А тут такой шанс, что им такой сопляк, как ты, даже не интересен. А тем более, что выпал такой шанс избавиться от нашего отчима.

– Как все прошло? Хотя, нет, я так благодарен тебе. Спасибо Егор. Если бы не ты, не знаю, где бы сейчас я был.

– Успокойся! На то мы и семья. Кстати, пока ты отлеживался на нарах, – усмехается брат. – Я всеми силами сдерживал твою тигрицу, которая обещала разнести ГУВД* к чертям.

Моя девочка! За меня в огонь и воду.

– Поехали к Марине! Там все и расскажешь мне, как вам с адвокатом это удалось.

Егор даёт по газам, и мы мчим к той, которая ждёт меня, как никто другой.

*****

– И почему меня не поставили в известность? Да я же места себе не находила!

Все возмущалась Маринка, пока я крепко прижимал ее к себе, вдыхая ее запах, чувствуя ее тепло.

– Чем меньше знает людей, тем безопаснее, пойми, – Егор серьёзен как никогда.

– И, если не тяжело, моя будущая невесточка, сделай нам пожалуйста кофеёк.

Марина, на удивление, молча и покорно бредёт на кухню, где слышится щелчок плиты и грохот чашек. А мы с Егором идём в комнату. Он по своей детской привычке плюхается на наш огромный диван с разбегу. Как ребёнок. Я же спокойно присаживаюсь, но тут же расслабляюсь и тону в мягкой мебели.

– Как так вышло, что я иду свидетелем по делу?

Коротко и, по существу, спрашиваю я. Ведь это самое главное.

– Я тебе скажу ещё раз, что это было сложно. И очень много информации и слов, которые тебе будут непонятны, да и не за чем тебе забивать голову. Буров просто всех достал. А ты подвернулся как нельзя кстати. Сам Буров и был виноват, что решил связаться с тобой. Мы все провернули так, словно он угрожал тебе и твоим близким. Фотографии и диктофон пришли как нельзя кстати. Они больше вяжут ему шпионаж и шантаж высокопоставленных людей другого государства. Поверь, у него будет много статей, по которым он сможет пойти надолго на Магадан. Но есть ещё кое-что, что ты должен знать.

И на этом моменте Марина входит с подносом. Аромат кофе наполняет комнату. Как же я ждал этого момента. Хватаю чашку и грею руки, а рядом присаживается Марина и кладёт свою голову мне на плечо. Делаю глоток.

– Что ещё?

– Буров болен. Не знаю, насколько все серьезно, но это так. Не обычный грипп или остеохондроз, а нечто посерьёзнее. Поэтому я думаю, что он и хотел все это провернуть именно с тобой сейчас, пока у него есть время.

Полученная информация не вызывает радости или сожаления. Она просто прозвучала и растворилась, как пар от кофе.

– Будь что будет. Мы все «там» будем когда-то. И я больше не хочу об этом говорить. Уже все закончилось. Да, я знаю, что ещё предстоит суд и моя подписка о невыезде, но я знаю, что уже все будет хорошо.

Ловлю на себе влюблённый взгляд Марины и улыбаюсь ей.

__________________

*ГУВД – Главное управление внутренних дел