Глава 16. Не по-настоящему

Друзья Севастьяна живут не очень далеко от него. Мы едем на машине максимум минут пятнадцать. Я взяла с собой сумку вещей на два дня, косметику и купальник. Погода теплая, а раз у Севастьяна богатые друзья, то не исключено, что в доме будет бассейн.

Сева тормозит свой джип у огромного коттеджа. Если не сказать дворца. Я с раскрытым ртом рассматриваю дом, который раза в три больше, чем у Севастьяна.

— Приехали, — объявляет мой фиктивный жених. — Здесь будут три пары, мы четвертая.

— А кто твой друг, который здесь живет?

— Криминальный авторитет.

Я аж начинаю кашлять. Криминальный авторитет? Я не ослышалась?

— Они существуют?

Севастьян громко смеется. А мне не до смеха.

— Я серьезно спрашиваю. Я никогда не встречала криминальных авторитетов. Я думала, они только в фильмах существуют.

— Нет, они существуют на самом деле.

Я еще раз кошусь на дворец.

— А тебе не опасно находиться рядом с криминальным авторитетом? Вдруг кто-то узнает…

— Он депутат нашей областной думы, так что все в порядке.

Криминальный авторитет и депутат в одном лице. Очень интересно.

— Все будет хорошо, — Сева подмигивает мне. — Мы приехали отдыхать, так что наслаждайся выходными.

— Мы две недели как познакомились, у нас любовь с первого взгляда, — напоминаю. — Я понимаю, что ты не актер, но все равно подыгрывай мне.

— Каким образом?

— Когда у людей любовь с первого взгляда и они всего две недели вместе, их сильно тянет друг к другу. Даже на людях. Это женатые десять лет могут ни разу не взяться за руки, потому что уже надоели друг другу. А если пара встречается пару недель, у нее сильное притяжение.

— Я понял. Постараюсь.

Мы выходим из машины и заходим во двор дома. Перед калиткой я беру Севастьяна за руку. Он с удивлением смотрит на меня, но руку не выдергивает. У него большая и тёплая ладонь. Моя рука в ней почти тонет.

— Сева! — нам навстречу идет мужчина в джинсах и футболке. Выглядит хорошо, подтянуто, но на вид ему все равно лет сорок или сорок пять. Глаза скрыты за солнечными очками, коротко стриженные темные волосы тронуты сединой. — Как давно мы не виделись!

— Гена, привет, — Севастьян оставляет мою руку, чтобы пожать ладонь Гены. — Спасибо за приглашение. Я тоже очень рад.

Гена опускает взгляд на меня.

— А кто эта прекрасная юная леди рядом с тобой?

— Моя девушка, Элла, — смотрит на меня. — Элла, а это мой друг и хозяин дома Геннадий.

— Очень приятно, — обворожительно улыбаюсь.

Вот, значит, как выглядят криминальные авторитеты. Хорошо выглядят, скажу я вам. В фильмах они лысые, быдловатые и с золотыми зубами. А этот очень интеллигентный и вполне красивый для своего возраста.

Гена провожает нас через огромный двор в красивый сад с беседкой, сочно-зеленым газоном и фруктовыми деревьями. Здесь уже горит мангал, а в беседке накрыт стол. Сева знакомит меня с остальными друзьями-мужчинами, они не выказывают ко мне никакого интереса.

А вот кому я действительно интересна, так это их спутницам. Девушек зовут Лолита, Маргарита и Юля. Я запомнила их имена, но не запомнила, кто из них чья жена. Да это не важно. Они именно жены. У всех девушек на безымянных пальцах сверкают обручальные кольца. При этом они почти мои ровесницы. Ну, не на много старше. Вряд ли кому-то из них есть хотя бы тридцать. А друзьям Севастьяна за сорок. Мой фиктивный жених здесь самый молодой.

— А я читала про тебя в новостях, — вежливо улыбается Лолита. Если не ошибаюсь, она жена Гены, хозяина дома. У Лолиты длинные черные волосы и идеально загорелая кожа. — На тебя напали, и Севастьян тебя спас?

При упоминании о нападении меня бросает в дрожь. Кожа на руках покрывается мурашками, и я спешу обхватить себя за плечи. Лолита замечает мою гусиную кожу.

— Тебе холодно? Могу принести плед.

— Нет, спасибо. Просто каждый раз, когда вспоминаю нападение, мне становится дурно.

— Ох, извини, что напомнила.

— Ничего страшного.

— Ты, наверное, такой стресс пережила? — сочувственно сжимает губы трубочкой.

— Да. Со мной в жизни не случалось ничего страшнее.

— Присядь, — Лолита подскакивает со своего стула и помогает мне сесть на скамейку. — Господи, ты аж побледнела и испариной покрылась.

— Слишком мало времени прошло, еще свежи воспоминания.

Голова идет кругом, беседка вертится перед глазами. Лолита наливает мне стакан воды.

— Лучше сладкий лимонад, — прошу ее онемевшими губами.

Хозяйка дома кивает и наливает мне в новый стакан апельсиновый лимонад. Делаю глоток сладкого и восстанавливаю дыхание.

— Получается, вы с Севастьяном совсем недавно, — не спрашивает, а констатирует факт Юля. Она присаживается на скамейку рядом со мной. Ее глаза горят любопытством. Как и глаза Лолиты. Как и глаза Маргариты.

— Да, совсем недавно.

— Но у вас такое романтичное знакомство! — выпаливает Маргарита.

— Я бы хотела, чтобы мы познакомились при других обстоятельствах, — делаю еще глоток лимонада и отворачиваюсь в сторону, давая понять, что тема закрыта.

Боковым зрением замечаю, как все три девушки между собой многозначительно переглядываются. Что бы это значило?

Я нахожу глазами Севастьяна. Он стоит с Геной, который жарит мясо на мангале. У моего жениха руки в карманах джинс, он о чем-то оживленно беседует с хозяином дома. Словно почувствовав мой взгляд, Севастьян смотрит на меня. В его взоре читается вопрос: «Все в порядке?». Слегка улыбнувшись, киваю.

Лолита, Юля и Маргарита пьют алкогольные коктейли. Предлагают один мне, но я отказываюсь. Продолжаю потягивать сладкий лимонад. У меня такое ощущение, что девушкам не терпится перемыть мне косточки. В моем присутствии, ясен пень, они это сделать не могут.

Решаю дать им такую возможность.

— Мне надо позвонить, — предупреждаю всех троих, достаю из сумочки телефон и выхожу из беседки.

Но не успеваю отойти на несколько метров, как слышу голос Юли:

— Блин, бедная Марина.

— Ага… — отвечает ей не то Лолита, не то Маргарита.

Я удаляюсь от беседки дальше, больше до моих ушей не доносятся голоса девушек. Но теперь стало понятно, откуда эти переглядывания между ними. Все трое — подруги Марины. Сочувствуют ей, что Севастьян ее бросил. И меня воспринимают как врага.

Я останавливаюсь под яблоней, прикладываю к уху телефон и делаю вид, что кому-то звоню. Пока говорю, то ковыряю носком кроссовок землю, то хожу туда-сюда вокруг дерева, то приваливаюсь к нему спиной. Долго слушаю собеседника, смеюсь, сама что-то рассказываю. Улучив момент, когда Севастьян остается один, завершаю разговор и направляюсь к нему. Подойдя вплотную, обнимаю за шею и довольно улыбаюсь.

— Как дела? — сдержанно интересуется. — Подружилась с девочками?

Киваю:

— Да. Обними меня.

Я делаю еще один небольшой шажок к Севе, касаюсь его своей грудью. Он осторожно обнимает меня за талию.

— Смелее, — склоняю голову на бок.

— Извини, я не знаю, как ведут себя мужчины, которые влюбились с первого взгляда.

Сейчас его руки держат меня в тесном кольце. Сквозь футболку я чувствую жар от его ладоней. Мы максимально близко друг к другу. Нос улавливает аромат Севы. Он умопомрачительно пахнет. Меня ведет. Хочется прижаться к Севастьяну еще сильнее, и я делаю это. Обнимаю его совсем крепко и опускаюсь лбом на шею.

— Ты что, никогда не влюблялся с первого взгляда?

Я вожу пальцами по коротким волосам на затылке Севастьяна, трусь носом о его шею. Мой фиктивный жених окаменел и почти перестал дышать.

— Мне кажется, нет, — отвечает напряжённо.

Отрываюсь от его шеи, чуть отстраняюсь назад и заглядываю в глаза.

— Как скучно ты живешь, — провожу ладонью по его слегка колючей щеке. — Никудышный из тебя актер. Убери мне прядь волос за ухо, сделай это медленно и нежно.

Севастьян рвано выдыхает и перемещает руку с моей талии на лицо. Гладит большим пальцем щеку, затем заправляет мне волосы за ухо.

— А ты когда-нибудь влюблялась с первого взгляда? — возвращает руку мне на талию.

Я снова прижимаюсь к Севастьяну всем телом и кладу голову ему на грудь. Его сердце очень быстро бьется. Грудь пульсирует: бах-бах-бах. Надо же, как удивительно. Он что, нервничает?

— Один раз, — отвечаю на его вопрос.

Дыхание Севастьяна становится тяжелым и свистящим. Оно колышет мои волосы и разгоняет кровь по венам. Мы обнимаемся. Прижимаемся друг к другу. Тремся телами.

И, клянусь, я чувствую, как в живот мне упирается что-то твердое.

Снова заглядываю Севастьяну в глаза. Они почернели. А лицо стало жестким. Губы сомкнулись в нитку. Он жадно всматривается в меня, надрывно дышит, а в живот мне по-прежнему упирается его эрекция. Я пока не поняла, как к этому относиться.

— Поцелуй меня сейчас, — говорю.

Он едва заметно отрицательно качает головой.

— Целуй меня в губы прямо сейчас.

— Ты не понимаешь, о чем просишь, Элла.

— Это ведь не по-настоящему, — шепчу и сама накрываю его губы своими.