Протокол №4. Осознание.
Вот и настал тот день, которого я ждал и с понятным волнением опасался, хотя и по иной причине, чем мои будущие одноклассники. Ведь в школе начнется куда как более тесное общение с моими сверстниками, а к таким испытаниям я еще не совсем готов. Приемщики посуды, постовые милиционеры и даже родители – не такой уж въедливый контингент. А здесь, в классе, хоть под парту лезь, а внимания не избежать. Думаю, ничем иным нельзя было объяснить тот напряг, с которым я шагал, перебирая в голове различные варианты будущих встреч.
Первое сентября еще не решились назвать всесоюзным днем знаний, это был такой себе обычный праздник для детворы, главным образом, младших классов. И это не преувеличение, а чистая правда, потому как сегодня сам наблюдаю эти счастливые лица с косичками и без. Большинство – торжественно несут букеты цветов, половина надела нарядные белые переднички, другая - привлекает внимание начищенными бляхами ремней. Большая часть, уже без сопровождения взрослых, а некоторых, мамы и бабушки ведут за ручку.
- Это что бы по дороге не сбежали, или как? - пробормотал я про себя. – и куда это они так спешат, глупые, что хорошего их там ждет?
Похоже, что сегодня праздник не только у детей. Даже у водителей трамваев и троллейбусов, которые везут детей в школы, особенное настроение. Даже самые злобные кондукторы старательно отводят взгляды от потенциальных зайцев, если на них школьная форма.
А вот и она, моя школа, или точнее ВРИО школы. Сразу за воротами, на широкой площадке, бурлит детский водоворот. Учителя младших классов растерянно мечутся по территории, разыскивая своих подопечных, пытаясь согнать всех в одну кучу. Некоторым, самым изобретательным или опытным, уже удалось сформировать неровные ротные шеренги. Найти в такой толпе своих подопечных и правду не просто, ведь учителя познакомятся с нами лишь на первом уроке. Вижу, что отдельным счастливчикам все же повезло встретить здесь своих знакомых, а может и соседей по горшку в садике. В этих локациях тут же завязывается оживленная беседа. Но подавляющее большинство стоит молча, растерянно озираясь по сторонам.
Глядя на толпу своих будущих товарищей, я вспомнил рассказы старших ребят из своего прошлого. Оказывается, всего за три года до того, как меня отправили в первый класс, мальчишки и девчонки учились в раздельных школах, и лишь начиная с 1954-го, вернулись к нормальной общечеловеческой практике, которую зачем то попытался сломать товарищ Сталин. Хотя, какой он нам после этого товарищ, если додумался до того, что бы лишить пацанов, девчонок. Впрочем, зная отношение некоторых читателей к Никите, думаю, что и эта реформа Хрущева будет им не по душе. Просто потому, что он Хрущев. Впрочем, винить во всем Никиту стало модным, его ругали даже те, кто жил в бесплатно полученной хрущевке.
День выдался на славу, солнечный и не жаркий. Легкий ветерок шевелит все еще темно-зелеными листьями первого дня осени и полощет красные стяги над входом. Из репродуктора, торчащего из окна второго этажа, доносятся патриотические песни о школе, городе и конечно же о партии, той, которая нас к торжеству коммунизма ведет и ведет...
В отличие от своих коллег, долго искать свой класс мне не пришлось. Не смотря на то, что с тех пор минуло уже шесть десятилетий, я сразу же опознал нашу классную, которая сейчас предпринимала безуспешные попытки призвать хоть к какому-то порядку два десятка согнанных в кучу незнакомых ей обормотов. Вот поди ж ты, столько времени прошло с того времени, а я все еще ее не забыл. Классной – я назвал ее не в плане, что она зачетная барышня с ногами от плеч и третьим номером, а как руководительницу.
Эта невысокая, жгучая брюнетка, сегодня была одета в темно-зеленый жакет и того же цвета юбку. Ее чуть раскосые, казахские глаза и выступающие вперед скулы, как бы намекали на присутствие частички татарской крови. В данный момент, хорошо поставленным командным голосом она пыталась докричаться до остальных, затерявшихся в общей массе учеников нашего 3-го "Б". Было удивительно, что вспомнил я ее мгновенно, хоть и проучила она нас всего два года. Наконец, отогнав за периметр шеренг учащихся наиболее беспокойных родителей, учителям удалось навести некоторый порядок в наших рядах. Оно и понятно, выстроить всех по росту было бы по силам разве что армейскому старшине или физруку с двадцатилетним стажем.
И вот, над тут же притихшими рядами, зазвучал гимн и началась торжественная часть. Я, невнимательно выслушал давно забытые и набившие оскомину слова о том, какие большие надежды партия и весь Советский народ, возлагают на нас - подрастающее поколение. Впрочем, и это подрастающее поколение, слушало невнимательно, нетерпеливо перетаптываясь и ожидая, когда же наконец нас разведут по классам.
Думаю, пора объяснить, что главным отличием моей первой четверти от всех последующих, было то, что наша собственная школа еще не готова к сдаче. Как обычно, то этого нашим строителям не подвезли, то того не довезли, а еще в четверг дождик прошел. Но и после дождика не срослось, так что к первому сентября они банально не успели. К этому времени, Сталина не только положили в мавзолей, но уже готовились и вынести оттуда, поэтому дать команду расстрелять все руководство киевского СМУ-12, никто не решился. Для того, что бы выйти из этой неприятной ситуации, всех нас разбросали по окрестным учебным заведениям. Официальное открытие нашей собственной школы, собирались приурочить не к Дню знаний, а то ли к очередной годовщине октябрьского переворота, то ли к дню освобождению Киева от немецко-фашистских захватчиков, а именно, к 7-8 ноября.
В общем, случилось так, что младшие классы, в том числе и наш третий "Б", прибыли на службу в школу №84, доставив кучу сопутствующих проблем местной администрации. Эта школа, находилась довольно далеко от нашего дома, примерно в полутора километрах, зато совсем рядом с Ямой, где пару раз мне довелось удачно сбросить свою стеклянную добычу. Хочется сказать, что в эти годы большие расстояния еще не пугали ни родителей, ни учеников и учиться в школе, расположенной на расстоянии нескольких миль, было делом привычным.
Понятно, что такое вынужденное решение с уплотнением, вызвало значительное перенаселение пострадавших школ, поэтому, желая как-то разрулить проблему, школьная администрация приняла соломоново решение - организовать третью, промежуточную смену, как бы между первой и второй. При этом, первая смена у аборигенов сдвигалась почти на час вперед, а вторая - отодвигалась на час назад, засунув всех пришлых, посередине. Именно поэтому, на свой первый урок мы заявились приблизительно в двенадцать, когда у правильной первой смены, уроки уже закончились, и вся детвора весело разбегалась по домам, делится сегодняшними впечатлениями.
Торжественная часть, когда растерянную первоклассницу несет на своем плече крепыш - десятиклассник, также была смазана. Не получилось сделать по стандарту, в связи с отсутствием наших собственных десятиклассников в этой школе. Однако, с поставленной задачей успешно справился физрук, а колокольчик в руках у девчонки звонил звонко и уверенно. В общем – нормально так вышло. После короткой вступительной речи завуча нас развели по классам. Здесь выяснилось, что наша классная совершенно не знакома с таким понятием как демократия. Забегая немного вперед, скажу, что она вообще, принадлежала к тем педагогам, которые считали, что когда-то любили детей.
Какими именно соображениями Ольга Сергеевна руководствовалась, рассаживая нас по партам, остается загадкой, но действовала она довольно решительно, не оставляя никому свободы выбора. Кстати о наших партах. В свое время довелось немало посидеть за такими. Их столешницы были окрашены зеленой краской, а низ был темно-коричневым. Они были очень тяжелые, сделанные из натуральной доски, по-видимому сороковки, причем верхняя часть составляла одно целое с нижней. Поэтому, дежурные, особенно мы, малолетки, чтобы протереть влажной шваброй полы, могли сдвинуть их с места, лишь работая дружной парой. Рабочая поверхность парт, располагалась под небольшим углом к ученику, и чтобы получалось хоть как-то выводить буквы, мы вынуждены были сидеть ровно, выпрямив спины. Не иначе, что все это являлось наследием кадетских корпусов проклятого царского режима. Откидная крышка крепилась на петлях, под ней находился ящик, куда спокойно входил ранец или портфель. Сейчас, загромождая проходы на полу, их не ставят.
Не пройдет и недели и вся внутренняя поверхность крышек, на многих партах, почти полностью покрывалась простыми, незатейливыми граффити. Поэтому, подготовка к следующей четверти всегда начиналась с одного и того же – тщательного мытья парт содой. Ученики, с тазиками воды и тряпками активно трут, уничтожая свои наскальные изображения, чтобы уже на следующей неделе начать наносить новые. Но сегодня, парты сверкают и пахнут свежей краской, и некоторым из нас даже удалось прилипнуть к ним штанишками и платьицами.
Меня усадили за третью парту у окна, рядом с какой-то девочкой невысокого роста и рыжими косичками. Искоса наблюдая за ней, я стараюсь напрячь память и хоть что то вспомнить. Увы. Хотя уверен, назови мне ее фамилию, то скорее всего память сработает. А вот большую часть прочих "несоседей", я узнал сразу же и уверен, что чуть позже припомню и то, кто чем дышит.
Всякий раз, заметив брошенный на нее взгляд, соседка неприступно поджимала губки, гордо вскидывала маленькую головку и начинала разглядывать, что то очень интересное, там, за окном. Ох уж эти мне женщины! Ничего не меняется.
Первое знакомство началось с классного журнала – всем известная перекличка. Она заняла весь первый урок и половину следующего, так как подняв с места очередного бедолагу, учительница просила его\ ее, вкратце доложить о себе. А как же закон о персональных данных? В общем, через час, все узнали кто, где, откуда, зачем и куда. Не спросила лишь, кто по какой статье и погоняло. Наверное, оно и правильно, ведь все мы встретились впервые, а не притирались друг к другу в течение двух предыдущих лет.
Поскольку my family находилось во второй половине списка, в данный момент я расслаблено сижу и с интересом наблюдаю за процессом, стараясь припомнить как можно больше. Вот резко подскочила Аленка Вяхина, кудрявая блондинка с большими голубыми глазами. Она первая в нашем классе, выскочит замуж, едва ли не сразу после последнего звонка. А вот это - Пашка Романовский, крепыш невысокого роста, который после восьмого класса покинет нас, поступив учиться не то в поварское училище, не то в хазановский кулинарный техникум. А похожий на шимпанзе мальчик, Фима Вайсман, светлая голова, как часто называл его наш физик, тоже Израилевич. Он, с красным дипломом окончит МФТИ, останется там в аспирантуре, а затем попадет под влияние какого то восточного культа. Голодая по особой китайской системе, заработает себе панкреатит вместе с язвой желудка. Фима оставит наш бренный мир очень рано, первым из всего класса. Следующим, поднялся Валик Думанский, с ним я особо не дружил, но нам было почти по дороге, и мы частенько возвращались из школы вместе. Это был единственный школьный товарищ, с которым мы иногда пересекались на протяжении многих лет.
Странно было чувствовать, как в памяти всплывает, казалось бы давно и крепко забытое, а кусочки воспоминаний, словно пазлы, занимают свои места. Вот подняли Таню Нестеренко, мою первую школьную любовь, которая длилась почти два года, вплоть до пятого класса, когда к нам пришла Ленка. Сейчас смотрю на нее и сам себе удивляюсь, как это я умудрился оказывать ей симпатию настолько долго? Ведь, как поется в песне: "я гляжу ей вслед, ничего в ней нет...". Помнится, что чуть ли не до десятого класса она носила лифчик минус первого размера. Думаю, как всегда, виновата была Ольга Сергеевна. Положено было завести себе даму сердца? Ответ положительный. И кого же мне выбрать? Ведь кандидаток у нас целых пятнадцать, а всякие там эстрогены и тестостерон еще не работают? Ну, конечно же, выбирают самую лучшую, ту которая и учится на одни пятерки, и которую больше всего расхваливает наша учительница. Хотя, что значит "не симпатичная"? Ведь привлекательность женщины во многом, зависит от воображения мужчины.
Можно сказать, вспомнил я почти всех. Почему почти? Да, наверное, потому, что некоторые не успели доучиться у нас даже до восьмого класса, и как пелось в еще одной песне из будущего ..." и скрылись из глаз в пелене января...".
А вот моей соседкой оказалась Ирка Мудрик. И хотя я с ней общался не очень, однако вспомнил. Ира, всегда была тихой, какой-то незаметной, иногда могла неожиданно всплакнуть, да и жила в противоположном от меня направлении. Так что, с ней мы никогда не пересекались, ни по дороге домой, ни по пути в школу. А как известно, совместные путешествия сближают. В принципе, она не худший вариант соседки, ведь хуже всего был бы никому, кроме меня неведомый второгодник Жаров. Вспомнилось, как он тогда делился своими воспоминаниями о двух лучших годах жизни, проведенных в первом классе. У нас, наверное, благодаря большой силе воли и жалостливым преподавателям, он продержался целых два года, а потом, устав бороться с судьбой - злодейкой, выкинул белый флаг и затерялся где-то среди младших классов, без труда выбившись там в атаманы.
Крепкий, на пол головы выше других, он не был особенно хулиганистым, но целый год форы и романтический ореол ветерана - второгодника делали его непререкаемым авторитетом, у которого, вскоре появятся и свои шестерки. Я даже вспомнил кто. Так что обращаться с ним придется достаточно осторожно, старательно обходя разложенные грабли. Особенно вначале.
Как я и ожидал, в первый день уроков не случилось, уж больно много организационных задач стояло перед училкой. Вначале, Ольга Сергеевна продиктовала нам расписание уроков и мы, склонившись над партами, старательно перенесли эту информацию в свои дневники. Видимо, не доверяя нашим умениям писать диктант, все сказанное она четко и красиво продублировала на доске. Вот есть такие люди – виртуозы мела и тряпки, которые и идеальный круг могут изобразить без циркуля. У меня такое никогда не получалось.
Хорошо, что мое первое знакомство с чернильницей и ручкой с железным пером состоялось еще дома, поэтому я, хоть и с опаской насадить клякс, справился. Когда пронзительный зуммер оповестил о начале третьего урока, всех нас, строем, повели в библиотеку, где мы получили учебники. Характерно, что в это время их выдавали исключительно новые, а не как переходящий приз от предшественников. После библиотеки, стараясь сильно не топать по мраморным ступеням лестницы, мы спустились на первый этаж, где ознакомились со столовой, а главное - с расположением туалетов. Хотя туалеты имелись на каждом этаже – эти, оказались самыми просторными. Далее, наш экскурсовод указал путь в спортзал, по дороге кивнув в сторону раздевалки для зимней одежды, хозяйкой которой была тетя Даша.
Как нетрудно догадаться, основное внимание я уделил столовой. Просторная, человек на сто, с шикарными, облицованными камнем колоннами, которые подпирали высокий потолок. В дальнем конце зала, находилось закрытое сейчас окошечко раздачи, а справа, недалеко от двери, был буфет, с радующими глаз сладостями и соками. Небольшие столики были расставлены настолько плотно, что, как мне казалось, даже пройти меж ними с подносом, на котором стоят две тарелки и стакан, будет не простой задачей. А когда во время большой перемены сюда хлынет девятый вал голодных школьников, так вообще ОЙ может случиться!
Дисциплинированно, парами, выйдя из здания школы, мы направились к стадиону, который не поражал своими размерами, да и здешний спортзал показался слишком низким, здесь даже в волейбол нормально не поиграешь. Обойдя по периметру двор, Ольга Сергеевна вывела нас к небольшой теплице – хозяйству учителей ботаники и биологии. Внутрь мы не заходили, а снаружи, через густо переплетенные зеленые стебли, разглядеть что либо, было практически невозможно. Больший интерес вызвала площадка с метеоприборами, которые не только измеряли температуру, влажность и силу ветра, но и служили в качестве наглядных пособий на уроках географии и естествознания.
После экскурсии, выделив Колю Сидорчука, учительница поставила этого Сусанина во главе нашей колонны и повелела возвращаться в класс, причем сама, шагала немного позади, видимо, желая проверить, найдем ли мы обратный путь самостоятельно. А мы и нашли, не заблудились. Сдаётся, что именно Колю она и намерена общим открытым голосованием избрать старостой класса. А что тут такого, ведь у депутатов Верховного совета все обстоит точно также.
Не успели мы рассесться по местам, как Ольга Сергеевна вспомнила, оказалось, она пропустила самое главное. Мы были вынуждены вновь выйти в зал. Хочется сказать, что привычные школьные коридоры здесь заменял огромный общий холл, куда выходили двери всех двенадцати классов на этаже. Во время перерывов, пока дежурные проветривали помещения, все учащиеся выходили сюда, и отдыхали как могли. Девочки, чаще по двое или трое, не спеша перемещались против часовой стрелки, и склонив к подружкам головы, шепотом обсуждали что-то свое, девичье. Мелкие пацаны, носились между ними, догоняя друг друга и прячась за их юбками. Вот так и развеивались, набираясь терпения для следующего урока, каждый по мере своих сил, желаний и настроения.
На сей раз далеко ходить не довелось, Сергеевна подвела нас к стенду, висящему у окна на стене, и твердо порекомендовала в кратчайшие сроки ознакомиться с выписанными там положениями. Оказывается, что у октябрят, а я был членом этого братства, существовали свои отдельные правила, которые должен назубок выучить каждый сознательный ученик.
Подхожу и вчитываюсь в строки: "Октябята – будущие пионеры, октябрята – старательные ученики, хорошо учатся, любят школу, уважают старших. Только тех, кто любит труд, октябрятами зовут…" ну и так далее, такая же лабуда. Имелось у октябрят и свое музыкальное произведение под названием "Марш октябрят", который через неделю должен выучить каждый (смотрите, проверю!). Под конец добавила:
– Дети, кроме старосты класса, у вас будет и свой вожатый. Это пионер из четвертого или пятого класса, его вам назначит штаб пионерской дружины школы. К сожалению, с ним вы сможете познакомиться лишь со второй четверти, когда вся наша школа соберется вместе. И еще – не забывайте, одевать октябрятские звездочки, хотя вижу, что и сейчас они у всех на месте.
Эти эмблемы с образом маленького и пока еще кудрявого вождя мировой революции стоили один рубль. Звездочки, бывали полностью металлическими, либо изготовленными из темно-красного оргстекла. Последние, считались более статусными и были высшим шиком.
Под конец, заглянув в свои записи, Ольга Сергеевна решила закончить,
- Послезавтра, когда вы уже немного познакомитесь друг с другом, мы выберем старосту класса, трех звеньевых и сан-тройку. Перед первым уроком, сан-тройка будет проверять ваш внешний вид и наличие сменки.
- Ага…, выборы старосты, так я и поверил, все будет как в России или Северной Корее, кого Сергеевна назначит, того и выберут.
В настоящее время, звание командира или старосты класса, было очень почетным и ценилось всеми. Оно давало право носить две нашивки, как у младшего сержанта, на левом рукаве школьного френча или форменного платья. У звеньевых - их было по одной. Эти знаки отличия, похожие на нашивки за ранение, хоть немного, но выделяли их обладателя из общей серой массы, что грело школьную душу. Следует отметить, что здесь и сейчас, моральные стимулы, учитывая практически полное отсутствие материальных благ, играли довольно важную роль. Все эти почетные грамоты, вымпелы, нашивки, объявления благодарностей перед строем, предоставление права на подъем или спуск флага – очень ценились не только младшими, но и старшими школьниками. Словно подслушав мои мысли, Сергеевна подъитожила,
- А еще, хочу всем напомнить, что перед Новым Годом лучшие из вас могут стать пионерами и поменять свою звездочку на красный галстук. Но напоминаю, это каснется только лучших из лучших, так что старайтесь.
А вот это и в самом деле нормальный такой подгон. Ради того, чтобы сидеть на уроке или шагать по улице с пионерским галстуком, в то время как вся прочая мелюзга еще донашивает свои октябрятские звездочки - стоит постараться. Впрочем, вся эта слава лишь на полгода, в конце четвертой четверти всех поголовно произведут в пионеры.
В общем, на протяжении всех четырех уроков, шла информационная накачка, которая наконец-то закончилась. Хорошо, что учительница не завела шарманку о славных традициях школы и выпускниках ушедших на фронты Великой Отечественной. Школа то у нас новая, ее даже построить не успели, не то что повоевать. После того, как Сергеевна определила порядок дежурств на месяц, она отпустила нас с богом, пожелав завтра не опаздывать и обязательно не забыть сменную обувь в матерчатом мешочке.
Сегодня на обед, мне выделили целых три рубля, но поскольку день оказался короткий, в столовую я не пошел, впрочем, как и большинство моих коллег, поэтому стал богаче еще на две с половиной бутылки. Домой я возвращался один, вовремя свалив и огородами, чтобы Валька Думанский, с которым нам было почти по дороге, смог парихватить меня как можно позже. В данный момент, я еще не ощущал себя готовым давать интервью и не имел представления о том, какие темы следует поднимать во время общения со сверстниками.
Вернувшись домой, я отыскал половинку еще свежего батона, который и сжевал с чаем и вареньем. После этого, выложив для конспирации учебник по арифметике, засучив рукава, я занялся обустройством своего тайника. У нас под ванной лежал большой черный чемодан с инструментами. Даже в те обустроенные времена, из каких прибыл я, каждый уважающий себя мужчина был просто обязан иметь хоть парочку разводных ключей, штук пять отверток, плоскогубцы и еще всякое разное. А сейчас – так это вообще считалось аксиомой, ведь не открылись еще ни "Фирма добрых услуг", ни сайт OLX или kabanchik.ua. Уверенно отобрав необходимое, я приступил к делу. Силенки у меня еще маловато, но моторика пальцев в норме, да и шурупы были новенькие, не успевшие проржаветь. Вскоре, сеточка на полу поддалась. Я с понятным волнением пошарил в отверстии рукой. Мышеловка по пальцам не хряснула и я с удовлетворением ощутил пустоту, ведущую в сторону наружной стены.
Ничего, кроме мелких кусочков кирпича и прочего строительного мусора там не обнаружил. Я постарался проверить глубину ниши проволокой, посветил туда фонариком с зеркальцем, но так и не нашел ни единого ответвления. Для чего строителям понадобилась такая технологическая приблуда, так и осталось для меня загадкой. Позже, пришла в голову свежая мысль.
- А может они просто перепутали, посмотрели не на тот лист чертежа и установили этот предохранительный сток не на первом, а на пятом этаже?
Ну да ладно, сделали так сделали и слава святым чебурекам, что все так удачно сложилось.
Диаметр ниши, хотя была она скорее квадратной, составлял не менее десяти сантиметров, и ее размеров было более чем достаточно, чтобы припрятать мое, пока что скромное богатство, а заодно и тетрадки с откровениями попаданца. Со временем, придумаю себе простенький протокол шифрования WPA2/WPA3, вот тогда и смогу безбоязненно держать свои секреты на самом видном месте. Не зря же говорят – хочешь спрятать листик, спрячь его в лесу.
- Ох, как же не хочется мне сегодня на работу по уборке стеклотары, праздник все же – День знаний! Добро, тогда и на богомолье, к знакомым нищим, в Свято-Покровский Фроловский монастырь, уже завтра с утра направлюсь. И правда, неужели у меня нет силы воли? Конечно, есть, вот хочется сегодня поработать, а не буду!
Но не сидеть же вовсе без дела? Пришла пора заняться глобальными проблемами – типа как жить дальше. Положил перед собой тоненькую тетрадку за двадцать копеек и на титульной страничке аккуратно написал - "Техн", что для посвященных, должно было означать "техника и технологии". Подумал, что неплохо бы прикупить общую тетрадь, но в данный момент, эти четыре рубля тратить и жалко и нерационально, ведь покупку можно будет сделать и после нового гола, когда сумма под столом вырастет в десять раз!
Подперев голову ладонями, задумался. Сразу и в голову ничего не приходит, с чего же начать. Понятно, что с самого начала, но поставлю вопрос иначе. Скажем так, цели, задачи и способы их решения, оно так лучше будет. Понятно, что вначале все получится сумбурно, в беспорядке, ведь у меня не МакБук в голове, а обычное серое вещество. Но хочется надеяться, что не совсем обычное, так как заполнено прорывными технологиями и идеями двадцать первого века.
Нет, выделю я под это дело две тетради, (позже их станет заметно больше), каждая под свой проект. В первую - буду записывать задачи, или что надо сделать, чем заняться в первую очередь и что для этого нужно, а во вторую - основные события из будущего, технологии и прочие известные мне ноу-хау, которые еще не испарились из моей долговременной и оперативной памяти. И с этим медлить не стоит, а то батарейка сядет.
Лишь только начал записывать, как оказалось, что помню я не так уж и мало, жаль только, что нынешние инженеры с учеными большинство моих электронных идей не вытянут от слова совсем. Это ничего, я как и те китайцы не стану спешить, а подожду, времени у меня вагон, а все знания будут в рукописях, которые как известно не горят.
В тетрадку с задачами, первым пунктом и крупными буквами записываю – "ФИЗИКА"! Это не та физика, которую начнут преподавать в шестом классе, а та, которой можно и нужно заниматься уже сейчас. Я всегда мечтал стать спортивным мальчиком, вот только между мной и занятиями спортом стояла обычная, но не прошибаемая лень, да и ничем особенным в физическом плане я никогда не отличался. А вот сейчас, пасти задних, мне не хотелось. Зрела жесткая решимость, что следует крепче брать судьбу в свои руки. Прекрасно помню, что не пройдет и месяца, как по всем школам начнут слоняться тренеры-вербовщики от различных секций и обществ, набирая для себя новый контингент. Становиться профессиональным спортсменом, чтобы любоваться на свои фото в газетах и на экранах телевизоров, я не собирался, а вот выглядеть крепким парнем, а еще и научиться кое-чему из боевых искусств, всегда за. Весь мой старый опыт, умноженный на здравый смысл, говорил, что на длинном жизненном пути это будет вовсе не лишним.
И с чего же начать? Это у нас, в 2000-х, мне ноги могли отдавить толпы всяких гуру и сенсеев от кунг–фу и айкидо, а вот сейчас, даже об простеньком карате ничего не слыхать. Кажется, даже под запретом оно… или еще будет? Вот чего не помню, так этого, но в любом раскладе, мне туда еще рановато. Зашибут ненароком. Что до айкидо и тхэквондо, так этого вообще еще не завозили.
Решил пока остановиться на гимнастике с плаванием, они и по возрасту лучше всего подходят. Именно в эти секции и станут набирать нас, малолеток. Плавание, тренирует все группы мышц, совершенно не травмоопасное, укрепляет сердечно-сосудистую и дыхательную систему, да и вообще, хорошо плавать – не только приятно, но и необходимо. При этом, приятным бонусом для меня станет то, что я не только умею плавать, но и получается это неплохо. Что же касается гимнастики, то она развивает координацию движений, силу рук и ног, позволит добиться неплохой растяжки, которая будет не лишней и на занятиях гипотетическими каратэ, дзюдо или иными ногорукомашествами. Да и с основными гимнастическими снарядами я ранее познакомился, так что и здесь, фора у меня будет приличная.
Тут же решил, что не следует пускать процесс на самотек, и ожидать подарка от судьбы. Лично попытаюсь подыскать себе нужные секции, причем и бассейн, и спортзал желательно найти в одном месте. Не бегать же мне туда – сюда через весь город?
Ближайший такой объект я знал, это был стадион Динамо, всего минут пятнадцать по прямой трамвайной ветке. Сразу же записываю в графу заданий – не забыть озаботиться об ученическом проездном, а то на эти трамвайные билеты бутылок не напасешься.
Вообще то, бассейнов у нас на всех не хватает. Поэтому, в комплексе Динамо арендуют воду сразу несколько спортивных обществ - от рабочих "Трудовых Резервов" до чисто украинского "Авангарда" или студенческого "Буревестника". Неплохо было бы записаться в "Водник". Помню, что их летняя база на Матвеевском заливе находится в очень удобном месте, да и к Пешеходному мосту ближе всего. Впрочем, не буду загадывать, здесь уж как получится.
Перед умственным взором промелькнули давние воспоминания о моем житье бытье в летнем спортивном лагере "Водника", когда я, учившийся уже в седьмом классе, занимался в секции водного поло. Каждое утро, вся наша команда собиралась в небольшой подвальной столовке, у речного вокзала. Получали завтрак по талонам, а затем дружной гурьбой отправлялись через мост на свою базу. До часу тренировались, а затем возвращались сюда на обед, после чего, вновь в обратный путь. Четыре часа послеобеденных тренировок и ты свободен как ветер, можно разбегаться по-домах. Вспомнил, что именно тогда, мне удалось поймать приличного подлещика на наживку из бисквитного торта, которым нас угостил тренер по случаю своего дня рождения.
Весь путь от базы к столовой, в один конец – это километра три и только на этом пути мы наматывали семь – восемь километров пеших переходов, в день. К этому можно добавить и палящее солнце. Становится понятным, почему в эти годы советские спортсмены, по выносливости уступали лишь эфиопам. Так что спорт и только спорт, а еще - обязательные утренние пробежки.
Почесал затылок и задумался.
- А ведь все эти секции и занятия помогут решить проблему свободного времени, когда через четыре месяца закончатся моя бутылочная кампания, связанная с девальвацией рубля. После Нового года, поиск бутылок превратится из очень прибыльного бизнеса в обычное хобби. А свободное время – вещь для меня неприятная. Как мне объяснить, что гонять в пекаря или играть в штандер, стало совсем не интересно? А вот секции, смогут дать железную отмазку – занят мол, тренировки у меня и точка!
В общем решено. Думаю, по два занятия, дважды в неделю потяну, и не плохо бы, если все это будет в один день. Хотя…, а вдруг кто-то из моих тренеров пронюхает о таком двоеборье? Вот как он станет реагировать? Поставит вопрос свободы выбора ребром? Или-или ? Да ладно, со всем этим разберусь позже, не стоит множить сущности.
Ну что же, считай два дня в неделю, я уже пристроил, можно разбираться и с остальными. Записываю дальше – следует обязательно подтянуть знания английского, а в идеале, до окончания школы, выучить еще и испанский … с арабским. Почему такой дивный набор? Открою страшный секрет, дело в том, что в моих планах, о которых позже, будет раздел связанный с обязательным выездом за границу. Нет, не о каком побеге за кордон или эмиграции речь не идет, просто потребуется выехать, обтяпать свои темные делишки, а затем вновь вернуться к родным каштанам. Причем выехать, не куда ни-будь Польшу, где почти такой же лагерь как у нас, а по взрослому, за железную портьеру, в страну, не народной демократии. Подышать спертым воздухом свободы, там придется не один месяц, поэтому наиболее вероятным видится вариант с командировкой. И не на научную трехдневную конференцию, а в настоящую, длительную рабочую поездку.
Понятно, что выбраться за поребрик, в это время задача не простая и всякие там Лондоны, Нью-Йорки и прочие Парижи прочно оккупируют чьи-то дети и внуки. Разве что взять и женится на внучке Косыгина! А вот зацепиться за страну третьего мира, где СССР принялся всячески укреплять свои позиции, будет заметно легче. Там и климат не очень подходящий, и сертификаты не чистокровные, а с желтой полосой, а главное – у них иногда постреливают. Уверен, мажорам, желающим подработать себе на машину или кооператив, такое не понравиться.
Но вот какая беда. Большинство всех этих перспективных стран, по странному стечению обстоятельств "балакают" на испанском или арабском языках. Я имею в виду Кубу с Никарагуа или Сирию с Палестиной, которые непонятно почему избрали социалистический путь развития. Они там что, газетой "Правда" зачитались в туалетах или как обычно с янки пересрались? Для меня - это явление непонятно и покрыто мраком.
И когда же языками заниматься, если не в школе? Что там еще делать? Томится в школьных застенках, предстоит лет восемь, до самого 1968-го. Это в том случае, если благодаря успехам в учебной и политической подготовке меня не выпустят по УДО, на год, а может и два раньше. Как бы там ни было, а на свою очень амбициозную языковую программу я запланировал семь лет, как раз до десятого класса и окончу. Правда, не исключено, что этот срок придется скорректировать, но будущее покажет. И прежде всего, займусь английским, он как будущий язык международного общения находится в безусловном приоритете.
Итак, первая задача, где потребуется работать не мышцами, а головой, определена. Все же хорошо, что у меня уже имелся неплохой задел, полученный в году этак девяносто втором, на годичном интенсиве. Если умные тесты не врали, то мои знания английского соответствуют уровню – Upper Intermediate, то есть немного выше среднего. Именно благодаря им, я с легкостью находил общий язык с такими же англоязычными аборигенами в Египте, на Канарах или Шри-Ланке. К сожалению, наших общих умений хватало лишь, что бы понять друг друга, до свободного владения языком мне еще далековато, особенно в произношении. Конечно, в обычной районной школе, да и на первых курсах института, я вполне мог бы сойти за отличника. Но мне то нужны не дипломы с пятерками, а знания! Разумеется, потребуются они не сейчас, и не через месяц, а заметно позже, но все же потребуются. А изучать английский сейчас, самое время.
И куда же пойти, куда податься? Точно помню, что в Киеве работали Государственные курсы иностранных языков, полагаю, что они и сейчас уже есть. Так что, мой путь ведет или туда, или к бабушкам - пенсионеркам, носителям native English. Не все же они после большевистского переворота за кордон перебрались. Занятия, если это не интенсив, обычно проходят дважды в неделю. Такой график меня полностью устраивает, но в этот день - никакой физкультуры, только музыка. Музыка? Ага, замыслил еще и это, а если конкретней - гитару, с обязательным изучением нотной грамоты. И это не обсуждается.
Никак не удается забыть наши вечерние посиделки у костра, под гитару и монотонный комариный писк. Бывало, так намахаешся за день веслом, но все равно, расходиться по палаткам никто не собирается. Хочется в компании посидеть на бревнышке, выпить пару кружек грузинского чая вприкуску с рафинадом, если не нальют чего покрепче…. А наши туристские слеты, а праздники открытия или закрытия сезонов, а конкурсы туристской песни, где важен не вокал, а та незабываемая атмосфера….
А ведь мне светят и обязательные выезды в колхоз на картошку! Не говоря уже о том, как быстро летит время под гитару и стук вагонных колес. Ну и девушки конечно, о них тоже не будем забывать. Хоть и утверждал товарищ Бендер, что девушки любят молодых, длинноногих и политически грамотных, но я бы в его короткий перечень добавил бы и дворовых гитаристов. Придется пока их так называть, не прижилось еще позаимствованное у древних кельтов слово – бард.
Старательно вывожу на третьем листике - выяснить, как у нас обстоят дела с гитарной премудростью и какой возрастной ценз. Откинулся на спинку стула и задумался.
- Слушай, Борисович, а не много ли ты себе отхватил? Вон сколько всего понаписал, четыре дня из пяти учебных под завязку забиты, и это при условии удачного расписания. Или ты насчитал в своих сутках сорок восемь часов?
Задумался, и в самом деле напланировал, непорядок получается. И тут еще мое второе, юное я вытащило из закромов памяти, казалось бы давно и прочно забытую арию Сыроежкина.
Отлично, давненько я смотрел "Приключения Электроника", а сейчас вот, взял и целый куплет припомнил. Красота!
Вот Сыроежкин и напомнил, а как быть с отдыхом? Ведь никуда не делся этот геморрой с нашим дивным расписанием. Оно же у нас воистину дебильное, уроки начинаются ни утром, ни после обеда, а где то посредине. Поэтому записаться на подходящее для меня время будет не просто. Радует, что эта дурь продлиться лишь до конца первой четверти, а там привет родная школа и… настоящая вторая смена. Хорошо, что вспомнил, смена то будет вторая, вот под это и следует подгонять все свои факультативы.
Не успел похвалить свою исключительную память, как в третий раз за день пришлось хлопнуть себя по лбу.
– Тормоз, почему это ты насчитал пять учебных дней? Ты что, забыл, что нынче у нас шестидневка, и мы учимся даже в субботу? Вот и пропал мой законный шаббат!
С тоской просмотрел на лежащую передо мною, множество раз черканную перечерканую тетрадку.
– Ну все, достаточно все тасовать и переставлять. Решено, все тренировки поставлю на первую половину дня, а курсы и эту гипотетическую музыку – на вторую.
Тут же возник вопрос, а как обходят этакие грабли в школьных реалиях? Ведь в своих секциях школьники занимаются не год и не два. И расписания уроков не твой тренер составляет, кроме того и учится его контингент в разных классах, у кого первая, а у кого и вторая смена? Непонятно.
- Ладно, пока что это вопрос второстепенный, надо будет, позже разберусь. Кстати, а о домашних заданиях, а ты подумал когда их делать собираешься? У тебя же все зазоры максимум на час?
Впрочем, о чем это я, домашние задания сделаются сами, еще на уроках. Это же элементарно – Ватсон! Да я в промежутках между фразами учителя все должен успеть.
Здается мне, что я избрал самый трудный путь, но подумал – на сложном пути меньше всего конкурентов. Стало быть, по нему и пойду.
Вот и все, глобальные мысли похоже закончились, пришел черед решать тактические задачи, а их есть у меня.
Протяжно взвыл и с хрустом потянулся. Что-то засиделся, а мне же еще мамины закдания по хозяйству выполнять – вынести мусор и сбегать в гастроном за продуктами. Прячу свои планы, как стать богатым, здоровым и счастливым в новый тайник, и повторяя про себя формулу – движение это жизнь, весело помахивая ведром выбегаю на улицу. Мусорных контейнеров еще не придумали, и ведро приходится выносить во двор, к дальнему торцу дома, где находится специальный мусорный домик с вечно распахнутой дверью. Перед ней, до самих холодов роились облака упитанных мух. Именно сюда все и высыпалось, причем, когда мусора становилось до неприличия много, содержимое ведер, катапультировалось прямо в проем, даже не заходя во-внутрь.
Вспомнил, как позже, уже в двухтысячных, в этом самом мусорнике сделают евроремонт и его переоборудуют в небольшой продуктовый магазинчик. Выбор там будет очень приличный, нынешним гастрономам можно отдохнуть.
Мало кому приятно бегать с (железным!) ведром на пятый этаж и обратно, но жизненный опыт говорит – сколько мусор не трамбуй, а выносить все равно придется.
- И до каких пор эти женщины будут измываться над реальными пацанами, заставляя их заниматься мусорным вопросом и гонять за хлебом?
Но ничего не поделаешь. Единственное, что приходит в голову – это оптимизировать логистику, поэтому вынеся мусор, ведро прячу на первом этаже за дверь и бегу в гастроном. Заберу на обратном пути.
Начинался теплый сентябрьский вечер, задувал легкий ветерок, и мне дышалось полной грудью. Хорошо, черт возьми. Улица "Автострада", будущий бульвар "Дружбы народов", являлась практически мини - бульваром, с небольшой разделительной полосой засаженной посередине декоративными кустами. Сейчас, в шестидесятом, они еще совсем маленькие, но года через три, там можно будет даже прятаться. А вообще, славные нынче времена – трава зеленее, солнце ярче, а люди попроще. К сожалению, и выбор поменьше, а очереди побольше! Кстати о людях, люди действительно неплохие, получше тех, что в будущем, в отличие от товаров. Не зря же эти японцы говорили – люди у вас замечательные, а вот все, что вы делаете руками …. Вот именно.
От мамы, кроме всего прочего, я получил четкие указания, сельдь брать только атлантическую, а не тихоокеанскую. О селедке иваси и голубоглазом минтайке здесь пока не слыхали – похоже, считается сорной рыбой. Странно, но речного ассортимента, вовсе не видно, даже обычных сушеных лещей к пиву. В основном, рыбные отделы забиты северной треской и балтийской килькой.
Здесь же, в гастрономе, решил соединить необходимое с полезным и обменял в кассе около полутора рублей на медяки. Кассирша с радостью согласилась, лишь удивилась, а почему это я пятачки брать не желаю? Но ничего, первого января 1961-го и до нее все дойдет. Однако, я сообразил, что в этом месте обменом лучше не заниматься, ведь сюда мне предстоит еще ходить и ходить. А ну как запомнит, а отвечать на каверзные вопросы любопытной кассирши мне ни к чему.
По дороге домой, обследовал новое перспективное место, а именно кусты за пивным ларьком и не прогадал, там меня терпеливо дожидалась пивная бутылка. Не густо, но время для настоящего поиска у меня еще будет. Помахивая авоськой с продуктами, еще раз перемотал события дня и припомнил планы на завтра, после чего, на ходу, сделал не сложные и приятные подсчеты.
- Вот какую именно сумму я теоретически смогу собрать и обменять за оставшееся до января время?
Выходило, что рублей четыреста – нормально так для девятилетнего пацана. Ведь эта сумма, умноженная на десять, будет чуть больше чем месячная зарплата отдельно взятого министра республиканского уровня.
Всматриваясь в знакомый старый пейзаж, я вспоминал, что же будет здесь через десять, двадцать, тридцать лет и неожиданно отметил еще одну особенность. Мне показалось, или так было на самом деле, но бездомных собак на улицах я встречал заметно меньше, чем в моем будущем. Может, это потому, что относительно недавно отгремела большая война, когда и людям-то было не слишком сытно, ну а собакам и подавно? Похоже, что матушка природа как то регулирует их популяцию.
И как же не хочется идти на работу, может еще немного полежать и подумать? Ведь думать, это тоже работа? Но победила мысль, что лежа работают только сторожа и девки из дома свиданий. Видимо это мое старое сознание капризничает, а молодое тело требует действий. Когда же наконец случится тот самый баланс и мои желания перестанут сходить с ума от новых возможностей? А пока, хватаю старый дерматиновый ранец и отправляюсь на поиски. Надо ловить момент, пока не начался сезон осенних дождей с их холодами, ведь тогда с бутылочкой пивка в скверике или за шахматной доской в парке, не очень то и посидишь.