Глава 29

Матильда сидела у столика в тени своего личного сада и думала. Думала о том, что время идет, но ничего не происходит. Все тихо и спокойно. Придворные и обслуга привыкли к телохранителям. Никто уже не шарахается в сторону при виде кошки и не застывает в изумлении, разглядывая самих теней. Покушений больше нет. Может злоумышленник оставил свои планы, может передумал, а может умер или уехал. Неизвестность и ожидание нападения сильно нервирует, а ей нельзя, у нее под сердцем маленький.

И все же, кто?

Она королева и прекрасно знает, что сейчас ее хрупкая фигурка, миленькая внешность, никого не введут в заблуждение. Все помнят, как жестко, а порой и жестоко она действовала, наводя порядок в королевстве. Враги? А у кого из королей их нет? Мелкие враги есть и у нее, а вот крупных она за своей спиной не оставила, ни одного. В этом она уверена.

Одна надежда на теней, которые произвели на нее неизгладимое впечатление. Все трое двигаются совершенно бесшумно и незаметно. Вот кажется только сейчас один из них стоял у входной двери, но стоит отвести взгляд в сторону и потом уже не понимаешь, как и куда он делся. Когда они едят? Где? Когда спят? Когда и где выгуливают кошку?

Куча вопросов без ответа. А как же хочется покоя и простого человеческого счастья…

Его величество король Эрик Второй сидел в своем кабинете за массивным столом и читал отчет казначейства, когда рядом с ним прозвучал тихий, но четкий голос одного из теней. Которого? Этого он сказать не мог, и различить их до сих пор у него тоже не получалось.

— Ваше величество, разрешите задать вам несколько вопросов?

— Да…

— Сколько полных лет принцессе Элеаноре?

— Через месяц во дворце состоится бал в честь ее шестнадцатилетия.

— Помолвлена ли она с кем-нибудь? Если нет, то есть ли у вас претенденты на ее руку?

— Элеанора ни с кем не помолвлена, но мы получили уже несколько предложений. Двое из них от представителей нашего королевства и одно от монарха соседнего с нами государства. Брак принцессы с королем очень выгоден короне, но все дело в том, что предполагаемый жених почти втрое старше невесты и моя жена категорически против. Она очень боится, что дочь повторит ее судьбу и поклялась, что если это будет в ее силах, предоставит Элеаноре выбор.

— Сама принцесса знает о претендентах на ее руку и если знает, то кто из них ей симпатичен?

— Да, девочка знает обо всех претендентах, но она рыдала на груди у матери и просила не выдавать ее замуж так рано, хотя у нас принято отдавать принцесс к шестнадцати годам, и я уверен, что в ближайшее время мы получим еще несколько предложений. Сейчас в людских королевствах три холостых монарха, а принцесс пятеро, но только две из них готовы к замужеству, остальные же малы возрастом. Да, еще при этом вторая принцесса считается уже старой девой, ей двадцать пять. Наша же девочка — молода и красива.

— Но замуж она не хочет.

— Да, не хочет.

— И еще один не совсем тактичный вопрос, но все же ответьте на него, ваше величество. Обращала ли принцесса на вас внимание, как на молодого мужчину?

Прежде чем ответить, Эрик выдержал неловкую паузу.

— Да. В первый год нашего с Матильдой супружества она активно кокетничала со мной, но моя жена всегда считала, что девочка просто учится нравиться окружающим мужчинам. Мне не хотелось расстраивать жену, и я ей не перечил, хотя был уверен, что Элеанора уже довольно взрослая девушка и прекрасно понимает, что делает. Последнее время она демонстративно меня игнорирует, подчеркивая своим поведением, что я муж ее матери.

— И последний вопрос. Как вы думаете, есть ли при дворе человек, желающий заменить королеву Матильду на ее дочь?

Король довольно долго молчал, а затем произнес:

— У меня нет ответа на этот вопрос.

— Тогда у нас просьба. В ближайшее время объявить всему двору, что королевская чета ждет наследника и отдельно принцессе о том, что брак с престарелым королем соседнего государства дело решенное, и на балу в честь ее дня рождения будет объявлено о том, что она скоро станет королевой.

— Для чего?! — изумился монарх.

— Нужно всколыхнуть устоявшееся «болото» вашего двора. Преступник затаился, значит у него есть время, он может ждать, но вы с королевой ждать, пока он решиться действовать, не можете. Королеве нужен покой, а вашему сыну шанс на жизнь. Безопасную жизнь.

— Я согласен. Сегодня же поговорю с Матильдой.

— Убедите ее, что Вы не настаиваете на браке принцессы и это просто временная мера, но вы должны будете объявить это Элеаноре так, чтобы она и те, кто возможно стоит за девушкой, поверили вам безоговорочно. Матильде нужно выдержать разговор и быть очень убедительной. Слезы и истерики дочери не должны повлиять на ее игру. Скажите ей, что именно от нее зависит жизнь и счастье вашей семьи и вашего сына. Добавьте, что девочку тоже нужно спасать, если ею кто-то манипулирует. Спасибо, ваше величество, что выслушали.

Еще долго король сидел без движения, смотря в одну точку и размышляя о произошедшем разговоре, который его очень сильно встревожил. Матильда очень сильно любит свою дочь и желает ей счастья. Однажды она пообещала дочери право выбора, и убедить ее будет сложно.

Как вошел в кабинет один из теней и как из него вышел, король так и не заметил.

***

Разговор короля и королевы состоялся вечером в нашем присутствии. Его величество ни меня, ни себя не подвел, сумел построить разговор очень правильно. Матильда, обеспокоенная не только своей безопасностью, но и безопасностью своих детей, согласилась нам подыграть. Мне было чисто по-человечески ее жаль, но это нужно было сделать. Заговорщиков нужно подтолкнуть. Создавшуюся ситуацию пора было разрешить. Ночь прошла спокойно и нам с Даном удалось как следует отдохнуть. Следующий день обещал быть хлопотным и беспокойным.

Именно таким он и стал.

Королева нервничала, кричала на камеристку, сделала выговор повару и разбила вазу. Успокоил ее муж, любимый муж. Обнял, поцеловал и прижал к себе, поглаживая рукой по спине. Никаких слов и нотаций ему для этого не понадобилось. Десять минут, всего десять минут и перед нами снова стоит невозмутимая женщина, истинная королева.

К завтраку принцесса не вышла, и всем нам пришлось дожидаться ее появления в кабинете короля.

Когда она зашла в кабинет, я еще раз убедилась в том, что она выглядит как настоящий ангел: натуральная блондинка с шикарными волнистыми волосами, большими голубыми глазами обрамленными длинными черными ресницами, густыми — создающими эффект подведенных глаз, чуть полноватые ярко алые губы только украшали ее. Она была красавицей и знала об этом. Нежно голубое платье необычайно шло к ее глазам и искусно подчеркивало уже сформированную фигурку, хрупкую, но безумно очаровательную.

Буквально впорхнув в комнату, она сразу же весело защебетала, здороваясь и приветствуя родителей. Заступившая ей на несколько секунд дорогу Багира уже привычно обнюхала ее и отступила в сторону. Девушка же сделала вид, что ей все равно. Король пригласил ее присесть и, проявив любезность, придвинул для нее кресло. Разговор начала королева.

— Элеанора. В честь твоего дня рождения во дворце будет устроен бал и мы с королем хотели бы знать, что именно ты желала бы видеть на нем, например: приглашенных артистов, бардов, музыкантов или же маскарад с танцами, фейерверками, выступление магов-иллюзионистов? Что? Подумай до завтра и запиши для нас свои предпочтения. Мы примем окончательное решение, и люди начнут работать над организацией задуманного нами праздника.

— А все вместе? Все, что ты, мамочка, перечислила… Нельзя ли все это объединить?

— Можно, родная, можно. И еще, у нас для тебя еще одно сообщение. Возможно оно вовсе тебя не порадует, но так сложилась политическая обстановка. Понимаешь, Элеанора, мы вынуждены дать согласие на твой брак с королем Максилеусом. Именно об этом будет объявлено на балу в честь твоего совершеннолетия. На днях портнихи, ювелиры, ткачи начнут готовить твое приданное, и ты так же можешь высказать свои пожелания…

Договорить королева не успела. Раздался пронзительный девичий крик,

— Нет…, - принцесса вскочила с кресла и, сделав несколько шагов, упала перед матерью на колени. Вцепившись в подол ее платья, она заплакала и запричитала:

— Мамочка… За что ты так со мной?!! Ты обещала!!! Не отдавай меня ему! Я умру! Он убьет меня. Я знаю!

— Встань, — довольно резко и повелительно произнесла королева. — Ты принцесса и тебя с детства воспитывали как будущую королеву. Ты всегда знала, что дочь короля никогда не сможет выбирать сама. Ты всегда знала, что твой долг выйти замуж так, как это будет выгодно королевству. Да, я обещала, что предоставлю тебе выбор, если смогу, но обстоятельства сильнее меня. И ты повинуешься им. У нас только два пути: первый — ты выходишь замуж за Максилеуса и он становится нашим союзником, и второй — ты уходишь в монастырь и отрекаешься от мирской жизни. Только в этом случае мы можем избежать войны. Наше государство слишком мало, чтобы выйти из войны победителем. А король… Король не вечен, а ты молода и королевский двор, это не монастырь с темными кельями, молитвами и постами. Выходя замуж, тебе не придется отказываться от жизни и любви навсегда. А вот монастырь — это служение богу и только ему, навсегда. Выйти оттуда ты уже не сможешь никогда.

Принцесса поднялась с пола. Ее глаза горели лихорадочным огнем. Губы, как и кулаки, были плотно сжаты, но Матильда, будучи истинной королевой, спокойно, не дрогнув, продолжила:

— Я хочу услышать твой ответ уже завтра. А теперь иди в свои покои и подумай, не как маленькая девочка, а как королева, которой в будущем придется думать не только о выполнении своих прихотей, но и о своем королевстве, о своих подданных.

Элеанора, резко повернувшись, кинулась к выходу. Дверь за ней захлопнулась с оглушительным грохотом. Матильда была подхвачена королем на руки. Усаживая ее поудобнее на своих коленях, он обнимал и приговаривал:

— Ты молодец! У тебя все получилось. И поверь мне, вся эта история пойдет девочке только на пользу. Ей уже пора думать не только о себе. И мы же не будем на самом деле объявлять о помолвке и браке, а значит твоя малышка в безопасности, а волнения в этом возрасте полезны. Особенно для таких самоуверенных и избалованных принцесс, как наша.

А король-то, тоже молодец, нашел нужные слова, успокоил жену, отвлек поцелуями. Пришлось на время оставить их наедине. Я ушла в потайной ход, а Дан с Багирой выскользнули в небольшую гостиную, примыкавшую к кабинету. Так, что подходы к объекту охраны как всегда были блокированы полностью, и уединение мы этому объекту тоже обеспечили. А это значит?! Значит, мы молодцы.

А вышли-то они не скоро… Не поругались, не рассорились, королева ни в чем короля не обвинила, все прошло, как по нотам. Остается ждать отклика на наше представление. На следующий день принцесса вышла к завтраку бледная, с поджатыми губами и сквозь зубы процедила согласие выйти замуж и стать королевой, а уже к вечеру расследование сдвинулось с мертвой точки.

***

Это произошло поздно вечером, провожая королеву в опочивальню, мы как всегда остановились и Дан скользнул в комнату первым. Несмотря на закрытую дверь, я, благодаря привычно обостренному слуху, услышала, как неторопливо и настороженно он двигается. Было понятно, что что-то его насторожило. Ждем. Он не зовет, значит уверен в том, что справится сам. Ожидание непривычно затягивалось. Матильда начинала волноваться. Наконец я услышала привычный, слышный только мне и кашне, щелчок пальцами. Можно войти. Открыв дверь, мы вошли в обычном порядке: Багира, королева, я.

Да! Сегодня в комнате был посторонний и не просто был, но и оставил подарочек. Сейчас этот смертоносный очаровательный подарочек сидел на ладони у моего брата, обхватив большой палец правой руки всеми четырьмя лапками. Это был очень маленький зверек. Больше всего похожий на карликовую обезьянку с моей далекой родины, мармозетку. Но отличие было очень существенным. Эта малышка оказалась совсем не так безобидна. Маленькая пушистая прелесть имела длинный гибкий хвостик с кисточкой на его конце, и именно эта кисточка скрывала необычайно ядовитое жало, один укол которым гарантировал смерть человека на третьей секунде. Почти безвредная для эльфов и драконов, обморок не в счет, она, тем не менее, является серьезной угрозой для людей. Очень часто люди не замечали малышку из-за ее маленького роста и пугали или причиняли ей боль, после этого естественно сразу получали удар жалом и на этом конфликт был исчерпан, человек мертв, а малышка пряталась.

Вот именно такое чудо и сидело на ладони моего брата и настороженно наблюдало за нашим приближением. Чем ближе мы подходили, тем сильнее поднимался в атакующую позицию его хвостик. Жало его было направлено точно на королеву. Матильда и я остановились, а Дан стал поглаживать это чудо, успокаивая и с помощью магии пытаясь распознать причины агрессии в сторону ее величества. Прошла пара минут, зверек успокоился.

— Малышку, а это девочка, держали в клетке, и кто-то, надев перчатку с запахом королевы, причинял ей все это время боль, поэтому объектом ее агрессии стала именно королева, и именно ей достался бы первый удар. Сейчас она спокойна и больше не нападет на вас, ваше величество. Немного ласки, заботы и любви, и у вас не будет более преданного друга, но если хотите, мы заберем зверька с собой, — сказал Дан.

«А ведь все могло бы получиться, — размышляла кашна. — Звереныш на время магией лишен запаха, и обычные телохранители-полукровки ее бы точно не заметили в складках прикроватного балдахина. Я бы заметила только тогда, когда она уже кинулась на обидчика. Никто не знает, что Дан — настоящий эльф, а ты — настоящий дракон, даже ваши учителя этого так и не поняли. Именно умение лесных эльфов видеть ауры живых и неживых существ помогло разрешить эту ситуацию. Другие телохранители, даже тени, были бы бессильны. Против вас играет кто-то очень умный».

Пока я слушала Багиру, королева с испугом смотрела на маленького, но такого смертоносного пушистика.

— Нет. Я не решусь оставить ее себе. Во дворце слишком много людей и если будет угодно богам, появится еще и малыш. Я не могу рисковать. Позаботьтесь о ней сами, — проговорила она и, чуть помолчав, добавила. — Я могу надеяться, что она не причинит вреда ни кому во дворце, если останется с вами?

— Да, вы можете не волноваться, — сказав это, Дан поднял руку к плечу и маленький зверек перескочив с руки скрылся под его глубоким капюшоном. Я ясно слышала, как ее маленькие лапки прошуршали по ткани и как она, успокоившись, зарывалась в его волосы, поближе к шее. Очень хотелось улыбнуться. Теперь мой брат приобрел преданного друга, который всегда с легкостью сможет скользнуть ему на ладонь, стоит только позвать.

Успокоившаяся Матильда начала готовиться ко сну. Багира и Дан заняли свои места в покоях, настраиваясь на охрану вдвоем, а я пошла по следу щедрого дарителя безумно дорогих редкостей.

Человеческая магия слаба, но нужно признать, что и они кое-что могут. Не была бы драконом, не обладала бы благодаря мамочке сильной эльфийской магией, и идти бы никуда не пришлось. Постороннего запаха не было. Обычных следов, оставляемых людьми, не было. Но был след доступный из нас троих только мне, магический след, а точнее полное его отсутствие. Я четко ощущала место точно стертое, с полным отсутствием чего бы то ни было. Это можно было сравнить с эффектом линии, проведенной резинкой по листу бумаги с рисунком, нарисованным простым карандашом. Отличие состояло лишь в том, что след в этом мире начинал потихоньку затягиваться, и мне стоило поспешить, что я и сделала.

Стремительный бег по потайным ходам закончился в кухонной кладовке. Дальше пришлось двигаться по общим коридорам. След привел меня в каморку под лестницей. На низкой и коротковатой, для худенькой долговязой фигурки, кушетке спал молоденький паренек. Спал спокойно и безмятежно, видя сны, навеянные магией принуждения. Будить его смысла не было, вряд ли ему дозволили помнить о том, что он сделал. Да и что он сделал-то? Взял, отнес, вернулся, заснул. Все. Идем дальше, а вот дальше след привел в комнату к нестарой еще женщине лет пятидесяти. Она металась по комнате, заламывая в волнении руки. По ней было видно, что она в курсе происходящего, и я знала ее. Знала кто она и какое место при королевском дворе занимает.

Пока мои подозрения подтверждались, но опять-таки лишь косвенно, ибо особа, вызвавшая их, могла сделать вид, что она ничего не знала и глубоко возмущена поступками и намерениями окружавших ее людей. А самое главное, в комнате, в которой я сейчас находилась, и хозяйка которой так меня и не заметила, не было ни клетки для животного, ни следов его жизнедеятельности. Значит, его сюда принесли сегодня днем и к вечеру доставили в спальню к королеве. Но за полдня след дарителя «остыл». Был слабый запах мужчины, мужчины-мага. Он это, или не он, сказать уже было невозможно, а вот пройти по его следу можно попробовать. След четко вел меня за пределы дворца.

Пришлось знакомиться со столицей королевства под покровом ночи, двигаясь тенью по ее улицам. Город жил своей жизнью и до проблем высокородных правителей ему не было никакого дела. Из трактиров слышались звуки драк и песен. В большой богатый особняк лезли неудачливые воришки. Почему неудачливые? А потому, что судя по запаху во дворе этого дома сейчас свободно бегали четыре крупных волкодава и вряд ли они были милыми и заботливыми существами, особенно в отношении не прошенных гостей. Чуть дальше в переулке выясняли отношения два богатеньких бездельника. Затеяв дуэль, они неумело бренчали оружием. Все как всегда, все как везде. Ночная жизнь города била ключом.

Наконец-то я нашла нужный мне дом. Все вокруг него было пропитано магией и магией именно той, хозяина которой я так настойчиво ищу и, как оказалось, не я одна. Затаившись в густой непроглядной тени, я могла наблюдать, как одетый во все черное невысокий, крепкого телосложения, мужчина, явно обвешанный артефактами, преодолев магическую защиту и стены, ограждающие небольшой особняк, двинулся в сторону самого дома. Двигался он совершенно бесшумно. Все его поступки были настолько характерны, что гадать о его профессии мне не пришлось. Незадачливого мага посетил наемный убийца. Была ли я против такого посещения? Нет, не была, но вот поговорить с магом он мог мне помешать, а потому пришлось догонять и перегонять.

Да, именно перегонять. И я успела. Успела обойти дом, и забраться в него первой, добавить в защитные плетения мага, навешанные на особняк, пару своих, сделав его действительно недоступным для желающих войти. Теперь пока я не выйду, никто не войдет.

Найти кабинет, где в этот момент находился маг, труда для меня не составило. Уже буквально через несколько минут я словно тень проскользнула в комнату, по которой метался молодой мужчина, среднего роста с невзрачным и невыразительным лицом. Не замечая моего появления, он собирал в баул стоящий на столе какие-то бумаги, причем большая их часть летела в горевший камин. Что происходит, догадаться было нетрудно. Молодой маг — осознав глубину ямы, в которою угодил, готовился бежать далеко и быстро. Да вот только соображал, но медленно. Собираться-то надо было до посещения дворца, до выполнения такого рискованного и такого денежного заказа, а бежать сразу после выполнения заказа и бежать уж точно не заходя больше домой. А сейчас — сейчас поздно!

Совершенно спокойно я шагнула в полосу света и дала себя рассмотреть. Маг довольно быстро сориентировался и в меня полетел небольшой огненный шар, вслед ему ледяная игла. Ни то, ни другое до меня не долетело и не потому, что я стояла далеко, напротив — близко, очень близко, а потому, что под влиянием мощного древнего артефакта, вдетого в мое ухо в виде простого, тусклого, серебряного колечка, все заклинания мага превратились в обычную магическую энергию и были им просто поглощены. Мне оставалось только допросить обессиленного мага, что я и сделала.

— Если ты расскажешь мне все сам, то не трону и просто уйду, — произнесла я в тишине комнаты, наблюдая за тем, как до парня доходит, кто я и что я могу с ним сделать.

Губы его посерели и на мгновение крепко сжались. Затем он заговорил:

— На меня вышел заказчик, проживающий на территории дворца. Он же предоставил зверька, на которого нужно было оказать магическое влияние и убрать, также при помощи магии, с него любой запах. Этот же мужик встретил меня у дворцовых ворот и проводил в комнату, в которой мне предстояло работать с подростком, настраивая его на выполнение озвученной ему команды. Что ему приказали затем, после моего ухода, я догадываюсь, но объекта на которого его нацеливали я не знаю. Это все. Единственно, что еще — это то, что комната в которую меня привели, была явно женская, а мужчина, делавший заказ и провожающий меня по территории дворца, был в маске, но уже при нашей второй встрече я заметил на его камзоле магическую булавку. Это был амулет проклятого. Кто-то подсадил ему паразита и уже к ночи он точно стал покойником. Противодействия магическим тварям, подсаженным таким способом, люди еще не придумали. И только заметив эту булавку, я понял, что влип, и мне придется все бросить, — он помолчал и добавил. — Вы обещали меня отпустить.

Вместо ответа я просто сделала так, чтобы в камине находящемся за спиной мага громко треснуло и рассыпалось угольками одно из поленьев. Хозяин кабинета предсказуемо вздрогнул и оглянулся. Этого краткого мгновения мне вполне хватило, чтобы исчезнуть, а спустя мгновение я развеяла свои охранки, вплетенные в магический узор, охраняющий дом, и усердно трудившийся над его взломом убийца проник внутрь с противоположной стороны. Уже у ворот я почувствовала, как гаснет одна из искр жизни находящихся на втором этаже дома. Маг получил по заслугам от своего нанимателя, а я? Я сдержала свое слово и не причинила ему вреда, а вот охранять его я не нанималась, а потому — мы имеем то, что имеем.

Мне кажется или я становлюсь циничной? Нет, наверное, не кажется. В прошлой жизни я не смогла бы поступить так, как поступила сейчас, но этот мир меняет меня. Он позволил мне жить, взрослеть, учиться. Он дал мне уверенность в своих силах. Теперь я многое умею и мне многое подвластно. Я знаю, что теперь смогу выжить самостоятельно и бояться теперь нужно не мне, бояться теперь нужно меня и мне сегодняшней — это нравится. Но… Есть несколько больших «но»…

Очень хочу летать. Последнее время у меня не было такой возможности и мне этого очень не хватает. А еще в лес хочу… и надолго, по дорогам побродить хочу, для людей попеть, с людьми пообщаться, и Алекса хочу встретить, узнать, вспомнить, начать знакомиться по новой. Последние время тоска все больше и больше накатывает на меня. Тянет в дорогу, к поискам, к единению со второй половинкой. Но есть обязательства и время терпит. Душа торопит, а время терпит. Остается положиться на богов, если они привели мою душу в этот мир, значит наверняка приглядывают за мной, и мы в полной их власти. Остается только ждать, и я жду…

Возвращение во дворец прошло без происшествий. Королевская чета давно спала, и никто не мог помешать нам с братом обсудить новости. А новости такие: улик нет, прямо на подозреваемого ничего не указывает, но он принялся действовать и это хорошо. Остается только ждать, а уж этому нас научили хорошо.

Ожидание затягивалось. Шла подготовка к балу и дворец больше всего напоминал растревоженный улей. Охранять Матильду стало в разы труднее, но мы справлялись. Большую помощь в этом нам оказывала именно Багира. Её внушительный вид помогал нам держать на расстоянии от королевы особенно назойливых придворных. Время до бала оставалось все меньше и меньше. В воздухе буквально веяло тревогой и напряжением. Если до бала ничего не произойдет и ситуация не разрешиться, то придется говорить Элеаноре, что ее брак окончательно не решён и помолвка откладывается.

Королева нервничала. Принцесса истерила и трепала нервы окружающим. Она была недовольна всем: украшением дворцовых залов, составленным к празднику меню, сшитым для нее маскарадным костюмом и конечно нашим поведением. Именно к нам она цеплялась особенно усердно. Её, конечно, злила кашна, мешающая ей подскочить к матери, не останавливаясь и не притормаживая. Её бесило и то, что кошка проверяет ее также как и всех, прежде чем пропустить к королеве, а также то, что мы с братом неотлучно находимся возле ее величества и не просто не спешим выполнять ее пожелания, но и вовсе не обращаем на них внимания. Король несколько раз объяснял ей, что мы находимся во дворце не для того, чтобы выполнять ее прихоти, что она не может нам приказывать, но настырная девица пробовала приказать нам вновь и вновь.

Все случилось, когда до бала осталось пять дней, и по дворцу разнесся слух о том, что завтра начнут съезжаться гости и король Максилеус прибудет одним из первых.

Королевская чета приступила к завтраку. Принцесса опаздывала. Наконец спустя двадцать минут, тогда когда ее уже перестали ждать, она вихрем влетела в малую королевскую столовую и, не останавливаясь, ринулась в сторону матери возбужденно повторяя:

— Мама! Мама! Смотри! — Договорить она не успела, потому как лежащая у ног королевы кашна встала ей наперерез. Элеанора изобразив на лице негодование притормозила и скомандовала, глядя на нас. — Уберите свою зверюгу! Быстро!

Мы промолчали, а Багира как всегда не торопясь её обнюхала.

«Яда нет, — услышала я. — Но в руках какое-то старинное украшение».

Кошка легла на место. Я подступила вплотную к королеве. Принцесса шагнула ближе и, глядя в глаза матери, восторженно заговорила, протягивая ей удивительно красивый, работы древних мастеров, гребень для волос.

— Мама! Сегодня утром торговцы принесли мне удивительный гребень. Ты же знаешь, как я люблю старинные украшения. Посмотри какой, такого второго уж точно ни у кого нет. Разрешите мне его купить. Он конечно очень дорого стоит, но ведь он того стоит!!! Он должен быть моим.

Королева протянула руку, чтобы взять протянутый ей гребень и время для меня словно замедлилось. Никто кроме меня не видел, как еще секунду назад этот артефакт был совершенно неактивен в магическом плане, но стоило Матильде протянуть руку в его сторону, как он начал «просыпаться». Замигал маленьким красным огоньком крупный центральный камень, составляющий основу украшения. Начали разворачиваться маленькие, магические жгуты и все они тянулись навстречу королеве. Доля секунды отделяла ее величество от принятия на себя магического паразита, древнего паразита, настроенного именно на ее ауру, ждущего именно ее.

Но этого хватило мне для того, чтобы резко вытянув руку вперед перехватить гребень. Немного испуганная моим действием королева отшатнулась в сторону, принцесса негодующе вскрикнула, не сумев сдержать возмущения, а король просто вопросительно посмотрел в нашу сторону. Они ничего не видели, и мои действия их шокировали, обычно после проверки предметов и людей кашной мы с Даном не вмешивались. В этом же случае магию заметила только я. Перехватила я гребень очень удачно. Магический паразит не успел отпрянуть и свернуться. Мой древний амулет накопитель с ним легко справился, преобразовывая его в чистую энергию и поглощая. Сделав вид, что осматриваю древнюю безделушку очень внимательно, я, спустя несколько минут отдала его королеве со словами:

— Все чисто, мне показалось.

Матильда приняла гребень и, восхищенно его осматривая, дала разрешение дочери на его покупку. Наблюдать за девчонкой в этот момент было весьма интересно. В ее глазах отразилось чувство полного удовлетворения. Она решила, что у нее все получилось! Мы с братом переглянулись и пришли к выводу, что дольше ждать нельзя, да и незачем. Пора подводить эту историю к завершению.

— Ваше величество, — обратился к королю Дан. — Мы бы хотели поговорить со всей вашей семьей именно сейчас и без свидетелей.

Король поднялся и жестом пригласил свою жену и падчерицу следовать за ним. Охрана короля осталась около общего входа в королевские покои, а мы прошли дальше, в его кабинет. Королевская семья чинно расселись по креслам, Багира легла у дверей, Дан, не скрываясь, проверил наличие соглядатаев в потайном ходе. Выволок из него какого-то невзрачного мужика и, обездвижив его, привел в бессознательное состояние. Глядя в удивленные глаза короля, я начала говорить.

— Мы готовы закрыть наш контракт и отчитаться о проделанной работе. Начать бы хотелось с принцессы Элеаноры. Если её величество разрешит задать принцессе несколько вопросов.

Удивленная Матильда не ответила, а только кивнула головой, выражая согласие. Раньше она не соглашалась на этот разговор, ссылаясь на и так непростые отношения с дочерью. Она убеждала нас, что девочка знает только об одном покушении, произошедшем именно на ее глазах, настаивала на том, что нет веской причины для того, чтобы тревожить ранимую душу молоденькой принцессы. Но теперь, услышав о том, что мы готовы покинуть ее королевство, согласилась. Видимо мое заявление выбило ее из колеи на какое-то время. Не теряя ни мгновения, я сделала шаг в сторону принцессы, протягивая в ее сторону открытую ладонь. Любопытство женщины — это могучая сила, которой она не может противостоять. Вот и Элеанора встала и, шагнув мне на встречу, попыталась рассмотреть, что же такое я хочу ей показать.

А все было очень просто. Я показыв. ала ей ладонь, которая была покрыта едва заметной глазу золотой пыльцой. Удивленная девушка вопросительно взглянула на меня, а я подняла руку к своему лицу и просто дунула в ее сторону. Пыльца заискрилась в воздухе, оседая на лице принцессы и уже через секунду от нее не осталось и следа, а девушка осталась стоять, равномерно дыша, не высказывая не малейшего волнения. Король тоже сидел спокойно, заволновалась королева:

— Что вы с ней сделали?

— Только то, на что вы ваше величество дали согласие, — объяснила я. — Принцесса теперь будет отвечать на наши вопросы только правду и ничего кроме правды. Даже если она действовала в каких либо случаях под принуждением, она не сможет это скрыть, не смотря ни на какие клятвы и запреты. Пыльца, используемая нами, совершенно безвредна, но время ее действия ограничено, поэтому разрешите нам приступить.

Успокоенная Матильда присела поближе к королю и произнесла:

— Продолжайте, но я все равно не понимаю, причем тут ваше задание и моя дочь?

Объяснять я ничего не стала, просто заговорила с ее дочерью. Дан же в это время вплотную подступил к самой королеве и, используя магию леса, принялся контролировать ее физическое состояние. Нам совершенно не нужно было, чтобы королева, перенервничав, потеряла ребенка или просто свалилась в нервной горячке.

Хватило одного вопроса.

— Зачем ты хотела убить свою мать?

Ответ не удивил короля, но потряс королеву.

— Папочка обещал, что королевой стану я! А она… Она посмела занять мой трон, выйти замуж за того, кого полюбила я, да еще и родить наследника собралась! Кому она нужна такая старая? Родить любимому наследника могу и я сама. Он мой и трон мой, и королевство мое! Ей давно пора умереть. Я все так хорошо придумала. На меня бы точно никто не подумал. Я была бы главной утешительницей для короля! Мы вместе оплакивали бы мою мамочку, и все бы получилось, но тут они наняли вас и все пошло кувырком. Все из-за вас! Все мои беды из-за вас! Ненавижу!!!

— Кто тебе помогал? — спросил король, не глядя на жену.

— Камеристка и кормилица знали обо всем. Остальные маги, лакеи и один из моих высокородных поклонников помогали мне, ни о чем не подозревая, но тебе, любимый, не о чем беспокоиться, когда она умрет нас никто не заподозрит. Все причастные к покушениям уже умерли, осталась только кормилица, но если хочешь, то и она умрет!

— Почему ты продолжаешь думать, что твоя мать умрет? — встревожился король.

— Гребень, который она продолжает держать, совсем непростой. Это не просто древняя вещица. Меня заверили, что магическая дрянь, живущая в нем, теперь нацелена именно на мамину ауру, безвредная для остальных. Взяв в руки украшение, она подписала себе смертный приговор, нынешние маги ничего не могут противопоставить древним, настройка артефакта на мать убила моего мага, но у него все получилось. Через пару дней вместо праздничных платьев мы наденем траур. Я буду скорбеть вместе с вами, мой король. А потом, потом мы будем править!

Король застыл в своем кресле, а вот королева, благодаря Дану, выглядела лишь немного встревоженной. Принцесса замолчала, заговорила я.

— Ваше величество, спешу вас успокоить. Наш контракт по защите и нахождению виновных выполнен до конца, а это значит — королеве ни что не угрожает. Она совершенно здорова. Артефакт был обезврежен еще в малой столовой. Теперь вам нужно решать, что делать с Элеанорой и вызвать мага-целителя, чтобы он неотлучно находился возле вашей жены и помог ей сохранить вашего сына и рассудок. Пока в равновесии ее держит один из нас, но так как мы скоро уйдем, этот вопрос стоит решить уже сейчас.

Пришедшая в себя несколькими минутами позже, принцесса попыталась доказать матери и отчиму, что ее оболгали, что она не виновата, но это ей не помогло. Король действовал быстро и решительно, принимая решения самостоятельно, не оглядываясь на королеву и впервые не спрашивая ее согласия.

Принцессе было объявлено прямо при нас о том, что уже к концу недели святая обитель примет ее своей послушницей и первые десять лет она проведет в кандалах и молитвах, а потом просто в молитвах до конца своих дней. Вызванная стража увела сопротивляющуюся девушку. Прибежал маг и куча служанок. Королеву увели в ее покои. Суета затихла. В кабинете остались только мы трое и король.

— Я передам в Обитель благодарность за вашу работу. И я согласен с вами — работа выполнена. Контракт закрыт. Спасибо вам, — монарх склонил голову в почтении.

Поклонившись, мы вышли. Скользнув словно тени к выходу, мы ушли в потайной ход, находящийся в прилегающей к кабинету гостиной. Покинуть дворец и город мы смогли без труда.

Всё! Мы закончили. Имеем право отдохнуть, вдоволь поесть и выспаться. Погода прекрасная, жизнь хороша. А что еще нужно нам сейчас? Свобода, лес, дорога и больше ничего.