9

Мой первый поцелуй случился, когда мне было шестнадцать. На даче у родственников я познакомилась с Гришей — он тоже был из Москвы (правда, совсем из другого района, а это в масштабах мегаполиса как другой город). Не скажу, что в нем было что-то особенное. Просто так получилось. И просто я не хотела отставать от подруг, которые только и делали, что обсуждали свои романтические приключения.

Мне было все равно, получится ли что-то из этого. Но свои два месяца бабочек в животе и поцелуев под звездным небом я получила.

Когда вернулась в школу, то между делом частенько вставляла подробности романа, и подруги томно вздыхали в ответ.

Прошли годы, все те одноклассницы уже замужем, у многих дети, а я до сих пор не понимаю, чего хочу от отношений. Еще недавно думала, что только секса, но сейчас кажется, как будто в этом уравнении не хватает еще одной переменной.

— Хорошее место, правда? — спрашивает Кирилл, поднимая бокал с красным вином. — Довольно популярное — не всегда есть столик, но нам повезло.

У Матросова красивый острый подбородок, светлые волосы в вечном беспорядке, голубые глаза напоминают о море, где я не была уже очень давно. Я бы смогла полюбить такого мужчину, если бы захотела. Наверное.

— Чудесная обстановка, — улыбаюсь я и тоже поднимаю свой бокал.

Под легкий звон стекла мы обмениваемся многозначительными взглядами, и я чувствую, как начинают пылать щеки.

Мимо нас проходит какой-то высокий мужчина в костюме и нечаянно задевает столик.

— Простите, я такой неловкий.

Ну конечно это Руслан. Самый популярный ресторан в центре города. Найти меня не так-то сложно, даже если предположить, что это не простое совпадение.

К счастью, в отличие от Яши этот придурок не может использовать «джипиэс».

— Ничего страшного. — Я растягиваю губы в вежливой улыбке, хотя внутри меня все дрожит.

Руслан продолжает нашу игру и проходит к столику неподалеку, где пышногрудая девушка раскладывает перед ним меню. Через мгновение он уже полностью поглощен официанткой, которая, кажется, не прочь пококетничать.

— Что такое? — Кирилл следит за моим взглядом и хмурится. — Вы знакомы?

— Немного, — уклончиво отвечаю я и стараюсь больше не смотреть в сторону Олшевского.

К чести Матросова, он не продолжает расспросы. Вместо этого он спрашивает:

— Хочешь поменяться местами?

Я выдыхаю с облегчением.

— Да, спасибо.

Теперь я сижу спиной к финансовому директору «Шок-о-рая» и могу не видеть его надменной физиономии. Но есть что-то резко уже не хочется.

— Ты в порядке? — спрашивает Кирилл. — Если хочешь, только скажи — мы уйдем.

— Я… да.

Я не привыкла сдаваться.

— Что да? Хочешь пойти в другое место?

— В смысле в порядке, — поправляюсь я.

Весь оставшийся вечер я чувствую, будто мне спину прожигают лазером. Хочется повернуться, но я не позволяю себе ни малейшей слабости.

— Как там в офисе? Лещенко все еще бушует? — спрашивает Кирилл, накалывая на вилку салат.

— Мягко сказано. У него, несмотря на возраст, энергии как у подростка. Готова поклясться, его трость только для вида — за теми, кто делает ошибки в договорах, он бегает зайчиком и еще этой самой тростью поколачивает.

Кирилл смеется так заразительно, что я тоже не удерживаюсь от смешка.

— Узнаю старика, — говорит он. — Он к нам приезжал этой весной, проверял дела в офисе. Мариночка, наша новая впечатлительная сотрудница, аж хлопнулась в обморок от его харизмы.

— Что, прямо так и хлопнулась?

— Лицом в горшок с суккулентом.

Под конец вечера становится проще и спокойней. Мы с Кириллом выходим из ресторана — он протягивает мне руку, и я ее с благодарностью принимаю. К счастью, Руслан решил не делать карьеру сталкера и остается дожевывать свой ужин в одиночестве.

— Ну что, сегодня зайдешь? — спрашивает Матросов, намекая на то, что в прошлом году я от аналогичного предложения отказалась.

— Почему бы нет.

Когда мы поднимаемся по лестнице старого, но чистого подъезда, Кирилл музыкально звенит связкой ключей.

— Зачем тебе столько? — удивляюсь я.

— О, я открываю и закрываю все двери в офисе. Это тебе не столичная контора. Ну и все мои ключи тоже здесь — от гаража, от машины. Пробовал их рассоединить, но тут же потерял.

— Солидно.

— А то. Кстати, как съездили на фабрику?

— Пока никак. В пять они уже закругляются, поэтому поговорили с директором, посмотрели оборудование, но на сам процесс удастся посмотреть только завтра утром.

И будто кто-то услышал наш разговор, в заднем кармане джинсов начинает вибрировать телефон. Я думаю, что это Руслан, отчего сердце оглушительно бьется, но это оказывается Таня.

— Дина-а-а, — в своей типичной манере тянет подруга, — ты уехала и оставила меня совсем одну.

— Знаю-знаю, и пропустила твое первое УЗИ. Как там?

— Боже, Дина, во мне растет чужой, — захлебывается от восторга Танька. — А так врач говорит, что все ок. Жру как не в себя. Съела все, что ты два дня назад со своим хахалем купила.

— Он не мой… — начинаю я, но вовремя осекаюсь. — Слушай, Тань, я тебе завтра утром позвоню, как проснусь. Ты во сколько в киношку?

— К десяти надо быть, — зевает подруга. — В общем, я спать, а ты иди тусить. Я мать, мне надо быть самой ответственной из нас двоих. — И отключается.

В этот момент мы как раз доходим до пятого этажа, где Кирилл вежливо пропускает меня в квартиру первой.

Здесь чисто и вполне современно. Хорошая просторная двушка для холостяка.

— Ой какой ты миленький на фоточке, — хихикаю я, показывая на детское фото Кирилла с родителями на стене. Узнать его довольно легко.

Мужчина внезапно вновь касается моей руки, но это прикосновение ощущается совсем не так, как на улице. От него не порхают бабочки в животе, но накатывает легкое возбуждение и предвкушение чего-то приятного.

Губы Кирилла мягкие, но настойчивые. Чувствуется, что он истосковался по чужому теплу, как и я. Ощущаю вкус вина, и это пьянит еще больше.

— Ты такая красивая, — выдыхает он мне в губы.

Мы вновь сливаемся в единое целое, но, как назло, опять звонит телефон. И так как Таня уже отправилась спать, кандидатов в такой час остается немного.

— Прости. — Я делаю шаг назад и вижу, что Кирилл не может скрыть разочарования.

Я поспешно выхожу из комнаты и иду на кухню. «Руслан Олшевский» в моих руках не унимается. Я сажусь на стул у обеденного стола и поджимаю под себя одну ногу. Пальцы правой руки сами начинают гулять по деревянной поверхности.

— Ты где? — спрашивает он, но не даже не дает ответить. — Савельева, мы приехали сюда по работе, а не заводить шашни. Кто этот придурок? За тобой приехать?

— У тебя крыша поехала, — шиплю я. — Не твое дело, где я и с кем провожу вечера. Вали к своей Настеньке и на ней выплескивай все свои эмоции.

Но Руслану удается в очередной раз за всего пару дней меня удивить.

— Ладно, прости. Я дурак. И с Настей меня ничего не связывает, если хочешь знать.

Меня тянет спросить, за что именно он просит прощения, но я молчу. Ему отвечает только мое сбившееся дыхание.

На этом он отключается.

В дверном проеме появляется Кирилл.

— Не судьба нам с тобой, Диана, да? — Он все понимает сразу и протягивает мне руку, помогая встать.

— Ты уж прости, — смущаюсь я. — Я не специально. Просто голова немного… не на месте. В таком состоянии лучше не принимать необдуманных решений. А я тебе позвонила на эмоциях.

Боже, я что, ухожу от мужчины, потому что какой-то индюк передо мной извинился? Я схожу с ума.

Кирилл предлагает меня проводить, но здесь недалеко и я хочу пройтись. Теплый ветер приятно дует в лицо, а я стараюсь не думать ни о чем, кроме того, что я, похоже, проиграла в игру, которую сама и затеяла.

В лобби отеля пусто. Поднявшись на нужный этаж, я останавливаюсь перед своей дверью и уже собираюсь приложить карточку, как что-то внутри меня заставляет сделать шаг в сторону. К двери, за которой меня, возможно, никто не ждет.

Но ведь попытка не пытка, верно? В бизнесе кто не рискует, тот не выигрывает.

Я заношу руку, чтобы постучаться, но в этот момент кто-то поворачивает ручку изнутри, и я отпрыгиваю в сторону.

— О, Руслан…

Но это не Руслан. Это та самая девушка, с которой он флиртовал в ресторане.

— Привет, — щебечет она, но глаза почему-то грустные. — Он там.

Чувствуя горький вкус разочарования на языке, я захожу в номер, где не горит свет. Темный силуэт Руслана виднеется на кровати, лицо скрыто в широких ладонях.

Уже хочу отвесить очередной саркастичный комментарий, которыми мы с ним обмениваемся годами, как Олшевский издает хриплый стон.

— Что ты со мной сделала, Савельева?