Глава 27. Илья

Не знаю почему, но оставлять девочек совсем не хочется. Покидаю их с тяжелым сердцем. Что-то не нравится мне этот мужик, их отец. Физиономия его совсем не внушает доверия. Немного поколебавшись, звоню бабушке.

- Ба, вы до дома добрались?

- Давно, Илюшенька, я ужо пельменей налепила, приезжайте с Майюшкой.

- Ага, с Майюшкой приезжать. Значит, в покое ее уже можно не оставлять, так? Ты ведь специально так сказала, да? – озаряет меня внезапная догадка. – Ты пыталась нас свести, хитрая женщина?

На том конце трубки воцаряется тишина, а потом бабушка начинает хихикать.

- Не злись, Илюшенька, это я ведь так, для надежности. Понравилась мне девочка. Добрая, заботливая. Разве не это тебе сейчас нужно? Хорошая она. Подходите вы друг другу, сердцем чую, твое!

Ну и как мне злиться на эту хитромудрую сводницу? Добра ведь хотела.

- Не стоило утруждаться, ба, сам вижу, что мое. Ну да ладно, не поэтому я звоню тебе. Помнишь, когда мы в прошлый раз у вас были? Что Майя рассказывала о своей семье, когда мы с Настенькой ушли? Говорила что-нибудь об отце?

Бабушка явно удивлена столь резкой переменой темы, поэтому отвечает не сразу.

- Да ничего такого не говорила, только что мама умерла, а отец не живет с ними. Я не стала тогда шибко расспрашивать. К чему раны бередить-то?

Гадство… что отец с ними не живет, я и без того знаю. Ладно, будем копать дальше.

- Правильно бабуля, лучше не затрагивать эту тему. Ладненько, отдыхайте там с дедом, пельмени лопайте, я приеду завтра после работы, навещу вас.

- Хорошо, сыночка. Если Майюшку с собой возьмешь – будем только рады.

Эх, я тоже был бы рад, если бы моя колючка поехала со мной. Но разве ее уговоришь? Мы ведь опять все «обнулили»! Ладно, мне нужно немного времени, чтобы разработать тактику и стратегию. А пока… Резко затормозив, сворачиваю на парковку у цветочного магазина и захожу внутрь. Мое внимание привлекают ярко-красные герберы. Пышные головки гордо держатся на упругих стеблях. Эти цветы напоминают мне ее, несломленную, смелую, мою красавицу. Выбираю самый пышный букет и заказываю доставку на вечер. Знаю, она будет в бешенстве.

Ну а теперь думаем дальше, что делать с ее отцом… Есть только один человек, который точно сможет мне помочь. Набираю номер Болта.

- Привет, дружище! – сонно протягивает он, подавляя зевок.

- Я что, разбудил тебя? Уже ведь почти вечер!

- Вымотали вы меня вчера своими приключениями, - хохочет друг. – Ну как там милашка-стриптизерша? Я позвонил Разину, может не переживать по поводу увольнения. А то пока ты вчера в машине дрых по дороге в больницу, все уши мне прожужжала о том, что ей теперь «капец». В общем перетерли все с начальством, пусть работает дальше, премию получит в качестве моральной компенсации, а белобрысого додика Разин уже уволил.

- Спасибо, брат. Если вдруг нужна будет какая-то помощь – только скажи, - даже стыдно после такого снова просить его об услуге, но что делать? – И еще, тут такое дело…

- Ну хватит уже сиськи мять, говори.

- Даже неудобно как-то.

- Неудобно срать в почтовый ящик, щелка узкая! – гогочет Болт, и я улыбаюсь. Десятилетия идут, а он все тот же.

- Мне нужно нарыть инфу на одну подозрительную личность.

- Эво как! Ладно, и что это за чел?

- Это отец Майи. Знаю только его имя и фамилию. Романовский Станислав. Сможешь мне помочь?

- Помочь смогу, но нескоро. Мой главный информатор сейчас в больничке с огнестрелом, а Левон в теплых краях косточки греет, прилетает только в четверг. При хорошем раскладе нужна неделя. Потерпит?

Надеюсь, что потерпит… Это странное беспокойство все никак не дает мне покоя. Постараюсь приглядывать за Майей это время.

- Конечно, спасибо, друг.

- Ну а для чего еще нужны друзья? – усмехается Болт. – Что знать-то хочешь?

- Всё возможное. Кто он, где работает, чем дышит, в каких кругах вращается.

- Как все серьезно. Хочешь пробить почву? Ну, подмазаться к будущему тестю? – хохочет Серега, но мне не до смеха.

- Можно сказать и так. Ладно, мне нужно ехать.

- Давай, как инфа будет – позвоню.

Теперь остается только ждать и надеяться на то, что мои опасения беспочвенны.

Остаток дня проходит серо и скучно. Когда сажусь готовиться к лекциям, раздается звонок. О, а вот и апокалипсис на подходе!

- Илья Андреевич! Я же говорила не надо! Почему вы никогда меня не слушаете и все делаете наперекор? Ненавижу вас!

Верещит так, что мои барабанные перепонки чуть ли не лопаются. Невольно сморщившись, убираю трубку подальше от уха, дожидаясь, пока генератор ультразвука угомонится.

- Не понимаю, о чем ты.

- Цветы! Это ведь вы прислали мне букет! Даже не врите, что это не вы!

- Не понимаю, почему ты возмущаешься. Сама же дала мне краткое руководство по завоеванию молоденькой девушки. Ресторан, мороженное, цветы. Так что насчет секса?

- Илья Андреевич! – гневно вопит в трубку, и я не могу сдержать смеха.

- Угомонись, Майя, я просто пошутил. А по поводу цветов все вышло спонтанно. Оказался в цветочном магазине, увидел этот букет и подумал о тебе. Эти цветы очень на тебя похожи.

- Похожи? И чем же?

Ну вот, кажется, гроза миновала, по крайней мере Майя больше не верещит.

- Такие же красивые и яркие, как и ты. Не понравились?

Майя молчит, и когда я уж было начинаю думать о том, что ответа мне не дождаться, тихо произносит.

- Понравились, спасибо. Но больше так не делайте.

- Почему же?

- Потому что сегодня последний день, завтра мы все обнуляем, не забывайте об этом.

Аррр! До чего же мне жаль, что Романовская сейчас не рядом! Так и хочется стиснуть эту хорошенькую шейку и придушить мою мучительницу.

- Хорошо, спокойной ночи, студентка Романовская. Постскриптум: всего лишь ваш преподаватель.

Хмыкнув, даю отбой. И снова меня посещает желание закурить, аж руки чешутся. Первый раз со мной такое с тех самых пор, как бросил. Даже в развод такого не было. Вот же довела чертовка! Кофе! Мне нужна огромная, гигантская кружка кофе! С этим намерением и шагаю на кухню. Но налить кофе не успеваю. В дверь звонят. Странно, кто бы это мог быть в такое время? Открываю дверь и обмираю, едва не роняя из рук кружку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Привет, любимый, давно не виделись.

- Оксана? Какого дьявола?

Прошло так мало времени, а кажется, будто целая чертова вечность. Словно я много лет не видел свою бывшую жену. Передо мной совершено чужой человек. По крайней мере, я так чувствую. Это милое лицо с некогда любимыми небесными глазами больше не вызывает в сердце никаких эмоций. Пусто… Может, дело в том, что внутри меня теперь другая? Впиталась в каждую клеточку тела ароматом розы, вползла в сердце нежной улыбкой, засела в голове шелком волос, укоренилась в душе взмахом густых черных ресниц. Она повсюду, в каждом моем жесте и движении, в моем дыхании. В моих снах и мыслях… И больше никому внутри меня нет места. Не Оксане уж точно!

- И я рада тебя видеть, зай!

Ярко-алые губы изгибаются в улыбке, обнажая ряд белоснежных жемчужин зубов. Входит внутрь, пытаясь обнять, но я не позволяю.

- Зачем ты приехала? Как нашла меня?

- Вы с Дэнчиком слишком громко болтаете по телефону. А приехала я, чтобы вернуть тебя, любимый, - за этим ошеломляющим признанием следует драматичная пауза, а потом Оксана начинает смеяться. – Расслабься, Илья, я пошутила. Мне просто нужно перекантоваться у тебя пару-тройку дней.

- Кантуйся где-нибудь в другом месте. Я здесь причем?

- Да брось, зай, не чужие ведь люди. Я же говорила, у меня проблемы. Мне некуда идти, и денег на съем нет. Пожалуйста, дай мне несколько дней, максимум неделю, и я навсегда исчезну из твоей жизни.

Ну уж нет, терпеть ее здесь я не намерен.

- Сколько стоит гостиница? Я оплачу, а потом уезжай отсюда.

Но Оксана лишь корчит капризную гримасу.

- Я не пойду в гостиницу. Ненавижу местные клоповники, ты же знаешь, какая я брезгливая. Но если ты так не хочешь меня приютить… пожалуй, поеду к твоим, дедуля будет очень рад меня видеть! А потом в институт наведаюсь, заодно с твоей зазнобой познакомлюсь. Эх, Степнов-Степнов, а я думала, рановато для кризиса среднего возраста… Что ж тебя на школьниц потянуло? Она хорошенькая? Спорим, на меня похожа?

От шока и ярости и слова вымолвить не могу.

- Откуда…?

- Говорю же, слишком громко болтаете по телефону, - невинно хлопая ресницами, пожимает она плечами.

- Поверить не могу, что Дэн все разболтал!

- Да не болтал он, я сама все услышала. Я жила у него некоторое время.

- Чего же съехала?

Оксана вдруг горько усмехается и отводит взгляд.

- Были причины. Так и будешь держать на пороге? Я заношу вещи или еду к бабуле с дедулей?

Меньше всего мне бы хотелось впутывать во все это родных. Тем более бабушка Оксану на дух не переносит. И уж тем более я не хочу рисковать Майей. Наши отношения только-только начали хоть как-то развиваться. Ну… мне так кажется.

- Проходи, - скрепя сердце, освобождаю проход. Просияв, Оксана выходит лишь для того, чтобы занести вещи.

Стою столбом, до сих пор не в силах поверить, что это действительно происходит со мной.

- Милая квартирка, - щебечет меж тем, как ни в чем не бывало бывшая жена, осматриваясь по сторонам. – Может чаю выпьем?

Красноречиво косится на пустую кружку в моих руках.

- Выпьем, при условии, что ты мне все расскажешь. Начиная с того момента, когда ты просрала нашу квартиру, и заканчивая реальной причиной твоего возвращения.

- Такой грубый, как и всегда, - театрально вздыхает она, шествуя на кухню и начиная хозяйничать. Ставит чайник и достает с полки еще одну кружку.

- Чай?

- Кофе.

Молчаливо стою в проходе, мрачно наблюдая за ее такими по-хозяйски уверенными действиями. Да уж, наглость – второе счастье. Но когда Оксана плюхается на наш с Майей табурет, я не выдерживаю.

- Нет, пересядь.

Округлив глаза, качает головой, но все же пересаживается.

- Странный ты какой-то, Илья.

- Давай, без лишних сантиментов, начинай.

- Что с плечом?

- Оксана!

Терпение у меня не бесконечное, и она хорошо это знает, поэтому вздыхает и нехотя признается.

- Я протаранила на скорости Мерс местного депутата Новикова. Может слышал о нем?

- И что, за ремонт пришлось отдать пять лямов?

- Нет, - отводит она взгляд, прихлебывая из кружки. – Я пыталась сбежать, но он нашел меня и поставил на счетчик. Мне пришлось по-быстрому продать квартиру за бесценок, отдать долг. Мне почти ничего не осталось!

- Да уж…, - выдыхаю, отхлебывая свой кофе. – Дальше что собираешься делать? Зачем вернулась в нашу тьмутаракань?

- Затем же, зачем и ты. Дать старт новой жизни.

- Здесь? – невольно усмехаюсь я. – Не для тебя этот городок, и ты это прекрасно понимаешь, ты здесь зачахнешь.

- Да не собираюсь я здесь жить! – закатывает она глаза.

- А зачем тогда приехала?

- Мне нужно немного времени, чтобы привести мысли в порядок, и решить, как быть дальше. Ты должен понять меня, Илья! Когда жизнь переворачивается с ног на голову, любому нормальному человеку нужно время, чтобы адаптироваться к новым условиям. Не прогоняй меня, прошу. Обещаю, я не задержусь.

Мне понятны ее мысли и чувства, сам пережил все это. Черт с ним, от меня не убудет.

- Оставайся, Оксана. Но чтобы к следующим выходным ноги твоей здесь не было. И не дай бог увижу тебя в доме бабушки. Я ухожу.

- Куда?

Оксана резво подскакивает с места и выходит вслед за мной в коридор.

- Я поживу у своих, располагайся, - с этим начинаю собирать необходимые вещи. Покончив с этим, набрасываю куртку и замираю в проходе. – И последнее, дорогая, если увижу тебя хотя бы в ста метрах от Майи – уничтожу. Мы поняли друг друга?

- Неужели влюбился, Степнов? – протягивает она, и я вижу в небесных глазах отголоски то ли ревности, то ли уязвленного самолюбия.

- Я предупредил.

Кидаю женушке ключи и еду к бабуле. Мелкий монстр сегодня на удивление добродушен, даже не пытается отгрызть мне ногу, только фыркает и горделиво удаляется в сторону террасы.

- Кто дома есть?

Бабушка выходит и удивленно смотрит на сумку в моей руке.

- Что-то случилось, Илюшенька?

- Ничего, бабуль, у меня там сосед ремонт затеял, не могу работать в таких условиях, поночую у вас эту неделю.

Врать мучительно стыдно, но имя бывшей в этом доме даже упоминать не хочется.

- Ой, да мы только рады, сынок, проходи!

Уснуть удается с трудом, в голове все крутятся мысли о Майе, ее отце. Оксане, что свалилась мне как снег на голову… Засыпаю лишь под утро. На работе ожидаемо являюсь в образе зомби. Случайно вписавшись в окосячку, хватаюсь за больное плечо, сдерживая трехэтажный мат, так и рвущийся наружу.

- Илья, боже правый, что с твоим плечом?! – восклицает Олеся, обеспокоенно уставившись на меня своими глазищами. Пожалуй, эту фразу последние два дня я слышу чаще, чем приветствие.

- Все нормально, банальный ушиб.

- Ты обращался к врачу? Почему не взял больничный? Сильно болит? Как ты писать собираешься?

- Лесь, Лесь! Угомонись! – улыбаюсь, ероша светлые волосы подруги. Ее забота мне ужасно приятна, но не люблю, когда наводят кипиш вокруг моей скромной персоны. – К врачу обращался, смысла брать больняк не вижу, я в порядке и ручкой орудовать уж точно смогу. А ты выглядишь просто шикарно!

И это не дежурная фраза, только сейчас увидел, что Олеся очень даже заметно похудела за эти три недели. Ну вот, а говорила, что силы воли нет. Прямо гордость берет!

- Спасибо, Илья, - смущается она, тут же забывая о моем плече. – Я добавила силовые тренировки, и вес стал уходить еще активней. Я так счастлива!

- Я рад этому.

- Ох, Илья, а до субботы твое плечо пройдет, как думаешь? – вдруг спохватывается она.

- Думаю, если и не пройдет, то станет намного лучше, - спешу заверить подругу.

- Отлично! – улыбается она. – Не хотелось бы идти в поход без тебя.

- Так, стоп, какой еще поход?

Вроде собрания не пропускал, а такое ощущение, что этот момент прошел мимо меня.

- Ах, да, ты ведь не в курсе. Каждый год, как только наступает бабье лето, мы ходим в поход с первокурсниками. Разбиваем палатки, разводим костер… Это альтернатива посвящению в студенты. Раньше устраивали различные мероприятия с фуршетом после. Но студенты так напивались, что это все превращалось в сущий кошмар. В последний раз вообще произошла массовая драка во дворе института, поэтому последние три года мы водим ребят в поход. Свежий воздух, сосиски на костре, песни под гитару… все как в старые добрые времена, а главное – никакого алкоголя! Правда в этот раз поход состоится позже из-за проклятых дождей. Но вроде на выходных ждут потепление, поэтому идем в субботу.

- Черт побери! – вздыхаю я. – А отказаться нельзя?

Если честно, то я не особый любитель природы. Ненавижу всю эту походную романтику! Да, моя задничка слишком уж любит комфорт!

- Илья, не глупи, конечно, отказаться нельзя, ты ведь куратор первокурсников!

О, да, черт побери, я ведь куратор первокурсников! И порой я это просто ненавижу. От намерения немедленно уволиться меня останавливает только одно – Майя тоже будет там…