Глава 5. Илья

Первый рабочий день… оставив свою малышку дома, решаю пройтись до работы пешком. Наверное, играет свою роль небольшое волнение. Хоть я и не новичок в этой профессии, но перемены в жизни все равно заставляют меня малость переживать. Вчера Светлана Альбертовна четко расписала мне мой список обязанностей. Я буду обучать восемь групп. Вести предстоит экономику предприятий, региональную экономику и основы экономики у первого курса. Последнее удручает больше всего. Первогодки – еще совсем дети, не отошедшие от школы, где их учителя в задницу целовали и тянули на троечки самых безнадежных бездарей. Знаний – ноль, дисциплины – ноль, зато гонору, как у блатных. Вот сегодня на организационном собрании и посмотрим на мою головную боль.

Когда подхожу к институту, студенты уже начинают собираться. Небольшими группками толпятся на крыльце, галдят на каменных скамейках, снуют по двору института. Первогодок видно сразу. Сбились в толпу и нервно озираются по сторонам. Забавно думать о том, что и я когда-то был на их месте. Как хорошо, что все в прошлом, не хотел бы пройти через это все еще раз.

До начала торжественной части еще двадцать минут, поэтому поднимаюсь на кафедру и удивленно застываю в дверях. Светлана Альбертовна полулежит на стуле с видом умирающего лебедя. Тяжко вздыхает, хватаясь за сердце, а вокруг снует Олеся Викторовна, причитая и обмахивая ее какими-то бумагами. Остальные молчаливо взирают на происходящее.

- Здравствуйте, а что здесь происходит?

- Ох, Илья Андреевич, такая беда, такая беда! Фёдор Степанович ногу вчера сломал!

- Ну… не переживайте так, современная медицина творит чудеса, а перелом ноги в наше время вряд ли фатален.

Замдиректора закатывает глаза, снова хватаясь за сердце.

- Да причем тут нога, Илья Андреевич? Ваганов должен был курировать группу первокурсников!

- Ну… это тоже не беда, первогодок возьмет кто-нибудь другой.

- Кто? Белозерцев уже не в состоянии справиться с молодежью, Ковальски курирует третьекурсников. Георгий Матвеевич…

- А? Кто? Что надо? – резко отрывает голову от стола мужчина и тут же снова с грохотом бухается обратно.

- Сами понимаете! – заканчивает женщина, хватаясь за голову. – Ой, а вы же свободны!

О, вот этого еще не хватало! Стою и только открываю и закрываю рот, как карась, выброшенный на берег.

- А… я… э… а что сразу я? Я никогда никого не курировал! – выдаю наконец не своим голосом. – Олеся Викторовна вон тоже свободна.

Женщина тут же краснеет, бледнеет, а затем хватается за сердце, бухаясь рядом со Светланой Альбертовной. Последняя спешит предотвратить намечающийся сердечный приступ подопечной.

- Илья Андреевич, пожалейте человека с социофобией, ей и так пары даются нелегко.

- Ладно, я понял. Выбора у меня, стало быть, нет… Черт с вами, я согласен.

На лицо присутствующих дам тут же возвращаются естественные краски. Да и сердечного приступа как не бывало. Светлана Альбертовна резво подскакивает со стула и несется к шкафу, выуживая оттуда огромную стопку каких-то папок. Всучив всю эту «прелесть» мне, довольно улыбается.

- Вы наш спаситель, Илья Андреевич!

- А… это еще что? - ошалев от всего происходящего, выдаю я, уставившись на макулатуру в своих руках.

- Личные дела студентов. Ознакомитесь после организационного собрания, а сейчас нам пора! Возьмите вот это и это, оставьте в сто второй аудитории. И поверх личных дел ложится еще одна кипа бумаг.

- А это что? – жалобно протягиваю, пытаясь удержать все это безобразие.

- Здесь расписание, список учебников, раздадите ребятам. В целом ничего сложного, Илья Андреевич, поздравите ребят с новым статусом, проведете экскурсию по институту, ответите на их вопросы. Если возникнут трудности, обращайтесь ко мне.

Да, есть у меня одна большая трудность – утром я вставал еще относительно свободным человеком. Следую за коллегами в актовый зал словно на эшафот. На моем прошлом месте работы меня так не грузили. О том, как быть куратором, вообще понятия не имею.

Актовый зал уже вовсю заполнен студентами. Гвалт стоит такой, что уши закладывает, но только на трибуну всходит директриса, все сразу умолкают. Пропускаю скучную часть мимо ушей. Ну кому может быть интересно слушать рассказы деканов о достижениях вуза, выдающихся выпускниках и прочее, прочее, прочее… Студенты от скуки зевают, в принципе, как и я. Не раз уже словил уничтожающий взгляд Светланы Альбертовны.

- А сейчас свое напутственное слово скажет Фёдор Степанович Ваганов, куратор…, - к декану протискивается завкафедрой, и мужчина замолкает, а потом бросает взгляд на меня. – Простите, напутственное слово скажет Илья Андреевич Степнов, куратор первого курса!

Я аж чуть слюной не подавился. Вот подстава! Хоть я и не социофоб, как Олеся Викторовна, но речи, тем более на ходу, сочинять не умею! Под очередным испепеляющим взглядом Светланы Альбертовны плетусь за трибуну.

Десятки глаз сейчас смотрят на меня в ожидании, а я, блин, как-то не готовился!

- Эм… здравствуйте, уважаемые первокурсники. Хочу поздравить вас со вступлением во взрослую жизнь. Да, вы ступили на нелегкий путь науки и теперь вас ждут тяжелые времена. Дни за учебниками, бессонные ночи, истерики и чувство безнадежности станут вашими спутниками на эти пять лет, которые по ощущениям растянутся на целую вечность. Не все из вас пройдут этот путь. Более того, большинство из вас не дойдут даже до второго семестра! – чувствую, как меня больно пинают в ногу и оборачиваюсь. Декан стоит с натянутой улыбкой, семафоря, чтобы я заткнулся. Да, что-то меня на правду потянуло… Студенты сидят с огромными глазами, словно только что познали смысл жизни и бренность бытия. – Да, эм… в общем, ура, товарищи!

- Спасибо вам, Илья Андреевич, - цедит сквозь зубы декан, вытесняя меня из-за трибуны. А вот не хрен было меня выпускать без подготовки!

Слава богу, торжественная часть заканчивается, и народ начинает расходиться по своим аудиториям.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Первый курс, за мной! – командую оробевшим желторотикам, которые тут же нестройной шеренгой обреченно плетутся вслед. В целом все идет неплохо. Провожу им экскурсию по институту, вопросов почему-то никто не задает. Не знаю, может до сих пор под впечатлением от моей пламенной речи. Закончив бродить по этажам, идем в сто вторую аудиторию. Дело осталось за малым, только вот в туалет заскочить не помешает.

- Рассаживайтесь, я сейчас вернусь.

Надеюсь, желторотики не разнесут аудиторию за эти пять минут. Делаю свои дела и уже выхожу из кабинки, как вдруг дверь распахивается и в туалет влетает девушка. Уж подозрительно знакомая на вид девушка… Вот если бы у нее было опухшее лицо и прическа а-ля «взрыв на макаронной фабрике», тогда я бы с уверенностью сказал, что…

- Ты? – округлив зеленющие кошачьи глазищи, пораженно выдыхает она.

- Кто? – внезапно теряюсь я. А вот девушка совсем не теряется.

- Чмо бородатое! Это ты меня чуть не задавил!

Арррр! Дыши, Степнов, дыши!

- Прости, без пропитого личка не узнал. Какого лешего ты забыла в служебном туалете, красавица? Это раз. И какое право ты имеешь хамить преподавателю? Это два!

- Преподавателю?

По лицу мелкой язвы вижу, как в ее мозгу со скрипом проворачиваются шестеренки, а затем лицо приобретает пунцовый цвет.

- Степнов Илья Андреевич, к вашим услугам, – произношу убийственным тоном, скрещивая руки на груди. – А теперь ваша фамилия, студентка!

- Вы обозвали меня малолетним бухариком, - стиснув зубы, цедит она.

Слушайте, мне нравится эта девчонка! Понимает, что оказалась в полной жопе, а еще пытается огрызаться! Наверное, хорошо выучила правило о том, что лучший способ защиты – это нападение.

- А я в чем-то ошибался?

На девичьих щеках вспыхивают алые пятна.

- Извинитесь за свои слова, и я посчитаю конфликт исчерпанным.

- Вот как? То есть это я вывалился на проезжую часть в неадекватном состоянии и чуть не устроил аварию. Я правильно понимаю? Спрашиваю еще раз: ваша фамилия, студентка?

Я вижу, как в ее огромных глазах крохи адекватности борются с природным бунтарством. Второе побеждает… ох, девочка…

- Идите в попу, Илья Андреевич! – яростно бросает она мне в лицо и пулей вылетает из туалета. Ну ничего, милая, мы еще увидимся!

Правда я даже и не думал, что наше рандеву состоится так скоро. Только вошел в аудиторию, так тут же заметил мелкую пьянчужку прямо за первым столом.

- Твою мать…, - тихо выдохнула она, впечатавшись лицом в столешницу. Мое же лицо против воли расплывается в довольной ухмылке.

- Не угадали, для вас Степнов Илья Андреевич, куратор первого курса. И нас с вами, юная леди, ожидает незабываемый год.

Пока рассказываю студентам о прелестях нашего дальнейшего сосуществования, зеленоглазка смотрит куда угодно только не на меня. И только когда начинаю раздавать расписание и список книг, на мгновение пересекается со мной взглядом. Ух, как много в нем недосказанности! Ну ничего, милая, у нас с тобой будет еще много времени. Но, видимо не сегодня. Едва наш маленький «классный час» заканчивается, как она подскакивает из-за стола и выбегает за дверь среди первых. Наивная, от меня так просто не скроешься…

Кажется, пора ознакомиться с личными делами студентов… Перерываю всю стопку, прежде чем нахожу ее. Итак… Романовская Майя Станиславовна.

- Так вот как тебя зовут?

Серьезно? Отличница с золотой медалью? Что-то тут не вяжется с образом невоспитанной хамки-алкоголички, и я выясню что!

Думаю об этом все время, пока иду смотреть потенциальную квартиру. Скромная однушка в центре меня полностью устраивает, за исключением одного момента – соседства с «Галеоном». Выглядываю в окно на заматеревшее здание. Блестит глянцевыми боками на закатном солнце, притягивая взгляд стильной вывеской. А я помню этот клуб еще второсортной забегаловкой с обшарпанными стенами. Не раз получал там по морде. Однако риелтор убеждает меня, что в квартире отличная шумоизоляция, поэтому я соглашаюсь, уж слишком удачное расположение. Работа совсем рядом, да и до благ цивилизации далеко идти не надо. Эх, старость, ты такая. Усмехаюсь своим мыслям, подписывая договор. Въехать смогу завтра, а пока пора домой. Уже почти миную «Галеон», как вдруг слышу, как меня окликают.

- Илюха! – оборачиваюсь и глазам своим поверить не могу. – Илюха, охренеть, ты что ли?

- Мир?

Антон Павлович собственной персоной. Нет, не Чехов, а Миронов. Мой старый друг. В школе мы были неразлучны, но как водится, после выпуска жизнь нас раскидала. Он свалил в поисках лучшей жизни, а я остался.

- Мир! Мир! – орет Тоха, сгребая меня в объятия. – Ты откуда здесь? К своим приехал в гости? Охренеть, тыщу лет тебя не видел!

- Да, не меньше. Нет, я на время в город вернулся.

- Здорово! Как жизнь твоя? Жена, дети есть?

Напоминание о детях как серпом по… одному месту.

- Нет, не женат, детей тоже нет.

Хоть Мир мне и друг, откровенничать не особо хочется…

- Ты многое не потерял, - хохочет Тоха, пихая меня локтем в бок. – Я вот женился на свою голову, прощай спокойная жизнь – привет, седые волосы.

- Понимаю, - усмехаюсь другу в ответ. – Как у тебя-то дела вообще, как устроился?

- Да как устроился? Неплохо для нашего захолустья. Машинистом работаю на железке, неплохо зарабатываю. А ты?

- Не поверишь, я работаю преподом.

- Ты? Преподом? Серьезно? – вновь прыскает Мир. Я что действительно так безнадежен?

- Невероятно, но факт.

- Обалдеть! А где? В колледже, ну, этом, гуманитарно-техническом?

- Нет, в институте.

- Слушай, у меня же там Лика учится на третьем курсе.

- Лика? На третьем курсе? Офигеть, последний раз видел ее, еще когда под стол пешком ходила.

- Не говори, время летит. Ладно! – спохватывается старый друг. – Илюх, мне бежать надо. Оставь мне номерок свой, кроме меня тут же еще Крым и Болт осели. Надо нам собраться как-нибудь, вспомнить былые времена.

- Обязательно.

Оставляю Миру свой номер и спешу домой. Уже поздно, а мне еще к занятиям подготовиться надо. Ну, а насчет собраться… думаю, это отличная идея!