Глава 9. Майя

Лечу, перепрыгивая через ступени. Сердце колотится, как ненормальное, руки дрожат, а причина этому одна – Степнов Илья Андреевич, будь неладен этот… мужчина! Впервые в моей жизни, у меня так сильно дрожали колени от чьих-то прикосновений. О, нет-нет-нет и еще раз нет! Я точно не могу реагировать на это бородатое чм… чудо, как на мужчину! Правильно говорила Лика, мне давно пора найти парня и лишиться девственности, а то это начинает мне ужасно мешать в жизни. Вон, аж на этого мерзкого препода всё встало!

- Я ненавижу его, ненавижу! – яростно бормочу себе под нос, но мои слова отчего-то скорей звучат, как вопрос. Конечно же я его ненавижу! А как еще можно относиться к такому мерзкому, противному…

- Майя! – прерывает мои мучительные мысли голос Лики, в которую я чуть не врезаюсь в коридоре. – Что с тобой? Ты словно привидение увидала!

- Хуже, Лик – стенаю, прикрывая пылающее лицо ладонями. Нет, рассказывать о том, что меня возбуждает Степнов, не буду, а вот про вторую серию моего позора можно и поплакаться.

- Что стряслось?

- Я перед Степновым сейчас опозорилась так, что вовек не забуду. Он меня после пар оставил за то, что я на его лекции уснула, заставил окно мыть. Я поскользнулась и стала падать, а он меня поймал и… короче, когда он меня к себе прижимал, мне в бедро уперся телефон, который был в его кармане. А я подумала, ну…

Дальше говорить смелости не хватило, а вот подруга оказалась гораздо смелей.

- Что у него на тебя встал? – бесцеремонно выдала она, и я, пунцовая от стыда, стала оглядываться по сторонам.

- Ты чего так орешь?

Но Лика уже вовсю хохотала, размазывая слезы по щекам.

- Ой, Майя, ну даешь! Ты у меня, конечно, очень красивая девка, но Степнов… ему же тридцать пять, а не пятнадцать, явно ведь он уже может контролировать эти свои… процессы!

- Это еще не все, - пылая от стыда до кончиков ушей, проговорила я. – Степнов понял, о чем я подумала.

- С чего ты так решила?

- Он достал из кармана телефон и показал мне, чтобы я не думала…

- Ой, я не могу! – вновь зашлась смехом Лика. Еще подругой, блин, называется! – Прости, просто представила твое лицо, когда ты подумала…

- Ага, мне было очень весело! – фыркнула я, потопав дальше по коридору. Лика меня тут же догнала.

- Ну, прости. И не переживай так, ничего страшного не случилось. Ну подумала и подумала. Вот я однажды, когда на права сдавала, на дорогу засмотрелась и вместо рычага коробки передач схватила инструктора за интересное место.

Мой мини-позор тут же забылся.

- Серьезно?!

- Да, - рассмеялась подруга. – Только представь, насколько мне было стыдно. Но зато я экзамен сдала!

- Еще бы! – рассмеялась я.

Рассказ подруги немного меня приободрил. Ну в самом деле, ничего же страшного не случилось, я же Степнова за интересные места не хватала, только за плечи. Такие крепкие, твердые плечи… ох, о чем это я опять?

- Ладно, побегу, надо Настю забрать.

- Давай, вечером забегайте, я сегодня одна.

После разговора с Ликой мне стало намного легче, и эти позорные мысли о Степнове почти ушли из моей головы. Наверное, мне все это примерещилось от стресса. Когда уже почти добираюсь до дома, звонит мой телефон. Учительница…

- Да, Лидия Константиновна?

- Алла Дмитриевна?

Сердце вздрагивает при имени мамы, а руки начинают дрожать.

- Нет, это Майя, ее дочь.

- А, это вы подписали согласие на психологическое сопровождение?

- Да, какие-то проблемы? Неправильно заполнила?

- Да, должен заполнить родитель, я отправила с Настей чистый бланк. Передайте, пожалуйста, чтобы его заполнила Алла Дмитриевна.

- Она умерла, - выдавливаю из себя, и на том конце трубки повисает пораженное молчание.

- Нас никто об этом не уведомил. Простите, я соболезную.

- Спасибо.

- Так вы сейчас живете с отцом? С… - учительница замолкает, и я слышу шелест бумаги. - Со Станиславом Олеговичем? Он записан как отец в свидетельстве о рождении Насти.

Я замираю, только сейчас осознав, в какой ситуации мы оказались. Если Лидия Константиновна узнает о том, что сестра живет только со мной, Настю заберут…

- Да, мы живем с отцом, - произношу я дрожащим голосом.

- Тогда пусть он заполнит…

- Простите, Лидия Константиновна, но отец пока в командировке, приедет через… неделю. Может, моей подписи достаточно?

- Нет, Майя, простите, но нужна подпись родителя или законного представителя. Я думаю, неделю мы сможем подождать, раз такая ситуация.

- Спасибо. До свидания…

Лечу к тёте Ане на всех парах.

- Тетушка! – кричу с порога, и она появляется в проходе, взволнованно глядя на меня.

- Что случилось?

Тяну ее на кухню, подальше от детских ушей.

- Учительница звонила, требует, чтобы отец подписал Настины бумаги, как родитель. Мне пришлось соврать, что мы живем с ним. Что делать? Настю заберут?

Тетушка вздыхает, усаживая меня за стол.

- Не хотела тебя сразу расстраивать, Майя, - проговорила она, взяв меня за руку. – За эту неделю я аккуратно через знакомую в опеке пыталась узнать, смогу ли оформить опекунство на себя. К сожалению, не могу. Слишком маленькая квартира для пятерых, и доход не позволяет.

- Но, может, опекунство смогу оформить я? Мне же уже есть восемнадцать, и места у нас в доме много.

- Места много, а дохода мало. С вероятностью сто процентов ее отдадут отцу.

Эх, и дурой же я была, когда соглашалась на зарплату "в конверте". Если бы только знать...

- Но отец не станет ее забирать, тетушка! Ты же понимаешь это! За эти шесть лет он ни разу нами не интересовался! Он откажется от нее, и Настя попадет в детский дом! – отчаянно зашептала я, ощутив, как по лицу стекают горячие слёзы. Пытаясь унять приближающуюся истерику, я принялась нервно стучать костяшками пальцев по столу.

- Тогда единственный способ – попробовать договориться со Стасом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- О чем ты? – нервно рассмеялась я. – Ему плевать.

- Вариантов больше все равно нет. Ты правильно сказала – он вряд ли захочет забирать Настю. Но я не думаю, что он настолько подлый, что позволит своей плоти и крови оказаться в детдоме. Мы договоримся с ним. Пусть будет отцом только формально. Рука не отвалится пару раз подписать необходимые бумаги для Насти в школе. Он отец все-таки. А ухаживать за девочкой продолжим мы.

Я понимала, что тетушка права. Лучше не привлекать внимание опеки. Отец жив и продолжает являться родителем Насти, родительских прав его никто не лишал. Я должна найти его и договориться. Это наш единственный шанс…

- Майя! – радостно кричит Настя, вбегая на кухню, и я спешно вытираю слёзы, но сестренка замечает это и тут же грустнеет. – Ты плачешь?

- Да, сейчас как долбанулась пальцем о ножку стола, аж слезы побежали, - вру я, выдавливая из себя улыбку. Смотреть спокойно не могу на мою малышку, сердце сжимается. Что если ее заберут у меня? Нет, если что-то пойдет не по плану, я сбегу вместе с ней, спрячусь, чтобы нас никто не нашел!

- Бедняжка, давай обниму, - лопочет маленькая, обхватывая ручонками мою шею. Вдыхаю запах клубники и банана, ее любимого детского шампуня, и чувствую, как по щекам снова бегут слезы. Тетушка лишь вздыхает и качает головой. Сама знаю, что сестренка не должна этого видеть, но не могу себя контролировать.

- Спасибо, мне уже намного лучше, пойдем домой?

- Давай.

Всю дорогу Настя рассказывает мне о школе. О том, что она подружилась с девочками, и о том, что мальчишки у них совершенно гадкие, смеются над ними и делают пакости. О том, что по окружающему миру нужно сделать поделку из камней, и учительница ее сегодня похвалила за красивое письмо.

Ее возбужденный лепет идет фоном, только улыбаюсь и киваю в ответ, а сама гоняю в голове тревожные мысли до самого порога.

- Насть, иди пока, отдохни перед уроками, посмотри мульты, а я покушать нам сделаю.

- Хорошо.

Настя убегает, а я первым делом хватаюсь за телефон и нахожу страничку отца. Выглядит счастливым рядом со своей новой женой. Пролистываю фотографии младенца в розовых слипах и чепчиках. Кажется, у меня недавно появилась сестра.

Написать сообщение… Медлю. Руки дрожат от волнения. Мы не общались шесть лет, если не считать того раза, когда случайно встретились в торговом центре два года назад. Он не узнал меня. А может, сделал вид, что не узнал.

Собравшись с духом, набираю текст.

«Здравствуй, отец. Мне нужно с тобой увидеться, это очень важно».

Нервно кручу в руках телефон, но он молчит. Выдохнув, принимаюсь готовить полдник, и вздрагиваю от сигнала входящего сообщения.

«Что случилось?»

Вот так скупо, не поздоровавшись, не узнав, как мои дела… Хотя, неужели я действительно ждала подобного?

«Это личный разговор, нужно увидеться. Очень».

«В понедельник. Кафе «Венера», в три часа дня».

Ну, хотя бы он ответил мне, мог бы и не отвечать. Или послал бы меня куда подальше. Значит, надежда есть.

Оставшуюся часть дня проводим с Настей дома, а вечером идем к Лике, где я все ей рассказываю.

- Ох, Майя, ну и подосрала ты себе, додумалась же вписать свое имя! – вздыхает подруга, делая глоток горячего чая, мне же сегодня в горло ничего не лезет. – Надо было маму и записать.

- Но подпись-то у нее другая.

- Ой, Майя, я тебя умоляю! Стали бы там сверять подписи! Да всем пофиг, это ведь просто формальности.

От слов подруги стало еще хуже. Я действительно тупица беспросветная!

- Ну вот такая вот я идиотка, - сглотнув ком в горле, выдавила я, пытаясь сдержать слезы.

- Ладно, не реви, дорогая, раз отец ответил, значит, не такая он и сволота.

- Надеюсь, - вздохнув, я с силой сдавила пульсирующие от боли виски. – Я ужасно устала. От этого бешенного режима, от проблем, что валятся словно из рога изобилия, от этого чертова препода, который превращает мою и без того ужасную жизнь в ад! Я зверски устала, Лик! Если бы только мама была жива. Господи, как же мне плохо без нее! Как же я скучаю…

Бухаюсь лбом в столешницу прикрывая глаза. Горячие слезы щиплют кожу.

- Так отвлекись немного от всего этого. Пошли в субботу в «Галеон»? Отдохнешь, развеешься немного.

- Лик, ну какие могут быть гулянки?

- Не надо так убиваться, Майя. Да, произошедшее ужасно и несправедливо, но ты не одна такая. Миллионы людей так же как и ты теряют своих близких, это неизбежно. Но жизнь продолжается. Твоя мама… она бы не хотела, чтобы ты горевала, я уверена в этом. Так что встань и встряхнись. Ты ведь решила вернуться к жизни, вот и начни.

- Ну а Настю я куда дену?

- Тетя Аня твоя посидит.

- Да ну, стыдно мне просить ее об этом, и так постоянно помогает мне. Нет, Лик, отдых для слабаков.

Подруга вздыхает, и выхватывает у меня телефон.

- Лик, ты чего?

Но подруга уже прикладывает телефон к уху, и я слышу длинные гудки.

- Алло, тетя Аня? Я знаю, что вы меня ненавидите, но отпустите Майю со мной в клуб в субботу, посидите с Настей… Да, поверьте, все очень плохо, валяется на моем столе и размазывает по нему сопли. Отлично. Спасибо! – откладывает мой телефон и мило улыбается. – Ну вот, она согласилась!

- Лик, ну ты… капец!

Ну ладно, раз уж тетушка не против, попытаюсь развеяться, иначе все эти мысли меня убьют.