81

Ирина

Как и всегда последние двенадцать лет, Ирину не покидало ощущение нереальности происходящего, когда она собиралась на встречу с Александром в пятницу. Удивительно, но это ощущение проходило только в обществе Виктора, со всеми остальными оно возвращалось… и Ирина чувствовала себя так, будто смотрит мелодраму по телевизору. Про то, как одна стареющая женщина прихорашивается перед зеркалом, не понимая, зачем это делает, выбирает в шкафу платье понаряднее, но потеплее — зима всё же! — замазывает небольшие синяки под глазами…

Сюрреализм какой-то. И правда, зачем она согласилась на это свидание? Приличный мужчина, ему бы какую-нибудь нормальную женщину, здоровую. Глядишь, женился бы, ещё одного ребёнка родил, не старый ведь человек. А с Ирины что взять? Даже если она решится на операцию по замене сердечного клапана, неизвестно, сколько ещё лет проживёт. Врач в Израиле говорил, что может и до глубокой старости, если будет следить за здоровьем и выполнять рекомендации, вовремя пить все таблетки, вести здоровый образ жизни. Но Ирина почему-то не верила. В любом случае, делай операцию или не делай — а её сердце сломано, и ни о какой «глубокой старости» не может быть и речи.

Поэтому, собираясь на свидание с Александром, Ирина понимала, что поступает нехорошо. Знай он о её проблеме, стал бы приглашать провести вместе вечер? Маловероятно. Скорее, забыл бы случайную знакомую как страшный сон. Ей ли не знать о том, как легко и быстро можно забыть о подобном знакомстве? За последние годы у Ирины их было множество. Она почему-то думала, что даже больше, чем у Виктора…

Интересно… а как отреагировал бы он, узнав о её диагнозе?..

Мысль о том, что Виктор может узнать правду, отчего-то вызывала у Ирины нервную дрожь и желание спрятаться, забиться куда-нибудь и накрыться сверху одеялом. Было страшно… и стыдно. Потому что она понимала: Вите будет больно. Очень. А делать ему больно Ирине не хотелось.

И детям тоже…

Это было единственная причина, по которой Ирина всё-таки до сих пор рассматривала возможность сделать операцию: нежелание причинять боль близким. Хотя… нет. Ещё была новорождённая Ульяна, которую не хотелось лишать единственной бабушки. Но причины «для себя» у Ирины не имелось. Ей настолько надоело всё, что происходило последние двенадцать лет, что озвученный двумя месяцами ранее диагноз даже принёс облегчение. Это потом она начала думать, сомневаться… А первоначально стало радостно, что скоро всё это закончится.

И можно будет не притворяться счастливой и радостной перед детьми и подругами…