Глава 21

Белла

— Нет! — категорично ответил Алмазов на мою просьбу.

— Пожалуйста, только на десять минут. Я увижу племянника и сразу вернусь. — в кухне мы находились вдвоем, я встала специально пораньше, чтобы поймать Рената. Без его разрешения меня и за ворота не выпустят.

— Белла, нет. — строго посмотрел на меня. — У меня сегодня несколько важных встреч, я не могу отправиться с тобой на встречу.

— Я и не прошу тебя ехать. — всплеснула я руками. — Со мной может отправиться Кирилл. Мила даже не догадывается, что я хочу с ними увидеться. О своем желании я ей не сообщала.

— Белла, мне не нравится твоя затея. Я позвоню Кириллу и спрошу, может он тебя сопровождать или нет. — вроде Алмазов понимал мое желание увидеться с родными, но все равно выглядел недовольным.

— А если он не сможет? — я уже, догадывалась, каким будет ответ, но уточнить не помешает.

— Ты останешься дома, — это было сказано таким тоном, что возражать я не посмела. Никаких доводов он слушать не станет. Оставалось надеяться, что у Кирилла найдётся время свозить меня в поликлинику.

— Что приготовить на завтрак? — спросила, когда пауза затянулась.

— Да, кстати, у нас в доме… гостья, — если бы кто-нибудь сказал, что Алмазову может стать неудобно, я бы не поверила. — Это Элина. Она прилетела вчера, ключи забыла в питерской квартире, номер в гостинице снять не смогла… — сделала вид, что удивлена.

«Он что, оправдывается?» — я не верила в происходящее. Вел он себя так, словно я его девушка.

Вчера я уснула, так и не дождавшись страстных стонов, даже окно забыла закрыть.

— Я разбужу Элину, приготовь что-нибудь лёгкое. Мне крепкий кофе… — он выходил из кухни и отдавал распоряжения.

— Позвони, пожалуйста, Кириллу… — крикнула ему вслед, чтобы не забыл.

— Почему ты без униформы? — прилетел мне неожиданный вопрос от гостьи. Она только что спустилась в гостиную и села за стол.

— Я… — растерялась от такой дерзости. Я хотела предложить ей завтрак, но услышав вопрос, пропало желание быть вежливой. Даже объяснять не стала, что Ренат запретил мне надевать спецодежду.

— Не забывайся! — пришел мне на помощь Алмазов.

— Балуешь прислугу. — пожала она плечами. Бросивна меня недовольный взгляд, подвинула к себе тарелку с омлетом.

— Белла не прислуга в этом доме! — а вот сейчас от Рената веяло таким холодом, что я поежилась. Он был зол. Я не понимала, что его так задевает.

— Да? А кто? — её не сконфузил тон хозяина дома или Элина просто хорошо держала спокойную мину на лице.

— Моя невеста. — даже я поверила в то, что это правда, так уверенно он это произнес. Но Элину провести не удалось. Она с такой реальностью мириться не собиралась, хмыкнув насмешливо, девушка спросила:

— Алмазов, что ты задумал? Я тебя хорошо знаю, просто так тебя под венец никто бы не затащил. — перевела она взгляд с Рената на мой живот. Я смутилась от ее догадок. Хорошо, что она их не озвучила.

— Ты уверена, что хорошо меня знаешь? — жёстко спросил Алмазов. Видно, что терпение его было на пределе. Ответить ей Ренат не дал, задал следующий вопрос: — В гостиницу позвонила?

— Да, номеров свободных нет. — глядя ему в глаза ответила девушка, но я была уверена, что она солгала. Да и вчера все это выдумала, чтобы пробраться в его постель.

— Я сам им наберу, номера гостиниц скинь. — не поверил ей и Ренат.

— Не терпится от меня избавиться? — вроде улыбалась, но на шутку это мало походило, скорее в этом чувствовалась обида. Алмазов ничего не ответил, посмотрел на меня и сказал:

— Кирилл освободится только в обед.

— Это поздно, — всполошилась я. — У Милы приём назначен на десять.

— Белла… — смерил меня недовольным взглядом. — Не смотри на меня так! — наверное, моё жалостливое выражение лица заставило его смягчить, он немного спокойнее добавил: — Сейчас ребята сменяется, я предупрежу, чтобы они отвезли тебя. От охраны не отходи ни на шаг.

— Спасибо. — если бы не присутствие Элины, я бы его расцеловала. Наверное, он это понял, потому что на его губах появилась лукавая улыбка.

— Чтобы телефон подняла по первому звонку, — предупредил он.

Проводив Рената и Элину, я поспешила к себе в комнату. Переоделась, накрасилась, волосы собрала в высокий хвост. Списалась с Милой, чтобы уточнить время приема. Не перепутала, как я и думала, им назначено на десять. Ничего невестке не сказала. Пусть наша встреча будет для нее сюрпризом.

Мы поехали мы на двух машинах. Ребята из вчерашней смены, отправились с нами. Ренат явно перестраховался.

Прибыли к зданию чуть раньше назначенного времени. Столько раз мы были здесь вместе с Милой… Поздоровавшись с медсестрой на ресепшене, поднялась на второй этаж. Небольшой коридор был практически пуст. Двое ребят остались внизу охранять вход, а двое поднялись вместе со мной. Ждать пришлось недолго. Увидев Милу с Марком на руках, я кинулась к ним.

— Привет! Как ты вырос, карапуз, — затискала и зацеловала я малыша. Он стал кукситься.

— Зачем ты пришла, Белка? — услышала я странный вопрос от Милы. Говорила она сквозь зубы, старалась губами не шевелить. — Беги! — чуть громче. По спине прошелся холодок. Я обернулась, чтобы посмотреть на свою охрану. Из дверей запасного выхода вышло несколько мужчин в масках. Короткая схватка, оба охранника ударенные электрошокером сползли по стене на пол.

— Прости. — всхлипнула Мила. Я заметила на ее лице неумело замаскированные синяки. Неужели брат стал поднимать руку на мать своего ребенка?! Хотела бежать вниз, но по лестницам поднимались несколько человек. Среди них был и Степан.

Белла

Сердце пропустило удар. Степан уверенной походкой приближался ко мне. Весь его вид подчеркивал, что он победитель. Я понимала, что сбежать мне не удастся. Обернулась, а там люди в масках, подняв подмышки моих охранников, они поволокли их к запасной двери. Операция по моему похищению заняла не больше минуты.

— Помогите! — закричала я, что есть силы. Тут же чья-то рука зажала мне рот. Влажная тряпка плотно прижалась к моему лицу, вдохнула сладковатый запах…

— Что тут происходит? — донесся до меня незнакомый голос, но ответить я уже не могла, сознание мутнело. Степа принялся что-то объяснять…

Очнулась я в незнакомом доме.

Голова раскалывалась. Открыв глаза, осмотрелась. Рядом со мной на двуспальной кровати посапывал Марк. Мила сидела в кресле и смотрела в окно, через которое открывался отвратительный вид — серое небо и кованые решетки. Поборов тошноту я поднялась и села на край кровати, ноги опустила на пол.

— Ты решила сбежать в другой город? — спросила Мила, не отрывая взгляд от окна. В ее голосе не звучало упрека, скорее сожаление или безнадежность. — Пришла сегодня, чтобы с нами попрощаться?

— Как ты догадалась? Где моя сумка?! — взволнованно осматривая комнату, я уже осознала, каким будет ответ.

— Степа забрал, вместе со всеми украшениями и паспортом. — это был крах. Крах моих надежд на новую жизнь. Глупо было сегодня приходить в поликлинику, чтобы увидеться с родными, но если бы у меня все получилось, мы бы с ними вряд ли когда-нибудь еще встретились.

Я никому не говорила, что собиралась вновь бежать. Пока я лежала в больнице, заняться было нечем, но оставалось много времени для размышлений. Я сидела в интернете. Рылась по разным сайтам, искала место, где я смогла бы учиться и жить.

Меня привлек город Воронеж. Кулинарное училище имело много положительных отзывов, а главное мне предоставлялось общежитие. Большим плюсом являлось то, что меня могли взять на третий курс прямо сейчас, не нужно было ждать начала учебного года. Я даже связалась по телефону с двумя ресторанами, договорилась насчет работы. Сначала уборщицей, а там руководство посмотрит, может, и сделают меня в будущем помощницей шефа.

Украшения взяла с собой для того, чтобы сдать их ломбард. Решение далось мне тяжело. Много денег я бы с них не выручила. Ювелирные украшения дороги мне были, как память. Что-то дарили родители, что-то осталось от мамы. Я понимала, что никогда уже не смогу их вернуть. Расстаться с ними я долго не решалась, наверное, только поэтому и задержалась в этом городе.

Оставаться здесь дольше, я не могла. Жить и бояться собственной тени? Или постоянно прятаться за высоким забором, чувствовать безнадежность и медленно терять себя? Да и смогу ли я постоянно укрываться в чужих домах? Стоит вернуться родителям Рената и мои услуги окажутся ненужными, а будут ли другие хозяева столь же лояльны к моим проблемам?

Мне необходимо было двигаться дальше. Налаживать свою жизнь и перестать быть зависимой от мужчин. Вечером я хотела поговорить с Ренатом. Поставить перед фактом, что уезжаю. Не желаю наблюдать, как он страдает от собственного благородства. Хотела попросить его оказать мне последнюю услугу — помочь беспрепятственно покинуть город. Сделать так, чтобы о моем отъезде не узнал Степан. Хотя, что об этом думать, теперь всем планам пришел конец. Сейчас я понимала, что многого не учла.

— Белка, ты хоть понимаешь, что теперь с тобой будет? — она впервые посмотрела на меня.

— Ничего хорошего, — ответила я. Это вопрос времени, когда я окажусь у Боярова. А о том, что решит со мной сделать Виктор, я даже думать не хотела. Моей участи не позавидуешь.

— Белла, тебе не стоило сегодня приходить. Степа был очень зол на Алмазова, за то, что тот посмел тебя защищать и мешать его планам.

«А еще он был зол, что «калым» за меня не получил» — подумал я, но вслух не сказала.

Мое присутствие в доме Алмазова стало лишним. Я не чувствовала себя там комфортно, наверное, и Ренату было неуютно, раз он не хотел туда возвращаться. На него давило обещание, я это понимала. Видела, что разговоры о браке напрягают Рената. Когда над ним сегодня насмехалась Элина, Ренат разозлился. Он вроде согласился мне помочь, но чувствовал себя загнанным в ловушку. Алмазов слишком дорожит своей свободой, а я не вправе мешать ему жить так, как он привык.

Я многим была обязана этому мужчине, но дать взамен то, что он хотел, не могла. Я не держалась за свою невинность. Дело не в ней. Я с каждым днем все сильнее в него влюбилась. Я просто не смогла бы от него уйти стань мы любовниками. Я оставила бы с ним сердце, душу и тело, а унесла с собой пустую оболочку. А уйти бы пришлось. Жить рядом с мужчиной, который тебя не любит, а находится рядом из благородства… Легче, наверное, умереть. Я приняла решение за нас двоих, но уверена, что оно было верным. Может поэтому, меня не так сильно пугает уготованная мне братом участь. Ренат сможет вернуться к своей нормальной жизни.

— Мила, давно Степа поднимает на тебя руку? — мне больно было смотреть на ее синяки. Страшно даже представить, через что пришлось ей пройти, когда я сбежала. Отвечать она не спешила. Марк тихо посапывал, а мы сидели в тишине.

— Я вчера застукала их ночью с Аленой, — заговорила она. — В твоей комнате. После этого разрядился жуткий скандал. Виновата почему-то, оказалась я. Степа несколько раз ударил меня по лицу. Если бы сын не проснулся и не начал рыдать, он бы не остановился. Я вышла замуж за монстра. — по ее щекам катились слезы. В душе я тоже плакала, но лицо мое оставалось сухим. Я знала, что мой брат монстр, но не думала, что он опустится так низко. Мила была сломлена.

— Где мы? — спросила я, чтобы перевести тему. Невестка и так была глубоко погружена в свои переживания.

— Не знаю. Степа, наверное, снял этот дом на случай, если Алмазов придет тебя спасать.

— Ясно, как всегда все продумал.

— А он придет спасать?

— Не знаю. — не стала делать вид, что не поняла ее. — У него своих проблем хватает, чтобы еще постоянно с моими разбираться.

Придет Ренат, не придет… Нужно было сразу продавать все ценное и уезжать в другой город. А теперь, что обо всем этом думать? Когда я надоем Боярову и он выкинет меня на улицу, тогда и решу, куда мне ехать! От этих мыслей стало плохо, злость росла на саму себя, на судьбу, на брата.

— Почему меня сразу не отвезли к Виктору, Мила?

— Не знаю, Белка, но у твоего брата наверняка есть на это причины. — в голосе Милы сквозило презрение. Степа рушил все, что было в его жизни хорошего. — Алмазов действительно хотел на тебе жениться?

— Мила, Ренат это сказал только для того, чтобы Степа от меня отстал. Сначала Алмазов предложил мне фиктивный брак, но на его условия я не согласилась, и вопрос был снят. А сейчас я вообще не понимаю, что происходит. Рената практически не бывает дома, мое присутствие его явно напрягает, — скрывать от Милы, что все это было выдумкой, не имело смысла.

— Алмазов просто не знает, что ваш брак — фиктивный или не фиктивный, Степу бы не остановил. Он бы нашел способ отомстить. — невесело улыбнулась она. — Ты знаешь, Бел, я много думала, Бояров не самый плохой вариант. Мне кажется он не такой страшный человек, как твой брат. Может, стерпится, слюбится? — я об этом даже думать не хотела.

Наверное, у Милы просто не осталось надежды на счастливое будущее. У Степы очень приятная внешность, никто не догадается, что за этой маской скрывается зверь. Будто услышав, что мы его обсуждаем, дверь в комнату отворилась, и вошел брат. Мила подскочила и пересела на кровать. Отгородила собой Марка.

Я подняла взгляд на Степана. Он присел передо мной на корточки.

— Ну что, набегалась? — отвечать я не стала. — А теперь ты будешь делать то, что я скажу. Посмеешь еще раз ослушаться, очень сильно об этом пожалеешь. — я понимала, он не шутит. — Послезавтра к нам приедет Виктор, ты сделаешь все… все, чтобы он тебя простил. Если понадобится, будешь на коленях его умолять о прощении. Я постараюсь уговорить Боярова, взять тебя в жены, но если ты выкинешь что-нибудь, продам тебя в бордель! Последний раз я отстаиваю твои интересы.

«Мои?! Свои интересы ты отстаиваешь!» — мысленно возмущалась я. На такой шаг я пойти не смогу. Не смогу улыбаться Виктору и просить прощения за то, что сбежала с помолвки. Умолять его на мне жениться? Да мне от мысли об этом плохо делается!

Наверное, мой протест брат увидел во взгляде. Резкая звонкая пощечина на миг меня оглушала. Уголок губы треснул, во рту появился солоноватый привкус крови. Мила вскрикнула и закрыла рот ладошкой. Он ударил меня щадяще, наверное, чтобы следов не осталось на лице. Не портить же товар.

В комнату вошла Алена с подносом в руках. Брат поднялся, ничего не сказав вышел из комнаты. Я увидела на этой гадине сережки моей мамы, мне словно нож в сердце воткнули. Этот моральный урод отдал посторонней женщине мамины украшения. Пусть они не такие дорогие, как те, что может позволить себе покупать Степан, но не отдавать же их своей любовнице! Хотя… я сама сегодня хотела их продать, безнадежность толкнула меня на этот шаг… но видеть их на Алене было невыносимо больно. Так и хотелось вцепиться ей в уши и содрать их.