Глава 32

Белла

— Алло. Кто вы?

— Мила, это Белла. Номер кипрский. — пояснила я невестке.

— Не буду мешать, разговаривайте. — Ренат вышел из спальни, прикрыв за собой дверь.

— Белка, как ты? Как медовый месяц? — я слышала в ее голосе радость, но говорила она все так же тихо.

— Марк спит? — предположила я.

— Нет… Степан. — нехотя призналась Мила, едва слышно прошептав имя брата. Я с трудом разбирала слова.

— Мила, ты не могла бы уйти в другое место? Я тебя практически не слышу.

— Подожди минутку. Я Марка возьму. — до меня доносилось ее сопение, из чего я сделала выводы, что невестка прижимает телефон плечом к уху.

— Вы где?

— Дома.

— Почему Степа не на работе? — Мила молчала, наверное, опасалась ответить, вдруг пьяный муж проснется и услышит. — Он все эти дни сидит дома и пьет? — спросила, когда дыхание Милы стало звучать ровнее. Предположила, что она бесшумно покинула место, где спал муж.

— Угу.

«Степу и трезвым терпеть сложно, а тут…»

— Мила, он тебя не бьет? — я боялась услышать ответ.

— Нет, — я почувствовала, что Мила солгала. В груди все сжалось. Стало обидно за нее, за Марка. Я не могла помочь, поэтому еще больше переживала. Пока я наслаждалась заботой мужа и уважением новой семьи, мои близкие терпели тиранию Степы.

— Оставь меня. — приказала невестка, не трудно догадаться кому. — Теперь можем поговорить, я в кухню спустилась.

— Эта гадина все еще у вас работает?

— Конечно, — в голосе невестки послышались ярость и раздражение. — Смотрю на ее зашитые уши и испытываю злорадство. Спасибо, Белка. Сама бы я вряд ли на такое решилась.

— Степа сильно злился? — закусив губу, чтобы не заулыбаться спросила я.

— Он до сих пор в бешенстве, только его не уши любовницы беспокоят, а то, что у тебя сейчас контрольный пакет акций. Я стараюсь ему не попадаться на глаза, но это бесполезно, — закончила она грустно. — Ты мне лучше о себе расскажи.

— У меня все хорошо, Мила. У Алмазовых дружная семья. Они меня тепло встретили. Конечно, неизвестно, что будет дальше, но мне кажется, я им нравлюсь.

— Даже не сомневайся, Белка. Дальше будет еще лучше. Ты у нас очень хорошая, я уверена, они это заметили. — Я любила ее как родную сестру, к брату таких чувств не испытывала даже в детстве.

— Мила, я бы хотела…

— С кем ты говоришь? — раздавшийся из динамика голос брата, заставил меня умолкнуть.

— С Беллой, — в голосе Милы чувствовал я испуг. Он и трезвый опасный, а сейчас брат еще и пьян.

— Я же тебе запретил с ней общаться!..

— Ты напугаешь, Марка. Стой! — задыхаясь, произнесла невестка.

— Мила, передай ему трубку! Скажи, я хочу с ним поговорить! — опасаясь, что он ее ударит, я кричала. — Степа!

— Белла хочет с тобой поговорить, — больно было слышать в ее голосе страх.

— Я не общаюсь с предательницами, — выплюнул он зло.

— Скажи, что это касается его драгоценных акций! — Мила передала ему мои слова.

— Что ты хочешь? — агрессивно спросил брат. В этом момент в комнату ворвался Ренат.

— Ты кричала? — на его лице была написана тревога. Муж поспешил на помощь, услышав мой испуганный ор.

— Из-за Степана, — отключи звук в динамике, произнесла я. Ренат ждал объяснений, но брат не унимался.

— Ты, что молчишь? — напомнил он о себе.

— Я не молчу, жду, когда ты сменишь тон. — включив динамик, произнесла я. Ренат остался в комнате, он наклонился к телефону, вслушивался в каждое произнесенное Степаном слово.

— Не много ли ты на себя берешь?!

— Если ты продолжишь терроризировать Милу, я не передам тебе акции! — я старалась, чтобы голос мой звучал твердо, но в нем все еще слышался страх. Боязнь так глубоко пустила во мне корни, что даже расстояние и присутствие Рената не спасало от внутренней дрожи.

— Ты еще пожалеешь о своих словах! Ты проклянешь тот день, когда присвоила себе то, что принадлежало мне! — любая его угроза находила в моей душе отклик. Я поверила. Испугалась. Не хотелось потерять то, что мне так щедро подарила судьба — Рената. Лишь бы Степа не отомстил моему мужу.

— Дай сюда телефон, — супруг мягко забрал из моих одеревеневших рук трубку.

— Я тебе сейчас перезвоню. Только попробуй мне не ответить, — грозно произнес Алмазов в трубку и сбросил вызов. Ренат притянул меня к себе и нежно поцеловал в висок.

— Белла, я никому не позволю тебя обидеть. Пустые угрозы твоего брата, не должны повергать тебя в ужас.

— Он бьет Милу… — заплакала я. — На ней срывает злость… А у нее Марк на руках…

— Тихо, тихо. Мы что-нибудь придумаем. — Ренат тоже переживал, я это видела и чувствовала. Ему не была безразлична судьба моей невестки.

— Обещаешь?

— Я постараюсь, — хоть супруг и не пообещал, я была уверена, что Ренат сделает все, чтобы помочь Миле.

Звонить брату, он не спешил. Представляю, как Степа сейчас дергается. Только когда я полностью успокоилась, он проводил меня в гостиную к семье, вытащил из кармана мобильный и вышел во двор. Я понимала, что никакой угрозы нет, но все равно замерла в тревожном ожидании.

О чем они будут говорить?..

Ренат

Я готовил Белле сюрприз. Она, наверное, думает, что мы весь медовый месяц проведем рядом с моими родителями, но у меня другие планы. Мир большой и я хочу увидеть его вместе с ней. Отец и мать меня поддержали, одобрили наше романтическое путешествие. Наша поспешная свадьба их огорчила, только поэтому мы на несколько дней задержались на Кипре. Я уважаю их желание познакомиться с новым членом семьи, а Белле было не лишним получить немного тепла и заботы. Полностью одобрив мой выбор, они со спокойной душой нас отпускали.

Впереди много времени, чтобы побыть с родными. Сейчас я хотел проводить дни и ночи только с ней, не делить Беллу ни с кем. Когда-то меня пугали серьезные отношения, я даже задумываться не хотел, что могу провести всю жизнь рядом с одной женщиной. Моя тяга к разнообразию до встречи с Беллой убеждала меня в том, что я далеко не однолюб, а значит не стоит и жениться.

Зачем? Чтобы изменять и причинять боль другому человеку? Измена отца нанесла такую психологическую травму матери, что мы чуть ее не потеряли. Они смогли это пережить, но у мамы начались серьезные проблемы с сердцем. Я не хотел так поступать, поэтому и не задумывался о семье. Но в мою жизнь ворвалась чистая, сильная, упрямая девочка и перевернула все вверх дном в моей душе.

Она с каждым днем влюбляла меня в себя все сильнее. Не мыслил уже провести без нее свою жизнь. Белла с каждым днем все больше открывалась, тянулась ко мне.

Видеть слезы и испуг на ее лице было невыносимо. Во мне просыпался Халк. Я готов был голыми руками рвать на части ее обидчиков. Не хотелось становиться убийцей ее брата, но он напрашивался. Из кожи вон лез, вынуждал его покалечить.

Оставив супругу с родными, я вышел во двор, этому ушлепку мне было что сказать.

— Я тебя слушаю, — поднял он трубку после первого гудка. Значит, ждал.

— Слушай и запоминай! Еще раз ты расстроишь мою жену, я перестану быть таким мягким. Не вынуждай меня, родственничек! Этот мир не много потеряет, если в нем не будет тебя.

— Не надо мне угрожать, я тоже не пальцем деланный! — алкоголь придавала ему храбрости.

— Хорошо, ты услышал меня, а я услышал тебя. Потом не говори, что я тебя не предупреждал, — холодно произнес и сбросил вызов. Тут же набрал Самиру.

— Алмаз, мы тебя теряем? — он пытался шутить, но в голосе чувствовалась усталость.6dfffc

— Ты о чем? — не понял я.

— Неужели тебе нечем заняться в медовый месяц, как только звонить другу?

— Не переживай. Жена залюблена и счастлива.

— Ты меня успокоил.

— Чех, у тебя все тихо?

— Пойдет. Нет ничего такого, с чем бы я не смог справиться. — не нужно быть мудрецом, чтобы понять, Лея продолжает воевать со своим опекуном. — У тебя что случилось?

— Мой свояк со мной случился, — зло выплюнул я.

— Алмаз, нужно время. Мне еще «кровавую свадьбу» не забыли.

— Я не прошу тебя убивать Левина, только немного привести в чувство. Не могу сейчас сорваться в Москву, а этот урод этим пользуется, бьет жену и угрожает Белле.

— Алмаз, не хотел тебе говорить, но видимо придется.

— Что еще?

— У Людмилы Левиной появился поклонник, который планирует забрать ее у мужа.

— Ты о чем, Чех? Не говори загадками.

— Да какие загадки. Сам подумай, кто мог положить на нее глаз.

Я выругался сквозь зубы.

— Он с ума сошел? Останови этого бабника! После мужа тирана ей только такого счастья не хватало! Пусть не лезет в это дело!

— Он уже влез и его послали, — усмехнулся Чех.

— Теперь залечивает душевные раны, топится в коньяке?

— Это мне неизвестно. Я подумаю, что можно сделать. А ты наслаждайся отдыхом.

— Спасибо. — закончив разговор, я постоял еще немного во дворе. Надо бы позвонить Гризли и предупредить, чтобы не совался больше к жене Степана. Белла мне не простит, если Мила будет несчастлива. Я его интерес еще на свадьбе заметил, но не думал, что он зайдет так далеко. С другой стороны у Чеха и так много проблем, а Люде встряска не помешает. От Степы он ее избавит, а там посмотрим. Гризли не создан для семейной жизни, думаю, после брака с Левиным Миле это и не надо.

Вернувшись в дом, я умыкнул жену в спальню.

— Что сказал Степа? — Белла тревожно ожидала ответ.

— Ничего. Говорил я, а он слушал. Белл, не переживай, пока нас нет, за Людой присмотрят мои друзья. — в подробности я вдаваться не стал.

— Гризли и Самир?

— Да, я их попросил. — ей не стоит знать, что Макса ни о чем подобном я не просил. Зачем зря волновать. Будем надеяться, он не наломает дров за время моего отсутствия. Все-таки нужно будет позвонить и поговорить с ним. — Не переживай, мы решим этот вопрос.

Тревоги Беллы нужно рассеять. Я знал отличный способ ее отвлечь. Притянул к себе и поцеловал. Страсть мгновенно разгорелась между нами, словно мы не говорили только что о проблемах. На пол полетела одежда. Не всегда получалось ее снять, не нарушив целостности. Хотел ее безумно. Крышу сносило. Будто не занимался сексом целую вечность. Подхватил жену на руки и отнес в постель. Расположившись сверху, я продолжал целовать сладкие распухшие губы. Белла страстно отвечала, извивалась в моих руках. Тихие стоны, громкие крики всю ночь я срывал с ее губ. Как же мне повезло, что она такая чуткая любовница. Даже не думал, что секс может быть на грани безумия. Уставшая она лежала в моих объятиях, приходила в себя после очередного оргазма.

— Я люблю тебя, Белочка! — эти слова каждый раз рвались из души, сегодня я решил себя не сдерживать. Она подняла на меня взгляд, счастливо улыбнулась, а вот слезы в уголках глаз мне не нравилось наблюдать. Не зная, как реагировать, я вытер предательскую влагу.

— И я люблю тебя, — глядя мне в глаза, так искренне произнесла она, что я не мог не поверить. Наверное, я это уже знал, потому что не было и тени сомнений. Ее поведение, открытость, то, как она ко мне тянулась, раскрывалась, отдавалась, говорило, что она не солгала. Сердце давно знало то, что еще не принимал разум…

— Я сделаю все, чтобы ты была счастлива! — поклялся я и намерен был эту клятву исполнить.