Глава 25

Я полчаса пробыла в душе, думая, как мне с ним вести при встрече. Одна часть меня, хотела ему врезать кулаком в наглую рожу, другая предлагала делать вид, что ничего не произошло, а тем временем искать способ, чтобы смыться с его радаров. Но не один из них, мне не принесёт облегчения, как ни прискорбно, но я понимала, что влюблена в этого мерзавца. И хотела бы, чтобы было иначе, но разве глупому сердцу прикажешь? Возможно, мне нужно время, чтобы вытравить его из своего сердца. С этим мыслями я вышла из ванной комнаты, и чуть не заорала от неожиданности — в прихожей стоял Кир. Не знаю, каким чудом мне удалось сдержаться.

— Ну… здравствуй лучик мрака в моей светлой жизни, — не скрывая раздражения, произносит этот сноб, держа в руках большой пакет. Мне бы испугаться и закрыться от греха подальше в ванной комнате. Но я была настолько зла, что заглушила голос разума, который просто вопил об опасности.

— И тебе не хворать, мерзавец!

— О, как? — коварно усмехнулся Кир, приподнимая одну бровь, продолжая сжигать меня своим горящим гневом взглядом, как инквизитор ведьму на костре. Но сейчас меня этим не проймёшь, я решила высказать ему всё, что о нём думаю, и закрыть очередную страницу своей жизни.

— Зачем пришёл? Насколько мне не изменяет память, ты обещал, что не увижу твою наглую рожу до завтра.

— Рожа, значит, у меня наглая? — начал он надвигаться на меня, я же с презрением смотря на него, стояла на месте.

Было ли мне страшно? Да, чёрт возьми! И всё же, я решила дать ему отпор. Другого варианта попросту нет — стоит показать свою слабость врагу, и ты повержен.

— А ты что, сам — то это не видишь, когда в зеркало смотришься? Хотя о чём я, — пожала непринуждённо плечами, — людям свойственно не замечать собственных недостатков.

Он усмехнулся.

Я вздрогнула. Уж больно его улыбка смахивала на звериный оскал.

— Да ты как я посмотрю, просто напрашивается на неприятности… — подошёл он ко мне практически вплотную.

Мне стало трудно дышать, я с замиранием в сердце смотрела на него в ожидании наказания.

— Страшно, — с прищуром смотря на меня, произнёс полушёпотом.

Очень. Чуть не вырвалось у меня, а затем…

«Какого чёрта, я его боюсь?!» — Мысленно возмутилась и перешла в наступление. Хватить оборонятся, пора нападать. Кстати, шикарная тактика, говорят, сейчас мы её проверим на практике. Или я её уже пробывала? Задумалась, силясь вспомнить, было это или нет. Но из — за последних событий у меня в голове сплошной кавардак, да и близость мужчины заставляет меня нервничать, и не даёт возможности рационально мыслить. В принципе, реакция ожидаемая, когда человек находится с объектом своей тайной любви, который словно садист с завидной регулярностью делает тебе больно.

— Да ладно! Неужели ты, ещё чем — то можешь меня удивить? Мне кажется, ты показал все грани своей мерзкой души. Или я ошибаюсь?

— Сонь, что…чёрт возьми, происходит! — Неожиданно рявкнул Кир, и я непроизвольно рванула прочь от разгневанного мужчины. Забежала в зал, и встала за журнальным столиком, готовясь к схватке. Ну его, это героизм, своя безопасность дороже. И тактику тоже, всё — таки в обороне как — то спокойнее, что ли.

Или ещё раз рискнуть? Ну а что? Первый блин всегда комом…

Так вот, стоило Киру появиться на горизонте, я приняв воинственный — грозный вид принялась далее на него наезжать:

— Хватит на меня орать, быстро говори, зачем пожаловал, и проваливай! — Надеюсь, получилось изобразить бесстрашную деву, готовую дать отпор.

Он усмехнулся, и поднимая пакет в руке, ехидненько так…произнёс:

— Да вот, прокладки тебе привёз…

Мои щёки обдало жаром. Блин как неудобно… Но самое обидное, мой расчёт оказался неверным, и сейчас мне приходится сгорать от стыда, из — за своей дури. Ну, вот кто меня за язык тянул!

— Но… — пристально смотря на меня, он продолжил, — по дороге к тебе вспомнил, что ещё рано, они должны прийти, приблизительно через… — он замолчал якобы подсчитывая, — через полторы недели.

— Цикл сбился, — тут же парировала, продолжая сгорать от стыда, из — за своей детской выходки.

— С чего вдруг? — удивился он.

— Нервничаю много.

— Не вижу повода, подумаешь я тебя прослушивал… — пожал он плечами, и тут же подмигнул.

Он ещё и издевается!

— А ничего, что это противозаконно? И вообще, ты не имел никакого права так вероломно врываться в мою жизнь! И твоя прослушка, характеризует тебя, как беспринципную мразь!

— Солнечная, полегче с выражениями, я могу и рассердится, — погрозил он мне пальцем. Не впечатлилась. А он продолжал разглагольствовать, — На войне все средства хороши, милая. Не начни ты упираться, мне бы не пришлось так действовать. И что — то мне подсказывает, что ты не весь список моих прегрешений озвучила, так? — Смотрит на меня с хитринкой.

Неужели он знает, о шпионской деятельности Юли? Испугалась я за подругу.

Ладно, третья попытка:

— А то, что я рассердилась, тебя не пугает? — интересуюсь, продолжая стоять за столиком изображая гнев.

— Я знаю прекрасный способ, как тебя успокоить? — Начал он медленное движение в мою сторону. — И насколько мне не изменяет память, тебе он тоже пришёлся по вкусу…

— Да неужели? — не скрывая сарказма, парирую, и начинаю отступать, понимая, что это бесполезно— поймает. И всё же, лёгкой добычей я не собираюсь становиться, пусть попотеет гад! — Ты себе льстишь.

— Ах, да… — он рассмеялся, — как ты там выразилась? Печалька…

Ну всё, сейчас будет доказывать что он половой гигант! Ещё одно доказательство, что я дура, а язык мой враг. Ладно, буду действовать по — другому, раз попытка перейти в наступление провалилась с треском.

— Слушай давай я всем скажу, что ты орёл, и забудем об этот маленьком инциденте?

— А с чего ты решила, что меня интересует чужое мнение? — притормозив, интересуется он. И главное, так пристально смотрит на меня. Точно, готовится к броску.

— И моё тоже не интересует? — робко спрашиваю, хотя знаю ответ — не интересует, иначе бы он так не поступал.

— На данном этапе нет…

— Кто бы сомневался! — горько усмехнулась, услышав ожидаемый ответ.

— Не хочешь знать почему?

— Из твоих лживый уст — нет. Я его знаю.

— О как? Можешь, поделишься своими умозаключениями.

— Я для тебя всего лишь временное развлечение!

После моего высказывания, его взгляд изменился, сейчас был Кир непросто зол, он был в ярости. Видать, не любит мужик правду.

— Соня, ты сама веришь в то, что сказала? Или ты настолько хреновый психолог, что не можешь отличить желание мужчины просто развлечься от серьёзных намерений? Если это так, то ты уволена! Мне такие бездари не нужны!

Я от возмущения подавилась воздухом.

— Что? — сипло интересуюсь, не веря в услышанное.

— Ты… — он делает паузу, сверля меня гневным взглядом, и тут же произносит последнее слово. Оно было сравни удару бича рассекающего воздух, — уволена.

Я делаю глубокий вдох, прикрыв глаза. Обида словно кислота разъедала мне душу. Как я могла не разглядеть, то он беспринципная сволочь? Как он может так поступать? Сам друзьям говорил, что я для него всего лишь временное развлечение, от которого он потом собрался откупиться. Но, стоит мне это озвучить, так я бездарь! Я открываю глаза, и произношу спокойным голосом только одно слово:

— Хорошо.

Но в душе я хочу орать в голос. Но, я не дам ему насладиться этим зрелищем, единственное, что у меня сейчас есть, это достоинство. Для кого — то это пустой звук, для меня нечто важное, что не даёт скатиться в бездну отчаянья. Не позволяет озлобиться на весь мир, и не превратится в стерву, которая мстить всем подряд, за свои же неудачи. И пусть я опять ошиблась, не беда, на ошибках учатся. А боль, что сжигает меня изнутри, всего лишь временное состояние, и она пройдёт. Ничто не бывает вечным.

— Сонь… — он делает шаг ко мне, его взгляд растерян, нет в нём больше гнева. Наверное, и он решил изменить тактику, а возможно, почувствовал моё состояние. Но это уже не имеет значенья, игры закончились. Я выставляю ладони вперёд, этим жестом останавливаю его.

— Если в тебе есть хоть капля чего — то хорошего, ты оставишь меня в покое. Я больше не хочу тебя видеть, так что твоё предложение об увольнении весьма кстати…

— Если я причинил тебе боль своими словами, прости, — тут же перебивает он меня, — и ещё раз прости, — он тут же молниеносно преодолевает между нами расстояние, и схватив меня за талию одной рукой, притянул к себе. Он приподнял своей рукой мой подбородок, и смотря мне прямо в глаза пронизывающим душу взглядом, продолжил: —за то, что твоему желанию не суждено сбыться— я тебя не оставлю. И знаешь, я, кажется, догадываюсь о причине, по которой ты вновь меня отталкиваешь…

Я только хотела сказать, что он заблуждается, как этот несносный мужчина меня вновь перебил:

— У меня сразу закралось подозрение, что ты каким — то способом догадалась о прослушке, а когда ты спокойно отреагировала на моё признание, понял что прав. Я всё гадал, каким способом ты об этом узнала, и когда ты сказала, что являешься моим временным развлечением, пазл сложился. Ваша подруга, подслушала наш разговор у Марата, и всё рассказала.

— Я и раньше говорила тебе, что так думаю… — решила отпираться до конца, чтобы не сдать Юлю.

— Говорила, но не с такой яростью и болью в голосе. И ты можешь хоть до посинения отпираться, но я знаю, что прав.

— Ты постоянно причиняешь мне боль… — попыталась я вырваться из его объятий— не позволил.

— Ты тоже, значит, мы квиты.

— А ты, оказывается, не джентльмен, мог бы не наносить ответный удар.

— Сонь, то, что я там говорил, это неправда. Мы с Глебом договорились, держать наши чувства втайне, пока. Ты мне больше чем нравишься, и это не из — за того, что мне понравился наш секс. Мои чувства более глубокие. И я хочу с этим разобраться. Ты должна знать, что есть люди, которые готовы бросаться словами, кричать люблю, а на деле это только страсть. Я к таким не отношусь. Но и сказать, что люблю не готов. Знаю только что ты мне невыносимо вдали от тебя. Хочу засыпать и просыпаться с тобой, быть чем — то важным для тебя. Иногда я думаю, что это и есть любовь. Но…

— Когда любишь, то просто, знаешь, что это так. — Перебиваю его, — И сомнениям тут не место. А если они у тебя есть, то это всего лишь твоё ущемлённое эго.

— Давай ты не будешь, говорить то, чего не знаешь! Сонь, ты просто мастер, мне выматывать душу! — Взорвался он, — Общение с тобой, это всё одно, что биться головой об стену. Боли много, толку мало. И у меня нет сомнений насчёт своих чувств. Меня больше всего беспокоишь— ты. Сердцем чувствую, что я больше чем нравлюсь тебе, но ты по какой — то причине отталкиваешь меня постоянно. И это меня порядком задолбало! Видит бог, я пытался быть хорошим, подстраивался под твоё вечно меняющее настроение. Но всё, как прежде, один шаг вперёд и, чёрт возьми, десять назад!

— Ну а что ты хотел от меня, после того как узнала, что я всего лишь временное развлечение? Я должна пищать от восторга? Да и твои методы, знаешь, бесят! Одна прослушка чего стоит! И не смей меня обвинять не в постоянности, ты сам как маятник. Мне говоришь, что я тебе нравлюсь, а друзьям, что лишь развлечение. Ну и кто из нас непостоянен?

— Я? Как маятник? Да я сама постоянность! В отличие о тебя я в состояние сказать, что люблю…

Что? Растерялась от признания Кира, которое в порыве гнева, у него вырвалось не произвольно. Смотрю на своего блондинчика он сам в шоке от сказанного.

— Кх… — прочистила я горло, а то от его признания у меня образовался ком в горле, — Будет считать, что это ничего не значит. Сказал не подумав… — Решила выручить его. Он же смотрел на меня пристально, но вид у него был, словно мешком пришибленный. Наверное, мысленно обдумывал, как выкрутится из дурацкой ситуации. Видно же, что он сам жалеет о своей горячности.

— Никогда не говори за меня, — рыкнул он, и схватил меня на руки.

— Эй, ты чего творишь?! — возмутилась.

— В общем, так лучик мой, я тебе признался…

— Можно подумать я тебе проверила! Чего не скажешь в порыве гнева.

— Советую быстрее поверить, и смирится с тем, что отныне будем вместе.

— Эй, не гони коней! Что значит вместе? Я ещё не готова к таким кардинальным переменам в жизни.

— Поверь, я тоже. Но как говорят, судьбе сопротивляются только дебилы.

— Вообще — то так не говорят…

— Допустим, но смысл — то верный. Так что Сонь, смирись, я от слов своих не откажусь.

— От слова. — Вновь поправила его.

— Неважно, главное, что я его произнёс. — Тут он как — то нервно хохотнул и добавил: —Не вздумай проговориться своим подругам.

— Это ещё почему?

— Потому что они расскажут моим друзьям, а эти гады, тут же начнут выносить мне мозг своими подколками. А мне, знаешь, тебя достаточно.

— Я так хороша в этом деле? — Прыснула со смеха, понимая, что он сам ещё в шоке от своего признания. И самое поразительное, я поняла, что это правда, Кир любит меня. Но, сам испугался, признав это.

Эх…холостяки.

— Ты, занимаешь второе место. — Открывая ногой дверь в спальню, ворчливо произнёс Кир.

— А кто первое?

— Мама. — Скривился он, вспоминая её. — Я ведь поэтому на самом деле, не хочу говорить друзьям о том, что… — он замолчал, — ну ты сама знаешь. Их подколки мелочь, по сравнению с тем, что нас ожидает, если матушка узнает о моих чувствах. А если узнают они, то сто процентов узнает и мама. Так что, считай это защитой твоей психики. Её напор не каждый может выдержать.

— Да ладно… — не поверила я. Ну что может сделать его мама?

— Поверь, солнышко, когда она узнает о нас, ты на своей шкуре почувствуешь, что такое настоящий прессинг. И моё давление на тебя, покажется незначительной мелочью. — Бережно кладя меня на кровать, произносит он, не отрывая от меня своего взгляда, в котором, начинает разгорается страсть.

Ну уж нет, никакого секса пока не поговорим!

— Кир, притормози коней! Нам нужно поговорить.

— Сонь, давай вначале помиримся, а потом поговорим, а? — Смотрит на меня как сама невинность. Но я отлично понимаю, милашка Кир — это маска.

— Нет, перед тем как… — я делаю паузу, красноречиво смотрю на выпуклость, на его штанах, показывая этим, что прекрасно поняла, какой способ он выбрал для примирения. — Нам нужно прояснить несколько моментов.

— Ну всё…началось. — Обречённо поднял он свои очи к потолку. Затем резко опустил и одарил таким…щенячьим взглядом. — Сонь, а может, всё — таки помиримся вначале?

— Нет, давай поговорим. — Безапелляционно заявила я.

— Ладно, давай разговаривать, раз ты ещё не наговорилась. — Устало вздохнув, он сел на кровать. — Но, если вздумаешь скандалить, знай, перейду сразу к действенному способу, который разом усмирит твой воинственный пыл.

Нет, ты посмотри на него, в любой ситуации найдёт выгоду