Глава 7 · Ангел

Макар

Рус распахивает пассажирскую дверь, отодвигает сиденье вперёд, помогает Кате забраться в салон и устроиться сзади.

Она всё-таки пришла…

Отщёлкнув сиденье обратно, Руслан плюхается на него и отбивает пальцами задорную дробь по панели.

— Едем-едем-едем, Мак!

— Можешь звать меня Фор, — ухмыльнувшись, сдаю назад.

— Фор — потому что четвёртый номер в команде?

— Да. Давно ко мне приклеилось.

— Окей, будешь Фором. А Катьку будем звать Кошкой, раз уж сегодня у нас вечер кликух.

— Не надо меня кошкой называть! — раздаётся возмущённый голосок Кати.

— Тогда Котёнок, — вклиниваюсь я.

Котёнок ей больше подходит. Ну какая она кошка?

Катя ничего не отвечает. Ловлю её лицо в зеркале, встречаемся глазами.

— Котёнок ты наш… — сюсюкает Руслан.

Катя, стушевавшись, отводит взгляд. Нервно поправляет волосы и свитер.

— Ну а у тебя какая кликуха? — смотрю на Руслана.

— Да пусть Ветер будет. Я же с такой гордостью ношу эту фамилию.

И звучит это с неприкрытым сарказмом и издёвкой.

Очевидно, что Рус отца своего не жалует. И после того, что тот сегодня устроил у нас, я тоже его больше не жалую.

Я категоричен? О да.

Медленно ползём по спящему посёлку. Рус пытается подключить свой айфон к магнитоле.

— Тут всё на английском, — бубнит он. — Котёнок, переведи, а? Как тут поиск устройств врубить?

Катя слегка пролезает между передними сиденьями и сама находит нужную функцию.

— Готово, ты подключён, — говорит она, быстро возвращаясь назад. — И прошу тебя, Руслан, не называй меня котёнком.

— Видишь, какая она злюка? — говорит он мне, указывая большим пальцем себе за плечо. — А с виду такой ангел, да?

Я вновь смотрю на неё через зеркало. Ну да, у Кати ангельская внешность. Но мне кажется, она и внутри такая.

Не припомню, чтобы в моём окружении встречались такие девушки. С противоположным полом я обычно не теряюсь. А с ней — и в четырнадцать не знал, как себя вести, и сейчас.

Я так долго на неё пялюсь, что Катя, словно специально, смещается за моё сиденье и пропадает из поля моего зрения.

Да блин…

Выезжаем на шоссе. Рус врубает музыку со своего айфона. Вкусы у нас с ним совпадают, его треки нереально качают. Открываем окна, чтобы музон долбил на всю округу.

— Смотри точную геолакацию феста! — орёт Руслан, перекрикивая музыку и показывая мне карту с меткой на телефоне.

Киваю, что понял, где это.

Этот фестиваль практически всегда проходит в одном и том же месте — на откосе. Пилить туда минут тридцать. Надо выехать из города и потом по хреновой дороге ползти мимо леса. А учитывая, сколько туда загнали техники для установки сцены, и сколько зрителей припёрлось на машинах, дорога там наверняка ещё хуже стала.

Попутно заезжаем в магаз по просьбе Руслана. Он убавляет музыку.

— Так. Кому чего купить? — уточняет, прежде чем выйти из машины.

— Купи попить. Колу, фанту — без разницы.

— Окей. Ка-ать? — тянет, оборачиваясь к сестре.

— Водички, — отзывается она.

Руслан распахивает дверь, но снова смотрит на сестру.

— Хочешь со мной пойти?

Катя отвечает не сразу. И я не вижу её лица.

— Я тут посижу, — говорит в итоге с какой-то странной интонацией.

Рус уходит в магазин, мы остаёмся одни. Несколько минут оба молчим. Магнитола потеряла связь с айфоном Руслана, и я подключаюсь к своему. Листаю плейлист. И всё-таки оборачиваюсь к Кате. Уж больно тихо она сидит.

— Ты была на Октобере хоть раз?

Отрицательно качает головой.

— А ты?

— Был как-то. Главное, ничего из спиртного там не пить. Коктейли у них просто убийственные.

— Я не пью алкоголь. Никогда даже не пробовала, — тихо признаётся она.

И я, кстати, не удивлён. Ведь ангелы не пьют, да?

Смотрю на девушку уже как-то иначе. Красивая, стройная, без вредных привычек и совершенно нечитаемая снаружи. Это даже не загадочность. Это ПИПЕЦ, КАКАЯ ЗАГАДОЧНОСТЬ.

Цепляет, надо признать.

— Какую музыку ты слушаешь? — спрашиваю я.

— Разную, — пожимает плечами.

— Рэп? Мияги любишь?

— Да, могу послушать.

— На Октобере соберутся новые рэп-исполнители. Надеюсь, мы получим нужные эмоции. Кстати, как там твой отец? — внезапно даже для самого себя меняю тему.

Катя хмурится.

— Мой отец был не прав. Мне очень за него стыдно.

— Не бери вину на себя. Он взрослый человек, сам должен соображать, как себя вести.

— А твои родители? Поругались?

— Да, — вздыхаю я. — Надеюсь, обойдётся, и отец сможет всё исправить.

— Мне очень жаль, — вздыхает она.

— Ладно, хорош! Отрываться же едем! Ты, кстати, не слишком легко оделась?

Её свитер не кажется мне тёплым. Стягиваю безрукавку, оставаясь в тёплом худи.

— Надень, — протягиваю ей.

— Да не надо, ты что? — отказывается она.

— Да мне и так тепло будет. Надевай!

Катя забирает мою дутую безрукавку и сразу облачается в неё. Она ей, конечно, велика, два раза обернуться можно.

— Спасибо. Тёплая… — робко смотрит на меня из-под пышных ресниц.

Чувствую, что мне становится как-то жарковато… Я смотрю на неё, она — на меня. И в наших гляделках неожиданно ощущается весьма однозначный подтекст — симпатия.

Катя выглядит растерянной, видимо, тоже почувствовав это.

Внезапно распахивается дверь, и Рус опускается в кресло.

— Твоя вода, — протягивает бутылку Кате. — Твоя кола, — отдаёт напиток мне. — А это мне.

С довольным лицом держит бумажный пакет, из которого торчит только горлышко.

— И что там?

— Не всё ли равно? — хмыкает он и делает глоток. Закашливается. Морщится. — Ну что, погнали?

— Да.

Завожу мотор. Мы мчим к откосу. Дорога мимо леса, как и предполагалось, вся разбита. От дождей ещё и размыта.

— Здесь на внедорожниках надо, — комментирует Руслан, глядя в окно, как правое колесо гребёт по жиже.

— Не застрянем? — паникует Катя.

— Проедем, не волнуйся, — смотрю на неё через зеркало.

Она снова села по центру и больше от меня не прячется.

Отрезок с грязной жижей небольшой, метров сто, потом мы выезжаем на новенький асфальт. Впереди уже видно парковку с машинами, толпу людей, сцену. Рус открывает окно, и мы слышим музыку.

— Почему фест проводят именно здесь? — спрашивает Катя.

Руслан оборачивается к ней.

— Ну а где его ещё проводить, котёнок? — игнорирует её просьбу не называть её так. — Тусовка длится три дня, заканчивается только под утро. В городе шуметь нельзя, значит, остаются только какие-то удалённые места. К тому же здесь довольно зрелищно, весь город как на ладони.

— А если кто-то сорвётся с откоса?

— Пфф! — фыркает Рус. — Я всё время забываю, что ты вообще нигде не бываешь. И на откосе тоже не была. Невозможно там упасть, Кать. А если и упадёшь, вряд ли разобьёшься. Сама скоро увидишь, почему.

— Ты ни разу не была на откосе? — охренев от удивления, смотрю на девушку.

Она качает головой.

Блин… Этот откос, вообще-то — местная достопримечательность! И для подростков, и для тех, кто постарше. Здесь проходят шумные тусовки. Здесь у многих случаются первый поцелуй, первый секс. Да все парочки сюда таскаются! Типа — антураж располагает к интимному сближению. И много укромных мест.

Втискиваюсь между двух внедорожников на парковке, и мы выгружаемся из тачки. Катя оставляет свою воду на сиденье. Я забираю колу, а Рус — свой напиток в пакете. Умудряется пронести его мимо фейсеров, спрятав под толстовку.

Платим за вход. Начинаем пробираться сквозь толпу поближе к сцене. Рус идёт первым, за ним следует Катя, а потом уже я. Как и всегда, хромаю, но вряд ли кто-то здесь обратит на это внимание.

Надеваю капюшон худака на голову. Находим себе место чуть сбоку от сцены. Люди рядом подпевают исполнителю, которого я не знаю. Осматриваемся.

Как-то вяленько тут в этом году… Всего пара фудтраков. Одно кафе со столиками, но там уже всё занято. У самого края откоса — палатки. Похоже, некоторые собираются тусить тут все три дня, хотя погода как-то не располагает для ночёвок на свежем воздухе.

Катя обнимает себя за плечи и покачивается в такт музыке. Смотрит она на сцену. Но перед ней стоит высокий парень, и девушке приходится выглядывать из-за него.

Сдвигаю её на своё место. Передо мной никто не стоит.

Катя бросает на меня робкий взгляд.

— Спасибо. И за тепло тоже, — прячет подбородок в вороте безрукавки.

Я надеваю на неё ещё и капюшон.

Объявляют нового исполнителя. Толпа ликует. Он довольно известный, пара его треков в моём плейлисте тоже есть. Наконец начинаю получать удовольствие от феста…

Многие танцуют, и почти все поют в голос, чуть ли не перекрикивая исполнителя.

У Кати горят глаза. Она тоже знает слова и тихо-тихо подпевает.

Рус уже веселится на всю катушку, разделавшись со своей бутылкой и выпив мою колу. Он знакомится с соседней компашкой. Два парня, три девчонки. Краем уха слышу, что они неместные и приехали сюда именно на фестиваль.

Очередной исполнитель вообще взрывает танцпол. Народу будто бы прибавляется, нас обступают со всех сторон. Толпа припечатывает нас с Катей друг к другу. А Руслан танцует с девчонкой прямо перед нами.

— Прости, я тебе на ногу наступила, — виноватым голосом говорит Катя, неловко упираясь рукой в мою грудь.

— Это была не моя нога, — усмехаюсь я.

— Ой… — краснея, смотрит по сторонам.

Какой-то парень случайно давит плечом ей в спину. Отталкиваю его.

— Всё нормально, Макар. Я просто на одной ноге стою, — хихикает Катя.

— Я тебя подержу, — обнимаю её за талию, разворачиваю и приподнимаю. — Сцену видишь?

— Ага.

— Супер!

Рывком поднимаю девушку и усаживаю на плечо. Взвизгнув, она пытается ухватиться за мою голову и стягивает с неё капюшон.

— Нет… Боже, нет! Поставь меня! — паникует она. — Макар, не надо! Отпусти!

— Да я тебя держу, ты не упадёшь.

Рус оборачивается. Его ноздри агрессивно вздрагивают, а во взгляде проскальзывает нечто странное. Что-то типа неприязни.

— Поставь её, Фор. Она же трусиха, — но голос у него вполне дружелюбный.

Опускаю Катю, но продолжаю придерживать за талию.

— Не хотел напугать…

Пытаюсь поймать её взгляд, но Катя упорно от меня отворачивается. Руки держит у груди и, кажется, пытается найти выход из толпы.

— Катя… Катюш, ты чего? — всё-таки заглядываю ей в глаза.

— Мне… нужна… минутка, — затравленно смотрит на меня. — Я хочу передохнуть… Как отсюда выбраться?

— Я выведу тебя, — беру девушку за руку и кричу Русу: — Руслан! Ветер!

Он оборачивается.

— Мы сейчас придём!

Рус вопросительно приподнимает брови, но нет времени что-то объяснять. Расталкивая всех, веду Катю прочь от сцены. Выходим на площадку с фудтраками. Нахожу для неё свободный стул.

— Попить хочешь?

Качает головой, продолжая прижимать ладошки к груди.

Опускаюсь на корточки возле её ног. Встречаемся глазами.

— Ты как?

— Да как-то душно стало… Сейчас пройдёт. Ты иди. Если хочешь.

Но я не хочу. Как бы весело там ни было, одну её не оставлю.

Так и сижу возле её ног, растворяясь во взгляде потрясающих голубых глаз.

Катя отнимает руки от груди, кладёт на колени. Сгребаю их в свои ладони. Грею. Чувствую, как девушка дрожит.

— Хочешь уехать отсюда?

— Руслан наверняка не захочет.

Но я же не про Руслана спросил.

— Кать, а чего хочешь ты?

Она переводит взгляд на сцену, потом снова смотрит на меня. Выдернув одну ручку из плена моих рук, внезапно тянется к капюшону на моём худи и надевает его мне на голову.

И нет вроде в этом поступке ничего такого. Я грею её, она меня… Но меня прошивает насквозь всё новыми и новыми эмоциями.

— Давай останемся, — нерешительно улыбается девушка.

— Готова туда вернуться?

— Готова.

Но её голос звучит не очень уверенно.

Очередной исполнитель оказывается тоже известным, и мы всё-таки возвращаемся к Руслану. Он бросает тяжёлый взгляд на Катю и отворачивается к своей новой знакомой.

Один трек, второй, третий… Рэпера не хотят отпускать, требуют ещё.

— Ну давайте что-нибудь медленное сбацаем! — говорит он со сцены. — Можно потискать своих спутниц. Разрешаю.

Толпа взрывается смехом и улюлюканьем. Музыка звучит и правда медленная. Чувак умудряется читать и под неё. А женский бек-вокал очень в тему подпевает. Душевно тянут сильными голосами.

Вокруг нас все разбиваются по парочкам. Руслан демонстративно достаёт из кармана пачку и, зажав сигарету между губ, начинает выбираться из толпы. Переглядываемся с Катей, и я решаюсь.

— Потанцуешь со мной?

Кажется, она становится ещё бледнее, чем обычно. Но утвердительно кивает. Поворачиваемся лицом друг к другу. Протягиваю к ней руки, а она, словно не зная, что надо делать, подаёт мне свои ладошки. Я укладываю их на свои плечи, обнимаю Катю за талию и притягиваю к себе ближе.

Её макушка едва достигает моего плеча, и девушке приходится задрать голову, чтобы смотреть мне в глаза.

Мы почти не двигаемся. Да и не танцор я больше со своим коленом… Но даже просто держать её в объятьях очень приятно. От Кати пахнет чем-то сладким и… невинным. Похоже, это парфюм ангела…