Глава 18

— Ну рассказывай, что с тобой такого приключилось, дорогая моя Ксюша, что ты прогуляла йогу, — говорит мне Наташа вкрадчиво. В глаза вглядывается. Внимательно. — А теперь светишься вся. Алёна мне уже отзвонилась и наябедничала.

— Да, впервые в жизни проспала, — говорю я немного рассеянно. — Бывает же!

По выходным у нас йога в восемь тридцать. Именно я взбаламутила Алёну отказаться от воскресного сна в пользу намасте и собаки мордой вниз. В итоге сегодня в начале одиннадцатого меня разбудил телефонный звонок. Алёна была в бешенстве. Вместо приветствия она прошипела в трубку: «Спишь, Ксюшенька? А я вот только с тренировки!»

Некрасиво вышло. Каждое воскресенье после йоги мы с подругами завтракаем в центре. Обмениваемся новостями, рассказываем о планах. Вот и сегодня решили не отказывать себе в удовольствии. Наташа приехала первой, потом я. Алёна должна подбежать с минуты на минуту.

— Кто он? — напрямую спрашивает Наташа.

— Здоровый сон? — пожимаю плечами. — Познакомить вас? — смеюсь. — Вчера в спа задержалась до ночи. Так разморило после массажа и бассейна, что я малодушно отключила будильник.

На самом деле я его удалила дрожащей рукой сегодня в семь, чувствуя, что лучше умру, чем оторву голову от подушки.

У самой же от одного воспоминания кожу покалывает. Денис отвез меня домой. Просто так, потому что уже поздно. И мало ли что. Довел до двери. А то мало ли. Потом обнял, прижал к себе. А потом…

— Ты покраснела. Признавайся, пока Алёны нет. Ты ведь знаешь, я никому не расскажу.

Нам приносят кофе и я мешаю свой латте длинной ложечкой. Смотрю перед собой.

Пожимаю плечами.

— Жаль, что у тебя ничего не вышло с тем парнем, — говорит Наташа. — Он мне понравился. Так искренне тобой интересовался. Или… вышло?

— Мы просто пару раз переспали, — быстро говорю я. — Только не говори Алёне, она точно расскажет Грише, а тот Андрею. Не хочу, чтобы он знал. Я… не горжусь тем, как сейчас живу.

— И как он? — спрашивает Наташа с энтузиазмом. Придвигается ближе.

— Дурной он. Очень дурной. Работал раньше барменом, теперь в такси. Наглый, бестактный. С армии только пришел, энергии много, девать некуда.

— О. Могу себе представить, — расплывается в улыбке. — А вообще как?

— Никак, — быстро морщусь. — С ним вроде бы весело. Но это каждый раз как помутнение. Я потом жалею очень сильно, что пошла на поводу у пороков. Сильное похмелье.

Вот и сегодня утром я проснулась с ощущением, что натворила глупостей. Завтра выйду на работу, и всё встанет не свои места. Он — словно явление, толкает меня на безумные, несвойственные мне поступки! Из-за него я пропустила йогу, выбилась из режима. Радует только то, что я могу прекратить наши встречи в любой момент.

— Тебе не обязательно идти за него замуж, — говорит Наташа. — Почему бы не развлечься с молодым горячим парнем. Ты слишком правильная, Ксюш. И стыдиться тебе тоже нечего.

— Он меня младше на пять лет, — качаю головой я. — По сравнению со степенным Андреем, и вовсе… мальчишка. Вечно улыбка до ушей. Детский сад какой-то.

— А как трахается?

Я улыбаюсь.

— Возможно, позвоню ему еще разок. Как-нибудь, — добавляю с улыбкой

Наташа смеется. К нам быстро подбегает Алёна, находу скидывая шубку. От нее веет холодом и сладковатыми духами.

— Простите за опоздание, девочки! — говорит она, чмокая Наташу в щеку. И тычет в меня пальцем. — Тебя целовать не буду, ты меня бросила сегодня на йоге!

— Прости, — сжимаю умоляюще ладони. — У меня было помутнение.

Наташа едва заметно улыбается и стреляет глазами на свою чашку кофе.

— Ладно, прощаю, — Алёна тянется, целует и меня тоже. — Но если в следующий раз решишь не ходить, скинь мне сообщение, я тоже забью. Ксюш, а вообще у меня к тебе дело. — Она оборачивается к подошедшему официанту: — Я буду капучино на кокосовом молоке, овсяную кашу с ягодами тоже на кокосовом молоке. Без сахара. И стакан воды с лимоном. Спасибо. — Вновь смотрит на меня. — Сегодня ужин в «Фон бароне», хочу пригласить тебя.

— Там будет Андрей? — спрашиваю я прямо.

— Возможно, — кокетливо пожимает плечами Алёна.

— Нет, — отрезаю я. Мне приносят мои блины, и я беру в руки столовые приборы.

— В каком плане «нет»? — удивляется подруга.

— Я не хочу его видеть. Учусь жить без него. Всё, точка.

— Ксюш… он был у нас вчера, — говорит Алёна осторожно. — Даже ночевать остался на диване.

— Андрей спал на диване? — удивляется Наташа. Даже она в шоке от таких новостей, чего сказать обо мне.

— Да, ему фигово. Напился так, что ноги не держали. Ему очень плохо без тебя.

— Почему ты решила, что он напился из-за меня? Мало ли поводов?

— Потому что он так сказал. Прямым текстом. Грише.

— Ты лжешь, — начинаю злиться я.

— Зачем мне это? Ладно, не хочешь, не надо, — отмахивается. — Ксюша, ты пойми такую вещь. Вы с Андреем развелись, а мой Гриша с твоим мужем по-прежнему лучшие друзья. Я могу тебе ничего не рассказывать, если хочешь. Но я слышу многое. Они ж на кухне откровенничают, у меня за стенкой.

— Мне не интересно.

— Хорошо. Но ты знай, что у него никого нет. Гриша предлагал поехать на стриптиз, Андрей отказался. Он снимает номер в гостинице всё это время. И очень по тебе скучает.

— Но прекрасно это скрывает. Сегодня он ночевал в соседнем доме, но не зашел. И не позвонил. Даже пьяным!

— Я думаю, вам нужно встретиться где-то случайно. На нейтральной территории. Оба гордые и упертые, какой кошмар, — качает головой Алёна. — Или… боже, ты кого-то себе уже нашла? — ахает она.

У меня сердце обрывается.

— Где? На работе? — вспыхиваю я. — Обещаю, что подумаю, Алён. Может, и приду на ужин в «Фон Барон».

Мой телефон вибрирует, я читаю надпись «Дима курьер», и сбрасываю вызов. Так у меня записан Денис.

Извинившись, я поднимаюсь со стула и иду в туалет.

У Андрея никого нет, а у меня… Секс без обязательств с таксистом, на пять лет младше. Я вдруг чувствую себя грязной, глупой и старой. Молодящейся дурой! Сидела вчера у него дома, среди его друзей-малолеток. Пила пиво, закусывая чипсами. Слушала их полудетскую болтовню. Сейчас, оглядываясь, я понимаю, как смешно выглядела. Наверное, они все переглядывались и посмеивались надо мной. Взрослая тетка и всё туда же!

На нас накричала соседка из-за того, что мы шумим! Даже в двадцать лет я себе такого не позволяла.

Лишь когда боль физическая становится ощутимой, я оставляю руки в покое и натягиваю рукава кофты. Заперлась тут в кабинке, хотя там блины остывают.

«Как дела, Ксюша?» — приходит от Дениса на сотовый.

Я пишу ему:

«Занята».

Потом я беру себя в руки и делаю то единственное, что правильно в нашей ситуации. Пишу ему сообщение:

«Денис, не звони мне больше, пожалуйста. Вчера была наша последняя встреча»

«С мужем, что ли, помирилась?»

«Ты обещал о нас никому не рассказывать».

«Понял», — приходит от него.

Сердце в этот момент болезненно сжимается. Он больше ничего не пишет. Ни гадостей, ни оскорблений. И от этого только гаже на душе.

Я возвращаюсь за стол как ни в чем не бывало.

— Во сколько сегодня ужин, Алён? — спрашиваю.

— В семь, — кивает она. — Как обычно. Ты правильно делаешь, что даешь ему шанс. Андрей хороший, и он очень тебя любит.

— Посмотрим, — отрезаю кусочек блина и подношу ко рту. Жую. Вот только вкуса не чувствую. Забыли положить сахар в тесто, что ли?