Глава 19 · Амелия

Так вышло, что я получаю удовольствие от принуждения в постели. Игра в подчинение заводит и Архана и он, зная о моей реакции, нагло пользуется превосходством.

Конечно, мы не используем плетки и наручники, и не делаем друг другу больно, но всячески подогреваем и разнообразим свою страсть. А трехдневная разлука и длительная ссора лишь распалили ее и страх потери любимого, играет на наших чувствах, как флейтист на инструментах.

Член Архана, напряженный до предела, едва помещается в мой рот и шумное сопение над головой выдает едва сдерживаемое желание в меня войти. Но я оттягиваю, наслаждаясь маленькой властью слабой женщины над сильным мужчиной.

— Хватит, Амелия, я так быстро кончу, — Архан резко вынимает член изо рта и отстраняется, глядя на меня сверху вниз затуманенным взглядом. — Колдунья, ты, а не женщина! Хочу любить тебя долго и с оттяжкой, а не просто примитивно и быстро трахнуть.

Архан торопливо расстегивает пуговички на рубашке и отбрасывает в сторону. Туда же летят брюки, плавки и носки, оставляя мужа полностью обнаженным. Готовым для меня. Полностью доступным.

— Я думала ты до сих пор злишься, — вытираю мокрый рот ладонью. — И хочешь жесткого секса. Наказать меня.

Я покоренная им. Побежденная и возвращенная домой. Подчиняюсь беспрекословно.

— Хочу. Но в другой раз, — его руки тянутся к моей одежде и быстро расправляются. — Сейчас я хочу чувствовать каждую твою клеточку, каждую эмоцию. Я, пиздец как соскучился по нормальным отношениям, по своей любимой девочке. Какое же это наказание, глупая… это самое сладкое удовольствие в мире — секс с тобой.

От его признаний, у меня туманится разум, и сладостная истома разливается жаром от кончиков ушей, которые он щекочет своих дыханием, до пальчиков стоп, касающихся жестких волосков на его упругих икрах.

Архан удобно укладывает меня поперек кровати, наклоняется и начинает играть с пупком, вылизывая ямку, потом медленно ползет вверх и касается сосков. Попутно сгибает колени и разводит, раскрывая меня максимально широко.

Его ладонь ползет по животу и съезжает к промежности. Он делает несколько скользящих движений и проникает внутрь пальцами. Его движения внутри меня издают характерные, пошлые звуки. Бедра вибрируют от напряжения, и я начинаю вихлять тазом — подстраиваюсь под его темп.

Я вся дрожу и пылаю, сердец лупит по ребрам бешено, ритмично и боюсь одного: чтобы не проснулись дети и не помешали нам. Я не вынесу, если он не доведет дело до конца. Моего. Своего. Нашего.

Архан вынимает пальцы, и я издаю разочарованный стон. Он усмехается и меняет позу: закидывает мои ноги к себе на плечи и опираясь на локти, припадает лицом к половым губам. Ведет носом по нежной коже внутренней части бедра и дышит в раскрытую щёлку.

— О, Боже, я сейчас умру! — скулю тихонько, ёрзая попой на простынях.

— Зачем Бога трогаешь? У тебя муж есть. С ним договаривайся, — стыдит меня и касается горячим языком, словно пламенем набухших складок.

Архан тщательно вылизывает меня, посасывает клитор до острых искр в глазах, до белого шума в голове и я уже не чувствую границу между сказкой и реальностью. Все мои страхи, сомнения и опасения падают в бездну, и таят там, утекают прочь, смываются ручьями нашей страсти. Я цепляюсь за короткие волосы на его затылке и с силой сжимаю в кулачках — отпускаю. Знаю, что моя ответная страсть возбуждает мужа еще сильнее, чем покорность.

Я начинаю громко всхлипывать, мышцы живота напрягаются.

По позвоночнику и ногам бегут волны дрожи приближающейся разрядки, которую Архан умело контролирует — не позволяет мне скатится в нирвану раньше времени.

Я борюсь со своими ощущениями сколько могу.

Теряя рассудок, я сама толкаюсь на мужские пальцы, ловлю его юркий и шершавый язык, выгибаюсь дугой и издаю стоны и вскрики удовольствия. Не выдерживаю и бурно кончаю. Жар разливается по телу крутым кипятком. Долго. Сладостно-мучительно, не давая мне полноценно вздохнуть. А Архан продолжает колдовать над моим оргазмом, настырно, жестко трахая языком и пальцами. Так, будто наказывает, пытает меня им. Клеймит собою, своей властью.

Я пытаюсь оттолкнуть его — упираюсь ладонями в плечи, свести бедра, но тщетно. Муж как гранитная скала. Он ни на секунду не прекращает настойчивые ласки, сквозь мучительные и болезненные спазмы, меня накрывает второй волной.

Боже, так можно лишится рассудка!

— Кричи громче, мне нравится! — хрипло приказывает, нависнув надо мною и продолжает трахать пальцами.

Лицо его довольное и чуточку безумное. Его глаза полны решимости и нескончаемой энергии, азарта. Он только в начале собственного удовольствия, тогда как я на грани: парю в невесомости и бессилии.

Он раздвигает коленом дрожащие бедра и сходу проникает членом до упора, издавая утробный рук победителя. Тело мое ватное, непослушное, благодарно принимает своего хозяина — отвечает ему влагой и набухшими складками.

Архан смотрит туда, где наши тела трутся друг о друга, как входит его тугая плоть в мою податливую и нежную, на сам факт того, что он имеет меня как ему хочется, владеет моим телом до конца.

Я зажмуриваюсь. От стыда. От сытости. От сладости момента. Новый оргазм набирает обороты, подкатывает к горлу.

Архан, предчувствуя скорую обоюдную разрядку, наваливается на меня и приникает губами к губам. Целует меня жадно, до боли, удерживая словно тисками, проникает языком в горячую пещеру рта и шарит там, отключая мой разум окончательно.

Я слышу глухой стон, рычание. Это я? Или он?

Мы подходит к вершине одновременно. Взрываем свою маленькую вселенную на тысячи мелких звездочек.

Я задыхаюсь, лишаясь заветного глотка воздуха и Архан размыкает рты. Сам хапает воздух жадно, шумно. Носом поводит по щеке, собирая влагу. То ли капли пота, то ли мои слезы — не разберу. Грудная клетка мужа вибрирует, сердца стучат в унисон.

Архан чуть приподнимается на руках, снимая вес тела, но полностью не скатывается, продолжая находится на мне, во мне. Утыкается лбом в мой лоб и шепчет:

— И этого ты хотела нас лишить? Меня. Себя. Амелия? Думаешь я испытывал что-то подробное с какой-то другой женщиной?

Я сейчас ни о чем не думаю. Тело ватное. Мозг как кисель.

Дыхание мужа щекочет кожу, и мне хочется мурлыкать, потягиваться от неги, словно кошка.

А Архан продолжает сыпать признания.

— Хочу напомнить в последний раз: мне не нужна другая женщина. Только ты в моей сердце живешь, Амелия. И только тебя хочу трахать, любить, ласкать до бесконечности. Мне всегда тебя мало, понимаешь? — он обхватывает мое лицо ладонями, вынуждая смотреть в глаза. — Я люблю тебя. Очень люблю. И хочу прожить с тобою до глубокой старости. Смотреть как вырастут наши дети и мы станем бабушкой и дедушкой. А ещё хочу… — Архан запинается, шумно сглатывает и ждет мою реакцию.

— Я верю, Архан, — медленно очерчиваю его надбровные дуги пальцами, собирая влагу. — Я тоже тебя люблю. Просто в будущем лучше сразу признайся, если захочешь вдруг изменить. Но помни, я не вынесу твоего обмана. И да, я тоже хочу с тобою прожить еще несколько раз по семь лет.

Он кивает головой, облизывает губы и спрашивает:

— Родишь мне ещё ребенка? — я удивленно распахиваю глаза, а он уточняет: — девочку. Дочку хочу. Чтобы похожа была на тебя, и я буду ее баловать.

— О, Архан, — выдыхаю и улыбаюсь, потому что о дочери тоже мечтаю. — А ты не боишься, что это доставит тебе хлопот, когда за ней начнут увязываться молодые люди?

— Я научу ее самообороне. И потом у нее есть братья. И я. Победим наглецов, а потом выберем из толпы поклонников самого достойного. Что скажешь? — Архан ласково поглаживает скулы пальцами, пока я не выворачиваюсь и не ловлю один из них. Прикусываю. — Это означает да?

— Угу.

Кто знает, может как раз в эту минуту наша будущая дочь и зачинается.

— Спасибо, — целует меня нежно в уголок рта и высвобождается. — Идем тихонько в душ и спать. Я не спал по-человечески уже не помню сколько.

И я. Я тоже плохо спала. Надеюсь, что в ближайшие годы в наших отношениях не будет подобных ссор, на грани развода. Это морально очень тяжело и делает несчастными всех вокруг.