Глава 15 Алексей

Тася забирает папку с документами и выбегает из кабинета. Титаническим усилием воли заставляю себя не рвануть следом, вместо этого сжимаю руки в кулаки и окидываю заведующую пронзительным взглядом.

Дама в годах, с короткими рыжими волосами и ярко-красными губами, вытянутыми в одну тонкую линию. Маленькие глаза на обрюзгшем лице смотрятся нелепо и увеличиваются лишь за счет толстых диоптрий. Галина Витальевна… имя-то еще какое.

Она нервно барабанит пальцами по столу и молчит. Замечаю несколько толстых перстней и невольно усмехаюсь. Явно не бедствует, но зарплата вряд ли позволяет так шиковать. Цепь на шее и массивные серьги, тоже из золота, дополняют картину. Как цыганка прямо, да и взгляд такой же черный и тяжелый. С такой по-человечески не получится. Может, и к лучшему.

— Давно ты здесь работаешь? — демонстративно «тыкаю», чтобы расставить места в пищевой цепочке, и вольготно откидываюсь на спинку стула. Шутки кончились, как, в общем-то, и мое терпение. Чем быстрее эта курица все поймет, тем лучше для всех.

— Не помню, чтобы мы переходили на «ты», — недовольно фыркает Галина Витальевна и сердито прищуривается. Всем своим видом показывает статус, пытаясь поставить меня на место. Аж смех разбирает, но мое лицо остается невозмутимым.

— Я задал вопрос, — сухо напоминаю, с легкостью выдерживая ее взгляд. Точнее, давлю своим и выигрываю дуэль.

Куда ей до меня, привыкла таких вот девчонок, как Тася, давить своим непререкаемым авторитетом, но со мной этот номер не пройдет. Ни статус, ни должность давно не имеют значения, лишь количество денег, которое ты готов заплатить за результат.

— Двадцать лет, — зло цедит она сквозь зубы. Надо же, все правильно поняла.

— Хорошее место? Теплое? — продолжаю проталкивать свою мысль.

Глаза Галины Витальевны вспыхивают недобрым огнем, а лицо идет пятнами.

— Что вы себя позволяете? — возмущенно шипит она, все еще пытаясь держать лицо.

— Рот закрой, — рявкаю на нее так, что вздрагивает, а глаза едва не вылезают из орбит. — Сколько тебе заплатили за девочку?

— Вы с ума сошли? — шепчет ошалело и нервно сглатывает. Вижу, что попал точно в цель. Даже не сомневался. Тварь какая, торговать детьми — это вообще днище.

— Послушай, я не такой наивный, как Таисия, и далеко не идиот. — Мой голос звучит ровно и спокойно, хотя внутри все пылает от негодования. Но эмоции сейчас совершенно не нужны. — Или ты мне сейчас все рассказываешь, или я помогаю организовать проверку в этом заведении, — обвожу кабинет указательным пальцем. — А заодно тебя на предмет соответствия занимающей должности.

— Да кто ты такой?

— Гордеев Алексей Евгеньевич, — небрежно кидаю ей визитку. — Я жду…

Галина Федоровна рассматривает ее, словно пытается угадать, кем я являюсь на самом деле. Но на ней благоразумно нет ничего, кроме имени и телефона. Золотые буквы на белом фоне. Просто и стильно.

— Мне ничего не платили… пока, — выдыхает она, нервно кусая губы. — После того как девочка станет дочерью иностранцев официально…

Вот тварь. Все-таки продала ребенка.

— Разве ты не видишь, как девочка тянется именно к Таисии? — цежу сквозь зубы, едва сдерживаясь, чтобы не отвесить леща. — Сколько стоят твои тридцать серебренников?

— Полмиллиона…

— Нехило, — хмыкаю я и качаю головой. — А если они педофилы?

— Это не моя идея, — испуганно дергается Галина Федоровна. — Это опека, я не могу пойти против. От меня требуется только не мешать и всячески способствовать…

— Значит, так, — звучно припечатываю ладонь к столу. Пора заканчивать этот идиотский разговор. — Завтра Таисия подает документы в опеку и должна стать кандидатом на удочерение Сони как можно скорее. А дальше уже…

— У нее все равно нет шансов.

— Это еще почему? — непонимающе хмурюсь я.

— Я уже говорила… Ни денег, ни мужа, а девочка проблемная, с диагнозами. — Она разводит руки в стороны. — Одна операция стоит несколько миллионов. Таисия никогда ее не сделает, а девочка может стать здоровой. Суд встанет на сторону иностранцев.

Мда. Проблем предостаточно. И по щелчку пальцев они не решаются. Давай, Гордеев, думай, раз уж впрягся. Благородный рыцарь, твою мать. А зачем я, собственно, впрягся? Ладно, потом разберемся.

— Затяни процесс и дай мне номер иностранцев.

— Не положено. — Галина Федоровна поджимает губы.

Вот сейчас серьезно? Я на грани, чтобы втащить ей, невзирая на то, что женщина, а она продолжает меня дразнить. Отчаянная.

— Номер, я сказал, — рычу предупреждающе и кидаю ей еще одну свою визитку.

На удивление быстро понимает, что я не шучу, и начинает шевелиться. Даже довольно быстро, учитывая комплекцию.

— Номер своего счета напиши тоже, — расплываюсь в ехидной ухмылке. — Если Таисия станет матерью Сони, получишь вдвое больше, чем обещали иностранцы.

Хоть какая-то гарантия. Что поведется, даже не сомневаюсь. Будет играть на стороне Таси и перестанет вставлять палки в колеса.

— Но как?

— Думай, — пожимаю плечами. — Отрабатывай бабки.

— Если бы она была хотя бы замужем…

— Я подумаю, как решить эту проблему.

Разворачиваюсь и иду к выходу. Хоть сбавил ее пыл и выиграл немного времени. Но кто придумал такие идиотские законы? Что, если девушка не замужем, то не может удочерить ребенка? Бред же. Скорее, конкуренция… даже аукцион. Мерзко, но против системы не попрешь.

Выхожу в коридор и сразу замечаю Таисию. Сидит на полу, уткнувшись в колени, и плачет. На душе становится так паршиво, что хочется завыть волком. Сердце невольно вздрагивает и болезненно сжимается. Да что ж такое! Эта девчонка меня разобрала на атомы сегодня. Я всего лишь хотел отдать подарок, но увяз по самые уши. И не бросишь ведь. Ладно, сейчас быстро разрулим с иностранцами и разъедемся наконец в разные стороны.

— Тась, ты как? — касаюсь ее плеча, привлекая к себе внимание.

— Нормально, — всхлипывает она и вытирает мокрые дорожки с щек.

— Давай закрывай слезохранилища и поехали, — протягиваю ей руку.

— Куда? — доверчиво вкладывает свою ладонь и поднимается на ноги.

Смотрю на нее и не могу отвести глаз. Мы ведь ровесники, но Тася выглядит так, словно ей все еще восемнадцать. Без тени косметики… ее ресницы густые и черные, обрамляют огромные голубые глаза. Губки пухлые, чувственные, так и хочется прикоснуться к ним. Серьезно? У-у-у, куда-то меня не туда понесло. Небрежно качаю головой, сбрасывая наваждение.

— Давай поедим где-нибудь и позвоним иностранцам.

Голодный я не способен думать. Голодный я только злой.

— А номер? — Тася с надеждой смотрит на меня, как будто я гребаный волшебник. И мне, черт возьми, хочется им стать.

— Да взял я, взял, — расплываюсь в улыбке и показываю визитку с номером телефона на другой стороне.

— Лешка, — взвизгивает Таисия и совершенно неожиданно повисает на моей шее. — Спасибо.

О-у. К такому меня не готовили. Ее едва уловимый запах окутывает меня и стремительно проникает внутрь, заполняя все пустое пространство. Как это остро и чувственно. Невольно напрягаюсь и сильнее прижимаю ее к себе. Носом скольжу по шее к уху и шумно выдыхаю, чувствуя, как стая мурашек несется по мне сверху вниз.

— Извини, я случайно, — спохватывается Тася и торопливо отстраняется. С трудом сдерживаюсь, чтобы не удерживать ее. Мне, блин, зашло. До сих пор внутри все колышется, а пульс стучит, как сумасшедший.

— Да ничего… — беру себя в руки и киваю к лестнице. — Поехали.

* * *

Завершаю разговор и откладываю телефон в сторону. Чувствую на себе взволнованный взгляд Таисии, но не спешу смотреть на нее, надо сначала переварить услышанное. Не так все просто с этими иностранцами, как хотелось бы. Купить их вряд ли получится, надо придумывать что-то еще. Но Тасе я об этом не говорю и выдавливаю из себя улыбку.

— Что они сказали? — Ее голос предательски вздрагивает, а в глазах отчетливо светится надежда. Как ее разбить?

— Да ничего, в общем-то, — неопределенно пожимаю плечами и отвожу взгляд. — На встречу согласились. Там все и решим.

— Когда?

— Через час в гостинице «Звезда», — смотрю на часы и засекаю время.

Что можно придумать за час в городе без связей и знакомств? Да ничего. И отговорить Таисию от этой затеи тоже нереально. Замкнутый круг какой-то. Ладно, пачку углеводов мне для работы мозга, и все разрулим.

— Надо ехать. — Тася подскакивает на ноги.

— Куда? — возмущенно приподнимаю бровь. Вот только истерики мне сейчас и не доставало. — Сядь.

— Но… — Она судорожно втягивает воздух, но подчиняется и опускается на стул. Хоть на этом спасибо.

— Тася, — терпеливо выдыхаю я. — Час — это шестьдесят минут. Ехать не больше десяти. Давай пообедаем нормально? — накрываю ее руку своей и заглядываю в глаза, очень надеясь на понимание. — В конце концов, скоро ужин, а я еще не завтракал.

— Да-да, извини. — Она виновато поджимает губы. — Ешь, я подожду, — осторожно убирает руку, складывает на груди и смотрит куда-то в сторону, едва заметно покачиваясь взад-вперед.

— А ты? — хмуро интересуюсь, уже прекрасно зная ответ.

— Я не хочу… — Тася качает головой. — Аппетита нет…

Да твою мать, сейчас и у меня кончится. Закатываю глаза к потолку. Что за несносная женщина? Официант приносит заказ и расставляет тарелки на столе. Вяло ковыряюсь вилкой в салате и напряженно думаю, как выйти из сложившейся ситуации с наименьшими потерями. Мне нужна эта передышка, чтобы найти какой-то выход… но Тася так на меня сморит, как будто, если я съем хоть кусок, случится что-то страшное. Нет, это невозможно! Шумно выдыхаю и отодвигаю тарелку в сторону.

— Довольна? — рычу на нее из вредности. Знаю, что ни в чем не виновата, но все же только она во всем и виновата.

— Что? — Таисия удивленно округляет глаза.

— Кофе я хотя бы могу попить? — огрызаюсь инстинктивно, делаю знак официанту и заказываю себе кофе и горький шоколад.

— Я не понимаю… — Тася растерянно хлопает ресницами, вызывая у меня улыбку.

— Нормально все, — смягчаюсь, признавая полную капитуляцию. — Не бери в голову.

Таисия утыкается в телефон и рассматривает фотографии. Пью кофе, стараясь не мешать ей, но все же не выдерживаю. Любопытство распирает меня изнутри, а издалека не видно.

— Покажешь?

Тася поворачивает экран ко мне. На снимке она и Соня. Улыбаются. Такие счастливые… В груди непривычно давит и трудно дышать. Чужое счастье болезненно отзывается во мне, потому что я не знаю, что это такое…

— Почему ты не замужем? — прямо спрашиваю я, поддавшись эмоциям.

— Почему тебя это интересует? — Таисия напрягается и отдергивает руку с телефоном обратно.

Черт. Косяк. Не знаю, что сказать. Как-то случайно вышло. Быстро ищу годную отмазку.

— Актуально в связи с последними событиями… — с деланым равнодушием пожимаю плечами. — Преимущество… все дела…

Тасю неожиданно устраивает мое объяснение. Она грустно улыбается и обнимает себя ладонями, словно замерзла.

— Замуж выходят, когда молодые и любовь кипит в крови вместе с гормонами, а с возрастом уже приходит понимание, что это лишние сложности… Под кого-то подстраиваться, с кем-то уживаться… нет уж, — качает головой Тася.

— Интересная теория, — откидываюсь на спинку, прищуриваюсь и рассматриваю ее. Не вяжется все воедино. — А дети?

— Сонечка мой ребенок, — улыбается она. При упоминании девочки ее лицо расцветает, а глаза загораются каким-то особым цветом.

— А если серьезно?

Чувствую, что недоговаривает мне что-то, но что, понять пока не могу. Таисия закрывается от меня и не желает продолжать тему.

— Как-то не получилось… — отговаривается небрежно и меняет тему. — А твоя семья? Жена, дети?

— Нет у меня никого, — хмыкаю я. — Моя семья — это работа.

— Она делает тебя счастливым?

— Счастливым? — задумываюсь. Хороший вопрос, никогда им не задавался. Да и не знаю я, что значит счастье.

— Она дает мне не сойти с ума, — говорю вслух и добавляю про себя: «От тоски».

— В чем тогда смысл?

А-а-а. Сковырнула что-то в моей душе. Нервно сглатываю и стискиваю зубы. Больно, черт возьми.

— Пора, — говорю я, глядя на часы.

На самом деле еще рано, но продолжать этот разговор нет сил. Трусливо сбегаю сам от себя. Отставляю чашку в сторону и кладу на стол деньги за обед.

Таисия уже ждет меня. Идем к выходу. Помогаю ей сесть в машину и пристегнуться. Сам сажусь за руль и вбиваю в навигатор название гостиницы.

— Думаешь, у нас получится? — Она волнуется, и ее волнение вибрациями доходит до меня. А должно быть наоборот. Где-то я не доработал. Надо исправляться.

— Обязательно, — уверенно отвечаю и улыбаюсь ей. В любом случае Соня станет ее дочерью. Я в этом не сомневаюсь и сделаю все возможное, чтобы помочь им воссоединиться.

— Спасибо тебе. — Тася благодарно улыбается, а мое сердце с размаха врезается в ребра. Еще чего не хватало… Хмурюсь и плавно трогаюсь с места.