Глава 10. Валерий

Теперь мне уже кажется, что оставить их дома одних было плохой идеей. Очень плохой. Если мне звонят и предупреждают, что у меня из квартиры пахнет гарью, хотя такого никогда не было, то это критично. Даже с работы отпустили экстренно, хотя обычно я, наоборот, задерживаюсь.

С легким волнением заезжаю во двор. Не хотелось бы увидеть, как из моей квартиры идет дым, а под домом меня уже ждут пожарные. С облегчением выдыхаю, хотя бы тут все спокойно.

Голову вверх поднимаю и вижу, что окна на кухне открыты. Проветривают, значит.

На моем этаже, и правда, стоит запах гари, но дыма нет. Надеюсь, что Варя не врала и у них просто что-то подгорело. Но этих двух я точно больше не оставлю одних.

Дверь в квартиру открываю и ежусь. Дубарина. Окна открыты везде.

— Валерик пришел, — смеется раскрасневшаяся Варя и обнимает меня, приветствуя. Шубку свою накинула и в ней расхаживает.

— Варь, что тут происходит?

Ева за ней выходит в моем халате большом, глаза виновато в пол опущены. На нее ругаться сложно, ей итак досталось от жизни.

— Привет, — еле слышно произносит, а я только киваю в ответ.

Хоть девушка и живет тут временно, но главной для себя я все равно определяю Варю. Поэтому и достанется ей.

— Мы тебе ужин готовили и заболтались. — Мило и невинно улыбается Варвара. — Ты же сам хотел…

— Ну не квартиру же мою поджигать. — Перебиваю ее, чтобы лишнего не ляпнула. Язык у нее сейчас, как змея, может сказать и лишнее, если еще не сказала.

— Валер, ну не злись. Иди, поешь лучше. Ева так вкусно готовит, что я хочу с вами жить или к себе ее забрать.

На Еву бросаю взгляд. Улыбается, поджимая губы, чтобы скрыть удовольствие. Не просто улыбается дежурно, а искренне. Ей приятно. Наверное, и что Варя хвалит, и что заступается.

— Варь, это не шутки. — Читаю ей небольшую лекцию. Любя. Она знает, что злиться долго на нее я не буду.

— С вами, ребята, очень хорошо, но мне пора домой. Валер, ты обещал перед мамой слово замолвить, чтобы они сильно не бубнили.

Блин, Варя! Спалит меня перед Евой. Потом объясняй.

— Я позвоню им.

— Вызовешь мне такси, Валер?

Надо вызвать, но как-то опасно ее в таком состоянии одну с таксистом оставлять. Девчонка, ведь, совсем еще.

— Давай, я лучше Рому или Юру попрошу тебя подбросить.

Набираю сначала Ромку. Обычно он меньше занят. Они оба моих лучших друга. Есть еще один, брат Вари, но он пока на соревнованиях. Я бы и сам завез девушку, но у меня тут остается маленький ребенок и еще одна девушка ненадежная, которая уже сегодня сделала попытку поджечь квартиру. Поэтому безопасней для всех позвать друга на помощь.

Прохожусь по квартире и закрываю окна. Жду, когда Ромка ответит. С большего запах выветрился, с этим можно жить. Вовка спрятался под одеяло, чтобы не замерзнуть.

— Привет, Вэлмен, — кивает мне и дальше смотрит какую-то передачу про динозавров.

— Ром, привет, ты занят сильно? — Приветствую друга, когда тот отвечает.

— Привет, Вал. Дома. Отдыхаю. А что случилось?

— Да у меня тут подруга наша общая застряла, надо бы ее безопасно доставить домой.

— Какая это подруга? — Заинтересованно усмехается.

— Боевая, Ром, — Варя.

— Варя? Если она у тебя, может ты сам ее и доставишь?

— Я не могу. Потому что тогда вторую надо будет оставить одну.

— О, Вал, ты что там устроил?

— Ром, правда, нужна твоя помощь, — на его шутку не реагирую. — У меня тут две пьяные девушки и маленький ребенок. Я не могу оставить одну и отвезти вторую, такси тоже не очень доверяю. Ты можешь Варю домой отвести или мне Юре позвонить?

— Ладно-ладно, не заводись. В течении часа подъеду, пойдет? — За что люблю их, что по интонации понимают, когда шутка, а когда юмор надо отложить в сторону.

— Да, пойдет, спасибо.

— Но ты, прям, меня заинтриговал.

— И еще, давай Егора не будем ставить в известность? Ничего страшного не произошло же, а он беситься будет, что его я его сестру фактически споил.

— У вас что-то с ней есть?

— Нет, ты что! Так, нужна была маленькая помощь, чтобы разговорить другого человека. Они перестарались.

— Что у тебя происходит, Вал?

— Потом расскажу, Ром, сейчас просто выручи.

— Окей.

Рома отключается, я иду на кухню. Девушки хихикают, о чем и смотрят вдвоем на меня. Когда успели только так спеться?! Варя поворачивается к Еве, какие-то знаки ей делают и обе начинают снова хохотать. За стол сажусь спокойно и ем чебурек в форме… ежа?

— Вы ничего не курили?

— Неа, — сидят напротив и смеются. Пустая бутылка на столе возле раковины. Сам же попросил Варю, а теперь жалею.

Ева другая сейчас. Не боится смотреть в глаза, смеяться, шутить даже. Как будто маску сняли с нее, но вряд ли надолго. Говорим ни о чем. К запаху гари даже привык.

Рома приезжает минут через сорок. Специально поднимается, чтобы посмотреть, что у меня тут происходит. Не хотел их ставить в известность. Рома тактично не задает лишних вопросов, хотя знаю, что завтра позвонит и выпытает, почему у меня живет молодая девушка и ребенок. И почему я, черт возьми, ничего никому не сказал.

— Ромочка, ты, что мой водитель сегодня? — Варя обувается и хохочет.

Рома усмехается и смотрит на меня. Вскидывает бровь и поджимает губы. Мне, как и ему, смешно, с пьяной Вари. Она бесподобна.

— Твой, твой, давай, одевайся скорей.

— Да, сэр. — Покачиваясь, держится за его плечо.

Они, наконец, оставляют нас и уезжают. Теперь о Варе я могу не беспокоиться.

— Ева, может, ты спать пойдешь? Я уберу тут все. — Без Евы она становится как будто оголенной. Смотрит в одну точку. Потом хмурится и прикрывает глаза, рукой держась за столешницу. — Вот черт. Давай, пошли. Еле стоишь на ногах. — Обнимаю ее за талию. Такая худенькая. Откормить ее надо. Девушка обнимает меня за шею, держась, чтобы не упасть. Так и идет с закрытыми глазами. Прижимается ко мне и тяжело дышит.

В комнате темно. Оставлю девушку возле стены, свет не включаю, чтобы не будоражить ее нервную систему. Одним движением скидываю покрывало и разворачиваюсь к Еве.

— Иди, ложись, — тихо произношу, чтобы голосом своим не взбудоражить ее.

В темноте только силуэт ее вижу. Сложно понять в каком она сейчас состоянии, поэтому слежу за Евой. Медлит. С закрытыми глазами стоит и дышит медленно.

— Ева, — пытаюсь достучаться до ее сознания.

Девушка вздыхает и резко, будто что-то для себя решила, отталкивается от стены и идет с закрытыми глазами на меня. Между нами всего-то пару шагов. Так быстро приближается, что я не успеваю остановить, а она наталкивается на меня.

Как песок кинетический становится в одно мгновение. В моих руках обмякает и растекается. Так быстро все, что пока ее подхватываю, сам оступаюсь и спиной на кровать падаю.

Руками тело ее придерживаю, чтобы не ударилась, когда приземляться на меня будет. Легкая. Воздух становится густой в темноте. И я тонкую талию в руках сжимаю крепче, чтобы аккуратно с себя снять Еву, а она это по-другому воспринимает. Губы касаются моей шеи и скользят вверх.

Понимаю, что она пьяна, завтра неловко будет. Крепче сжимаю талию, приподнимая и отрывая девушку от себя. Ее глаза стеклянные. Сквозь меня смотрят.

Она губы пересохшие языком облизывает. Почему у меня такое ощущение, что мне яблоко запретное предлагают. Не будет потом рая и спокойствие в душе.

Не отталкиваю ее, но и шаг навстречу не делаю.

Ева опускается на меня сама. Губ касается и целует. Сама. Привкус вина на языке. Я не заставляю. Понимаю, что неправильно это, она девчонка совсем, завтра ей стыдно будет, остановиться надо. Но она такая податливая и приятная. Руки сами тянутся к пояснице и ниже.

Ева вдруг губу резко мне прикусывает и вскакивает с криком.

Следом чувствую, как по ноге скользит что-то бархатное, гладкое и теплое. Тоже на автомате одергиваю ногу, но понимаю, что это Артемида моя. Черт. Она тут откуда?!

Ева залазит в полумраке на комод с другой стороны от кровати и визжит.

Поднимаюсь, ночник включаю и к Еве иду в первую очередь. Боюсь, что у нее сердце остановится от страха.

— Тише ты, не вой, я сейчас уберу ее. — Вздрагивает, когда касаюсь ног.

— Чего она залезла туда? — К нам даже Вовка прибегает. Вот я идиот! А если бы он раньше зашел? — Ой, а чего Артемида тут? — Вовка кивает на кровать, а Ева плачет навзрыд и ищет глазами, куда бы еще повыше забраться. Хорошо, что у меня шкафа в комнате нет. А то я бы не снял ее оттуда.

— Вов, почему Артемида по дому ползает? Я не разрешал открывать без меня!

— Вэлмен прости, я поправлял ей интерьер. — Сразу веселое настроение у ребенка пропадает. И поделом.

— Какой интерьер, Вов!

Ева громче визжит, когда Артемида тихо ползет по моей кровати и скручивается на подушке, где спит девушка.

— Ева, да не кричи ты! Она не съест тебя. — Успокаиваю, как могу, но получается не очень. Надо убрать для начала источник раздражения. — Да она ничего тебе не сделает! Ева, слезь, пожалуйста.

Боюсь оставить девушку в таком состоянии в метре от пола. Координация нарушена, упадет еще. Хуже будет.

— Ууу, выброси ее в окно, тогда слезу.

— Она безопасна. Ты вон, какая большая, а Артемида совсем маленькая. Не съест она тебя. Иди сюда, я сниму тебя.

— Не трогай меня, я никуда не слезу. — Упрямая зараза.

— Ева, это же змея, ей на комод забраться это минутное дело. — “Помогает” Вова.

— Вова, блин, помолчи, — одергиваю подстрекателя, а тот хохочет только. — Ева, спустись, пожалуйста, упадешь, хуже будет потом. Рассказать тебе, какая реабилитация после перелома?

— Убери ее, я слезу.

— Ты спустись. Сядь хотя бы, я унесу ее тогда. — Дышит часто. А я в глаза смотрю. — Если бы мне нельзя было доверять, ты бы не подошла ко мне возле больницы.

Косится на кровать, но опускает руки мне на плечи и аккуратно опускается. На комод садится, ноги поджав. Пальцами чувствую, как кожа ее вибрирует. Как она боится, но хочет доверять. Напоминание о больнице отзываются в ней.

— Вова, скорее всего, просто не до конца защелкнул замок. Я сейчас закрою дверь в комнату, а ты спокойно ложись спать. Артемида больше не выползет. Я сам проверю.

Зажата вся, напряжена. Взгляд мутный, но, надеюсь, услышала меня и ничего не натворит.

Забираю Артемиду, киваю Еве ложиться спать. Сам закрываю дверь. Лучше мне сегодня поступиться принципами и лечь с Вовой.

— Вов, я говорил без меня не трогать. — Строго говорю мальчишке, когда оказываемся одни. — Со мной можно открывать террариум, без меня — нет.

— Ты сказал, что она безопасна. — Кивает на калачик, который опускаю на дно террариума.

— Безопасна, но без меня нельзя. Чтобы не было вот такого.

Следом за спиной слышу, как хлопает дверь в ванную комнату.

Было бы слишком просто для меня, если бы Ева легла просто так спать. Тысячный раз жалею, что Варю попросил об одолжении.

Облизываю губы, на которых все еще вкус запретного поцелуя.

— Давай, спать ложись, а я пойду твою сестру успокаивать.

— Ну, Вэлмен, рано еще.

— Спать, Вова. Это не обсуждается. Я устал очень.

Пацан вздыхает, но раздевается. Жду, когда уляжется. А в душевой слышу, как течет вода. Неужели все? Мой абонемент в Рай закончился, а новый не подразумевается?

Выключаю свет в комнате, желаю Вовчику спокойной ночи и выхожу, закрывая за собой дверь. Какая будет ночь у меня посмотрим…

Стучу в дверь, а у самого тысячи мыслей в голове. Что она там делает? Ждет ли меня? Это ведь она меня поцеловала. Второй раз. Я еще не разобрался, зачем она это сделала в первый раз, как она уже целует во второй. А может, глупая идея, конечно, но может, она влюбилась в меня? Не знаю, увидела где-то и придумала себе историю любви.

Но за дверью только шум льющейся воды слышу. Разрешения войти — нет.

— Ева! — зову громче.

Когда понимаю, что отвечать мне не будет, медленно надавливаю на дверную ручку, чтобы, в случае чего, успеть закрыть дверь. Заглядываю внутрь и вижу только силуэт девушки в душевой. Сидит, закрыв дверцу. Одежды ее снятой нигде нет, поэтому смело открываю дверцу и выключаю воду.

— Я не выйду туда.

С закрытыми глазами шепчет и, вздохнув, продолжает сидеть там же. Мокрая, в одежде.

— Я в душ собираюсь, мне раздеться надо. Не помешаю? — После этих слов девушка распахивает глаза и смотрит на меня. — Раздевайся, давай, сухую одежду сейчас принесу и спать.

Усмехается и берется за них влажной футболки, тянет вверх, а я разворачиваюсь и выхожу. Белье ее перебирать приходится на полке, чтобы принести что-то сухое. Не думаю об этом. Это просто ткань. Не хочу запоминать, какого оно цвета и текстуры.

Когда возвращаюсь в ванную комнату, девушка, замотанная в полотенце, сидит на крышке унитаза, упираясь головой о стену. Остатки нашего целомудрия, значит, еще можно спасти.

— Держи, одевайся.

— Я не могу, — вздыхает и опускает плечи.

— Почему?

— Сил нет, я спать хочу и плакать.

Только сейчас замечаю, что синяки начинают ее уже светлеть начинают. Возвращают ей невинный и нежный вид.

— Можно я тут останусь, Валер? Сюда эта гадость не заползет, она же не бобр. Дверь деревянную не прогрызет.

— Тебя она и через вентиляцию найдет. Нравишься ты Артемиде, — усмехаюсь. Правда, смешно.

Когда мне ее подарили, я тоже скептически относился, с осторожностью. А сейчас понимаю, что домашние змеи не такие, как о них говорят и думают те, кто никогда не встречался.

— Нет, нельзя. Давай Ева, одевайся. — Натягиваю ей на голову футболку. Влажные волосы расправляю по спине. Она помогает только в том, что не сопротивляется. Присаживаюсь перед ней и вниз тяну футболку поверх полотенца.

Девушка рвано дышит мне в лоб.

Трусики черные расправляю и натягиваю на пальцах. Ей остается только ноги просунуть, а мне до колен их поднять. Кожа у нее гусиной становится. Ноги идеально гладкие. Стройные.

Манипулирует сейчас мной. Но я сам себя наказываю этой пыткой за то, что захотел таким способом узнать о ней все.

— Дальше сама, вставай.

Беру за руки и поднимаю. Полотенце уже не держится. Раскручивается и выскальзывает из-под футболки. Я по джентельменски отворачиваюсь и жду, когда она оденется до конца сама.

— Всё. — Теплый выдох мне в шею.

— Тогда пойдем в кровать.

— Вдвоем?

— Нет, ты одна.

Хочу ее игнорировать, но не получается все равно. За поясницу девушку придерживаю и тут же подхватываю, потому что ноги ее совсем не слушаются. Ева хоть и легкая, но сама даже стоять не может.

Надо будет Ромке позвонить и узнать, как там Варя.

Подхватываю за бедра и отрываю от пола. Не сопротивляется. Обнимает меня в ответ и голову кладет на плечо.

Футболка задирается, а подушечки пальцев касаются кожи на ноге. Чувствую на ноге уплотнение от гематомы. Сильнее прижимаю, представляя, сколько ей пережить там пришлось.

Разговорить ее сейчас не составит труда, только это будет низкопробно. Хотел бы я, чтоб из меня, в таком же состоянии, о прошлом моем вытягивали информацию? Нет. Не могу с ней так поступить в ответ.

Укладываю на кровать, накрываю одеялом, включаю ночник на минимум и выхожу, закрывая за собой дверь. С ней ложиться в одну постель сегодня опасно.

Беру телефон, чтобы набрать маму Вари и предупредить, что я накосячил. Набираю и жду, когда ответ.

— Евгения Владимировна, добрый вечер.

— Валера, здравствуй. Давно тебя слышно не было. Варя что-то натворила что ли?

— Нет, в смысле натворила?

— Ну, она позвонила и сказала, что останется с какой-то подружкой, к которой она в гости поехала. Вроде бы она сказала, что у тебя будет.

С подружкой? У меня? Рома, твою мать. Что ты творишь!

— А вы про это, да, они у меня. — Теперь придется этих двоих прикрывать. — Я тут девушку с братом приютил, помогаю им.

— Какой ты молодец, Валера.

— Да, я собственно и позвонил, сказать, что все в порядке. Спокойной ночи. Все целы.

— Я знаю, тебе можно доверять.

— Конечно, — вру и перекрещиваю пальцы. Может, мне как-то скостят это вранье во благо спокойствия родителей.

Отключаюсь и тут же набираю Рому.

— Что? — повышает голос.

— Что? — возвращаю ему его же вопрос. — Это я тебя спрашиваю, что? Что значит, Варя осталась ночевать у подружки? Это ты подружка, что ли? Гнева Егора не боишься?

— Знаешь что, на товарищеский суд я тебя с собой потяну. Какого черта ты ее напоил, а мне теперь возиться с этим всем?!

— Что с ней?

— Просто запомни, что когда она пьяна, то укачивает ее быстрее.

— Нет… — усмехаюсь и представляю все это. Мне повезло больше.

— Да. Чистка салона за твой счет. И машину мою отгонишь туда тоже сам.

— Ром, ну прости. Варя в гости пришла, девчонки без меня тут пошерстили, устроили вечеринку чебуречную и обе в хлам.

— Капец. Ты не представляешь, что у меня в машине твориться. Я, наверное, ее продам.

— Да подожди ты, отчистим.

— Варя сказала, что у тебя останется ночевать.

— Знаю уже, я подтвердил ее маме.

— И Егор не должен узнать, что она у меня будет ночевать.

— Я надеюсь, ты не воспользуешься случаем?