Глава 36

Вера, приди в себя, черт возьми! С красными щеками и смятыми влажными губами я только что выбежала из кабинета Зверева, в котором он чуть не овладел мной. И я почти было не дала слабину, но в последний момент каким-то чудом вырвалась из его объятий. Признаюсь, его уверенность, напор, совмещенный с дикими мужскими флюидами и открытым влечением ко мне сильно сбивают с толка, затуманивают разум и застают врасплох. Не понимаю, отчего моё женское начало дрогнет перед ним, становится слишком уязвимым и податливым. С этим срочно нужно что-то делать, ведь я вся горю. Нет, я пылаю пламенем, которое с легкостью разжег Зверев. С каких это пор? Когда я успела так долго моргнуть, что пропустила тот момент, когда позволила Виктору целовать меня и переступать фиктивные границы, которые изначально связали нас? Целовать? Ты трахалась с ним Вера! – бьется в истерике мое сознание. Я встряхиваю головой, чтобы угомонится и собрать буйствующие эмоции в целесообразную кучу. Цокая каблуками, иду по коридору и на ходу поправляю волосы, блузку, одергиваю вниз юбку, заметая следы недавних страстных объятий в кабинете. Сердце сильно бьется в груди, словно я пробежала марафон и никак не могу отдышаться. – Вер? – фигура Славы появляется из-за двери справа. Он кивает в сторону кабинета. – Зайдешь? – Конечно, – моментально меняю направление шага и мыслей я. Я захожу в его кабинет, и он закрывает за мной дверь. – Садись, Вера, – прочищает горло мужчина. – Рассказывай. Как поговорили? Что он сказал в свое оправдание? Я опускаюсь на стул и держусь ровно, отвечаю дежурно, хотя предполагаю, что Славе хотелось бы большей откровенности наедине за закрытыми дверями. Это он вытащил меня в офис, поведав о неоднозначном проекте с Калининым. – Все в порядке, решили вопрос. Подходящее здание для сада будет найдено в ближайшее время, Виктор займется этим. – Вот как… Безруков хмыкает, и я замечаю на его лице тень разочарования, что все разрешилось так просто. – Слушай, я знаю, что тебе не нравится Зверев, но давай не будет мешать личное и работу. Иначе ничего не выйдет, Слав. – Как скажешь. Но по мне странно, что твой муж даже ничего не сказал тебе о проекте, – кривит лицо мужчина. – Хочешь спровоцировать скандал? – моя бровь вопросительно выгибается. Я предупреждающе мотаю головой. – Мы поговорили с ним. Все разрешилось. – Ну конечно… Слава проводит по волосам и шумно выдувает воздух. Растерев лицо руками, он садится на стол напротив меня. – Прости. Сегодня я сам не свой, Зверев вывел меня своими закидонами. – Пора уже привыкнуть, и не реагировать так остро. – Да не хочу я привыкать. И не буду. Мне до сих пор кажется, что я попал в кошмарный сон, однажды я проснусь и будет все как прежде… – Не будет, – коротко отрезаю я. – Даже я уже это приняла. Пора бы и тебе, Слав. Он хватается за виски, массирует их и после судорожно кивает: – Да, ты права. Мне не нравится его болезненный взгляд. Искренне не хочу терять такого друга как Безруков, но чувствую, как происходит отдаление. Я накрываю ладонью его сжатую в кулаке кисть. – Как ты вообще? Выглядишь не очень. – Спасибо, – усмехается он и смотрит на наши руки. – Я держусь. Нормально. – Правда? Слава смеется, мотая головой. Но это далеко не от хорошего настроения, а скорее нервное. Он успокаивается и продолжает уже понуро: – Паршиво. Не лучшие времена. – С этим не поспоришь. Но за черной полосой всегда наступает светлая. – Ты уверена? Когда же моя цистерна с черной краской уже закончится, а то так и спиться можно, знаешь, не хотелось бы так ужасно кончать, – усмехается он, потирая небритый подбородок. – Решил отрастить бороду, лень бриться, теперь похож на гангстера – бомжа с помятой мордой и перегаром после выходных. Я пропускаю смешок. Безруков и вправду запустил себя. Непривычная для него небрежность прослеживается во внешнем виде. – Завязывай с выпивкой. – Это мой антидепрессант. – Результат от него, как от конфетки на диете. Только хуже. Оно тебе надо? – Да я понимаю… Но сложно. – Гораздо проще, когда ты не один. Знай, я – рядом, я – с тобой, – сжимаю его руку, вверяя поддержку. – Спасибо, Вера. Но у тебя свои проблемы, новая жизнь, семья… Кстати, поздравляю, слышал, ты усыновила ребенка. Ты давно хотела стать матерью. – Да, это так. Спасибо, – улыбнувшись, опускаю глаза. – Ты счастлива? Я сминаю губы и киваю: – Очень. – Я рад за тебя. Правда. Хоть кто-то устроил личную жизнь… Кхм… – У тебя все впереди, – подбадриваю, как могу. – Так что будь в форме. Наготове. – Угу. Слушаюсь. Мы смеемся, и царившее напряжение рассеивается в воздухе. – Кстати, не знаю, в курсе ли ты… Но в эту пятницу мы собираемся с ребятами сидеть в «Джеке», не хочешь присоединится? Мы давно тебя не видели. Я беру три секунды на размышление. Я так соскучилась по ребятам и душевным вечерам. – Хочу. – Серьезно? Ребенок с кем будет? – С няней оставлю. – Так значит, будем ждать? – Да, я приду. – Класс. – С этим? – пренебрежительно уточняет на счет Зверева. Я снисходительно прикрываю глаза на его ненавистное отношение к Виктору и коротко киваю в ответ. – Ладно. Переживу как-нибудь, – заключает Слава с усмешкой. – Только ради тебя. Дверь в кабинет открывается, и мы оборачиваемся, расцепляя наши руки. Увидев Зверева, Слава встает с места в полной боеготовности: – Стучаться не учили? – включает ворчливый гонор. Они точно, как кошка с собакой. – Ах вот ты где… – Виктор игнорирует Безрукова и обращается ласково ко мне. – Я не помешал, дорогая? Можно тебя на минуту? Взглядом прощаясь со Славой, я иду вслед за Зверевым. Как только выходим в коридор я складываю руки на груди и устремляю хмурый взор на мужчину: – Что ещё? – Соскучился, – широко улыбается Виктор. А мне хочется съездить по его хитро деланной физиономии. – Не взаимно. – Ты чего такая злая? – нагло обнимает, но я скидываю его руку, чем забавлю его еще больше. – Ух… Голодная, наверно. Я как раз собирался в ресторан, хочешь перекусить? А он как знал, что я не обедала. Вздохнув, закидываю сумочку на плечо. – Поехали.